— Что «это»? — раздражённо отозвался он.
— Полегче. Не советую разговаривать со мной в таком тоне.
На той стороне наступила пауза. Яслышал, как он выдохнул.
— Я не понимаю, о чём ты, — уже спокойнее сказал он.
— Кирову ты вывел из моего дома?
— Нет, — ответил он мгновенно.
— Узнаю, что ты приложил к этому руку — урою. Ты меня понял?
— Понял, — обречённо произнёс Петров.
Я прямо видел, как он морщится. Мне было плевать. Надо было думать раньше, чем лезть в оргии.
Сбросил звонок и повернулся к Серёже. Тот сидел на диване с планшетом.
— Нашли?
— Вышли на их след. Отправил пару ребят. Скоро должны доложить.
Двое суток прошло с тех пор, как Кирову вытащили из моего дома. Умная дрянь. Хорошо спряталась. Я думал, у неё хватит яиц продолжить игру, но она сунулась в норку и теперь будет тихо отсиживаться. Ничего. Я умею ждать. Умею терпеть. И даже поиграю в кошки-мышки.
Но не успокоюсь, пока не верну её. Дело принципа. Обещал трахнуть — трахну. Два месяца уже мечтаю об этом. С тех самых пор, как она заняла место того парня, который за мной следил. По словам Николая, Кирова упёрлась рогами и наплевала на прямой приказ — не лезть. Долбанная судьба.
Перед глазами до сих пор стоит её гордый нос, когда она сидела на том стуле. И полное отсутствие страха на лице. Это, как оказалось, возбуждает сильнее любой покорности. Я люблю, когда меня боятся. Когда выполняют приказы. Это придаёт остроты. А тут она — с характером, с мозгами. Не то что курицы из моего клуба.
— Серёжа, иди вниз и вызови ко мне Кристину, — приказал я.
Он послушно встал, собрал вещи и направился к выходу. Знает: в кабинет не вернётся, пока Кристина не выйдет.
— Ищите Кирову, — бросил я ему вслед.
Кристина явилась через пять минут. Чёрное кожаное бельё, галстук, ментовская фуражка на голове. Чтоб меня.
— Это что? — кивнул я на костюм.
Если Серёжа что-то ляпнул — язык отрежу.
— Тематика сегодняшнего вечера, — широко улыбнулась она и направилась ко мне.
Кристина — моя игрушка. Пока я её трахаю, в общем зале она только задом крутит. Когда надоедает — возвращается к работе. Быть моей личной игрушкой выгодно. Я умею быть благодарным за податливость.
К БДСМ у меня пристрастий нет. Вся эта хрень с сабами и домами — не моё. Моё — лёгкое доминирование. Такой уж я человек. Привык отдавать приказы. И все их выполняют.
Кристина села мне на колени и обхватила шею руками. Ей не больше двадцати пяти. Хорошее тело — не без помощи хирургов — и милая мордашка. Не терплю рядом несимпатичных людей. Даже переделанных.
— Не сегодня, Кристина, — отстранил я её, когда она потянулась к губам.
— Ты не в настроении? — обиженно спросила она.
— Можно и так сказать, — натянуто улыбнулся я. — Давай на колени.
Она кивнула и сползла на пол. Расстегнула брюки, глядя на меня в предвкушении. Освободила из трусов увитый венами член, обхватила ладонью и провела вверх-вниз, оголяя головку. Высунула язык, лизнула выступившую каплю, гладя меня по бедру. Потом сомкнула губы и медленно опустилась до конца.
Что мне нравится в Кристине — она умеет сосать. Мастерски.
Я погладил её по голове и подтолкнул глубже. Фуражка на её волосах делала своё дело. Я прикрыл глаза и представил, как буду трахать рот Кировой. Откинул голову назад и, не обращая внимания на сопротивление и характерные звуки, всё быстрее насаживал её рот на свой член. Жёстко. С напором. Пока не заполнил его спермой.
Кристина вылизала всё до последней капли, встала с колен и уже собиралась пристроиться сверху. Я поднял руку.
— Прийти попозже? — с надеждой спросила она.
— Нет, Кристин. Ты свободна.
Я привёл себя в порядок и даже не взглянул на неё. Эта девица слишком близко принимает наш трах. Надо избавиться, пока не зашло далеко. Ненавижу сопли, чувства и нытьё. В прошлый раз пришлось отправить игрушку в тёплые края, чтобы не ходила за мной по пятам похлеще Кировой. А чувства… Я в них не верю. Херня всё это. Да и образ жизни не позволяет иметь близких людей.
Я забрал вещи и вышел из кабинета. В общем зале кипели страсти. Я остановился на своём этаже и посмотрел вниз через тонированное стекло. Отсюда было видно всё: кто, где и с кем. Глаз зацепился за знакомое лицо, которое я очень не хотел видеть в своём клубе.
Аким. Младший брат и правая рука Фарида.
Тот будто почувствовал взгляд. Поднял голову вверх. Снизу это окно выглядело просто как потолок в форме купола. Но Аким смотрел точно туда, где я стоял. Он не мог меня видеть. Я был в этом уверен. И всё же его взгляд был направлен прямо на меня.
Это нехорошо. Это полная задница. Он знает, что я подхожу именно с этой стороны. Знает, что я здесь. Как он просёк этот момент?
— Серёжа! — крикнул я.
Парень тут же высунул голову из комнаты охраны.
— Да, шеф.
— Ты его видишь?
— Вижу.
— Ты понимаешь, что он смотрит именно на нас?
Серёжа заметно напрягся.
— Он сам не мог узнать. Выясни, кто сливает информацию.
Я развернулся и спустился к выходу. Подозрения, что в рядах завёлся предатель, только усилились. Сначала Кирову забрали слишком легко. Теперь Аким. Что дальше, мать вашу? Пора принимать более жёсткие меры.
Сел в машину, приказал водителю ехать домой. Охранник занял пассажирское место. Мы тронулись.
Добравшись до особняка, я неспешно поднялся по мраморным ступеням и вошёл в дом. Охрана осталась снаружи — работают посменно, для них на территории отдельное здание. В дом никого не пускаю. Охранников снаружи столько, что и муха не проскользнёт.
Пошёл сразу в сторону спортзала, попутно стягивая с себя одежду. В планах — побить грушу, потом поплавать. Переступил порог зала уже наполовину раздетый.
— Здравствуй, Марат!
Знакомый голос ударил в спину. Я застыл на месте.
Глава 8. Убить тебя
Рита
Услышав, что в доме появились гости, сонливость как рукой сняло. Сердце резко стукнуло, тело мгновенно напряглось. Я вскочила с дивана, пальцы уже шарили в темноте в поисках хоть чего-то тяжёлого — вазы, ножки стула, чего угодно, чем можно дать отпор. Воздух в комнате казался густым, липким от напряжения.
— Спокойно, — тихо хмыкнул Толя. Голос его был низким, привычно спокойным, но я всё равно уловила в нём лёгкую настороженность. — Это Женя. Провизию привезла. Нам лучше отсидеться здесь какое-то время и не высовываться.
Он отошёл от окна, где всё это время стоял, вглядываясь в чёрную стену леса, и направился к двери. Я размяла затёкшую шею, ощущая, как позвонки тихо хрустнули, и пошла следом. Ноги всё ещё были ватными после долгого сна, но голова уже работала чётко.
— Где мы вообще? — спросила я, когда вышли в коридор.
— В доме лесника. Сто километров от цивилизации, — ответил Толя коротко. — Здесь нас никто не найдёт. Пока.
Общая комната встретила нас полумраком и запахом старого дерева, смешанным с сыростью, которую не выветришь никакими средствами. Дом был полностью деревянный — толстые брусья, потёртые половицы, низкий потолок. По правой стороне тянулась небольшая кухня с чугунной печкой, слева стояли два видавших виды дивана и тяжёлый стол, за которым уже сидели ребята. Всё выглядело ухоженным, но лес всё равно просачивался внутрь: запах хвои, сырой земли и чего-то вечно влажного.
Я поздоровалась со всеми, коротко поблагодарила за помощь. Голос звучал ровнее, чем я ожидала. Толя впустил жену, обнял её крепко и долго не отпускал, уткнувшись лицом в волосы. Женя тихо что-то прошептала ему на ухо, и он только сильнее сжал её. Остальные уже деловито разбирали принесённые сумки: крупы, консервы, хлеб, термосы с горячим.
Когда мы наконец сели за стол и начали есть, Женя посмотрела на меня прямо.
— Какой у вас план?
Я подняла глаза. В комнате стало тихо.
— Я думаю, — коротко ответила.
Женя кивнула, словно и не ждала другого ответа. Она понимала.
Тянуть кота за яйца смысла не было. Сколько бы я ни собирала доказательств — Дёмин всё равно присвоит их себе. Уничтожит. Или, чего доброго, сложит в какую-то личную коллекцию «достижений». Кто его знает. В суде он легко отобьётся. Денег у него хватит, чтобы купить полстраны, не то что парочку судей.
Найти крысу в управлении? Почти нереально. За всеми не уследишь, а довериться… кому? Он мог купить пол-отдела. Все вокруг продажные. Именно поэтому я обратилась к Толе. Он обещал моему мужу присмотреть за мной. И я верила ему. Ему и ребятам — на все сто.
Пристрелить Дёмина. Просто убрать эту ношу. Какого чёрта я вообще влезла в это дело? Хотела отвлечься. Быть полезной. Быть правильной. А в итоге снова оказалась посреди войны, только теперь война была не в горячей точке, а здесь, в своей собственной стране.
Я слишком много видела. Слишком много слышала от Костика. А потом и сама видела — в тех странах, где наркоманов было больше, чем деревьев в этом лесу. Когда подростки умирают просто потому, что оказались не в том месте и не в то время — это одно. А когда они мрут от передозировки или во время ограбления ларька ради пары сотен на дозу… это совсем другое. Это медленное, грязное убийство.
А Дёмин — настоящий наркобарон. Человек, который зарабатывает на чужих смертях. Ему плевать, сколько жизней он губит. Ему нужны только деньги и власть. Зачем таким, как он, вообще жить? Я не бог, не мне решать чужие судьбы. Но если я могу убрать хотя бы одного такого… почему бы и нет?
— Я поеду к нему, — произнесла вслух.
Мы уже сидели на крыльце. Женя разливала кофе из термоса, Толя курил. От моих слов он подавился дымом и закашлялся так, что аж согнулся.
— Ты нормальная? — хрипло возмутился он, вытирая глаза.
— Вполне, — спокойно ответила я, глядя в чёрную пустоту леса перед собой.
— Всё-таки тебя хорошенько приложили по голове, — Толя покачал головой. — Мы уже не в горячих точках, Рита. Там у тебя было два варианта: либо ты отправляешь кого-то на тот свет, либо отправляют тебя. Здесь можно просто забить. Пусть другие разбираются. Нахрена мы вообще ушли в отставку, если снова рискуем шкурой?
— Ты меня не уговоришь, — я сделала глоток горячего кофе. Горький, крепкий. Именно то, что нужно. — Я уже всё решила.
— Знаю, — тяжело вздохнул он. — И не пытаюсь. Это так… мысли вслух.
Наши дни
Ребятам моё решение явно не понравилось. Но уговаривать никто не стал. Даже вызвались помочь. Я отказалась резко, почти грубо. Не стану рисковать их жизнями из-за своих тараканов. Это моя война. Моё дело. Единственное, что я приняла — помощь пробраться на территорию и в сам дом.
Гриша, брат Жени, связался с каким-то компьютерным призраком. Тот дистанционно влез в систему безопасности Дёмина, заморозил картинку на мониторах охраны и отключил сигнализацию. Дальше я действовала сама.
План дома я достала ещё месяц назад и выучила почти наизусть. Спустилась вниз, туда, где у него был оборудован фитнес-зал с бассейном. Дом встретил меня тишиной и лёгким запахом хлора. Большие панорамные окна выходили в сад, но сейчас за ними была только непроглядная ночь. Я прошла в дальний угол — ту самую «слепую» зону, куда не добивала ни одна камера. Села на пол, достала пистолет и стала ждать.
Сегодня я убью Марата Дёмина. А потом, возможно, встречусь со своим Костиком.
Как я буду объяснять это начальству — пока не знала. По сути, я проникла в чужой дом незаконно и собираюсь выстрелить не во время перестрелки, а в упор, хладнокровно. За такое можно и свободу потерять. Можно, конечно, потом сказать, что меня здесь держали, что я сумела добраться до оружия… Но даже эта версия звучала слабо.
Дёмин явился глубоко за полночь. Я уже почти задремала, сидя в этом углу, когда услышала шаги. Он зашёл в зал — и вся моя решимость вдруг куда-то испарилась.
Он выглядел… обычным. Уставшим. Измотанным. Полураздетый, в расстёгнутой рубашке и брюках. Широкие плечи, сухой пресс, расстёгнутый ремень. Взгляд сам собой скользнул ниже, и в памяти мгновенно всплыл тот дурацкий сон. По виску скатилась капля пота.
Отлично, Рита. Просто превосходно.
— Здравствуй, Марат, — произнесла я, поднимаясь.
Он застыл. Медленно повернул голову. Несколько секунд просто смотрел, словно не веря своим глазам. Потом уголки губ дрогнули в лёгкой усмешке, и он сделал шаг к лежаку.
— Не двигайся, — щёлкнула я предохранителем и направила дуло ему в грудь.
Дёмин сделал вид, что не услышал. Продолжил идти. Я встала полностью, уже готовая нажать на спуск. Но он спокойно включил свет и повернулся ко мне лицом. Ни страха, ни злости. Только какое-то странное, почти ленивое любопытство.
— Убери пистолет, Рита, — сказал он тихо и снял рубашку, бросив её на пол. — Я очень рад, что ты решила зайти в гости. — Медленно спустил брюки и ногой отправил их к рубашке. — Могла бы предупредить. Я бы ужин заказал.
Он подмигнул. И это бесило сильнее любого крика.
— Дёмин. Я не шучу.
— Рита… — начал он, но не закончил.
В зал ворвались трое охранников. Пистолеты уже были направлены на меня. Я мгновенно прикинула: кого первого. На шум прибегут остальные. Меня скрутят. Если выстрелить сейчас в Дёмина — плевать на всё остальное. Но Марат вдруг поднял руку.
— Всё нормально, — коротко бросил он. — Свободны.
— Но, шеф…
— Свободны, — рявкнул он уже жёстче.
