Мне было неуютно под этим спокойным изучающим взглядом, но и остаться я не мог. Ведь я теперь знаю, что не один здесь на этой странной чужой планете. Может, членам моего экипажа нужна помощь или они не могут справиться с местной фауной, такой как эти насекомые, например.
Поразмыслив, я оставил своей гостье все оставшееся мясо газели. У меня есть гаусс-карабин, при случае я себе ещё добуду. Это по идее должно было помочь ей продержаться какое-то время одной в пещере. Совесть меня не грызла. Всё что мог для этой странной местной жительницы я сделал – оказал первую медицинскую помощь, помог отбиться от гигантских насекомых.
Хорошо бы преодолеть максимальное расстояние за первый и второй дни к месту посадки десантного бота. Да и стимулятор, введённый в кровь только что, не даст мне возможности полноценно отдохнуть. Нужно это использовать. Что бы я дальше делал с Ахири, если универсальный антидот из аптечки вдруг бы не помог ей, откровенно говоря, не представлял. Так что и способствовать в её дальнейшем исцелении вряд ли мог. Я присел рядом,
– Мне пора уходить, – сказал я, внутренне ощущая неправильность происходящего. – Ты оставайся и поправляйся. Или если хочешь, пошли со мной, но будет тяжело. Я быстро пойду. Возможно, столкнусь с врагами.
Ответом мне был всё тот же равнодушный и спокойный взгляд. Кажется, что она даже внешне изменилась, став привлекательней. А может, это просто эндорфины во мне играют из-за бурлящего в крови «Шага Смерти»?
Я посидел рядом, глядя на неё испытующе. Инопланетянка так и не ответила, просто сидела, поджав ноги. Ну что же… Вот и поговорили.
11. Первый шаг
Встал.
– Тогда бывай, – бросил через плечо я уже у входа, – И выздоравливай. Если найду своих и жив буду, постараюсь сюда вернуться. Спасибо за всё.
И ушёл. Как бы меня ни грызли сомнения насчёт правильности или неправильности совершённого поступка, я мог быть нужен своим немедленно, а местная девушка Ахири, думаю, не пропадёт. Как-то же она попала в эту бесплодную пустыню, и какое-то время успешно выживала без участия посторонних персонажей вроде меня. Помощь она получила, еда у неё на первое время есть. Вода… Вот воды я оставил ей мало – всего одну литровую флягу из дешёвого, но лёгкого пластика, как-то же она тут путешествовала совсем одна до встречи со мной, и на погибавшую от жажды совсем не была похожа.
Оказавшись снаружи, вдохнул полной грудью холодный воздух и подставил лицо ветру. Принятое решение подарило мне облегчение, словно с плеч свалился груз. Я улыбнулся. Наконец, у меня есть более осязаемая цель, чем просто выжить и дождаться спасателей.
Я усилием мысли пролистал видимое только мне меню дополненной реальности. Увы, ничего не было. Даже тот сигнал, который я поймал, исчез. Все сетевые приложения не активны, девственно пусты и обозначены унылыми серыми иконками с вопросительными знаками, показывающими, что вокс-сеть не обнаружена. Ни одна…
Связи не было. Совсем. На всех каналах только белый шум.
Однако я засёк источник сигнала бедствия в момент его приёма. Теперь на моей виртуальной карте сияла одинокая звезда, запеленгованной ранее метки. Проблема была только в одном, что карта моя состояла в основном из черноты или тумана войны, как её принято называть. Я установил метку своей разбитой капсулы и пещеры, чтобы иметь представление о том куда возвращаться.
Я синхронизировал устройство вокс-связи со своими браслетами экстрамерного хранилища. Стало доступно мнемоуправление на всех трёх устройствах. А после установил на сканер таймер с интервалом один раз в час проверять все частоты радиовещания и любые доступные сетевые каналы. Естественно, результат первого сканирования был неутешителен.
Почему разведывательный бот замолчал? Вариантов несколько. Первый и самый вероятный, я нахожусь в местности, где сигнал блокируется. Второй, может быть, маяк бота тоже сигнал установлен на таймер. Как бы там ни было, это очень странно.
Я вспомнил. «Эгир», оказавшись на орбите планеты, над которой терпит бедствие, должен был первым дело запустить спутники-ретрансляторы, обеспечивающие нормальную работу вокс-сети и бесперебойную связь. И их количество должно бы исчисляться не десятками и не сотнями, а тысячами.
Где орбитальная спутниковая группировка?
Где большой военный крейсер?
Почему я один?
Где все?
Ладно… Ладно! Бог не выдаст, свинья не съест. Прорвёмся! Дотронулся кончиками пальцев до креста и обручального кольца на груди, повесил АКГ-12 на плечо и зашагал в каньон. Даже путь в тысячу ли начинается с первого шага. Пора мне его сделать. Если снаружи пещеры ветер просто дул, то в изломанных трещинах каньонов он хоть и был не таким сильным, но завывал постоянно, обтачивая стены. Применить карабин пришлось буквально сразу.
Около дохлых насекомых, которых я настрелял, когда спасал местную чумазую красотку, крутилось ещё одно членистоногое, размером с бультерьера. Присел, прицелился, выстрелил одиночным. Игла на короткой дистанции без особого напряжения разнесла маленькую хитиновую головку в брызги вонючей жижи. Вот… Так-то лучше. Всегда бы так!
Чтобы не заплутать в лабиринте каньонов и выйти к пещере я на каждом перекрёстке выкладывал камнями, на всякий случай небольшую стрелку, указывающую направление, по которому я пошёл. Внизу попадались время от времени уже знакомые мне членистоногие, похожие на булыжники, отрастившие конечности и клешни. Вокруг меня высились стены этого бесплодного лабиринта метров на двадцать вверх. Сухой серый мох, использованный мной для подстилки, тут был совсем не сухим, а, напротив, напитанным влагой. Растение произрастало по стенам и дну каньона в невероятных количествах, придавая и без того депрессивному пейзажу ещё более унылый вид, хотя, казалось бы, куда уж больше.
Под ботинками мерзко хлюпало, местами стояли лужи. Хоть сверху было местное утро, снизу света было примерно как в местную ночь. Света тут не было почти совсем. С первых минут я понял, что ошибся в оценке времени, за которое преодолею триста километров.
Идти было тяжело. Ноги вязли в противной хлюпающей моховой подстилке, приходилось обходить или перепрыгивать лужи и расщелины. Перелезать через завалы и отдельные большие камни.
Время я отмерял по часам. К обеду, если верить интерактивной карте, удалось пройти восемнадцать километров. Что сказать? Мало. Очень мало. Получается, что я двигался со скоростью три километра в час, что категорически меня не устраивало. Однако и ускориться я не видел возможностей никаких. Через час после обеденного привала мне встретился первый кокон.
Это был овальный мешок из кожистого материала, метра два в длину, словно приклеенный к отвесной стене, на высоте моей вытянутой руки. Если бы внутри не произошло шевеление, то я ни за что не отличил его в потёмках от каменного наплыва. Приглядевшись, я обнаружил, что он хоть и слабо, но непрерывно пульсирует, а внутри проглядывались тёмные контуры некоего тела.
Отойдя подальше, помня о кислотной крови тварей, я прицелился и выстрелил. Фрагментированная игла проделала в коконе дыру размером с футбольный мяч. Оттуда выплеснулась прозрачная, мерзко пахнущая аммиаком жижа, а через минуту кожаный мешок с хрустом разорвался и из него вывалился кошмарный детёныш гигантского насекомого. Существо было не до конца сформировано, часть внутренних органов торчала наружу, но оно смогло поднять голову с клювообразными жвалами и попыталось ими завибрировать, чтобы издать костяную дробь. Конечно, у твари ничего не получилось подать сигнал своим, по причине того, что я разнёс мерзкую мелкую головёнку.
После обеда я упёрся в тупик, выбрав неправильное направление и мне пришлось разворачиваться и тащиться назад, убив всю вторую половину дня на бесцельную прогулку по унылой расселине. Если таких тупиковых каньонов много, так я далеко не уйду. Когда я вернулся к предыдущему перекрёстку и обнаружил свою выложенную стрелочку, то часы просигналили, о том, что приближается ночь. Через час совсем должно стемнеть. Однако небо потемнело раньше.
До моего слуха донеслись звуки мощной канонады, в которых я с трудом опознал гром, небо заволокло непроницаемо тёмными тучами, а после этого влупил ливень такой небывалой силы, что хлещущая с неба вода стояла стеной. Благо, что рядом обнаружился небольшой козырёк, под которым я и укрылся от решивших сбить меня с ног небесных струй. Стихия разбушевалась не на шутку.
Хорошо что моя обувь и мой комбинезон были не продуваемые и не промокаемые. С лёгкой натяжкой их можно было бы назвать герметичными и до получаса находиться в открытом космосе, правда, для этого мне нужно будет найти шлем. А у меня его нет.
Поразмыслив, я решил, пока отложить подробную инвентаризацию всего, что у меня есть, а вскрыл одну из пластин армейского сухого пайка и безрадостно принялся жевать, набирая дождевую воду в одну из освободившихся фляг.
Непогода бушевала, наверное, с полчаса, но с такой интенсивностью, что я даже начал опасаться – утону ведь как крыса в этих расселинах, захлебнувшись в мутной жиже. Вода поднялась до моего уступчика, на котором я устроился под козырьком, но проливной дождь прекратился также внезапно, как и начался. Небо сверху было тёмным, а на дне расселины меня окружал кромешный мрак и холод. Не продуваемый и непромокаемый комбез – это хорошо, но вот тепла он не даёт совсем.
Покопавшись в крипторе через окно дополненной реальности, я нашёл то, что мне сейчас было необходимо. Открыл экстрамерное хранилище и вытащил свёрток, открыл его и… Бинго!
Плотные, полевые, камуфляжные штаны и куртка без знаков различия, выполненные из прочной, тянущейся политкани. Всё остальное, вроде белья, носков и прочего, спрятал обратно. Накинув капюшон и согревшись, почувствовал себя снова человеком.
12. Туман
Поминутно оглядываясь и стараясь не наступить в расселину и не споткнуться об камни, я двинулся дальше. Повисший утром туман снизил и без того плохую видимость до нескольких метров. По иронии, под ногами туман был гуще и приходилось постоянно смотреть под ноги. Естественно, что из-за этого скорость моего передвижения снизилась ещё больше. Пробираясь через туман, я почти с ностальгией вспоминал ровную как стол соляную равнину.
Интересно, сколько придётся в одиночку тащиться эти триста километров до места посадки разведывательного бота? Даже не воспоминания, а какая-то смутная, но при этом твёрдая уверенность в том, что мне эта задача по плечу, заставляла задуматься, что меня к такому готовили. Выглядит всё просто, нужно двигаться и не забывать о гигантских насекомых, развешивающих свои коконы в каньонах. На деле необходимо поминутно смотреть себе под ноги и останавливаться, озираясь и настороженно вслушиваясь в окружающие звуки.
Ведь где коллективные насекомые обычно прячут свои коконы?
Правильно. В своих логовах. Окружавший меня каньон не был похож на муравейник или улей, но кокон-то был. Он мне не почудился. И мелкая тварь собиралась звать своих на помощь, что означало только одно – они где-то рядом. Вот я и остерегался как мог. Хорошо ещё, что оружие есть и целая ячейка с боеприпасами к карабину. Это много, но этот ресурс не бесконечен. И в самом ближайшем будущем мне придётся решать этот вопрос. А может, и нет, если доберусь до своих и у них там уже развёрнут полевой репликатор.
Вообще, получается как только, я вышел из соляной пустыни, стрелять мне приходилось практически ежедневно. Что наводит на определённые мысли. Этот мир враждебен человеку. Попробовав эту мысль на вкус, покатал её в голове и так и эдак, понял, что она не вызывает у меня совершенно никакого отторжения или протеста. Враждебен мир? Значит, так тому и быть. Буду воевать. А кто кого – это мы ещё посмотрим.
Эти размышления навели на мысли о моей подготовке и психологической устойчивости. Я воспринимал своё поведение как само собой разумеющиеся, но что-то мне подсказывало, что большинство людей, попавших в мою ситуацию, вели бы себя иначе. Много бы я сейчас отдал, чтобы вспомнить те суровые военные будни. Обучение, муштру, дисциплину – одним словом, всё то, что делает из гражданского человека подготовленного опытного воина. Особенно ту часть тренировок, которая касалась выживания. Остальное, конечно, тоже мне дорого, но навыков выживания мне не хватает сейчас катастрофически.
А то, что эта подготовка у меня имелась, сомнений не возникало. Руки, сжимавшие оружие, выполняли скупые и доведённые до автоматизма действия. Столкнувшись с уродливыми и хищными гигантскими насекомыми, я не впал в уныние или ужас, а продолжал сражаться. Мысли о смерти, конечно были неприятны. Кому вообще о таком размышлять понравится? Но ведь я почти спокойно отнёсся к перспективе того, что мертвы примерно все. Да и перспектива собственной гибели не вызывала во мне бурных протестов. Больше всего не хотелось сдохнуть зазря. А так… Не хочется, конечно, но… нормально. Нормально!
Вот такие и подобные мысли крутились в моей голове, пока я пробирался по затянутому туманом дну каньона. Хотелось вспомнить себя, семью, родственников, боевых товарищей, подготовку и службу. Одним словом, всё, что сделало меня личностью с определённым складом. Однако память представляла собой словно внутренности пустой и тёмной бочки, запах того, что там хранилось прежде, присутствует, но содержимого уже давно нету. И вот это меня пугало по-настоящему.
Несмотря на туман, я твёрдо решил, большую часть светового дня идти к своей цели, а остановиться, только когда стемнеет так, что передвигаться станет совсем уж темно. Кроме того, ночь – это время охоты гигантских насекомых, пришедших за мной и Ахири как раз из каньонов. И хорошо бы найти до темноты хоть какое-нибудь укрытие.
Вчера ночью, я таки провёл инвентаризацию. Инъекция стимулятора не давала мне глаз сомкнуть, а подозрительные звуки в темноте постоянно заставляли напрягаться и вслушиваться. Хоть я и установил детектор движения и тот молчал, шестое чувство всё равно вопило об опасности. В крипторе обнаружилась быстровозводимая постройка. Насколько я понял смешанного назначения. Оно представляло собой довольно крупное здание.
Возводилось оно так: сначала было нужно выбрать относительно ровный участок поверхности и расстелить на нём ковёр пятисантиметровой толщины, после запустить встроенный насос, накачивавший что-то вроде надувного ангара. После того как надувной каркас развернётся полностью, запускался процесс образования пены, которая, заполнив весь доступный объём надувной опалубки, немедленно начинала твердеть.
Естественно, что мне сразу же захотелось его возвести и спокойно отоспаться в человеческом строении. Остановило только, то, что место это в расселине было явно неподходящим для постройки стационарного долговременного жилья.
Через дополненную реальность осмотрел остальное. Если что-то мне было непонятно или неясно, я без раздумий вытаскивал это из криптора и осматривал лично. Вообще, надо сказать, что лишнего тут не было ничего. Всё это были предметы и ресурсы ценные для выживания на другой планете.
Палатки, одеяла, одежду, бельё, мыльно-рыльные и всевозможные мелочи, про которые я даже не вспомнил в первые дни пребывания на планете, тем не менее именно такие вот мелочи и делают жизнь лёгкой и приятной.
Экспресс-аптечкой я уже пользовался, поэтому осматривать её не стал, а пролистал страницу дальше.
Обнаружились: фонарь, семь световых стержней, дыхательная маска для токсичной атмосферы, несколько внушительной длинны мотков тонкой верёвки и рыболовный набор, защитные очки с функцией прибора ночного видения и целая гора всевозможных мелочей, ковыряться в которой, пока было неохота.
В нескольких герметичных контейнерах было очень много всевозможного инструмента. Самым полезными из которых были мультиключ-трансформер, играющий роль топора, молотка, ключей и электрической пилы, небольшая лопата, несколько баллонов металлополимера, но кроме этого, было полно и специфических инструментов вроде компактного сварочного аппарата, плазменного резака и миниатюрного лазерного паяльника, заставившие меня вспомнить о том, что я, вообще-то, технический специалист, а не обычный космический пехотинец.
Одним из самых ценных предметов была энергоячейка. Конечно, ничего фантастического она из себя не представляла – это был миниатюрный источник энергии, однако вполне способный обеспечить электричеством жилище на долгие десятилетия.
Кроме, забитого сухпайками слота, присутствовал ещё один с чаем, кофе, солью, сахаром, приправами. Рядом лежали зёрна для посевного фонда. Хоть я и не представлял себя в роли фермера, ради интереса посмотрел, что там есть и присвистнул: пшеница, рис, соя, грибы какие-то белые круглые, огурцы, помидоры, яблоки, сливы, персики, виноград, чай, смородина, малина и ещё какие-то травки, в которых разбираться я сейчас не захотел. В ячейке с семенным фондом прилагалась инструкция, как и что с ними нужно делать и приличное количество концентрированных универсальных удобрений, для разведения в воде. Вообще, так-то можно вполне осесть где-то и развезти огороды. Я уверен, что смог бы обустроить теплицы даже на соляной равнине, вода там есть, если вспомнить про гейзеры. Но заниматься огородничеством в полном одиночестве как-то оно не того… На пенсии может…
В отдельной ячейке лежали несколько схем для репликаторов. Они представляли собой коробки, обклеенные яркими наклейками, предостерегающими от неосторожного применения и несколькими стопками почти вечных пластиковых брошюрок с инструкциями по применению. Я рассмотрел их – обычные прямоугольные пластины, живо напомнившие о бионических информнакопителях. Вообще, такое может представлять немалую ценность для обладателя репликатора, ведь внутри одной такой пластины содержится некий трёхмерный конструктив для молекулярного принтера репликатора. Как жаль, что у меня нет этого девайса, а так да… Можно было бы собрать необходимые материалы, загрузить в репликатор и напечатать то, что у меня на моих схемах. Кстати, а что там?
13. Пещера
Всего схем было три. Первая – компактный гаусс-карабин «Аксай – 6». В целом это было оружие подобное моему, но классом пониже. Если мой «АКГ – 12» был снабжён двенадцатью разгонными каскадами, то «Аксай» имел всего шесть. Тут был и плюс, и минус. Скорострельность из-за этого значительно повышалась, но вот мощность одиночного выстрела проседала. Во всём остальном оружие тоже было попроще: меньше настроек, хуже точность и кучность на дальних дистанциях, но окупается всё скорострельностью и плотностью огня, особенно если не заморачиваться с иглами и режимами стрельбы, а загрузить в магазины сразу трёхмиллиметровые пласталевые шары.
Также мне досталась схема с комплектом полевой формы сил планетарной самообороны типа «Ауксиларий», состоящий из простой пласталевой кирасы, совмещённой с разгрузкой, сегментированных наплечников, наколенников, плотного политканевего всеатмосферного комбинезона, простенького полужёсткого бандажа с синтетическими мускулами, надеваемого под комбинезон, простой обтекаемой пласталевой каски и защитными очками с дыхательной маской, подобных тем, что я нашёл в своём крипторе. Завершал комплект толстый плащ с островерхим капюшоном и покрытием, экранировавшем ик-датчики. Ничего лишнего. Дёшево, сердито, функционально для подразделений планетарной безопасности.
Третей схемой была универсальная индивидуальная аптечка с набором всего необходимого для оказания первой помощи. Перевязочный материал, шины, жгуты, обезболивающее, антибиотики, кровоостанавливающее, обеззараживающая жидкость, пластырь, медицинский клей и степлер для скрепления ран.
Все конструктивы являлись военными репликами, в открытый доступ никогда не попадавшими. Здесь и сейчас в руках у меня оказалась настоящая ценность, с помощью которой, я, если найду разведывательный бот, смогу начать печатать настоящее военное снаряжение, ничем не отличающееся от оригинала. Молекулярная репликация на такое вполне способна, если есть, конечно, схемы.
Однако даже обладая всем необходимым для печати на обычном бытовом репликаторе, не распечатать боевое снаряжение. А именно бытовые агрегаты и распространены больше всего. И это понятно, ведь промышленное производство в земных колониях выстроено на репликационных схемах, выпускаемых на бионических информнакопителях. Производители неохотно выпускали схемы, записанные на ДНК-банки с бесконечным циклом производства, чаще выпуская, схемы одноразовые или с ограниченным циклом применений. Как только такая схема была использована определённое количество раз, информнакопитель уничтожал всю записанную на него информацию. Что неудивительно, репликационные схемы были основным объектом авторского права, торговли и конкуренции корпораций.
Информнакопители, попавшие мне в руки, не имеют блока уничтожения информации и являются практически вечными, что увеличивало их ценность в сотни, а то и в тысячи раз. Но это всё в перспективе, ведь доступа к нужному репликатору и ресурсов для производства у меня нету и в ближайшее время не предвидится.
Ясно, что флотское командование перестраховалось от того, чтобы обученные и тренированные космопехи не оказались на вражеской территории без средств к ведению боя. И надо отдать должное, они не жадничали, закупая самое дорогостоящее. Для этого схемы поместили в крипторы тех, кто даже теоритически может оказаться в ситуации подобной той, в которую сейчас попал я. Да какое там "попал"… Вляпался! А это значит только то, что и репликаторы должны найтись. Всё это могло при определённом стечении обстоятельств помочь мне выжить.
Свои собственные силы я переоценил, так как к обеду следующего дня «Шаг Смерти» начал мягко, помаленьку отпускать, и я был вынужден искать место для длительного отдыха. Потому что, организм не обмануть, если ты увеличил время активного бодрствования до двух суток, то будь уверен, осыпаться всё равно придется. Я начал чувствовать себя словно выжатый лимон, а дальше меня просто выключит и нужно будет отсыпаться сутки если не больше.
С меня лился градом по груди и спине пот, а через несколько километров начали трястись конечности. Пока немного, но уже не может быть и речи о прицельной стрельбе, а дальше это состояние будет только усугубляться. Помимо, всех этих напастейпроснулся прямо-таки зверский аппетит и да, начало клонить в сон.
Я решил подыскивать место для ночлега и вскоре такое мне попалось. Это была зияющая темнотой нора или пещера в отвесной стене каньона на высоте пяти метров над поверхностью. Вот именно в такое место мне и следовало бы забиться и отоспаться. Оставалось только придумать, как туда забраться.
Почесав затылок и протерев лоб, вспомнил, что в крипторе был моток прочной верёвки, которая вполне мои девяносто килограмм должна бы выдержать. Из пещеры торчал выступающий камень, через который я перекинул верёвку после десятка неудачных попыток. Повиснув, убедился, что камень выдержит мой вес и не ударит по темечку в самый неподходящий момент. Дальнейшее восхождение было делом техники, так как я вспомнил, как завязывается узел «Блэкнот». Обвязался верёвкой вокруг талии. Короткий конец привязал к длинному, сделал четыре оборота, а под нижние два продел конец, упёрся ногами в стену и… Собственно, всё. Узел не давал мне скользить вниз. Подтягивая себя узлом каждый шаг вверх, я дошёл по стене до входа в пещеру. Потом просто подтянулся сам и втянул за собой верёвку. Нет, это точно была не нора.
Конечно, меня беспокоило такое малое количество животных. Все хищники были представлены гигантскими насекомыми, травоядные – шестиглазыми тонконогими газелями. Были ещё камнекрабы, которых пока я ни к какой группе отнести не мог, но где все остальные? Спрятались? Испугались человека? Вроде бы плотность населения тут исчезающе мала. Вот мне, например, довелось за несколько дней встретить только местную чумазую красотку Ахири. Где птицы? Насекомые? Но не гигантские, а самые обычные. С одной стороны это хорошо, так как не только хищные животные могут быть опасны, но и вполне себе с виду безобидные.
Когда я оказался в тёмной пещере, в её естественное происхождение поверить было сложно. Это больше всего походило на круглый канализационный коллектор. Чуть ребристая поверхность, почти ровный пол. После того как пролез несколько метров на четвереньках, я спокойно встал, не пригибаясь. Внутри пахло грибами и чем-то ещё.
Осмотрелся. Неужели это техногенное сооружение? Посреди бесплодной пустыни? Проложенные коммуникации тут не имели смысла. Пожав плечами, я надел очки с режимом ночного видения. Всё вокруг меня моментально окрасилось в оттенки серого, но видно всё было отлично. Устроив «АКГ-12» на сгибе локтя, я двинулся вглубь неизвестного, тёмного тоннеля, готовый в любой момент выпустить веер игл при малейших признаках опасности.
14. Ночёвка
Вопреки моим тревожным ожиданиям тоннель оказался пустым. Внутри подвывал ветер, наполняя пространство под сводами причудливыми звуками. Это лишь доказывало, что тут есть второй выход, создававший тягу. Представителей животного мира тут не обнаружилось. Хотя я углубился на несколько километров. Прошагал их легко, так как пол оказался ровным, словн
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
