– Ага. Твоя мать безработная.
– Ну и ладно.
Сын мало понимает, чем это грозит нам. И я рада. Не хочу, чтобы он взрослел раньше времени.
– Я пойду работать, – уверенно выдаёт.
Рано я успокоилась.
– Ага. Счас, – треплю его по голове. – Не раньше, чем тебе исполнится восемнадцать.
– Но, мам…
– Не мамкай, лучше помоги всё тут убрать, будем ужинать.
Сын слушается. Уносит ноут ко мне в комнату, пока я грею еду.
– Завтра утром поеду на собеседование. Может, получится сразу устроится.
– Куда?
– Какая-то фармацевтическая компания.
– О-о-о, бабушка будет рада.
– Она была бы рада, если бы я изначально пошла в медицинский, как нормальный ребёнок, а не в ай-ти специальность. – говорю с сожалением, но тут же одёргиваю себя. И так хреново, что сын периодически слышит наши с мамой ссоры из-за моей профессии, не хватало ещё ему плакаться об этом, поэтому переключаюсь с темы: – Завтра схожу на собеседование, посмотрим, сложится с ними или нет, но в отпуск придётся ехать сейчас.
– Может, без отпуска?
Мотаю головой.
– Я обещала тебе море. Да и мне самой надо развеяться.
Этот вечер сын проводит со мной, а не с компом. Отвлекает разговорами, мы даже играем в настольную игру, и я с лёгкостью забываю о проблемах. Подумаешь, уволилась, что я, новую работу не найду… Тем более завтра собеседование и, может быть, мне повезёт.
А вот утром по-новой начинаю нервничать. Стыдно признаться, но это моё второе собеседование в жизни. Я проработала в той конторе девять лет, хм, символично: брак прожил девять лет и первая работа столько же. Так вот, я туда устраивалась на подработку студенткой, там же проходила практику. И я привыкла к этой фирме. Я даже не знаю, что говорить на собеседования. Надо было вчера вместо игр хотя бы погуглить. Нет. Время, проведённое с сыном, ни на что другое я не променяю.
Пока вожусь в ванной, сын успевает сварить мне кофе и сделать бутерброды. Может, иногда он и вредный, но всё равно самый лучший парень в мире.
– Хочешь, поеду с тобой?
Мотаю головой.
– Тогда не нервничай.
– Я не нервничаю.
– Ага, а футболку надела наизнанку.
– Пф-ф-ф, так модно просто.
Сын закатывает глаза. Внимательно рассматривает меня, я ему в ответ улыбаюсь.
– Тогда я у Славы буду.
– Ok. Только вы бы не сидели весь день у компа, а погуляли. И что у тебя со списком чтения на лето?
– Ма, лето еще не началось.
– Ты даже не заметишь, как оно закончится. Так что со списком?
– Ой, ма, кажется тебе кто-то звонит.
Сын убегает за телефоном в мою комнату, а я мысленно ставлю себе галочку вечером продолжить разговор. Я даже ради этого телефон отключу.
– Это бабушка.
Дениска с опасливостью протягивает мне телефон. Будто это бомба. Я снова улыбаюсь ему, показываю, что всё в порядке.
– Людмила, – строгим тоном начинает мама, – почему Катя говорит, что ты шантажируешь Костика алиментами?
– Потому что он должен их выплачивает.
– Ты же знаешь, мальчику не везёт с работой. Он так и не смог закончить академию и получить нормальное образование, ему нужно было вас кормить. Ты ведь не хотела больше с нами жить.
Ага. Именно я виновата, что мой дорогой бывший муж не задерживается ни на одной работе. Именно я виновата, что его отчислили из академии. Да и вообще своей беременностью в шестнадцать лет сломала всю жизнь мальчику. А то. что я смогла доучится и получить диплом, ну так у меня и профессия не профессия. Сейчас любой может пройти курсы и быть ай-ти специалистом. Так что непонятно, чему я училась все четыре года.
– Мам, давай не будем начинать всё по новому кругу. Обещаю не давить на него.
Как будто я когда-то давила. Так, иногда припоминаю, что он обязан платить, а то живёт слишком хорошо. Только Костик тут же бежит к своей матери, жалуется на стерву Людочку. Тётя Катя сразу бросается звонить моей матери. Вот так и живём одной большой дружной семьёй.
– Хорошо. Я рада, что ты меня понимаешь. Если тебе нужны деньги, ты всегда можешь вернутся жить к нам. Мы с отцом поможем, – от одной мысли, что буду снова жить с родителями, кривлюсь, будто от боли, хорошо мама по телефону не видит меня. – Да кстати, почему ты не на работе? Что-то случилось.
– Нет, ничего не случилось. Вот как раз собралась выходить.
– Ладно. Не буду задерживать.
Отключаю звонок и выдыхаю. Сегодня повезло, и мы, можно даже сказать, спокойно поговорили. После разговора о переезде к ним я даже перестала бояться собеседования. Ничто так не стимулирует перед предстоящим подвигом, как страх вернуться в родительский дом.
Переодеваю футболку на нужную сторону. В зеркало тщательно рассматриваю себя и выхожу из дома. К нужному бизнес-центру приезжаю за двадцать минут – хороший знак. Мне сразу выдают временный пропуск, лифт встречает распростёртыми дверями, а на нужном этаже меня уже ждёт милая девушка.
– Здравствуйте, я Ангелина, – она улыбается мне открытой улыбкой, я отвечаю ей тем же, – мы с вами разговаривали.
– Очень приятно! Люда.
Она проводит меня в переговорную. Даёт анкету, которую я быстро заполняю. Мы с ней немного обсуждаем общие условия. И нас двоих пока всё устраивает.
– Если вы не против, то я бы предложила пообщаться с вашим непосредственным начальником уже сегодня.
Активно киваю. Чем быстрее в моей жизни появится определённость, тем лучше!
– Хорошо, но нужно будет его подождать примерно час. К сожалению, он сейчас на совещании. Либо мы можем назначить встречу на завтра.
– Я подожду, – поспешно выкрикиваю.
– Отлично, тогда, может, попросить принести вам кофе?
– Нет. Спасибо, ничего не надо.
Ангелина уходит, а я решаю убить время и посмотреть новую серию любимого сериальчика. Хорошо, что наушники всегда валяются в сумке. За просмотром время пролетает незаметно, ещё и серия оказывается очень интересной, моментально меня затягивает. Смотрю, не поднимая головы, а когда поднимаю, вздрагиваю и в голос готова закричать, прямо за мой спиной кто-то возвышается.
Оборачиваюсь, а там качок лысый. Я такими обычно себе бандитов девяностых представляла.
– Здрасьте, – мямлю, а мужик только шире губы в улыбке тянет.
– Привет. Всё ждал, когда ты меня заметишь. Ты не против, что я сразу на «ты»? Всё-таки вместе работать.
Мотаю головой, хотя ни хрена не понимаю.
– Отлично.
Этот странный мужчина обходит стол и садится напротив меня, берёт в руки мою анкету, но не смотрит. Он сверлит взглядом меня. Интересно, все собеседования проходят так? Если да, то надеюсь, меня возьмут на работу, потому что я не готова к ещё одной такой эмоциональной пытке.
– Меня, кстати, Гордей зовут, – представляется как бы между прочим, – твоё резюме меня устраивает. Нравится, что так долго работала на одной работе, твой бывший руководитель о тебе хорошо отзывался.
Ага. Это потому, что я оставила контакты предыдущего начальника, тот, что сейчас, вряд ли бы сказал и одно хорошее слово. Только речь этого Гордея мне всё равно не нравится.
– Но? Оно же есть.
– Есть. – Качок бросает мою анкету обратно на стол, а сам откидывается на стул. – У нас нет запрета на служебные романы. Директор не видит в этом проблемы, а я вижу.
– Не понимаю, как это касается меня.
– Ты красивая и хочешь работать в мужском коллективе.
– Ключевое слово – работать. Романы последнее, что меня волнует.
– Это ты сейчас так говоришь. Мне нужны гарантии.
Усмехаюсь, от этого бреда.
– Какие? Кровью девственницы расписаться не смогу, извините, – развожу руками, – давно уже не девочка.
Уголки губ Гордея дёргаются вверх. Весело ему. А мне-то что делать?
– Уродовать себя тоже не собираюсь. – категорично заявляю. Мало ли какие у этого громилы идеи в голове.
Он едва заметно мотает головой, потом с грацией дикой кошки, что с его габаритами смотрится очень странно, передвигается вперёд, кладёт руки на стол, складывая их в замок и смотрит прямо мне в глаза.
– Никакой вызывающей одежды. Никакого яркого макияжа. Никакого флирта с коллегами. Одно предупреждение, после второго – увольнение.
Киваю, с этим проблем не будет.
– Ты подпишешь дополнительный договор, где распишешься, что согласна с ранее озвученными условиями.
– Без проблем. Но паранджу носить не стану, не проси.
– Жаль, было бы интересно на тебя в ней посмотреть.
– Ещё условия?
– Нет. У тебя?
– Выхожу на работу через две недели. Сейчас у меня отпуск.
– Договорились.
Он протягивает руку, чтобы скрепить наши договорённости рукопожатием, и я не задумываясь, отвечаю, не скрывая довольной улыбки. Кажется, у меня есть работа.
Глава 4
Нам с сыном на море понравилось. Мы пробыли там двенадцать дней и уезжать не хотелось. Это как с клубом – передышка, а теперь снова предстоит вернуться в реальную жизнь. Правда, в этот раз всё было прилично. Танцы только с сыном на детской дискотеке, в одиннадцать мы уже спали. Вместо алкоголя – молочные коктейли, хотя Дениска великодушно мне разрешил выпить бокал вина – комплимент от какого-то мужчины в одном ресторане. Комплимент принимать не стала. Недавно проходили через это – хватит.
Ещё несколько дней своего отпуска мы с сыном провели в Москве, с погодой повезло. И не как в песне Цоя, а на самом деле было солнечно, но не жарко. Иногда к нашим прогулкам присоединялся мой младший брат. Было весело. Но, как говорится: повеселились и хватит. Работать пора.
В первый день Гордей меня знакомит с коллегами. Всего в нашем отделе десять человек, не считая громилы-босса. Кстати, если ещё раз услышу, что все программисты дохляки, я им суну под нос фото Гордея. Он лучше всех развеет этот стереотип. Хотя в нашем отделе только четверо «дохляков», остальные парни явно предпочитают за собой следить.
Также Гордей лично вводит меня в курс работы и особенности компании. Сразу распределяет часть заданий на меня. Не нянчится. С первого дня я начинаю работать на равных с остальными. Благодаря этому я быстро вливаюсь в коллектив и в работу. Мне нравится. Здесь совершенно другой уровень, чем на предыдущей работе. Гораздо выше.
Месяц работы пролетает совершенно незаметно, Гордей вызывает к себе, и я волнуюсь. По-настоящему. Мне не было страшно потерять предыдущую работу, знала, что это не та, за которую стоит держаться. А вот вылететь из этой компании я совершенно не хочу, потому что это настоящая удача, что я вообще смогла сюда попасть.
– Ну что, Людмила, ровно месяц прошёл, как ты у нас работаешь, – говорит серьёзным тоном, отчего у меня начинают трястись поджилки, я едва заметно киваю и готовлюсь к худшему, а мой начальник расплывается в довольной улыбке и говорит: – я передал кадровикам, что у тебя испытательный закончился, так что ты теперь в штате.
Мне кажется, я слишком громко выдыхаю, потому что Гордей начинает громко ржать.
– Люд, у нас есть традиция раз в месяц с ребятами в бар выбираться, присоединяйся. Отметим. Тебя никто не ждёт?
– Ждут. Но думаю, сын будет только рад, что сможет поиграть спокойно дополнительные пару часов.
– Тогда идём.
Бар располагался недалеко от офиса. Классический ирландский паб. Мебель из деревянного массива, кожаные диваны и стулья. Стены из светлого декоративного кирпича, а из украшений только какие-то плакаты, хотя на одной из стен висят огромные вокзальные часы. Даже бильярдный стол имеется. Уютная классика. Мне нравится. Мы занимаем большой стол, ребят тут уже встречают как родных. Одна из официанток приветливо улыбается Анвару, моему коллеге, а тот ей подмигивает.
– Скидку нам добываешь?
– А? – не сразу понимает мой вопрос, но потом громко смеётся, – нет, к сожалению. Без скидки.
– Так, может, пора от подмигивания перейти к чему-то другому, более существенному. – играю бровями, на что коллега снова ржёт.
