Страница 6 из 8
– Ты же матрос, а не всякая там шваль. И должен понимать, против кого хвост распускаешь. Герл – офицер. Но если вы все докажете его вину перед вами, то властью, данной мне императором, я накажу любого, в том числе и вашего капитана!
Крепыш не успел и рта открыть, как со всех сторон послышались пьяные, злые голоса:
– Нам три месяца не выдавали положенную по закону еженедельную порцию зуля…
– А эти гады надираются каждый день да ещё права качают…
– Офицеры отобрали у нас и используют по назначению судовых шлюх-клонирок…
– Да, всех трёх отняли…
– А мы только облизываемся, да ручками в темноте сучим…
– Нам врут, что они заражены опасной болезнью…
– А сами спят с ними каждую ночь…
– Трюмный холодильник забит всякой жратвой…
– А мы давимся и в обед, и на ужин сухими галетами с одной банкой в день из вонючих корнов…
– За два последних месяца на наши корабельные счета не переведено ни одной монеты…
– Мы тут, как рабы, за бесплатно вкалываем…
– Жирный Локас, помощник Герла, постоянно издевается над нами…
– Вчера ни за что ни про что, забил до смерти поварёнка…
– Пацан перепутал и вместо соуса буни, подал ему соус травер…
– А он его банкой по голове…
Буна всё больше и больше распирало от ярости. Нет, не на этих доходяг, а на вконец зажравшихся и потерявших связь с реальностью огунов, по ошибке называвшихся офицерами. Он резко выхватил из кобуры свой плир и дав своим офицерам знак следовать за ним, пошёл прямо на толпу. Кое-кто из бунтовщиков поднял свои тулии, но видя решимость, даже свирепость во взгляде Буна, дрогнули и молча расступились, давая ему дорогу. Бывший командор допрыгал-дотопал до двери ходовой рубки и рукояткой пистолета несколько раз бухнул по её обшивке.
– Какая грязная свинья смеет стучать и отвлекать нас от важных дел?
Из-за двери донёсся приглушённый грубый голос, утонувший в истерическом женском визге.
– Эта грязная свинья, осмелившая вас потревожить, капитан Бун. Эрри Герл, если ты ещё капитан на своём вонючем корыте, то немедленно открой дверь, иначе я прикажу её взорвать!
За дверью послышались неясные возбуждённые голоса, спорящие видимо о том, открывать или не открывать дверь чужаку. Здравый смысл в конечном итоге возобладал и клинкетная задвижка двери, противно скрипя, начала медленно вращаться. В образовавшейся щели показалось испуганное лицо Герла.
– Бун!? Как вам удалось попасть на транспорт? Бунтовщики…
Эользул жёстко прервал его.
– Всем вам предлагаю немедленно сдать оружие моим офицерам.
– Да кто ты такой, чтобы я отдал тебе свой плир?
Из глубины рубки, оторвавшись от двух хихикающих клонирок, на Буна шёл огромный бугай с голым торсом, заросшим густым рыжим волосом. Он бесцеремонно отодвинул в сторону своего капитана. За его левую руку цеплялась одна из женщин. Клонирка смерила Буна уничижительным взглядом и презрительно фыркнула.
– Ты что здесь раскомандовался, урод? Не серди моего Локасика, а то он от тебя и мокрого места не оставит!
Пьяный помощник Герла, расплылся от немудрёной лести и чмокнул подругу в щёку.
– Ха-ха, ты как всегда права, крошка!
Локас пьяно рассмеялся и начал медленно поднимать свой плир. Толпа за спиной Буна начала возмущённо роптать. Но это были последние слова бывшего офицера транспорта, возомнившего себя героем. Бун не целясь, дважды в упор выстрелил в грудь борова и переждав звуки грохота после падения грузного тела на палубу и пронзительные визги клонирок, снова протянул руку.
– Сдать оружие!
В это же время Бун услышал лязг оружия за спиной, но даже не повернул головы. Матросы в толпе враз протрезвевшей команды собирали оружие у огунов, ещё минуту назад бывшими бунтовщиками. И они освобождались от него даже с облегчением. Матросы сваливали тулии и плиры в угол, рядом со входом в рубку.
Эользул, как удав на кролика, смотрел только вперёд, на растерянных и вконец деморализованных офицеров Герла. Опальный царедворец был хорошим психологом. Да, он мог быть неумолимым в своих действиях и порой жестоким. Но никогда и никто не мог упрекнуть Буна, что он обкрадывает и обижает простых матросов и младших офицеров. Он чётко и неукоснительно следовал Корабельному уставу огунов. Положено – получи сполна: пищу, вино, сон, женщину. Но если струсил, запаниковал и бросил свой пост или ещё хуже – сдался врагу – тоже получи по полной программе. Два оставшихся в живых офицера безропотно передали свои плиры Герлу, а тот из рук в руки пере-давал пистолеты Буну. Он же не глядя, передавал их своим офицерам, стоявших за его спиной.
– Выходите! Отныне, до вынесения мною решения, вы арестованы за организацию саботажа на судне императорского флота.
Герл и его офицеры, перешагнув через труп Локаса, вышли из рубки. Бун развернул рыхлого дрожащего всем телом капитана к себе лицом.
– Где пятый офицер?
Из-за спины Эользула снова послышался заискивающий писклявый голос черноволосого горбуна.
– Командор, штурман Энке у себя в каюте. Он всегда с сочувствием относился к команде и чтобы не пострадал от нас или этих, – горбун качнул головой в сторону поверженного Локаса, – мы его заперли на замок.
– Эользул, – тихий голос Герла дрожал от возмущения и обиды, – ты потакаешь бунтовщикам. Я буду вынужден доложить обо всём случившемся министру Юргу.
– Заткнись и топай со своими огрызками в карцер, – сквозь зубы процедил Бун и неожиданно легко развернулся на одной ноге к поредевшей толпе.
– Приведите сюда Энке. И если он правильно ответит на пару-другую вопросов, быть ему капитаном.
Сразу несколько огунов почти бегом кинулись в сторону офицерских кают. Тем временем горбун, опасливо обогнув Буна, заглянул в рубку и тут же расцвёл в улыбке.
– Вот они, наши девочки! Идите, идите сюда, наши птички…
Первой из помещения показалась совсем ещё юная девушка-огунка. Остальные две были похожи друг на друга как близняшки – это и были клонирки. И если первая девушка была в длинном зелёном халате, под которым не угадывалось больше никакой одежды, то остальные были одеты в одинаковые чёрные юбки и блузки желтого и синего цвета. Одна из них, та, что обозвала Буна уродом, обдирая спину об косяк двери, протиснулась мимо Буна и спряталась за своих товарок.
– Отныне эти женщины ваши!
Бун обвёл взглядом просветлевшие лица огунов.
– Но пользоваться ими…
– Командор, мы знаем закон о корабельных шлюхах. Ни один лишний волосок с них не упадёт.
– Я тоже надеюсь, что в отличие от ваших офицеров, вы более бережно будете относиться к имуществу императорского флота.
И он широким жестом указал в сторону женщин. Услышав гулкие шаги нескольких огунов, идущих по коридору, Бун придирчиво посмотрел на статного моложавого огуна в форменном кителе стального цвета. Левая рука штурмана плетью висела на серой повязке. Цепкая память бывшего командора не подвела его и теперь.
– Мой умный горб вспомнил этого доблестного огуна! – Эользул повернулся к затихшей толпе.
– В сражении за Сциллу я со своей флотилией попал в жестокую передрягу. Мой флагманский крейсер получил серьёзные повреждения, и я со штабом был вынужден перейти на фрегат…
– Фрегат «Копьё», командор, – звучно подсказал Энке.
– Так вот, если бы не мастерство этого закалённого в боях капитана, мы, пожалуй, не вырвались из того ада. Кстати, – Бун кивнул головой на руку штурмана, – мне доложили, что ты погиб.
– Не совсем так, командор. Я был тяжело ранен, потерял много крови, на какое-то время сознание отключилось, и меня, – Энке смущённо улыбнулся, – едва не отправили за борт вместе с остальными трупами. Комиссовали. С капитанской должностью пришлось расстаться. Сейчас на «Трине» штурманом.
– Я рад за тебя, бывший штурман, а теперь вновь, капитан. Слышите, бузотёры и женолюбцы? Отныне он ваш капитан, и я уверен, что служба, распорядок дня и личный досуг будет в надёжных и справедливых руках. Согласны?
Огуны ответили одобрительными криками, соглашаясь с выбором Буна, а горбун, который видимо был главным заводилой среди матросов, чуть выступил вперёд:
– Мы все поддерживаем ваш выбор и можете не сомневаться, теперь всё будет в порядке и без бузы. А если что, стреляйте любого…
– И застрелю мерзавца, если найдётся непонятливый. А теперь всем по местам. Мне необходимо обсудить с вашим капитаном ситуацию, сложившуюся в связи с вторжением в наши владения вражеского крейсера.
ГЛАВА 12
– Я испепелю эту чёртову каплю, вместе с планетой!
Эн Ширкон брызжа слюной, яростно тряс своими огромными кулачищами перед самым носом Тару-а-Зату, смиренно пережидавшего взрыв праведного гнева капитана «Ариэнты».
– Крун Ширкон, как научный руководитель экспедиции в эти миры, я прошу вас прежде всего успокоиться. Наш коллега, Седи Бермон, сообщил, что приборы крейсера уловили эхо-сигнал следа пространственного перехода бронекатера. Значит, Зарич и его экипаж вырвались из плена капли и скорее всего находятся на расстоянии одного, максимум двух переходов от нас.
– Могу добавить, – поддержал доводы тзельмпена Седи, – что мы интенсивно прослушиваем всю окружающую нас сферу. Так что любой сигнал с катера мы запеленгуем без проблем.
Крун раздражённо фыркнул.
– У нас, крунов и тзельмпенов проблем не было и нет. Проблемы создаёте вы, люди.
Почувствовав неловкость сказанного, капитан примирительно добавил.
– Не обижайся, Седи, но я ведь предлагал тебе эвакуировать разведчиков до их пленения этой тварью?
– Да, не спорю. Но поймите, разведка всегда связана с определённым риском.
– Оправданным, Седи, и никаким другим.
– Думаю, Эн, Заричу будет что рассказать и показать…
– При условии, если катер вернётся на «Ариэнту».
Крун ожесточённо потёр загривок своей ладонью.
– Тару, ты что-то говорил об эхо-сигнале следа…
– Да, крун капитан. Перед самым отлётом «Ариэнты» нам удалось заполучить трофейный экземпляр прибора, с помощью которого огуны разыскивали свои потерянные корабли даже в невозможных, критических ситуациях. Мы этот прибор несколько усовершенствовали, и вот теперь он уже сослужил нам службу. Стало известно направление трансперехода бронекатера. Сложность лишь в том, что мы не разобрались ещё с координатами этого мира.
– Если есть хоть малейший шанс отыскать Зарича с его людьми, мы должны этот шанс использовать. Летающая крепость, хорошая машина, но она не расчитана на долгое пребывание в космосе. В отличие от крейсера или корвета на катере отсутствуют возобновляемые источники энергии. Есть только панели светобатарей, но для их подзарядки нужен терминал, а до планеты, имеющей такую роскошь, им нужно ещё добраться.
Прослушивание эфира в течение трёх суток по бортовому времени крейсера ничего не дало. Капитан «Ариэнты», приказав оставить радиобуй на орбите неприветливой планеты, повёл корабль по следу, оставленному эхо-сигналом.
ГЛАВА 13
– Можете отключить двигатели. Вы вернулись в своё течение времени. Дальше доверьтесь нам.
Зарич горько усмехнулся:
– А у нас есть выбор?
Назиги чутко уловили сарказм человека.
– Из ситуации, в которую вы попали, есть три выхода. Первый – самоуничтожиться, так как ваш корабль с его ограниченным энергозапасом не сможет пройти весь путь по лабиринтам Спирали. Срок вашей жизни тоже ограничен, а у Спирали есть короткие и длинные пути. Без нашей помощи вы не сможете выбрать правильный путь. Второй выход – не поверить нам и попытаться решить проблему прохода через Спираль самостоятельно. Результат будет такой же, как и в первом случае…
Экипаж катера напряжённо прислушивался к диалогу командира и назигов. Даже Пал Моде, неугомонный остряк и балагур, понурил голову и что-то беззвучно шептал одними губами. Кир наклонился к другу.
– Пал, ты что там бормочешь?
– Да понимаешь, перед самым отлётом в экспедицию я познакомился с потрясающей девушкой, но не успел узнать, какие цветы она больше любит: хризантемы или розы. Вот я и думаю, как же идти на свидание с ней, не зная её вкуса.
– Слушай, умник, у тебя чем голова забита? Мы вляпались в такую переделку, а он грезит свиданием с девчонкой!
Агор возмущённо покрутил пальцем у своего виска.
– Да ладно, парни. Выкрутимся. И не в такое дерьмо вляпывались.
И Пал, видя, что он не слишком убедил друзей, перевёл разговор на другое.
– А шустрые эти ребята – назиги! У нас скоростёнка чуть ли не в треть световой, а они не только не отстают, а вовсю суетятся вокруг корабля.
Кир это давно заметил. Он почти не отрываясь смотрел то в иллюминатор, то на экран внешнего обзора. Назиги были вездесущи. Некоторые из них подлетали вплотную к катеру, и их можно было хорошенько рассмотреть. Они были чем-то похожи на мохнатые матовые шарики и в спокойном состоянии светились изнутри мягким розовым светом. В возбуждённом состоянии они светились ярким красно-рубиновым светом. Глаза не успевали за их перемещениями: вверх-вниз; вперёд-назад; влево-вправо.
Зарич лучше других понимал, что они обречены. На катере осталось не более трети запаса энергии. Конечно, все электропотребители кроме системы жизнеобеспечения придётся отключить. И всё равно, гик за гиком они потеряют всю энергию, а с ней шанс на выживание. Вот и назиги твердят: во-первых, плохо, во-вторых, ещё хуже… Он вздрогнул, когда после затянувшейся паузы в диалоге, назиги снова заговорили.
– …Третий путь – наиболее приемлем для белковых существ вашего вида. Мы поможем вам. Весь смысл нашего существования на этих перекрёстках миров – оказание помощи попавшим в беду носителям разума.
Михен глухо произнёс.
– Нам ещё можно чем-то помочь?
– Вы не первые, кто попал в Спираль. Мы возьмём ваш корабль в свой энергетический кокон и перенесём вас…
– Но куда? И сможем ли мы попасть обратно в свой мир?
– Эта Спираль ведёт в другой мир. Из мира, в который вы попадёте, другие Спирали ведут в другие миры. Всё мироздание состоит из вселенных, создаваемых флоктом. И лишь флокт определяет жить той или иной вселенной или умереть. Мы проведём вас в один из таких миров, а дальше… Вы будете искать свой путь…
