– Неожиданный вопрос, – усмехнулся он. – Сто сорок, если я не ошибаюсь. Около того.
– Значит ты застал гибель Авирана.
– Угадала.
– Сколько людей из авиров выжило? – спросил Цельдас, впившись в него жадным взглядом чёрных глаз.
– Мало. А тех, кто выжил – перебили. Люди из норадов. Сейчас это племя заполонило весь Гарсарион. Первое время, помню, мы скрывались, потом подались к вашим, к шуан. Несмотря на то, что некогда люди их истребляли, шуан помогли нам, не оставили в беде, за что я им благодарен.
– Фармарадор рассказывал о тебе, – улыбнулась Ираэль. Кайден отметил для себя, что у неё красивая улыбка.
– Фармарадор… да, мой старый друг. Может, тогда вы знаете Эшура?
– Нет, – одновременно ответили полукровки.
– Жаль. Через пару лет после падения Скараграса и Авирана я собрал авиров и шуан на борьбу с демонами, которые иногда пересекали горы Эльдихор. Мы назвали себя тенегнеты. Никому не было дела до этих тварей, короли дрались за власть, простые люди не понимали, что делать. А мы противостояли демонам. Через несколько лет нас почти не осталось, кто погиб, кто исчез, как… мой брат. И тогда я побрел по миру.
– Так вот как появились тенегнеты, – с восторгом сказал Цельдас. – Но почему ты ушёл?
– Я пошёл искать брата. А потом искать способ победить Тень. Я всю жизнь что-то искал. Но не нашёл. И не найду. Я сделал все, что мог. Ладно, стоит поспать. Завтра у нас работа.
Кадйен поднялся.
– Мы не будем учавствовать в убийстве, – заявила Ираэль. – И грабить тоже не будем. И, я думаю, ты тоже не будешь. Нуррэ смотрит за нами.
– Нуррэ, – прошептал Кайден. – Если бы он смотрел, он давно покарал бы меня.
– Отчаяние – это не выход, – покачала головой Ираэль.
– Нет. Это не отчаяние. Это смирение.
И Кайден ушёл спать.
Утром он проснулся раньше всех, когда солнце ещё не взошло. Было холодно, но он сделал над собой усилие и вылез из мехового спальника.
Предстояла работа. Забрать у крестьян еду, чтобы отряд смог перейти через горы. И ему было все равно, придётся ли убивать. Для него это стало таким же привычным делом, как сон или обед. И если на то пошло, то это была месть. Месть людям-норадам, чьи предки уничтожили Авиранскую империю и убивали людей-авиров, его родню.
До деревни добрались ближе к обеду. Люди в ней жили своей жизнью, кто-то пас стада овец и коров, кто-то работал на поле. Небольшая деревушка со своими заботами, которую не волновала война, которую ведёт ее королевство. Да и вряд ли им до этого будет дело хоть когда-нибудь. Место, оторванное от мира.
– Попросим вежливо, а если не захотят, забьем парочку, – сказал Гильган, достав из-за пояса свою секиру.
Хоргут засмеялся, будто это была отменная шутка, из его шлема это звучало как лай.
– Я бы всех прибрал, – оскалился Вецемар.
Кайден глянул на него.
– Что? – усмехнулся тот. – Только не говори, что тебе это не нравится. Это как с «пурпуром», попробуешь один раз – захочешь повторить сотню.
– Да как скажешь, – пожал плечами Кайден.
Полукровки, как и обещали, не принимали участия в налёте.
Пятеро человек вошли в деревню, встретив испуганные взгляды местных. Многие тут же поспешили спрятаться, но паники не было.
– Есть тут у вас старейшина? – рявкнул Гильган.
Поначалу никто не ответил. Гильган повторил вопрос ещё громче.
– У нас нет ни старейшины, ни элукара, у нас совет, – сказал крепкий мужчина с густой каштановой бородой, который вышел из-за ближайшей хибары. – И я один из них. Чего вам нужно?
– Еда. Мы возьмём у вас провиант.
– Если вам нужна еда, мы дадим вам ее, за плату, как и все цивилизованные люди.
Мужчина говорил вежливо, но твёрдо. Судя по его рубахе и шерстяной куртке был он теперь обычным трудягой, но по телосложению и стойке казалось, что раньше он был воином.
Гильган улыбнулся.
– Ты, видимо, не так понял меня. Мы не намерены платить.
Кайден заметил, что из-за хибар появляются новые люди, которые были вооружены. Когда он присмотрелся, понял, что оружием их было все, что под руку попалось – топоры, вилы. Их было больше, по меньшей мере в три раза.
– Ну а мы думаем, что так не пойдёт, – все ещё спокойно говорил мужчина. Какой-то малец поднёс ему что-то и убежал. Как выяснилось, это был меч в ножнах. – Я не хочу беды, но и не хочу, чтобы этих добрых людей грабили. Давайте поступим честно, если вам нужна еда, заплатите за неё.
– Кадйен, – немного обернувшись сказал Гильган. – Окажи услугу.
– Знаешь сколько у меня времени уходит на изготовление одного болта? – недовольно ответил Кадйен и вытащил свой маленький арбалет из кобуры на поясе. Потом он достал из другой сумки небольшой барабан и присоединил его к арбалету.
Мужчина немедля обнажил оружие. Остальные крестьяне изготовились к бою.
– Уберите оружие! – крикнул мужчина. – Я не хочу пролить кровь!
– Тогда отдай нам то, что нужно! – рявкнул Гильган. – Или мы перебьем вас всех!
– Я сражался половину своей жизни и знаю, что численный перевес…
– Чего?! Численный перевес? Этого сброда? Кадйен, убей этого недоноска.
Кайден выстрелил не колеблясь. Щелчок, свист, болт вошел мужчине в голову и тот свалился как мешок.
Остальные крестьяне, увидев это, отпрянули, где-то закричала женщина.
– Все ещё хотите с нами поспорить?! – выпалил Вецемар. – Кто из вас ещё хочет подохнуть?!
Он выглядел ужасающе. Его перекошенное безумием лицо, накрытое капюшоном, внушило страх многим, и те поменялись в лице. Но они не побежали, страх их сковал, они только что видели смерть своего товарища, с которым делили хлеб.
– Вы подонки! – выпалил какой-то мужчина с кучей морщин на лице. – Парни! Они убили Ренойра! Вы это только что видели! Чего стоите на месте?!
– А, к демонам всех! – рявкнул Гильган. – Всегда так!
И он, крутанув секиру, ринулся вперёд, несколько крестьян дрогнуло, шагнули назад, но добрая их часть кинулась в бой. За Гильганом ломанулся Вецемар, за ним Хоргут и Рейта. Кайден решил не тратить болты зря, так как даже один выстрел мог привести болт в негодность, и последовал за остальными, обнажив меч.
Завязалась быстрая, но кровавая драка. Кайден проткнул одного старика насквозь, парировав удар какого-то парнишки, вырубил его ударом кулака, а затем проткнул глотку. Сопротивление было быстро подавлено, выжившие сложили оружие. Ни на ком из отряда не было ни царапины.
– Прошу вас! – со слезами умолял какой-то старик, его руки тряслись. – Мы сдаёмся! Возьмите, что вам нужно, и уходите!
Рейта без слов подошла к старику и перелезала горло. Теперь началась бойня. Отряд вырезал всех сдавшихся. Потом началась любимая часть Хоргута. Он схватил факел и стал поджигать дома. В основном они были из глины и соломы, реже встречались срубы, так что огонь занялся быстро. Люди в панике пытались бежать, нескольких женщин и мужчин отряд достал, но большая часть деревни сбежала.
Рейта схватила одну девушку, на вид лет пятнадцати.
– Где у вас склад? – спросила она рыдающую черноволосую девчонку. – Склад с едой?
Всхлипывая, не в силах выдавить и слова, она просто указала на невзрачную постройку, которая, видимо, была подземным погребом. Рейта резанула девчонке горло и двинулась в сторону погреба.
Кайден решил не идти за отрядом, он подошёл к трупу одного из крестьян, молодому парню, который уставился в небо пустым взглядом. Его привлёк этот взгляд. Взгляд в вечность. Лицо парня было невозмутимым, будто бы он просто прилёг отдохнуть от работы, и Кайден усмехнулся. «Отдых на краю вечности, – подумал он». Сколько раз он видел этот взгляд, даже не мог вспомнить.
– Кайден! – крикнул Гильган. – Тут полно добра! Давай сюда, поможешь! И где эти сраные полукровки? Нужно наполнить мешки!
Кайден поправил шляпу и двинулся к отряду. Деревня полыхала.
Саннэфея
Когда Саннэфея закончила завтрак, она стала переживать ещё больше.
Пищу она принимала, как правило, у себя в покоях, ей ее приносили. Семейные трапезы уже давно стали скорее исключением, чем правилом. Ее муж, принц Андри теперь вообще не появлялся на глазах. Постоянно работал, исполняя обязанности за отца. От короля тоже не было новостей. Он уехал немногим меньше месяца назад. По идее, даже учитывая, что с ним большой эскорт, он должен быть в Росогоне.
Но не с этим были связаны ее переживания. Мартон, ее друг, не появлялся уже несколько дней. Саннэфея боялась, что с ним могло что-то случится. Она не находила его в замке.
К тому же, сегодня она должна была снова навещать своего сына. Нет, она не боялась, скорее ей этого было противно. Она знала, что ребёнок от какой-то другой женщины, которую ее муж использовал по назначению. Если бы кто-то знал правду… это могло бы уничтожить королевскую семью.
Послышался стук в дверь.
– Войдите! – крикнула Саннэфея. Она знала, что это служанка.
Так и было. Вошла молодая девушка, привлекательная, в красном старом платье и белом чепчике. Она сделала реверанс.
– Принцесса, – поприветствовала она. – К вам…
– Санни! – с криком в комнату влетела другая девушка, по виду которой можно было точно сказать, что она была из знати.
Миловидная, но со слишком большим для ее лица носом. Кудрявые каштановые волосы словно волны переливаются при каждом шаге. Одета она в пурпурное платье с золотой вышивкой, на руках золотые кольца. Платье подчеркивает привлекательную фигуру и крупные размеры. Девушка была на два года младше Саннэфеи, ей было девятнадцать. Из-за постоянных войн она пока ещё не нашла себе мужа. А те, кого находила – погибли.
– Марита! – воскликнула Саннэфея и вскочила, кинувшись обниматься. Марита Фарамонд, ее двоюродная сестра, с которой Саннэфея провела почти все своё детство. – Боги Истины! Когда ты приехала?
– Только что! Даже вещи с повозки не вытащили, я сразу побежала искать тебя! Сколько мы уже не виделись?
– Год… нет, постой… два! Последний раз ты была на именинах короля. Как быстро бежит время!
– И не говори, мне столько хочется тебе рассказать. Я ездила к отцу в Нордрим, и твоего тоже видела, с ним все хорошо, он просил передать тебе привет, как только я тебя увижу. Боги, в Нордриме такой балаган! Эта война…
– Не хочу ничего слышать об этой войне! – резко выпалила Саннэфея. Марита поменялась в лице. – Извини, просто наслышалась уже от мужа.
– Ты права. Прости. А кто этот… красавчик у тебя под дверью? – Марита улыбнулась.
– Мой новый гвардеец. Сэр Вэлиан… э… не помню его фамильное имя. Недавно появился. Молчаливый, только смотрит на меня, будто убить хочет, – усмехнулась Саннэфея. По правде говоря, эта мысль посещала ее не раз.
– Да он же влюбился, – вкрадчиво сказала Марита. – А он красавчик. Может, я смогу его переманить?
– Тоже скажешь, – скривилась Саннэфея. – Рыцаря? Не по чину тебе. Да и к тому же он в гвардии…
– Ты ревнуешь? – засмеялась Марита. – Ты знаешь, что из гвардии освобождают. Это не пожизненная служба, как, например, на границе… с этой дрянью.
– Ревную, – хмыкнула Саннэфея. – Ревную, ага, у меня вообще-то муж.
Марита только загадочно улыбнулась.
– Давай приведём тебя в порядок. Хочу выйти на улицу, сегодня замечательная погода!
Служанка Ритея, молодая девушка, немного смуглая, любимица Саннэфеи, принялась приводить принцессу в порядок. Расчесала волосы, немного освежила лицо пудрой, помогла одеться в платье.
– Ну вот, теперь выглядишь не как бездомный, – серьезно сказала Марита и девушки рассмеялись.
Когда они выходили, она волновалась. Теперь так было каждый раз, когда сэр Вэлиан стоял около ее дверей. Как обычно он стоял по стойке смирно, а его глаза стреляли в сторону девушек. Было видно, что он не хотел этого, но не мог удержаться. И все же, думала Саннэфея, он очень красив.
– Сэр Вэлиан, – кивнула Марита, с широкой улыбкой на лице.
– Госпожа, – ответил поклоном гвардеец, но его серьёзное лицо не изменилось.
Саннэфея ограничилась простым поклоном, увидев, что он впился в неё взглядом.
– Принцесса, – чуть тише поздоровался Вэлиан с поклоном.
Марита хихикая повела Саннэфею под руку, гвардеец последовал за ними.
– Нет, сэр Вэлиан, прошу останьтесь, – учтиво сказала Саннэфея, а Марита хихикнула.
В первую очередь они решили зайти к Экенберту, сыну Саннэфеи, названному в честь короля. В роду он был уже третьим, кто носит это имя. Мальчику было всего четыре, но он уже был довольно крепким и умным для своего возраста. Само собой, он ничуть не был похож на Саннэфею, но лихо смахивал на отца. Жил он отдельно от родителей, в своих собственных покоях, в башне его отца – в паре метров от его комнаты. Замок уже кипел. Прислуга готовилась к большой трапезе, ведь сегодня столицу посетили родственники жены принца. Саннэфея и Марита обменивались слухами, рассказывали последние новости. И только одно Саннэфея решила точно не рассказывать – про Мартона, ее друга. Сестре об этом знать точно не нужно было. Как только она вспомнила про Мартона, ее волнение снова выползло наружу. Она остановила первую попавшуюся кухарку, которая тащила на подносе солонину.
– Ты не видела случаем Мартона? – спросила Саннэфея.
– Госпожа, – служанка сделала кривой реверанс. – Простите, кого?
