Как я и ожидал, охрана свалила. Но свалило и большинство зеков, включая моего папашу. Лихих парней в тюрьме не осталось, только несколько пришибленных урок шарились по кухне в поисках жратвы. Увидев нас с Толяном, одетых в военную форму и вооружённых, они тут же замерли и завели руки за спины. С одной стороны, с такими было легче, они не способны на бунты, но с другой, и больших дел с ними не провернуть.
Когда я им объяснил, зачем они мне нужны, урки оживились:
– Девок мы любим, это мы согласные.
По странному совпадению, этих утырков оказалось ровно семь человек, прямо как моих сгоревших в огне «революции» кунаков.
Первое время я зекам оружие не доверял, но скоро убедился, что они, во-первых, ничего не затевают, а во-вторых, и стрелять-то толком не умеют, так что при случае мы с Толей с ними разобрались бы.
Вокруг Платоновки мы веселились пару недель, ночуя где придётся, благо повсюду было полно брошенных домов, а в магазинах тонны бухла и жратвы. Зеки были довольны, я, в целом, тоже. Но потом стало холодать, а в домах тех не было ни света, ни газа, и греться было нечем. Тогда ко мне подошёл мой кореш Толян и сказал:
– Колюха, нам нужно возвращаться в часть.
– Зачем?
– Там есть, где жить, это раз. Там есть жратва, это два. И самое главное, там есть тепло: дровяные печки, автономная электростанция. Мы там не будем мёрзнуть и всегда будем сыты. Ну а за бухлом и бабами, если что, недолго съездить.
Толян, вроде, говорил дело. Но там оставался Витя Малой, он ещё тупее капитана…
– Да я согласен, Толян… но что с Витей делать? Он же настоящий комсомолец, всю плешь проест своими правилами.
– Договоримся с Витей, – сказал Толян. – А тут не житьё, все перемёрзнем. Вон пацаны уже устали бегать по-малому, дальше все простынем. Давай, Колюха, командуй в часть.
– Ну ладно, командую, – сказал я, хотя всё ещё сомневался. – Эй, братва, айда к нам в часть, греться.
Толян заулыбался и начал подгонять урок со сборами. И я не мог ему не сказать:
– А Витю придётся убить и лучше сразу, мы с ним не уживёмся.
Через несколько часов мы как победители входили в расположение части. Эх, я тут лет пять оттрубил, всё тут мне привычно.
– Где жить-то будем, Толян? – спросил я у инициатора переселения.
– Да в своей казарме, наверное.
– Ну пошли смотреть, что там почём.
– Колюха, надо сразу отправить кого-нибудь запустить генератор, казармы-то сто пудов остыли, надо калориферы включать.
Умный он всё-таки у меня, этот Толян.
– Да, согласен, – сказал я. – Эй, вы двое, – сказал я двум уркам, – идите генератор запустите.
– Лучше Петруху отправь, он электрик, вроде, – сказал Толян.
– Толян, а ты соображаешь, – сказал я. – От таких умников бывают проблемы, смотри у меня… – и пошутил, чтобы поднять дух:
– Завалю тебя, слышь, – и подмигнул.
Тот покивал согласно, да, мол, шутку понял.
– Короче, Петро, – скомандовал я Петрухе. – Пойдёшь вот с этими двумя телами запускать генератор, это вон в той постройке. И смотри, чтоб там всё чики-пуки, понял?
Эх, казарма, сколько раз я поднимался по этим ступенькам, все их знаю наизусть. Вот тут выбоина, это один дундук кувалду уронил. А это пятно от какой-то химической дряни, которую здесь пролили года два назад.
– Коль, – продолжал Толян. – Всё мы тут вряд ли протопим, слишком большая площадь. Нам лучше поселиться в каптёрке, канцелярии и ленкомнате, по трое в каждой…
– Опять дело говоришь, Толян! Так мы и поступим. А в казарме у нас будут рабы.
Толян, похоже, не ожидал, что я умнее его. Удивился:
– Какие рабы?
– Ну рабы. Ты что, сам, что ли, будешь работать – полы мыть, туалет чистить, жрать готовить? Потом девки… Какие-то с нами поживут, но всех-то мы в каптёрку не заселим, соображаешь?
– А сколько их тебе нужно, Колюха?
– Странный ты, Толян, хоть и не дурак. Баб много не бывает. Одни надоедят, надо, чтобы на замену другие были. Теперь понял?
– Коль, ты послушай: казарму мы не протопим, у нас энергии не хватит…
– Да слышал уже! – Толян начинал меня раздражать своей тупостью. – Нагоним сюда мужиков человек десять, баб, например, двадцать. Они же тёплые, нагреют, надышат. Ну и пару калориферов им поставим.
С этими словами я отвернулся от Толяна и сказал:
– Так – Корешков, Бызин и Валюгин, вы трое. Едете сейчас на трассу, привезёте сюда пяток баб и двух мужиков для начала, тут будет много физической работы, девки одни не справятся. А ты, Жора, – я указал на последнего, – давай-ка, дуй на склад и ищи там калориферы, да побольше. Да, и там где-то должен бродить один комсомолец, Витя Мало?й, если встретишь, скажи ему, что командир вызывает, пусть сюда бежит аж на цирлах.
Когда все разошлись, мы с Толяном зашли в канцелярию, я щёлкнул выключателем. Загорелся свет.
– О, молодцы, генератор уже завели. Тут где-то у ротного был обогреватель, масляный, он воздух не портит. Если не увёз.
Обогреватель нашёлся в шкафу.
– Отлично! Давай-ка, Толян, пошли в каптёрку, там уютнее всего, будем устраиваться. Каптёрку мы с тобой на двоих займём. А остальные пусть кто где хочет, место есть.
Я сам взял обогреватель и потащил его в каптёрку.
Скоро вернулись воины, запустившие генератор. И Петро тут же меня огорчил:
– Колян, дело такое: дизельного топлива у нас маловато. Там сколько-то было в генераторе, и рядом пара канистр стоит, мы долили. Но этого нам надолго не хватит, надо искать дизельное топливо.
– Как маловато? Там целая цистерна была! Тут же Витя оставался охранять. Он что – наше имущество пролюбил? Найдите мне его, кстати. Ну и да – где будем брать дизтопливо-то? Придумайте что-нибудь.
Придумали поискать соляру на автозаправках.
Через полчаса вернулся Жора с двумя тэнами.
– Калориферов пока не нашёл, вот тэны попались.
– Отлично, Жора, молодец, – похвалил я. – Тэны тащи по одному в канцелярию и ленкомнату. Где там Витя-комсомолец, не видел его?
– Нет, никто не встречался. А вот на складах кто-то побывал, – сообщил Жора.
– В смысле «побывал»?
– Да там полно следов техники. И видно, что продукты таскали, там даже крупа просыпана возле дверей.
– Ни хрена себе! – разозлился я. – Это что же получается? Кто-то разворовывает наше добро? А Витя? Витя-то где?! Найдите мне его! Вот скот, его тут оставили охранять, а он всё просрал. А может торганул, сука? Ответит, гнида, за всё!
Пока мы с Толяном устраивались в нашей каптёрке, приехали трое, которых я посылал на трассу. Они завели в казарму двух связанных мужиков и четырёх тёлок.
– О, отлично! – обрадовался я. – Давайте их по одному в канцелярию. Двух девок сразу сюда давайте.
Обеим я вручил тряпки, вёдра и приказал наводить порядок:
– Чтобы тут всё блестело!
Одна было закобыздилась:
– Вы кто такие? Я ничего делать не буду!
– А ты что скажешь? – спросил я у второй.
– Ну да, а почему вы нас заставляете? – сказала та.
– Понятно, хотел с вами по-хорошему, но, вижу, не получится.
И с разворота засадил первой девке ногой по рёбрам.
Разговор по душам с этой строптивой тёлочкой занял десять минут, а вторая стояла в сторонке, смотрела и заливалась слезами.
– Теперь твоя очередь, – обратился я к ней.
– Не надо, пожалуйста! – зарыдала она. – Я буду делать всё, что скажете.
– Вот если бы ты сразу сказала этой, – я указал на избитую девку, – что нужно слушаться, я бы тебе поверил. А так нет, извини, нужно и тебя поучить уму-разуму.
После усвоения правил внутреннего распорядка обе девки принялись за уборку, которой занимались очень старательно. Я наблюдал за ними какое-то время, потом вышел в коридор и сказал, что жду оставшихся рабов в канцелярии по одному. Но поскольку я устал, пока проводил инструктаж среди баб, взял с собой Толяна.
– Имей в виду, Толян, это мероприятие очень важно. Если они будут думать, что с нами можно торговаться или разжалобить нас, то потом это нам аукнется. Поэтому делаем всё жёстко и без соплей. Сразу ломаем их, топчем, чтобы им и в голову не пришло, что они могут не подчиняться.
Мужиков били сначала по одному связанными, потом развязали их и помутузили двоих вместе. Когда они перестали подавать признаки жизни, я сказал:
– Ну теперь пусть отлежатся в казарме пару дней. Если не отойдут, вывезем их куда-нибудь подальше, чтобы здесь не воняли.
С двумя оставшимися девицами разговор был покороче, но тоже жёсткий. После экзекуции я объяснил Толяну:
– Никто из них не должен ни минуты сидеть без дела. Работа должна быть всегда, пусть даже бессмысленная. Им нужно давать перерыв два раза в день по полчаса пожрать и шесть-семь часов на сон. Остальное время пусть вкалывают. Хоть кровати по кругу в казарме пусть таскают, но чтобы не сидели. И постоянно бить, каждый день бить.
Толян согласно кивал головой, вытирая влажной салфеткой разбитые костяшки и морщась от боли.
Пока я вёл инструктаж, мои рабыни навели такую чистоту, какой я в этой каптёрке отродясь не видывал и теперь сидели на кроватях.
– Встать! – заорал я прямо в дверях.
Обе девки вскочили.
– На колени!
Они опустились на колени.
– Вот так и стойте, пока не разрешу встать, – сказал я, лёг на кровать и задремал. Примерно через час я проснулся, убедился, что обе стоят в той же позе и приказал:
– Ты, беленькая, иди ко мне, а ты продолжай стоять.
Этих двух девиц я решил оставить себе в качестве личной прислуги.
Через несколько дней оказалось, что Толян мне в соседях сильно мешает. Во-первых, он занимал место, во-вторых, отказывался участвовать в моих утехах с тёлками. А в-третьих, по ночам храпел так, что хоть беги. Поэтому я решил остаться в каптёрке один с бабами и сказал ему об этом.
– Толя, я подумал, что тебе лучше перебраться в канцелярию или ленкомнату. А здесь я останусь один. Так будет лучше, согласен?
И Толян со всем шмотьём в тот же день ушёл. Мне было немного жаль, что так получилось: Толян был мне полезен, но сейчас мне было тесно с ним в каптёрке.
Витя Малой так и не нашёлся, и я подозревал, что это он обчистил склады с какой-то целью, понять бы ещё с какой.
Становилось всё холоднее. В небольших комнатах температура была в норме, а в казарме к октябрю она упала градусов до пяти. Единственный тэн не мог её обогреть. Рабам поставили ещё один, но положение не стало сильно лучше.
– Толян, а из-за чего в этом году такая холодина? И когда потеплеет?
– Да ты что, Колюха… уже не потеплеет – Земля улетает всё дальше от Солнца.
– Но у нас же есть где-то учёные, инженеры. Они что – не могут развернуть нас обратно к Солнцу?
– Похоже, что нет, – ответил Толян.
– Тогда на хрен они вообще нужны? Я всегда считал этих ботанов бесполезными дармоедами.
Толян помолчал с минуту, а потом спросил:
– Что с казармой будем делать?
– Ну поставь им ещё один тэн. У нас этого добра полно.
– Дело не в тэнах. У нас соляры мало. Надо экономить.
– И что ты предлагаешь? Может, местами с рабами поменяться, чтоб им было потеплее?
Тут Бызин вставил:
