Читать «Королевские чётки. Зерно Рабочего» — Мари Мальхас онлайн
Страница 6 из 11
– Идите и ищите! – лютовал Прата. – Допрашивайте, расследуйте. А то Армаду вызову – сразу башки полетят.
Зубы мои стиснулись, я шагнула было вперёд, чтобы от имени Армады Дракона напомнить ему, где и у кого действительно «летят башки», но путь мне подрезал Бераг. С понуренной головой он быстро прошёл к двери.
– Рель, мадам, прошу прощения! – быстро бросил он.
А наместник уже повернулся к Релю, бесцеремонно оставив меня у себя за спиной. Очередная бестактность, странная для человека его положения. То ли он совсем распоясался на своей руководящей должности, то ли Дарган успел избаловать меня хорошим тоном.
– Что у вас тут происходит, Рель? – уже ревел он. – Почему в лагере посторонние?
Целитель поднял голову, лениво повернулся, взгляд его был преисполнен спокойствия и мудрости:
– Что вы всё время кричите, наместник? – он откашлялся. – Так и голос сорвать недолго. Вот смолку пожуйте хоть, а то… – он стал шариться на полке.
– Какую смолку? – наместник чуть снова не подпрыгнул. – Я спрашиваю, что тут у тебя происходит?!
– Это раненые путники. Помогать больным – моя прямая обязанность, так что попрошу.
Если наместник позволял себе стоять спиной к даме, то Рель – к наместнику.
– Кто тут больной? – Прата резко повернулся и неожиданно оказался лицом к лицу со мной.
Наглый, хитрый, опасный.
Он постарался заглянуть мне за спину, увидеть Даргана. Но я подалась в бок и заслонила ему обзор. Его взгляд переметнулся на меня, уголки губ чуть дёрнулись.
– Прочь с дороги, не то за щёчки схвачу!
Всё-таки мне не показалось – распустился вконец! Такие фразочки себе последний раз только ворьё в Асилотском лесу позволяло, и им это простительно, но уж тут. Рука моя метнулась к мечу – еле остановилась.
– Что вам нужно? – спросила я, вкладывая в голос всё своё раздражение.
Он не ответил, только снова попытался заглянуть мне за плечо, хорошо хоть не подошёл ближе дозволенного. Внимание отвлёк скрип двери – клянусь, в этом доме её уже легче было держать открытой!
Ворвавшийся дневной свет заслонил силуэт в шляпе. Боран! Да неужели!
– Эй ты, девушка, – я не узнала голос наместника. Он вдруг прозвучал на тон ниже, сдавленно, будто ему горло пережали.
Он разглядел Даргана, и в лице его что-то резко изменилось. Наглость сменил не то страх, не то удивление. Я сжала кулаки, не зная, чего ждать. Только не это! Без сомнений – этот Прата узнал короля.
– Как тебя, забыл… – пробормотал он, хрипло.
– Вы и не знали, – сказала я. – Кеита.
– Кеита… скажи, кто он? Как его зовут?
«Ах ты ж, пёс! Ничего я тебе не скажу!»
Но он уже сам сказал:
– Дарган?
И у меня ёкнуло сердце. Значит, узнал. Узнал и… что-то задумал. Неужели ещё один бывший знакомый? Сколько же их набралось в одном графстве!
Он продолжал смотреть на Даргана, его губы подрагивали, будто от волнения.
– А откуда вы знаете? – послышался голос Борана у двери.
«Что ж ты, дубина, делаешь?! Мозги под шляпой есть? Теперь этот проныра точно будет уверен…»
Я ведь даже не могу никуда отойти – выяснить, что происходит, применить стратегический ход. Дарган теперь привязан к этому месту. Спрятаться невозможно. Отступать некуда. Только стоять на своих двух, как прочная крепостная стена, и атаковать в лоб.
Прата что-то пробормотал, отвернулся.
Боран меж тем уже не думал о нём. Он разговаривал с Релем, вытащив из-за пазухи небольшую фляжку:
– У целительницы взял. Вроде, это лекарство, которое должно помочь, – говорил он.
В это же мгновение Прата кинулся к ним, да так быстро – плащ начертил полосу в воздухе. Замер не менее неожиданно: на полусогнутых, с занесённой назад рукой. Казалось, он хотел ударить баронета Дварлоци. Тот даже отшатнулся, не успев и воскликнуть, но Прата уже выпрямился:
– Рад встрече, господин. Наместник Прата. А вы, как вижу… – он запнулся, – родственник барона Дварлоци?
– Я сэр Боран…
– Баронет де Легге? – тут же уточнил Прата.
– Вы знаете Легге? – губы Борана округлились.
– Что-то вы много знаете, – заметил Рель.
– Я наместник. Мне положено, – отрезал тот.
– Честь имею, наместник, – кивнул Боран. – Рель, мадам… – он быстро обвёл взглядом комнату и ушёл.
Какой же он занятой! Мог бы и со мной хоть парой слов перекинуться! А говорил, что хандрит и бездельничает. Я смотрела на дверь, где только что пропала полоска дневного света, а за моей спиной назревало новое событие.
– Отдайте! – послышался голос наместника.
– Вот как? – Рель не спешил, вертел фляжку в руках. – Зачем?
– Это… слишком дорогое лекарство! – сквозь зубы поцедил Прата. Лицо его побледнело, грудь вздымалась, как после пробежки. Я чувствовала – врёт. Врёт и что-то скрывает.
– Сэр Боран… взял его без разрешения, – продолжал он. – Целительница приняла его за самого барона, потому и отдала. А если обнаружится пропажа этого средства – проблемы будут у всех. Обещаю.
"Да что же это за человек! Угрозы, хитрость!"
– Но это очень важно, – постаралась удержать себя в рамках вежливости я. – Этому человеку нужна помощь! Вы же сами видите, в каком он состоянии, наместник!
Он смотрел на меня уже без холода, без раздражения. Взгляд его метался, он будто возвращался из собственных мыслей – но каких?
– Простите. Но барон достаёт редчайшие травы не для того, чтобы лечить… проходимцев.
Я сжала кулаки. Нет, он узнал Даргана. Узнал и теперь… так себя ведёт?
– Могу тогда я поговорить с бароном? Или Боран, он уж точно может…
– Вот когда поговорит – тогда и посмотрим, – Прата попытался изобразить улыбку.
Рель спокойно вложил фляжку в его ладонь:
– Ну что ж, сами справимся.
Я посмотрела на него, хотела что-то сказать – и не сказала. Прата уходил, но…
– А вы уверены, что знаете… раненого? – спросила я.
Он на мгновение застыл, выдохнул, но быстро передумал:
– У меня нет времени обсуждать это, – только бросил он и скрылся за дверью.
Хотела я кинуться следом за ним, точнее на него, даже сделала шаг… но на плечи мне легли чьи-то руки, хотя нет – просто магическая энергия придержала за плечи. Сзади раздался голос Реля:
– Не стоит, сестрёнка. Правда, не стоит.
– Этот Прата… – я выдохнула и повернулась к целителю. – Наместник того сэра в красном балахоне?
– Сэра Брюстека? Нет же, барона.
– А он в курсе, что барон теперь не главный? Если это правда, конечно.
– Похоже, что нет, – Рель пожал плечами. – Хотя странно… А может, он в любом случае наместник, пока не уволили – точно, так и бывает. Он же наёмник, что ему?
– Он очень странный, откуда он взялся вообще?
– Из Баркии, – он кивнул, заметив моё удивление. – Серьёзно, баркиец. Барон сам так хотел. А чего от них ждать?
Так Прата – чужестранец? Вот почему его манеры и общение такие странные, но…
– Он так чисто разговаривает.
– Ага, – Рель усмехнулся. – Научился, приехал, говорят, гакал и ракал, как положено его народу, а теперь не отличишь от серенидца.
– Завидую, у меня некоторые звуки до сих пор не получаются, – подумала я, и только потом поняла, что вслух.
– Зато ты окончания всегда округляешь, как аристократка, – хмыкнул Рель. – А он акает как простолюдин. Всё время с селянами возится – нахватался.
– Все баркийцы такие наглые? – не удержалась я.
– Вообще, по своей натуре, далеко не скромные. Да и чего ему озадачиваться? Подданный другой страны. Ему тут не жить. Заработает – уедет.
Меня совсем не успокоила такая мысль. Как бы он ни собрался заработать чем-нибудь незаконным.
Глава 5
Рель взял в руки ступку и пошёл к камину:
– Подумаешь, «редчайшие травы» у них! – он пожал плечами. – Утончённые все стали, «редчайшие травы» им подавай! Не сочти меня консерватором, но во время войны нам одного гречелистника хватало. Даже не волнуйся, сестрёнка!
Он высыпал получившуюся в ступке смесь в котелок с водой, взял с каминной полки глиняный сосуд и плеснул на угли искрящейся жидкости – те ярко разгорелись. Я сразу вспомнила Маретт в ордене Непринуждённых – она разжигала камин таким же способом. Последнее слово алхимии.
– Так вы алхимик, Рель?
Рель повернул голову, внимательно посмотрел на меня, придвинул стул, сам уселся на противоположный:
– Нет, – наконец ответил он. – Садись.
Я села и в свете огня разглядела вытянутое лицо, аккуратные светлые брови, ресницы, чуть квадратный подбородок. И прежде чем подумала сама, уже услышала от него:
– Но я из народа, который очень уважает такие вещи. Среди нас много алхимиков.
– Фроксианин, – кивнула я.
– Ну вообще, я серенидец, – Рель приподнял одно плечо. – В смысле, подданный Серенида и мать моя – серенидка.
– Значит, по отцу?
– Так точнее, – кивнул он. – А то маг-фроксианин – это… – он усмехнулся, – скорее анекдот.
«Как и мужчина-целитель! Что ж ты такой необычный, Рель?»
Целитель смотрел на меня, и, будто прочитав мои мысли, прижал ладонь ко лбу:
– Ну вот. Мне снова оправдываться. Скажу сразу: умение исцелять от пола не зависит. Но в целительстве нужно ещё чувство. Одно дело, когда человек, скажем… – он отвел ладонь в сторону, словно что-то прикидывая, – ну там, ломает колено. И совсем другое, если он на вид целый, но бледный, как смерть сама, или сидит в разгар лета у огня и трясётся от холода. Или слабый с рождения, встать с кровати не может и в расцвете лет слабее ребёнка – вот что с ним?
– Не знаю.
– А ведь надо это понять, пока он жив.
– И это могут только женщины?
Рель сделал неопределённое движение головой:
– Ну… Неправильно говорить «только», важно – проникнуться человеком, чтобы почувствовать то, что чувствует он… Но женщинам это легче даётся.
– Значит, вам сложно?
– Бывает.
– Но зачем тогда…