Никогда не уходи

– Но зачем?

– Об этом они не говорили. Ну хватит задавать мне вопросы! Лучше скажи, как ты себя чувствуешь?!

Спохватившись, я достала из шкафа полотенце.

– Зачем это?

– Ты весь мокрый.

– Я сейчас пойду обратно.

– Я тебя никуда не пущу в такую погоду!

За дверью послышался сонный голос мамы:

– Роуз, ты с кем разговариваешь?

Шмель метнулся к окну, но я преградила ему путь.

– Я сама с собой разговариваю!

– Спи! Уже второй час ночи!

– В чём дело, Роуз? – шёпотом строго спросил Шмель.

– На моём месте, – также шёпотом ответила я, – ты бы тоже не пустил меня в такую погоду, да ещё после операции!

– Если твоя мама войдёт, знаешь, что она подумает?!

– Знаю. Она закричит так, что, наверное, даже в Большом городе услышат, но я всё равно тебя не пущу! А если ты всё-таки уйдёшь – пойду за тобой!

– Зачем?

– А вдруг, тебя опять хулиганы встретят или на тебя случайно тяжёлая ветка упадёт, или на берегу в тебя молния ударит, или мост обрушится, и ты разобьёшься о камни, ведь у тебя крылья мокрые, или в лесу дикие звери нападут, или какие-нибудь сбежавшие преступники! – заговорила я быстро, чувствуя, что опять подступают слёзы. – Понимаешь, я очень беспокоюсь за тебя!! И в обморок тогда упала…

Шмель подошёл и обнял, но тут же отстранился.

– Извини… Теперь ты тоже промокла! – подняв с пола одеяло, набросил мне на плечи. – Я буду ночевать в зале на диване.

– Мама заперла дверь…

– Ладно, тогда здесь, на полу.

– Ты простудишься. Ты весь промок, и в комнате холодно! – я взяла его за руку и подвела к кровати. – Ты будешь спать здесь.

Шмель взглянул на меня. Я опустила глаза.

– Ты что задумала, Роуз? Мы ведь уже не маленькие. Раньше иногда засыпали вместе под бабушкины сказки, и это было простительно, а теперь…

– Я ничего не задумала! Просто не хочу, чтобы мой единственный друг заболел. И если ты сам ничего не задумал и я по-прежнему могу тебе доверять, то давай пожелаем друг другу спокойной ночи.

Я залезла на кровать и устроилась у стенки. Шмель осторожно примостился на самом краю. Я придвинулась к нему. Укрыла одеялом и вдруг почувствовала, как быстро забилось его сердце, а за ним и моё. И нам обоим стало жарко.

– Роуз… если ты сейчас не отодвинешься, я уйду!

– Извини…

Я отодвинулась и услышала, как Шмель глубоко вздохнул.

За окном по-прежнему бушевала непогода, обрушивая на землю потоки воды. Но теперь на душе у меня было спокойно, ведь с моим другом всё было хорошо и он был рядом. Я закрыла глаза и, тоже почему-то глубоко вздохнув, уснула.

За ночь гроза утихла. Мокрая листва за окном улыбалась радугами капель, встречая восходящее солнце. Оставив за собой след из луж, тучи уплыли.

Проснувшись, я увидела Шмеля. Он спал на самом краешке, на боку, подложив руки под щёку, и чему-то улыбался во сне. Я осторожно придвинулась и поцеловала его.

– Никакой Моднице я тебя не отдам! И никаким секретным войскам! Если тебя не будет, зачем мне жить?!

Вдруг, открылась дверь. Вошла бабушка и остановилась.

– О господи!

Шмель открыл глаза. Бабушка указала на меня.

– С тобой я потом поговорю! А ты марш за мной!!

Бабушка и Шмель ушли на кухню, а я на цыпочках прокралась в зал и стала подслушивать.

– Права была моя дочь! – начала бабушка. – Я нянька, а не педагог… Моё дело рассказывать сказки, а не учить! Видно, одной любви к детям мало, надо ещё что-то, чтобы они выросли хорошими и честными людьми! Мне-то что, я скоро отправлюсь «далеко», а как вы будете жить?! Молчи, окаянный!! Куда мне было браться за воспитание! Меня ведь предупреждали, что я не справлюсь с твоим характером! Ты не любишь подчиняться законам! Поступаешь так, как сам знаешь! Что теперь делать?! Господи!

– Бабушка, между мной и Роуз ничего не было и не будет… пока она не захочет… и пока я не выясню кто я: человек или…

Я выглянула из-за угла. Бабушка подошла к Шмелю и, заглянув в глаза, покачала головой.

– Вы не верите мне?! Думаете, я мог обидеть Роуз?!

Бабушка всхлипнула и вытерла слезу фартуком.

– О, Господи! За что ты нас так наказываешь?!

Я подскочила к бабушке и обняла её. Потом, увидев, что Шмель направился к двери, схватила его за руку. Бабушка вдруг обняла нас обоих.

– Бабушка, что с тобой?! Почему ты плачешь? Ведь всё хорошо! Я просто не отпустила его! Была гроза, а он весь промок! Вот и сейчас крылья ещё мокрые! Подожди, Шмель, не уходи!

Я побежала в мамину комнату искать фен.

– Шмель, это моя вина… – вздохнула бабушка, вытирая лицо фартуком. – Только моя вина…

– В чём ваша вина?

– Так, видимо, суждено было случиться… Когда придёт время, ты поймешь, о чём я сейчас говорю. Ты только верь… И не повторяйте чужих ошибок, – бабушка провела ладонью по лицу и улыбнулась. – Господи! И что это я так напугалась?! Будто я не знаю, какие вы у меня хорошие!! Ну, иди. Да!.. И не вздумай летать, пока швы не заживут!

Бросив фен, я побежала за Шмелём.

– Роуз, ты куда?!

– Я на минуточку!

Шмель ждал во дворе, задумавшись. Увидев меня, улыбнулся.

– Роуз, ты собралась провожать меня прямо так? В ночнушке?

– Ой!

Подойдя, он легонько поцеловал меня в щёку и вышел за ворота.

– Шмель, подожди!

Он остановился. Я выглянула за ворота: никого нет! И, осторожно выйдя, тоже поцеловала его в щёку. Он улыбнулся и поцеловал меня в другую щёку, тогда и я поцеловала его в другую.

– Роуз, ты где?! – послышался строгий голос бабушки.

Шмель быстро поцеловал меня в губы и убежал. Я топнула ногой и вдруг почувствовала чей-то взгляд.

На противоположной стороне на заборе в неудобной позе застыла с открытым ртом бабуся Модницы.

Глянув по сторонам, я подбежала к ней.

– Что вы тут делаете? Перелезаете через забор от соседей? В этом доме живут дедушка с бабушкой… а бабушка недавно уехала к родне. Что вы там делали?!

– Э-э-э… я…

– Вот что! Я знаю, как вы любите говорить всем о том, что видели и слышали. Если не расскажете про меня, я не расскажу про вас!

– Ладно! Ладно! Только помоги мне! Я зацепилась подолом за гвоздь!

Вечером Шмель не пришёл, очевидно, его наказали за то, что уходил без разрешения или не пустили из-за того, что швы ещё не зажили.

Я стояла во дворе, когда вернулась с работы мама. С ней пришёл какой-то мужчина с оконной железной решёткой и стал прибивать эту решётку снаружи к моему окну. Мама не заговорила со мной и даже ни разу не взглянула, пока мужчина, получив плату за работу, не ушёл. Зато, когда посторонний ушёл, мама зашла в мою комнату и принялась кричать.

– Что случилось?! – испуганно спросила бабушка, прибежав на крик.

– А с тобой, мама, я потом поговорю!! Роуз, как ты могла?! Как ты посмела?! Давно это у вас?! Если бы не бабушка Модницы, я бы так ничего и не узнала!! Она ведь ко мне на работу пришла!! Да как мы теперь честным людям в глаза смотреть будем?! Роуз, ты хоть понимаешь, что ты натворила?! Ты свою мать в могилу решила свести!!

– Но я… ничего не сделала…

– Да как ты смеешь врать?!

– Что за буря? – спросил пришедший с работы отец.

Мама указала на меня.

– Она нас опозорила! Бабушка Модницы видела, как они утром целовались! Она была в одной ночнушке!

– Кто?! Бабушка Модницы?!!

– Наша дочь!! Она утром провожала его!! Он ночью был здесь!!

– Роуз, это правда?

– Да. Это правда… – я подняла голову и взглянула на маму. – Шмель ночевал здесь. И утром мы действительно поцеловались. Но только больше ничего не было. Шмель не такой, как те хулиганы, которые на Модницу напали. Просто он беспокоился обо мне и пришёл узнать, как я себя чувствую. А я не отпустила его в такую грозу. А бабушка ни в чём не виновата. Она самая лучшая бабушка на свете! И вы у меня самые лучшие, – закончила я, сама удивляясь своему уверенному тону.

– Да… Но… Вы целовались… – мама взглянула на папу, ища поддержки.

Он взял её за руку и увёл.

Я зашла в комнату к бабушке. Она сидела на кровати и разглядывала фотографии.

– Кто это, бабушка? – спросила я, устраиваясь рядом.

– Это я и твой дедушка…

На фотографии совсем молодая девушка, чем-то похожая на меня, стояла рядом с высоким, сильным и симпатичным парнем. Оба счастливо улыбались.

– А от чего умер дедушка?

– Он погиб…

– На войне?

– Да… Он был военным командиром… Его послали с отрядом на опасное задание. Мне сказали, что их окружили враги. Он приказал отряду уходить без него… Он их прикрыл. Когда отряд вернулся с подкреплением, твой дедушка был уже мёртв… Я, когда узнала… чуть тоже не померла. Я была беременна… Помню, как узнала – пошла к реке, встала на мосту и стою, смотрю в воду. Раньше мы вдвоём любили вот так стоять и смотреть на воду, и говорить нам не надо было. И так, без слов, понимали друг друга… А тут стою одна, смотрю, а перед глазами его лицо видится… Хотела ведь я с моста прыгнуть, но о ребёнке своём подумала и не стала… Устроилась работать в приют. Там всегда шумно и хлопотно и о грустном думать некогда… Роуз, ты чего это плачешь?!

– Тебя жалко и дедушку!

– Ну, успокойся. Дедушка с неба увидит и рассердится, что я его внучку до слёз довела! – бабушка стала вытирать мне слёзы, как в детстве.

– Бабушка… а Шмель ведь тоже военный? Когда ему исполнится шестнадцать лет, его вместе с остальными заберут в секретные войска?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.