– Я буду вечером. Сейчас мне некогда, – быстро проговорил я.
– А. Элла рядом? Ты только держись. Слушай, а когда она приближается, ты не ощущаешь могильного запаха?
Я сбросил вызов, тихо выругавшись на этого бесстыдного юмориста, которого лишь забавляет мое положение. Хотя это лучше, чем вечные страдания. Мне уже надоело относиться к этой ситуации слишком серьезно и терзать себя.
– Ты что? Сам приготовил? – тут же спросила Элла, когда приблизилась к нам с Джейн.
– Ты еще кого-то здесь видишь? – непринужденно проговорил я, не обращая лишнего внимания на нее. Мне не хочется быть навязчивым, если мы сейчас в таком положении. Плачевном, я бы сказал.
Элла недоверчиво оглядела тарелку с кашей, а затем переместила свой взгляд на плиту. Тогда она хмыкнула, заметив мои старания, которые обошлись мне небольшой трагедией.
– Нашел рецепт Эльвиры? – спросила она, забирая немного каши пальцем.
Элла засунула его в рот и вылизала белую жижу. Ее лицо исказило удивление.
– Надо же. Получилось очень даже вкусно. Деймон даже с рецептом несколько раз не смог справиться.
– Не буду хвастаться, – со смешком проговорил я и отправил в рот Джейн последнюю ложку каши.
– Почему ты не разбудил меня? Нет, даже не так. Почему я не слышала плача Джейн?
Я поднялся со стула и вытер губы Джейн салфеткой.
– Потому что я не позволял его тебе услышать, – проговорил я твердым тоном, глядя на Эллу. А после сразу с издевательским смешком добавил: – Ты намного привлекательнее, когда спишь и не бубнишь понапрасну свои возмущения.
Элла поджала губы и одарила меня самым озлобленным взглядом. Резким движением рук она выхватила у меня тарелку и зашагала к раковине.
– Выискался, терпеливый человек. Если не нравится, как я бубню, то проваливай, – проговорила она, когда включила воду и начала мыть тарелку.
– Подожди. Мне еще нужно накормить Джейн фруктами.
Я направился к столу, чтобы забрать миску с мелко нарезанными фруктами.
– И без тебя разберусь.
Я встал позади Эллы и потянулся рукой к миске, которая находилась неподалёку от раковины. Когда коснулся ладонью ее поясницы, Элла вздрогнула и замерла, сжимая рукой запененную губку. Я улыбнулся ее прежней реакции и нагнулся, чтобы достичь ее уха.
– У меня получится намного лучше. Мы уже убедились в этом еще вчера.
Я резко оторвался от нее, пока не заострил внимание на ее запахе и не потерялся в пространстве, и направился обратно к Джейн.
– Я терплю тебя только ради Джейн! – сдержанно воскликнула она мне вслед.
– Несомненно.
Элла все еще питает слабость, когда я с ней, и тем более, когда касаюсь ее. Она старательно пытается избавиться от теплых чувств ко мне, но у нее явно не получается. А со своим возвращением я полностью разрушил ее планы.
Пока я находился в Италии, был уверен в том, что Элла не сможет избавиться от любви ко мне даже под пытками ненависти и мести. Любовь ко мне все еще живет внутри нее и будет жить до конца дней. Она внутри нее, заполняет ее трепещущее сердце и защищается от напастей «Эдвардоненавистничества». Ее любовь изранена страданиями и муками, но все равно продолжает цепляться за все хорошее, что было между нами, и не сдается, пытаясь найти в этом силу.
Пока я кормил Джейн фруктами, Элла прибиралась в доме. Она снова вычистила плиту до блеска и начала собирать лишние игрушки в гостиной.
После принятия фруктов я отнес Джейн в гостиную и посадил ее на коврик, на котором изображены животные. Туда принес ее любимых игрушек, а сам отправился в спальню разыскивать свою рубашку.
Я замер в прихожей, когда вышел из гостиной и увидел Эллу. Она стояла перед вешалками с моим пиджаком в руках и смотрела на пол, куда упал мой пистолет. Обычно в моих привычках нет вешать свой пиджак в прихожей. Я бросаю его на любую мебель. Но из-за Джейн мне пришлось повесить его, чтобы она не могла дотянуться и взять в руки то, что я бы никогда ей лично не дал. Видимо, пистолет упал с моего внутреннего кармана, когда Элла взяла в руки мой пиджак.
Я стремительно приблизился к Элле и сел перед ней на корточки, чтобы поднять оружие. Когда снова выпрямился, посмотрел на ее лицо, которое выражало печаль. Ее голубые глаза, что продолжают сиять унынием, осматривали мое тело с особой внимательностью.
Я чаще задышал и решил скорее прекратить этот образовавшийся интимный момент между нами. Иначе я точно потеряю голову и прижму Эллу к двери, и накрою ее губы сокрушительным поцелуем. Тем самым просто испорчу хотя бы какую-то стабильность между нами.
Я выдавил из себя наглую усмешку.
– Что смотришь? Соскучилась?
Элла резко подняла на мое лицо глаза. Лицо, что выражало беспокойство секунду назад, теперь снова озлобленно. Она бросила в меня мой же пиджак и язвительно ответила:
– Не обольщайся. Моего внимания ты никогда больше не получишь.
– Вероятно, другие исправят твою оплошность.
Элла фыркнула, закатив глаза:
– Мое внимание незаменимо.
– Какая самоуверенность, – нежно прошептал я, чуть сощурив глаза. – Но ты раздражаешься, когда я упоминаю других женщин.
Элла прикусила внутреннюю щеку, сверля меня недовольным взглядом. Провоцировать ее на злобу лучше, чем вызывать слезы.
– Раздражительность тебе ни к лицу, маленькая Тейлор. И язвительный язычок тоже тебя не красит.
– А ты, полагаю, привык к покорной и покладистой Элле?
Я пожал плечами, выражая неуверенность.
– Возможно, иногда хотелось видеть больше дерзости, чтобы схватить ремень и выпороть тебя.
Ее щеки мгновенно налились кровью, и я усмехнулся, пытаясь коснуться их пальцами. Я уже тянулся одной рукой, как Элла грубо убрала мою руку, ударив своей.
– Не прикасайся ко мне больше никогда! Не имеешь права! – вскрикнула она и прошла мимо меня.
Я развернулся и бросил ей вслед:
– Ты – это мое самое главное право, Элла Тейлор.
Она ничего не ответила на мои слова. Даже не обернулась, а скрылась в гостиной и больше решила не поддаваться на мои провокации.
Я тяжело выдохнул и прижался спиной к холодной стене. Снова тяжесть после того, как я постарался говорить с Эллой без напряжения.
Она осматривала меня так внимательно и с волнением, потому что разыскивала новые раны, помимо пулевого ранения у плеча, и боялась найти их.
Я принял душ, пока Элла гуляла с Джейн в саду, и привел себя в порядок. Когда вышел из ванной комнаты, девочки уже вернулись и закрывали за собой входную дверь.
– Ты еще здесь? – с недовольством спросила Элла, сидя на корточках, снимая с Джейн кожанку.
– Да. Продолжаю раздражать тебя своим присутствием.
Элла выпрямилась и хмыкнула.
– Деймон с Эльвирой вот-вот вернутся. Так что настоятельно тебе рекомендую убраться отсюда, пока мой брат тебя не прикончил.
Из меня вышел лишь нелепый звук, когда я пытался сдержать смех.
– Твоя забота бесценна. Но ты права. Мне стоит поджать трусливо хвост и убежать отсюда до того, как злая собака не настигла меня, – шутливо отозвался я на ее предложение.
– Уходи, – серьезнее добавила она и сняла с Джейн обувь, отправляясь вместе с ней в ванную комнату.
Я позволил ей пройти мимо меня. Взглянул на Эллу еще раз, чуть обернувшись, когда она заводила Джейн в комнату, и смотрел до тех пор, пока она не закрыла дверь, перед этим бросив на меня нечитаемый взгляд.
Я накинул на себя пиджак, обулся и покинул дом своей сестры. Если Элла и отругает ее за то, что она устроила, то я поблагодарю.
Я не знал, с чего начать и как вести себя с Эллой. Непринужденные, провоцирующие ее разговоры немного сбавляют напряжение между нами, и я снова могу улавливать эмоции Эллы. Я смогу пробудить ее снова, как бы она не боролась и не запирала свои полыхающие чувства за стальной дверью. Мне просто нужно вести себя смелее и не бояться, что чем-то задену ее.
Я вернулся в офис. Джон тут же вскочил с моего кресла, держа в руке мобильник. Я снял пиджак и бросил его на диван.
– Я как раз собирался тебе звонить.
Его вид был обеспокоенным.
– Что уже случилось за мое отсутствие? – Я приблизился к стеллажу с выпивкой и налил себе несколько капель коньяка, как успокоительное.
– Думаю, тебе это не понравится.
Я вздохнул и коснулся губами краев стакана.
– Что случилось? – снова повторил я, сморщившись, когда спиртное обожгло мое горло.
– Кое-кто вернулся. И думаю, он будет искать встречи с Эллой.
Я нахмурился.
– Какого черта он снова забыл в Нью-Йорке?
– У меня есть подозрения, что он что-то замышляет. Хотя явился под предлогом, что открывает новый ресторан.
Я приблизился к своему столу и встал напротив Джона, опираясь ладонями о поверхность.
– Что будем делать?
После недолгого обдумывания вопроса Джона, я твердо ответил:
– Пристально следить за ним.
Не хватало мне еще проблем с Алеком Купером.
Глава 9
Элла
Как только Джейн уснула, вернулись Деймон с Эльвирой. Я вышла из детской в прихожую их встречать, прижимая к губам указательный палец, намекая им на то, что малышка спит и им нужно вести себя тише. Осторожно закрыла дверь и приблизилась к брату, который раскрыл для меня объятия.
– Что бы мы без тебя делали, – проговорил он, прижимая меня к себе.
Я демонстративно пожала плечами, отстранившись от Деймона.
– Даже не знаю. Наняли бы няню. Пригласили Марту. Есть куча вариантов, так что прекрати подлизываться.
Деймон усмехнулся и щелкнул меня по носу, улавливая мой сарказм.
– Но мы тебя наградим за твой бескорыстный труд. Смотри, что привезли.
Деймон нагнулся, чтобы поднять пакет с пола и раскрыл его. Я посмотрела внутрь и радостно ахнула, раскрыв рот.
– Голубика! Как много! – сдержалась я, чтобы не вскрикнуть от радости.
– Да. Сейчас мы будем делать пирог. Вперед на кухню.
Мама часто баловала нас пирогом из голубики, а ягоды всегда доставал отец. Я так часто делала его с ней, что запомнила весь рецепт наизусть.
Когда Деймон скрылся на кухне, чтобы помыть ягоды, я посмотрела на Эльвиру, которая все время после своего приезда молчала и оглядывалась по сторонам.
– Он уже уехал, – строгим голосом сообщила я, скрещивая руки на груди.
Так демонстрировала Эльвире свое недовольство. Она уловила мое состояние и с виноватым выражением лица приблизилась ко мне, чтобы обнять.
– Прости, я не сдержалась, – пробубнила она в мое плечо.
– Что значит не сдержалась? – прошипела я, округлив глаза от удивления, отстраняясь от нее.
– Это было хорошей возможностью оставить вас вместе, – настаивала она на своем.
Я вздохнула, успокаивая себя. Знаю, что в помыслах Эльвиры нет ничего ужасного. Она не сделала ничего, что могло угрожать моей жизни. Но, увы, Эльвира не понимает, что находясь с ее братом наедине, мне становится еще хуже, чем, когда остаюсь одна и думаю о нем, о нашем прошлом и о том, что мы потеряли и с чем не справились.
Эльвира знает о моих крепких чувствах к Эдварду, но она еще не уяснила, насколько мне теперь больно находиться рядом с ним. Она не понимает, какого это потерять близкого человека от рук любимого мужчины. Эльвира не знает, что такое отцовская любовь и каково мне было узнать, что его убил тот, кого я люблю и кому доверяла.
Как бы зла я не была на Эльвиру, но этого лично вслух проговорить не смогу, поскольку это слишком обидная правда, которая ее надломит и, возможно, отдалит от меня. Эльвира считает, что моя любовь к Эдварду сильнее всякой ненависти и обиды, и что она перевесит все, если я буду чаще оставаться с ним наедине. Но это не так и я понятия не имею, как донести до нее тот факт, что нам с Эдвардом уже не по пути.
– Эльвира, больше не делай так. Я хочу отвыкнуть от него. Я не хочу проводить с ним время, – только и проговорила я, сдерживая злость.
Ее лицо оставалось непроницаемым. После моих слов даже чувство вины Эльвиры улетучилось.
