Страница 2 из 6
Мужчина вздергивает бровь, и, кажется, я вижу второй его глаз. И он светлее, чем другой. Руслан замечает мое внимание и тут же прикрывает глаза.
– Не сомневаюсь, но мало ли. Кстати, вылитый Ренат в детстве. Только глаза, – он показывает на лицо Тимура и улыбается, – не как у Рената. Красавчик ребенок.
Да, я и сама не знаю, откуда у моего ребенка гетерохромия. Но я и родных мужа почти не знаю.
– Благодарю.
Руслан вкладывает мне в руку прямоугольник черного цвета, на котором белыми буквами написано только его имя и номер телефона.
– Было приятно познакомиться с семьей моего друга.
Не отвечаю и захлопываю дверь перед его лицом. И только сейчас до меня доходит, что он первый из знакомых Хасановых, кто увидел ребенка Рената.
Но тут же я успокаиваю себя тем, что он никому не расскажет. Потому что до моего сына больше никому нет дела…
Но как же я ошиблась…
Глава 2
Тот мужчина никак не хочет выходить у меня из головы. Почему-то постоянно перед глазами возникает его образ.
Я умываюсь, и ощущение, что из зеркала на меня смотрят прищуренные глаза Руслана.
Стряхиваю наваждение. Пытаюсь не паниковать раньше времени, не накручивать себя.
Это просто друг Рената, и все. Не надо сейчас строить в голове теории заговора.
Собираюсь отвлечься на работу, но очередной звонок нарушает планы. На этот раз номер незнакомый.
В надежде, что это может быть заказчик отвечаю на вызов.
– Мария Артемовна, добрый день, вас беспокоят из банка. По поводу просрочки платежа по кредиту.
Застываю с телефоном возле уха и пытаюсь переварить реплику от незнакомого мужчины.
– Добрый. Прошу прощения, из какого банка? И по поводу какого кредита?
Я не страдаю потерей памяти и прекрасно помню, что я не брала никаких денег.
– Ваше имя Доронина Мария Артемовна? – неуверенным голосом уточняет работник банка.
– Все верно, это я.
Выдох облегчения. А мне все меньше и меньше нравится начало разговора.
Да и сын подозрительно затихает в комнате. Жду хоть какого-то объяснения со стороны звонящего. Прохожу в зал, где Тим уже вовсю орудует возле моего стола, который я оставила без присмотра.
– Нет, Тимчик, не трогай, – подлетаю к своему сынишке и выдергиваю из его крохотных ручек катушку с леской, – это мамино.
Грожу пальцем. Сейчас за ним нужно следить чуть ли не отводя взгляд. Как бы я ни прятала свои принадлежности, Тимур умудряется находить их. А после того случая с бусиной, я пытаюсь убирать материалы для плетения сумок как можно выше.
– Откуда ты это взял, Тим? – аккуратно забираю находку сына и чмокаю его в щечку.
Он недовольно хныкает и тянется за катушкой.
– Простите, я вас все же задержу ещё ненадолго, – возвращает меня к разговору уже более уверенный голос парня, – это очень важно.
– Да, простите, я отвлеклась. Слушаю вас.
Усаживаю сына на коленки, но спокойствие не в крови моего малыша. Он тут же начинает ерзать и оказывается на полу, ползет в сторону игрушек. Я в этот раз не спускаю с него глаз, чтобы не поменял траекторию и не подошел к моему рабочему месту.
– Так вот. У вас просрочка по платежам. Мы звоним, чтобы уточнить, когда вы погасите её?
Шестеренки в моей голове начинают вращаться с бешеной скоростью. Я пытаюсь вспомнить, откуда у меня мог взяться долг перед банком, если я ничего не оформляла!
– У меня нет долгов, и я могу повторить это ещё несколько раз, прежде чем вы пропустите эту информацию через свой мозг.
Я начинаю раздражаться. Бесят всякие мошенники, которые звонят и пытаются развести народ на деньги. Но в этот раз они не на ту напали.
– Если вам больше нечего сказать, то всего хорошего, – продолжаю, пока парень на том конце не очухался и не выдал что-то ещё.
Уже отодвигаю руку, чтобы отключиться, но имя, которое произносит работник банка, превращает кровь в застывшую жидкость.
– Имя Хасанов Ибрагим Рашидович вам о чем-то говорит?
Прикрываю глаза и стараюсь продолжать дышать.
– Да, это мой свекор, но он умер два месяца назад. Какое он имеет отношение к вашему вопросу?
Сердце в груди начинает грохотать в темпе чечетки.
– Дело в том, что он брал кредит на квартиру, и вы указаны в качестве поручителя. В связи с его смертью обязательства по погашению долга переходят на вас, как на ответственное лицо.
Из меня вырывается истерический смешок.
– Вы явно что-то путаете, мне эту квартиру подарили. Никаких долгов за неё у меня не может быть.
Умалчиваю о том, что эту квартиру мне вручил свекор, как откуп, чтобы я не лезла в его жизнь и не претендовала на наследство его сыночка. Да я и не стремилась этого делать. Я с радостью вычеркнула их обоих из своей жизни, а свекор так и не узнал о том, что у него родился внук.
Я у него была как кость в глотке. До сих пор не понимаю, как Ренат решился на женитьбу со мной, когда его папочка был очень против нашей свадьбы.
Парень откашливается, и этот звук отправляет сердце в галоп.
– Боюсь, ошибаетесь вы. Долг есть, а также есть штраф за просрочку. Вы можете подъехать к нам в банк и ознакомиться с документами.
– О, – я приободряюсь и распрямляю плечи, – это прекрасное предложение! Я обязательно к вам приеду. Какой вы банк представляете? И, учтите, если вы решили меня просто развести, то вы очень об этом пожалеете.
Конечно же, с моей стороны последние фразы больше похожи на браваду, но разве у меня есть выбор?
Парень диктует название и адрес головного офиса. Бросает, что они будут меня ждать, и скидывает звонок.
А я остаюсь наедине со своими мыслями. Пытаюсь собрать в кучу то, что успела узнать за эти пару минут, и переварить.
Что произошло? И как это могло произойти?
Усаживаюсь на пол и подгибаю под себя ноги. Хотя чему тут удивляться? От семейки Хасановых можно ожидать чего угодно. И подставы, и обмана, и чего-то посерьезнее…
***
Созваниваюсь с соседкой, чтобы попросить побыть с малышом, пока я поеду разбираться с банком. Катя говорит, что свободна и без проблем займется моим малышом. У неё самой двойня, и наши дети прекрасно поладили, когда Катя со своими сорванцами переехали сюда.
Да, мне проще оставить сына с соседкой, чем доверить Тима матери. С отцом у нас ещё сложнее, чем с мамой. Они развелись, когда мне было пятнадцать. И для меня это стало ударом. А после того как я стала женой Рената, отец…
Он…
Просто исчез. Без объяснения причин. Бросил после скандала, что я пожалею о своем решении. Он был прав. Я пожалела…но было уже поздно что-то менять. С отцом мы утратили всякую связь. Даже после гибели мужа это не изменилось.
– Ну что, малыш? Ты готов поиграть со своими друзьями и тетей Катей? – подхватываю своего богатыря и притворно кряхчу: – Ох, мама тебя скоро закормит.
Тимур хохочет и хлопает в ладоши.
Звоню в дверь, на пороге появляется слегка мокроватая Катя. Окидываю её вопросительным взглядом. Она улыбается и пропускает нас в квартиру.
– Мы не вовремя? – кошусь в сторону Левы и Гены, сыновей Кати.
– Ой, перестань, – Катя машет рукой, – мы же договорились. Просто кто-то решил испытать водные пистолеты, которые вчера притащил мой любимый муженек.
Соседка кидает на сыновей грозный взгляд, и они со скоростью черепашек уползают в комнату. Тим тут же включается в веселье, отпускаю его. Сын направляется за Левой и Геной.
– Я сейчас переоденусь, – Катя кивает на дверь, – и кофейку выпьем.
– Кать, давай, как я сгоняю в банк и вернусь, посидим уже, ладно? А то такси ждет.
Складываю руки на груди.
– Беги, беги, – смеется соседка.
Не задерживаюсь и выбегаю к такси, которое уже ожидает у подъезда. Банк находится в пятнадцати минутах езды от моего дома, но из-за пробок дорога занимает почти сорок минут.
Я нервно прикусываю ногти, пока мы ползем в потоке машин.
Не люблю надолго оставлять сына, даже несмотря на то, что в Кате я уверена. Она постоянно смеется, что где двое, там уже третий не особо напрягает.
И она с ними тремя виртуозно справляется.
Благодарю таксиста и выскакиваю на улицу. Выдыхаю, когда вижу знакомый офис.
Именно тут свекор оформлял кредит. Но сейчас мне предстоит разобраться, почему вдруг на мне повис долг и какого размера…
Я так надеялась, что мне не придется снова окунаться в прошлое и вспоминать, при каких обстоятельствах я получила жилье и в каком я была тогда состоянии. Подавленная, и держалась только ради ребенка.
Это не было связано с тем, что я потеряла мужа. Нет, там было освобождение. Да, жестоко, что такой ценой, но мне стало легче дышать.
Просто на тот момент я собирала свою психику по частям и старалась не впадать в жалость к себе.
Прохожу через автоматические двери, натыкаюсь на администратора.
– Добрый день, могу я вам помочь? – она улыбается и внимательно смотрит на меня.
А я не знаю, что ей ответить, потому что понятия не имею, кто мне звонил. Да и как сказать, что именно мне нужно.
– Кхм, – прокашливаюсь, – мне вчера звонили из вашего банка. Сказали, что на мое имя кредит. Точнее, я как поручитель, у меня задолженность. Хотела бы проверить. Уверена, что это какое-то недоразумение.
– Можно узнать ваше имя?
– Доронина Мария Артемовна.
– Я уточню у менеджера. Можете пока пройти на диванчик.
Вот уж точно чего я не хочу, так это сидеть без дела и пялиться на работников банка. Но не проходит нескольких минут, как девушка возвращается.
– Вас ждут, проходите, – она указывает на кабинет, где висит табличка с надписью «Старший менеджер».
Одергиваю рубашку. Стараюсь изобразить уверенность.
Толкаю дверь, оказываясь в тесном помещении. За столом сидит молодой человек, что-то увлеченно печатает на компьютере. Но стоит ему услышать, как закрывается дверь за мной, он отрывается от экрана.
– Добрый день, присаживайтесь. Сотрудники мне передали, что вы приедете. Я нашел все документы. Вы можете ознакомиться с ними.
Он протягивает мне папку и указывает на стул. Послушно усаживаюсь, делаю несколько глубоких вдохов. Погружаюсь в изучение документа. Текст до боли знакомый, вот только…
– Погодите, – перечитываю ещё раз пункт, где указан срок кредитования, – откуда взялся такой срок? Свекор же оформлял на год.
Тыкаю пальцем в строки и пододвигаю папку к парню. Он вчитывается.
– Все верно, он изменил срок и продлил, аргументировав это тем, что не сможет погасить долг раньше.
В недоумении хлопаю глазами.
– Разве так можно?
Парень неуверенно ерзает на сидении.
– В некоторых случаях мы идем навстречу клиентам, а Ибрагим Рашидович был нашим постоянным клиентом. Мы решили, что дадим ему больший срок.
– Но… – я пыталась сообразить, в какую задницу я попала, но пока не получалось охватить мозгами весь масштаб трындеца, – и что теперь делать мне как поручителю?
Парень листает документы и возвращает их мне. Показывает пальцем:
