А графа в плен он захватил тогда,
Троих его баронов свёл в могилу!
Установился мир на землях тех,
И человек в обитель возвратился.
Но злобный граф тот не угомонился:
Ему не по душе врага успех.
Он двух своих племянников послал
И отомстить монаху приказал.
Для мести злой не видел он помех.
Они пришли сюда и подождали,
Пока закончит службу сей монах.
Потом с мечами на него напали.
Рубили до мозолей на руках.
Но их мечи рубить его не стали–
Отскакивали, не разя его.
И не смогли с ним сделать ничего.
Отшельник был прочней и твёрже стали!
Так Тот, Кому он преданно служил
Его от пораженья оградил.
Тогда рубить мечами перестали
И власяницу сдёрнули с него.
Большой костёр в подворье разложили.
Но он сказал, что сделать ничего,
Чтоб погубить его они не в силе.
«Вы сжечь меня задумали? О нет!
Ведь зарубить меня вы не сумели,
А ваш костёр и ниточки на теле
Не повредит и не оставит след»!
«Ах, так!– один из них тогда сказал.
Одежду он с отшельник сорвал,–
Сейчас увидим правильный ответ»!
И на него враги надели ризу,
И бросили отшельника в костёр.
Огонь пылал и по бокам и снизу.
И целый день он в пламени провёл,
Но жив остался. Только лишь под утро
На пепелище я его нашёл.
Уснул он тихо. Там и отошёл.
Он невредимым был. Прилёг, как будто,
Я из костра его со страхом вынул,
Тут уложил и этот мир покинул.
Я всё сказал, но здесь мне неуютно.
Теперь же отпусти меня. Ведь больше
Об этом старце нечего сказать.
И здесь меня держать не стоит дольше.
Узнал ты всё, что только мог узнать»!
С великим громом дьявол исчезает.
А добрый старец, с ним сэр Ланселот,
Узнав недавних дел правдивый ход,
Обрадовались очень. Каждый знает:
Приятно знать про добрые дела,
И, что душа спасённою была.
Чего на свете только не бывает!
Сэр Ланселот остался на ночлег.
«Не вы ль сэр Ланселот, любезный рыцарь?–
Осведомился добрый человек.
«Да, это я, – ответил,– мне не спится»!
«Что ищите вы, сэр, у нас в краях»?
«Я странствую, Святой Грааль взыскуя».
«Что ж, можете искать его, тоскуя,
В лесах и на озёрах, и в полях,
Но видеть вы не сможете Грааль,
Хоть рядом будет чаша, как не жаль!
Хоть на столе пред вами у меня!
Грехи, грехи. Они тому причина!
Любезный сэр, когда бы ни они,
Когда бы не грехов твоих пучина,
То первым из достойных в наши дни
Ты был бы, чтоб свершить чудесный подвиг»!
От этих слов заплакал Ланселот,
А добрый старец свой расспрос ведёт.
Родился в сердце на страданье отклик:
«В грехах ты исповедался своих?
Поведал все священнику о них
Перед походом. Можешь ли припомнить»?
«Да, сэр, – ответил тихо Ланселот.
Они ещё о многом говорили.
А утром было множество забот.
И мёртвого они похоронили.
Сэр Ланселот у старца попросил,
Чтоб научил его, что дальше делать.
И старец повелел, чтоб рыцарь смело
Взял власяницу и её носил.
Ту власяницу, что принадлежала
Святому человеку от начала,
В которой тот все дни свои прожил.
«Поможет это вам. Я в том уверен,–
Сказал он утром гостю своему.
«Сэр, если так, то к сердцу эту меру
По вашему совету я приму».
Он так и сделал. Чудо власяницу
На тело голое со стоном натянул.
