Она остановилась отдышаться. Двое мужчин на берегу управляли лебедкой. Третий стоял чуть поодаль, наблюдая за их действиями. Лунные блики играли на его светлых волосах.
И вдруг Эвелин схватили сзади.
– Мы просто хотим поговорить с вами, – сказали ей по-французски.
Она резко обернулась и увидела двух мужчин, которые преследовали ее. Незнакомцы были примерно ее возраста, чумазые, растрепанные и бедно одетые – вероятно, крестьяне или бандиты.
– Отпустите меня, – попросила Эвелин на безупречном французском.
– Леди! Леди, одетая как служанка! – удивился первый мужчина, и из его тона тут же исчезли игривые нотки. Теперь в его голосе сквозила настороженность.
Слишком поздно Эвелин осознала, что оказалась в еще большей опасности, чем мгновение назад, когда ей грозили навязчивые приставания. Эти типы могли вот-вот разоблачить ее, узнав в ней аристократку и, возможно, графиню д’Орсе. Но прежде, чем она успела ответить, незнакомый голос очень тихо по-английски произнес:
– Выполните просьбу леди.
Злоумышленники обернулись. В этот самый момент облака словно расступились и луна осветила ночь. Эвелин взглянула в холодные как лед серые глаза своего спасителя и застыла на месте.
Этот человек излучал опасность. Его взгляд казался безучастным и твердым. Мужчина был высоким, с золотистыми волосами. За его поясом Эвелин заметила кинжал и пистолет. Безусловно, незнакомец был из числа тех, кому лучше не попадаться на пути.
Пробежав по лицу Эвелин холодным взглядом, человек сфокусировал свое внимание на двух неряшливых субъектах и повторил свой строгий приказ, на сей раз по-французски:
– Выполните просьбу леди.
Ее тут же освободили, оба типа развернулись и поспешили прочь. Эвелин жадно втянула воздух ртом и снова взглянула на высокого англичанина. Этот человек действительно мог быть опасным, но он только что спас ее – и вполне мог оказаться Джеком Грейстоуном.
– Благодарю вас.
Его прямой пристальный взгляд не дрогнул. Чуть помедлив, мужчина произнес:
– Не за что. Вы – англичанка.
Их взгляды встретились, и Эвелин облизнула пересохшие от волнения губы.
– Да. Я ищу Джека Грейстоуна.
Выражение его глаз не изменилось.
– Если он и в порту, мне об этом ничего не известно. Что вы от него хотите?
Ее сердце кольнула тревога – этот внушительный человек, окутанный ореолом властности и непринужденной силы, был, несомненно, контрабандистом. Кто еще мог следить за тем, как на борт черного судна поднимали груз?
– Мне посоветовали обратиться к нему. Я в отчаянии, сэр.
Мужчина иронично скривил рот, но в холодных глазах не мелькнуло ни тени веселости.
– Вы пытаетесь вернуться на родину?
Эвелин кивнула, все еще не отрывая от него взгляда.
– Мы договорились, что отплывем на рассвете. Но наши планы сорвались. Мне сказали, что Грейстоун – здесь. Порекомендовали разыскать его. Я не могу оставаться в городе, сэр.
– Мы?
Она обхватила себя руками за плечи, все еще беспомощно цепляясь за его взгляд.
– Мой муж и моя дочь, сэр, а еще с нами трое друзей.
– И кто же сообщил вам эту информацию?
– Месье Жиго из гостиницы «Абеляр».
– Пойдемте со мной, – резко бросил мужчина, поворачиваясь к ней спиной.
Эвелин замялась, когда он направился к судну. Мысли метались в голове. Она не знала, был ли этот незнакомец Грейстоуном, и сомневалась в том, что идти за ним безопасно. Но он уже направился к кораблю с черными парусами.
Мужчина на ходу оглянулся. И пожал плечами, ясно давая понять, что ему совершенно безразлично, идет она следом или нет.
Выбора не было. Или он сам был Грейстоуном, или собирался привести ее к нему. Эвелин побежала за незнакомцем вверх по трапу. Не глядя на нее, он стремительно зашагал по палубе, и Эвелин бросилась вперед, чтобы не отстать от него. Пятеро матросов, загружавших на борт бочку, разом обернулись и с откровенным любопытством воззрились на Эвелин.
Капюшон соскользнул с ее головы. Эвелин снова натянула его, а властный мужчина тем временем подошел к каюте, открыл дверь и скрылся внутри. Эвелин в нерешительности остановилась. Она только что заметила пушки, расположенные по бокам корабля. В детстве ей доводилось видеть суда контрабандистов; этот корабль был явно готов вступить в сражение.
Вне себя от страха, Эвелин все же приняла решение. И последовала за мужчиной в каюту.
Он зажигал фонари, не поднимая взгляда, сказал:
– Закройте дверь.
Теперь Эвелин оказалась один на один с совершенно незнакомым человеком. Отбросив тревогу, она выполнила его просьбу. И, почти не дыша, медленно повернулась к нему.
Он стоял у огромного письменного стола, заваленного морскими картами. Какое-то мгновение Эвелин видела перед собой лишь высокого, широкоплечего мужчину с золотистыми волосами, небрежно заплетенными в косу.
Эвелин не сразу сообразила, что незнакомец тоже пристально смотрит на нее.
Дрожа всем телом, она втянула воздух ртом. Несмотря на отчаянную тревогу, Эвелин отметила необычайную привлекательность этого человека – его отличала мужественная красота. Его глаза были серыми, черты – правильными, скулы – высокими и резко очерченными. Широко распахнутый ворот его белой батистовой рубашки обнажал шею, на которой мерцал золотой крест. На мужчине были надеты замшевые бриджи и ботфорты, позволявшие Эвелин оценить сильное и красивое мускулистое тело этого высокого красавца. Рубашка обтягивала его широкую грудь и плоский торс, а бриджи сидели, как вторая кожа.
Эвелин и представить себе не могла, что вот так случайно столкнется с таким человеком, и это почему-то обескураживало ее.
В свою очередь, она тоже оказалась объектом пристального исследования. Мужчина внимательно смотрел на нее, так же откровенно, как она рассматривала его. Эвелин почувствовала, как вспыхнула до корней волос. Ей подумалось, что этот красавец пытается рассмотреть ее черты, частично скрытые капюшоном.
Эвелин заметила у противоположной стены узкую кровать и поняла, что это ложе незнакомца. Красивый ковер застилал дощатый пол, на маленьком столике лежало несколько книг.
– Как вас зовут?
Эвелин судорожно дернулась, осознавая, как неистово колотится сердце. Что ей следовало ответить? Она ведь прекрасно понимала, что ни за что не должна раскрывать свою личность!
– Вы поможете мне?
– Я еще не решил. Мои услуги стоят недешево, к тому же у вас слишком большая компания.
– Мне отчаянно нужно вернуться домой. И моему мужу необходим врач.
– Это только все усложняет. Насколько он плох?
– Какое это имеет значение?
– Он может сам добраться до моего судна?
Эвелин нерешительно помедлила.
– Только с посторонней помощью.
– Понятно.
Похоже, этого контрабандиста совершенно не трогало ее бедственное положение. Как же Эвелин могла убедить его помочь им?
– Пожалуйста, – прошептала она, отходя от двери. – У меня дочь, ей всего четыре года. Я должна перевезти ее в Англию.
Внезапно он оторвался от стола и медленно, лениво направился к Эвелин.
– Так насколько же вы отчаялись? – осведомился он ровным, ничего не выражающим тоном.
Хозяин каюты остановился перед ней, теперь их разделяли всего несколько дюймов. Эвелин застыла на месте, но ее сердце бешено колотилось в груди. На что он намекал? Он явно к чему-то клонил, ведь, несмотря ни на что, его голос звучал оживленно, а в серых глазах плясали заинтересованные огоньки. Или ей это только чудилось?
Эвелин поймала себя на том, что просто заворожена, и это окончательно вывело ее из состояния равновесия.
– Я совсем отчаялась, – с трудом, запинаясь, произнесла она.
Мужчина вдруг потянулся к капюшону Эвелин и сдернул его прежде, чем она успела понять, что происходит. Глаза наглеца тут же округлились.
Эвелин сковало напряжением. Она уже приготовилась протестовать. В конце концов, если бы ей хотелось показать свое лицо, она бы сделала это! Но, пока его взгляд скользил по ее чертам, очень медленно, тщательно изучая ее лицо, ее яростное желание сопротивляться улетучилось.
– Теперь я понимаю, – тихо сказал он, – почему вы прячете лицо.
Сердце Эвелин гулко стукнуло. Он что, сделал ей комплимент? Счел ее привлекательной или даже красивой?
– По всей видимости, нам грозит опасность, – прошептала она. – Я боюсь, что меня узнают.
– Это вполне вероятно. Ваш муж – француз?
– Да, – ответила Эвелин, – и я никогда еще так не боялась.
Он пристально взглянул на нее:
– Как я понимаю, за вами следили?
– Я не знаю, возможно.
И тут он снова потянулся к ней. Эвелин потеряла способность дышать, когда он убрал прядь темных волос ей за ухо. Сердце по-прежнему неистово трепетало. Его пальцы коснулись ее щеки, и Эвелин с трудом удержалась от желания броситься ему в объятия. Как он мог так себя вести? Ведь они были совершенно незнакомыми людьми…
– Вашего мужа обвинили в государственных преступлениях?
Она вздрогнула.
– Нет… но нам приказали не покидать Париж.
Он снова внимательно посмотрел на нее.
Эвелин облизнула губы, жалея, что не может разгадать мысли этого странного человека, на его лице по-прежнему не отражалось никаких эмоций.
– Сэр, вы поможете нам? Пожалуйста…
Она не могла поверить, что ее голос мог звучать так жалобно. А этот мужчина все еще стоял вплотную к ней. И что еще хуже, теперь Эвелин отчетливо ощущала исходивший от его тела жар. Несмотря на то что она была среднего роста, рядом с ним чувствовала себя маленькой и хрупкой.
– Я подумаю об этом. – Он наконец-то медленно отошел от нее.
Эвелин с жадностью глотнула воздух. Неужели он собирался отказать ей?
– Сэр! Мы должны уехать из страны – немедленно. Я боюсь за свою дочь! – со слезами в голосе воскликнула она.
А он просто смотрел на нее, явно безразличный к ее отчаянию. Эвелин даже представить себе не могла, о чем он думал все то время, пока в каюте висела странная тишина. Наконец он сказал:
– Я должен знать, кого везу.
Эвелин прикусила губу. Она ненавидела обман, но иного выбора не было.
– Виконта Леклера, – солгала она.
Его взгляд снова плавно скользнул по ее лицу.
– Я возьму плату заранее. Мой гонорар – тысяча фунтов за каждого пассажира.
– Сэр! – в ужасе воскликнула Эвелин. – Я вряд ли найду шесть тысяч фунтов!
Он внимательно изучил ее.
– Если вас преследуют, без неприятностей не обойдется.
– А если не преследуют?
– Плата за мою услугу – шесть тысяч фунтов, мадам.
Она на мгновение закрыла глаза, потом потянулась к своему лифу и отдала контрабандисту ассигнации.
Он пренебрежительно фыркнул:
– Это не имеет для меня никакой ценности.
И все-таки положил ассигнации на стол.
