Откуда в них такое море сил?
Никто не уступил, не отступил!
Два рыцаря прекрасных насмерть бились!
Но вдруг удар! И сэр Бламур упал.
Тристрамов меч в пылу борьбы попал
Ему по шлему. Ноги подкосились.
Он без сознанья на траве лежит.
А победитель молча, неподвижно
Над ним, как изваяние стоит,
Лишь бурное дыханье в поле слышно.
Но вскоре сэр Бламур глаза открыл
И, лёжа на спине, заговорил:
«О, сэр Тристрам Лионский! Умоляю!
Как рыцарь благородный ты поймёшь –
Мне будет лучше, если ты убьёшь
Меня тотчас! Пощады не желаю!
Уж лучше с честью я умру теперь,
Чем к жизни просьбой прорублю я дверь,
А как потом в позоре жить не знаю!
Убить меня придётся, сэр Тристрам.
Иначе победителем не выйдешь,
Поскольку о пощаде слов не дам –
Слов ненавистных с просьбами о жизни!
Рази меня, коль смеешь! Убивай!
Я требую! Победу завершай»!
И сэр Тристрам, услышав эти речи,
Не чует в сердце, что ему свершить.
Чтоб победить – обязан он убить,
Здесь о прощенье не идёт и речи!
Но Ланселота ведь племянник он –
Сей рыцарь, что в бою им побеждён.
Не в силах взять убийства груз на плечи,
Он к королям, вершившим суд, спешит.
Пред ними сэр Тристрам склонил колени
Он заклинает их: «Пусть суд решит,
Избавит от мучительных сомнений!
Ведь рыцарь тот, что там, в крови лежит,
Не должен быть за честь свою убит!
И Бог да не попустит, чтобы смерти,
Или позору я его предал»!
Король Ангвисанс просьбу поддержал:
«Пусть суд решит, а я за жизнь, поверьте»!
Тогда был призван сэр Блеоберис.
Вопрос суда над ним скалой навис,
И нет печальней выбора на свете.
Сказал он: «Лорды! Пусть повержен брат,
Пусть сэр Тристрам в бою осилил тело!
Но дух его, чему я очень рад,
Не сокрушён! И ныне горд и смел он!
Позора сэр Бламур не претерпел!
Пощады он просить не захотел!
И потому, чем жить ему с позором,
Пусть лучше сэр Тристрам его убьёт.
В могилу благородным брат сойдёт»!
«Такому не бывать! – Сказали хором
Все судьи-короли,– Ведь сэр Бламур
Одна из видных в Ордене фигур!
К чему о благородстве разговоры»?!
«Так пусть же будет, как решите вы! –
Воскликнул сэр Блеоберис с восторгом.
С Тристрамом брата поднял он с травы.
А судьи приступили к делу тонко.
И к примиренью обе стороны
Склонили без раздоров и войны.
И те расцеловались меж собою:
Король Ангвисанс, братья, сэр Тристрам.
И поклялись на ратном поле там,
Что будут вечно в дружбе и покое.
И, что с одной высокой стороной
Ни воевать, ни враждовать другой.
Так отшумело дело непростое.
За рыцарственный поединок тот
Обширным родом сэра Ланселота
Любим был сэр Тристрам. Из года в год
Его встречали дружеской заботой.
Но вот пришла прощания пора.
Корабль от королевского двора
В Ирландию пошёл под парусами.
Король Ангвисанс, раненный Тристрам
С попутным ветром плыли по волнам,
Расставшись с Камелотом, с торжествами.
Поведал всей Ирландии король,
Какую сэр Тристрам исполнил роль –
Защитник под чужими небесами.
Он рассказал про тяжкий, смертный бой,
Который принял, за него сражаясь,
Своей рискуя жизнью молодой,
Могучего бойца не опасаясь,
Сей благородный рыцарь сэр Тристрам,
Про королевский суд и торжества…
Был принят сэр Тристрам с большим почтеньем.
Но счастье невозможно описать,
Когда его увидела опять
