Марго провела ладонью по влажному лбу. Волосы прилипли к лицу, ночная рубашка промокла и стала липкой.
Она подтянулась и села повыше, опираясь спиной на подушки. Её колотил озноб, а горло странно саднило.
Боль в горле объяснилась почти сразу:
– Ты так кричала, – с тревогой в голосе сказал Алан. – Все в порядке?
– Сон плохой, – Марго все пыталась убрать влажные волосы с лица. Вспотевшее тело мигом покрылось мурашками от холода. Страшно захотелось выставить братьев из комнаты и сменить одежду.
– Ты так кричала, что перебудила весь отель. Серьезно, весь отель, – сказал Роб. – Мы никак не могли тебя разбудить.
Из-за двери и правда слышались шаги и легкий гул голосов. Марго резко покраснела от стыда. Она как ребенок раскричалась из-за кошмара и поставила на уши весь отель.
Грег Ганн наверняка тоже стоит там.
А какое ей дело, где стоит этот человек?
Марго разозлилась на себя и на весь мир сразу, краска мгновенно слетела со щек, сменившись бледностью.
Алан несколько секунд понаблюдал за калейдоскопом эмоций на лице сестры, а потом вышел из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Марго не могла расслышать его слов, но вежливый успокаивающий тон позволил представить содержание его речи.
Роб уселся на постель сестры и принялся разглядывать её лицо со странной внимательностью.
– Что? Просто плохой сон.
Марго очень хотелось избавиться от братьев и остаться наедине со своими мыслями, чтобы успокоиться и обдумать, что только что произошло.
Однако, сон казался таким ярким и реальным, что оставаться одной было откровенно страшно. Она до сих пор боялась осмотреть свои ладони. Могли ли они быть испачканы кровью?
– Не помню, чтобы тебе прежде снились кошмары. Или чтобы ты кричала от страха. Что приснилось?
– Не знаю. Забыла.
– Не может быть. Тебя до сих пор колотит.
Марго не могла точно сказать, кто из братьев был ей ближе по характеру. Едва Роб подрос – он стал бессменным компаньоном во всех шалостях и проказах. Нередко младший брат заступался за старшую сестру, спасая от неминуемого наказания матери.
Алан был иным. С самого нежного возраста его воспитывали как наследника и старшего брата.
Если их матери не удалось воспитать Марго послушной женой и будущей хозяйкой имения, а Роба смиренным пастором какого-нибудь церковного прихода, то Алан стал идеальным учеником. В его характере было столько почитания, прилежания и ответственности, сколько и представить сложно.
Стоило рассказать о сне Алану. Он бы предложил адекватное объяснение, успокоил бы её и попросил не предавать значения глупостям и воспаленному воображению.
И Марго решилась открыться Робу.
– Мне приснилась женщина. Мертвая.
Роб нахмурился, но не сказал ни слова.
– Она лежала на мостовой, а кровь смешивалась с дождевой водой и текла вниз по улице.
– Лежала на мостовой? Как в этой деревеньке?
– Да, именно.
– И что же? Чего ты так испугалась? Ты перечитала порядочное количество бульварных детективов, а там описывались ужасы и похлеще.
– Дело в том…
Голос внезапно сел и Марго пришлось глотнуть воды.
– Эту женщину убила я.
– Доказательства есть?
– Нет, я просто это знала. И мои руки были испачканы кровью.
– Не доказательство. Может, ты ей первую помощь пыталась оказать?
Марго улыбнулась и покачала головой.
– Я была уверена, что убила её.
– Значит, ты раскаялась. А это уже половина решения проблемы.
Роб пожал плечами.
Марго отпила ещё воды и немного помолчала.
– Я ещё не все сказала… Убитой женщиной на мостовой была тоже я.
Дверь открылась так резко, что Марго расплескала всю оставшуюся воду в стакане.
– Аккуратней, Марго! – Роб вскочил с постели сестры, отряхивая с брюк капли воды. – Этот костюм стоил мне приличную сумму.
– Не тебе, а отцу. Ты за него не платил, – парировал только что вошедший Алан. – Я всех успокоил и отправил по комнатам.
Марго выхватила из рук Роба носовой платок и принялась промокать им одеяло, пытаясь скрыть от старшего брата трясущиеся пальцы.
– Я останусь до утра с тобой… – начал было Алан, но Роб его перебил.
– Я останусь. Мы уже договорились, что будем всю ночь играть в карты, – заявил он, и в подтверждение своих слов достал из кармана пиджака новую коробку игральных карт.
– Ей не стоит сейчас играть. Она ещё не восстановилась после болезни.
Вместо долго спора и увещевания Роб просто выставил старшего брата из комнаты, бормоча что-то успокаивающее.
Дверь за ним была благополучно заперта, но разговор продолжился только после того, как Марго сменила ночную рубашку на теплый, а главное сухой, халат, и поменяла простыни.
– Давай, продолжай. Что там говорила про то, что ты сама себя убила? – тон Роба был как обычно насмешливым, но глаза выдавали заинтересованность.
– Вчера во время прогулки с Аланом я встретилась с миссис Бинс. Она даёт уроки и занимается местными архивами.
Роб молча выслушал рассказ сестры, не задавая ни единого вопроса, а потом принялся медленно расхаживать по комнате, сложив руки за спиной.
В этот момент он стал так похож на отца, что Марго не смогла сдержать улыбки. Вязкий страх, душивший её после кошмара, начал постепенно отступать.
– Ты хочешь сказать, что каждые пятнадцать лет в Айонской пристани убивают трех человек? Якобы в качестве подношения какой-то богине? Тогда почему здесь до сих пор не наступил рай на земле?
– Что ты пытаешься сказать? – Марго подняла брови и недоуменно уставилась на брата. – Что в итоге они недостаточно стараются и убивать надо чаще и больше, иначе результатов так и не дождутся?
– Не совсем это, но общий смысл ты поняла. Я хочу попросить тебя отказаться от того, чтобы приплетать к этому делу некие высшие силы. Если убийства и происходят, то этому есть другое, более приземленное и практичное объяснение.
– Человек может иметь веру, – возразила Марго. – Кто-то может верить в Богиню и убивать ради жертвоприношения.
– Ждать пятнадцать лет, чтобы прирезать кого-то? Не верю.
– Это может быть какой-то экзальтированный фанатик.
– Тогда его бы уже обнаружили и посадили.
Марго выдохнула и сдалась:
– Хорошо. Твои предположения?
– Если кто-то и убивает, выжидая каждый раз такой длительный срок, то мотив должен быть серьезным. Ради чего люди убивают? Предлагаю тебе три мотива на выбор: власть, деньги, женщины.
На последнем слове Роб криво улыбнулся и подмигнул сестре.
Марго покачала головой и постаралась не выругаться вслух.
– Женщины? Ты серьезно? А если убийца – это женщина?
– Тогда она убивает ради мужчины. Женщины вообще убивают только из-за мужчин.
– Дурак!
Марго запустила в брата подушкой, но тот ловко поймал снаряд и отправил в адрес отправителя.
После крошечной баталии, когда запыхавшиеся брат и сестра сели на кровать, Роб резко посерьезнел.
– На самом деле, раз мы здесь застряли можно проверить эту историю. Нам всё равно больше нечем заняться.
– Проверить? Как?
– Самое первое и очевидное место для поиска доказательств в нашем случае – это кладбище. Собирайся, остался час до рассвета. Нужно успеть вернуться до того, как проснется Алан.
– Это самое странное, что я делала в жизни, – уверенно заявила Марго, пытаясь продраться сквозь плотные заросли сухой травы.
Узкая тропинка, что вела к местному кладбищу использовалась крайне редко и вид имела до крайности запущенный.
Кажется, здесь была и другая дорога, которой и пользовались местные жители, но Роб предположил, что на ней их могут заметить. Марго была вынуждена с ним согласиться.
– Вот выйдешь замуж и обновишь этот список, – пробормотал под нос Роб, всей душой надеясь, что сестра не расслышит его слов.
Пару часов назад, когда они были в теплой комнате и сидели на мягком матрасе, идея отправиться на кладбище и проверить слова миссис Бинс казалась отличной. Промозглое утро, роса на траве и колючки заставили его довольно быстро передумать.
– С чего ты вообще решил, что убитые будут похоронены на местном кладбище? Тела могли забрать.
– Сомневаюсь. Ты сказала, что с момента последних убийств прошло ровно пятнадцать лет, а значит они происходили в это же время года. Сама видишь какая сейчас погода: много дождей и отвратительное качество дорог. Кто осмелиться вести с собой лишний груз по вязкой грязи?
Марго хмыкнула, но не стала спорить с братом, тем более что впереди уже показалась старая покосившаяся кладбищенская ограда.
– Иди за мной. Я вижу ворота.
В нашем сознании при слове кладбище обычно появляется мрачный образ – темная ночь, покосившиеся кресты, холод и обязательно какой-нибудь хрипло каркающий ворон. Однако кладбище Айонской пристани странным образом успокоило тревожное сердце Марго. Это был небольшой холм, расположенный в стороне от реки и дорог. Солнце, показавшее первые лучи над горизонтом, осветило местность легким рассеянным светом и подарило блики покрытой росой траве. От земли поднимался легкий туман, а рядом пели невидимые птицы.
Роб остановился в центре и медленно выдохнул:
– Прямо райское место для вечного упокоения.
Марго улыбнулась и оглянулась на аккуратные могилы – над каждой возвышался небольшой черный камень с высеченным именем и датой смерти.
Девушка скользила от одной могилы к другой, пробегая взглядом по незнакомым именам, в поисках подходящей даты.
Наконец, ей повезло – на одном из камней не очень аккуратно было выбито имя «Лиллия». Марго скользнула взглядом ниже и убедилась в своей правоте – дата смерти ровно пятнадцать лет назад.
Позади раздались шаги и девушку окружил знакомый запах мужского парфюма.
– Отлично, – пробормотал Роб. – Я нашел ещё двоих мужчин. Даты смерти совпадают с рассказом этой миссис Бинс.
– Зачем ты надушился перед походом на кладбище? – отрешенно спросила Марго.
Казалось бы, её должны были тревожить другие вопросы, но в голове не осталось ни единой мысли.
– Понятия не имею, – пожал плечами Роб. – По привычке.
– По привычке, – пробормотала Марго, отступая на шаг в сторону от могилы девушки по имени Лиллия.
Сразу за её могилой, на похожем черном камне был выбит тот же день и тот же месяц, только год…
– Роб…
Марго подняла руку и указала на соседнюю могилу, попутно отметив, как задрожали её пальцы.
Роб проследил взглядом в нужном направлении и ахнул.
