– Ага, вот и ты…, – удовлетворенно прошептал он, увидев женщину, которая выходила из подъехавшей к тротуару иномарки.
Гриша все-таки приехал, хотя Данилова, погруженная в свои мысли, не слишком-то горела желанием его видеть. Дежурные цветы в подарок, ужин на скорую руку, затем быстротечный секс… И Данилова (впервые за время их знакомства) попросила Гришу уйти.
– Эй, Александра, в чем проблема?
– Не знаю я, Гриш… Если скажу, что дело, которым я сейчас занимаюсь, покоя мне не дает – ты ведь меня не поймешь, правда?
– Не пойму. Ты всегда умела отделять работу от личной жизни.
– Умела, – вздохнула Данилова. – Да, видно, дела разные бывают. Скажи, Гриша – ты же в спецназе служил?
– Да, верно. А что?
– Знаком с армейскими татуировками?
– Немного. Что тебя интересует?
– Летучая мышь с кинжалом в лапах.
Григорий пожал плечами.
– Да вроде не знаю про такое. Хотя постой! Как ты сказала? Летучая мышь? Однажды слыхал от пацанов. По-моему, это снайперы из разведки морпехов. На слух, в полной темноте стреляли. Ножами орудовали как фокусники. Их недолго в Чечне продержали, вывели почти сразу. Но это, как говорится, штучный товар. Лично я живьем ни одного не видел. А ты?
– Да и я тоже…, – рассеянно ответила Данилова, думая о своем.
Она села в машину, вставила ключ в замок зажигания…
Сзади коротко завозился кто-то, и холодная сталь коснулась ее горла.
– Сидеть тихо!
Пауза…
– Послушайте, Дергач…
– Тихо, я сказал!.. Данилова Александра Максимовна, шестьдесят седьмого года рождения, незамужняя, детей нет, образование высшее. Мне продолжать?
Она позволила себе расслабиться; в конце концов, хотел бы зарезать – уже зарезал бы.
– Чего вы хотите, Леонид?
Она специально назвала его по имени, дабы наладить хоть какой-то человеческий контакт.
– Правды. На меня ведь хотят повесить те шесть трупаков, про которые ты по телику говорила?
– Вот, значит, как вы меня нашли. По телевизору увидели.
Лезвие прижалось к коже немного сильнее.
– На вопрос отвечай!
– Да. То есть, вас подозревают в совершении этого преступления.
– Основания?
– Ваша летучая мышь, – после секундного замешательства выдохнула Данилова. – Татуировка на левом предплечье. Спецназ ВМФ?
– Ха! Значит, и ты не лыком шита. Не зря ешь свой прокурорский хлеб.
– Уберите, пожалуйста, нож, – попросила Данилова. – Я вам при ваших умениях абсолютно неопасна.
– Пожалуй, – согласился Дергач и отвел лезвие.
Тогда только Данилова рискнула бросить взгляд в зеркало заднего обзора и натолкнулась на две ярко-синие молнии – уставшие, в обрамлении мелких морщинок, глаза немолодого убийцы…
– Нам с тобой до правды докопаться надо, – произнес он. – Обязательно надо, слышишь? Хватит, набегался я от ментов. Спокойной жизни хочу. Не убивал я этих, из офиса. Завязал…
– Вот как? А татуировка?
Дергач с досадой вздохнул, засучил левый рукав.
– Повернись, посмотри.
Данилова повернула голову. Все так, как и описывала Ордынцева: клыкастая летучая мышь, с кинжалом в лапах… А над головой мыши – полукругом надпись: «КРСФ».
– Про буквы она ничего не говорила, – машинально пробормотала Данилова.
– Кто не говорил?
– Неважно. Что это означает?
– Контрразведка Северного флота. Получается, там кто-то выжил и описал мою наколку?
– Так и есть, – призналась Данилова.
– Подстава это. Какая-то гнида стрелки на меня перевести хочет. Понять бы, кто…
– А еще у кого-то может быть такая же татуировка?
Дергач почесал затылок.
– Может-то может, но… Чтобы ребята в киллеры подались, в безоружных палили… Нет, не верю.
«Но вы же подались», – едва не вырвалось у Даниловой. Он, казалось, угадал ее мысли.
– Я – особый случай. В семье, как говорится, не без урода. Я вот что предлагаю. Вместе работать будем. Ты мне поможешь. Ну, или я тебе. Найдем мы козлов этих… Ты как?
– Шерлок Холмс и доктор Ватсон? – усмехнулась Данилова.
– Называй как хочешь. А только вместе мы – сила. У тебя возможности. Но и у меня – тоже. Я тебя через дружка моего вычислил. Он дока в компьютерах, в любую базу данных залезет. Имя-фамилию человека назвал – и привет. Так что, пригожусь я тебе, по-любому.
– И с чего начнем?
– Я хочу потолковать с этой… со свидетельницей. Которая якобы меня там видела.
– Невозможно, – отрезала Данилова.
– Не стану я ей ничего делать! Поговорю, да и всё.
– Забудьте об этом. А вот кое-что другое можете попробовать. Ваш гениальный приятель сумеет проникнуть на сервер фирмы «Worldwide real estate»?
– Это на которую напали, что ли? А вы сами что, не изымали их компьютеры после налета?
– Изымали, конечно. Но меня интересует канадский офис. Там своя, независимая сеть. Нужны сведения обо всех недавних сделках с недвижимостью. Особо пусть обратит внимание на Роберта Ли – какие сделки вел лично он. Вы все поняли?
– Понял, не дурак, – проворчал Дергач. – Ты мне, типа, веришь, что ли?
– Типа да, – в тон ему ответила Данилова.
Из дневника следователя Даниловой, раздел – «Беседы с отцом Вениамином»
«Сегодня встречалась с батюшкой. Говорили о разном.
«Почитай отца своего и мать свою», – в который раз процитировал он мне Писание.
«Так мои уже умерли», – напомнила я.
«Но память о них живет в твоем сердце, так? У меня тоже сын был…»
«Был? А где он сейчас?» – позволила себе спросить я.
«Умер», – коротко ответил отец Вениамин.
И больше мы этой темы не касались…»
– Александра?
Голос Ивана Сергеевича, как показалось Даниловой, дрожал от волнения.
– Тут у нас такое… Короче, Мельник в больнице. Инфаркт…
И опять – тени. Эта женщина-следователь… Сделала вид, что поверила. Во всяком случае, навряд ли она станет докладывать о нашем разговоре своему начальству.
Стасик «пробил» контору по недвижимости, взломал их канадский сервер. Ничего путного не нашел. Роберт Ли за последнее время лично не курировал ни одну сделку. Если причина расстрела его сотрудников в Москве и лежит в сфере бизнеса, то докопаться до нее будет непросто.
Но кто-то ведь решил подставить именно его, Леонида Дергача. Кто-то из знакомых (и, скорее всего, не раз) видел татуировку. Надо перебрать всех, с кем общался после отсидки, их не так много. А с криминалом вообще никто не связан, не зря старые связи были обрублены. Надо позвонить Александре…
Отец Вениамин, сидя в глубоком кресле, неспешно перебирал длинные четки.
– Входи, доченька, – произнес он, когда Данилова робко постучала в двери его покоев. – С чем пожаловала?
– Здравствуйте, батюшка. Может, я просто так зашла, вас проведать?
– Ну уж… Лукавить не к лицу тебе. Я ведь слишком давно на свете живу. Господь сподобил меня читать в душах людских. Мыслю так: для того наградил он меня даром этим, дабы мог я помогать ближним наилучшим образом.
Данилова подошла к старцу и почтительно поцеловала его руку.
– Садись, милая. А что Григорий твой? Давненько он ко мне не заглядывал.
– Занят, работает много.
– И опять лукавишь. Небось, денежки у тебя берет, якобы в долг, а на самом деле? Ты прости меня за такие слова, но идешь по неверному пути, Александра. Чувствуешь – молодость позади, и пытаешься удержать ее всеми силами, в том числе и сожительствуя во грехе с парнем, который в сыновья тебе годится. Хотела бы ты доли такой для своей дочери? А?
– Нет, отец мой, – едва слышно пробормотала Данилова.
– Вот видишь… Что же, говори, какая на сердце печаль. Коль смогу, помогу советом. Ну, а нет – все одно тебе легче станет, поделишься.
– Понимаете, отец Вениамин… Я знаю ваши ум и проницательность, и хотела бы услышать ваше мнение. Увы, не имею права раскрывать все подробности дела, над которым работаю…
– Говори, Александра. Речи льстивые можешь опустить. Ближе к сути.
– Простите, отец… Я веду дело об убийстве. Погибло несколько человек. У нас был подозреваемый, мы были почти уверены, что он замешан. Но этот человек сам вышел на меня и заявил, что непричастен. Не знаю почему, но я ему верю. Он хочет помогать мне, чтобы вместе мы нашли истинных виновников. Однако, общаясь с ним, я нарушаю свой служебный долг.
Старец погладил рукою длинную, седую бороду.
– Служебный долг…, – эхом повторил он. – Сколько раз я слышал эти слова. А что они, в сущности, означают? Есть долг перед Богом, долг перед семьей. Твой же долг в том, чтобы найти и покарать убийцу, разве не так?
– Так-то оно так… Просто я по опыту своему знаю, что одно маленькое нарушение закона, как правило, влечет за собою другое. Затем еще и еще.
– Тебе, конечно, виднее. А я вот знаю, что ни одно злодеяние не должно оставаться безнаказанным. И правда всегда выплывет наружу, как бы ни старались ее скрыть…
Они сидели в парке, под сенью деревьев. Со стороны могло показаться, что это просто свидание мужчины с женщиной. Однако между сидящими шел вполне деловой разговор.
– Как они проникли в офис? Там, насколько я знаю, бывают электронные замки с кодами и прочие прибамбасы.
– Код узнать нетрудно. Достаточно понаблюдать за входной дверью какое-то время. Похолодало… Вы не замечаете, Леонид?
Он пожал плечами.
– Мне сейчас как-то не до погоды.
К их скамейке быстрым шагом приблизился высокий, спортивного вида мужчина.
– О-о, кого я вижу! Привет, Саша!
Данилова смотрела на Гришу удивленным взглядом.
– Ты как здесь?
