Страница 2 из 10
– Драг, мы надолго?
– Не думаю. Тебе полчаса за глаза хватит, плюс дорога.
– Добрыня, тренировку начните без меня. Приеду, как освобожусь, – повернулась к подопечному Яра.
– Да, командир. Может еще какая помощь нужна? – преданным псом посмотрел кудрявый. Воительница перевела вопросительный взгляд на волхва.
– Сами справимся, – буркнул он, взлетая в седло. Недолюбливал Ведающий паренька и не особо скрывал это. Молодой нахал все еще позволял, хоть и полушуткой, говорить о чувствах к воительнице – своему наставнику и жене воеводы княжьего. Чувствах весьма далеких от дружеских. И хотя Яра отмахивалась от его болтовни, волхва это подбешивало.
Без приключений выехали из города и миновали кромку леса. Сам не замечая, Драгомир ускорился. Вроде, как и все предусмотрел, а вдруг? Мало ли.
Когда подъехали к дому, Драгомир, не раздумывая, как обычно, помог Яре спешиться.
Разумеется, она могла сама. Всегда и все сама. Но он пользовался возможностью быть галантным. Редкий раз позволяя себе прикоснуться к не ставшей его женщине, без какого-то пошлого намека. Она бы такого не позволила, а он бы себе не простил.
Привязав лошадей, споро зашагал к дому.
– Драг, ты так торопишься, будто у тебя в доме женщина, – усмехнулась Яра.
– Даже не представляешь, насколько близка к истине. Проходи, – он галантно открыл дверь, пропуская ее вперед. И наслаждаясь ошарашенным выражением лица.
Яра с опаской вошла в дом, внимательно поглядывая по сторонам.
– Здесь – никого.
– В спальню, дорогая, – усмехнулся волхв.
Бросив на него подозрительный взгляд, воительница направилась к двери в святая святых его дома. Туда, где она не была никогда.
– Заходи. Посмотри, кто тут у меня.
Настороженно, Яра подошла к дверям. Они никогда не обсуждали, но жена воеводы знала о его безответных чувствах. И о том, у него есть личная жизнь. Тогда к чему эта нелепая театральщина? Совсем не похоже на Драга. Ладно, разберемся. Тряхнув головой, решительно переступила порог. Спокойным взглядом посмотрела на виднеющуюся светлую макушку. Ну, девушка, и что?
Потом ее взгляд переместился на стул и глаза округлились от изумления. Драгомир криво ухмыльнулся. Давно он не видел саму Яру-воительницу такой ошарашенной. И даже растерянной.
– Что за… – Яра стремительным шагом подошла к креслу. Наклонилась и повертела в руке сапог, прикоснулась к рваной куртке. – Это что? – она резко повернулась и впилась в мужчину требовательным взглядом.
– Сам хочу знать откуда такое «счастье». Вчера в лесу нашел.
– И ты молчал? – взвилась Яра.
– А надо было дернуть тебя среди ночи? Зеленой ракетой? – он насмешливо приподнял бровь, – я, как и ты, ничего не знаю. Со вчерашнего дня найденыш без сознания. Осмотри ее. Раны на спине я залечил, а вот голову трогать не рискнул.
Яра недовольно покачала головой, но не стала препираться. Положила рваную куртку на место.
– Пойду руки помою, – пробурчала она и вышла из спальни. Вернувшись, споро принялась за дело. Драгомир, отбросив чужие вещи на сундук, присел в кресло. Он обожал за наблюдать за своей кровной. Что бы она не делала – скупые, выверенные движения. Ничего лишнего или нарочитого. Профессионал, который ценит свое и чужое время.
– Как она? – поинтересовался Драгомир.
– Температурит. Судя по состоянию куртки – ей досталось. А с головой что?
– Скорее всего – ударилась о камень при падении.
Яра осторожно осмотрела рану на голове пациентки.
– Я сейчас сделаю несколько уколов. И, пожалуй, капельницу. Вероятнее всего у девочки сотрясение мозга. Насколько серьезное – не берусь судить. Боже, а что ж худая такая-то? – Яра закатала рукав длинной мужской рубахи и с удивлением смотрела на девичью руку.
– Честно, это не я. Морить девушек голодом – не мой метод.
– Молоденькая совсем. Восемнадцать-то ей есть?
– Придет в себя – спросим.
– Вещей при ней не было? – поинтересовалась Яра.
– Если честно, не искал. Не до того было. Закончишь, схожу – посмотрю.
– Я с тобой.
– Далековато.
– Напугал ежа… – усмехнулась воительница.
– Пешком топать придется.
– А я сегодня так удачно не на шпильках.
– Язва! И как тебя твой Беригор терпит?
– Алиментов боится, вот и терпит, – парировала Яра.
– Чего ему бояться? Он официально – безработный. И трудовой у него нет.
– Разве меня это остановит?
– Тебя вообще ничего не остановит, несносная ты женщина.
– Так, я закончила. Можем ехать.
– Идти, Яра. Идти. Этими самыми ножками.
– Так пошли! Чего расселся?
Яра энергично шла с ним рядом, ничуть не демонстрируя каких-то признаков усталости. Только придерживала меч, чтоб лишний раз не болтался и не хлопал о сапог. Тропы были в основном звериные, часто с них приходилось сворачивать в прогалины. Мягкая земля, коряги и папоротники не способствовали быстрой ходьбе. Но Яра шла как ни в чем не бывало. Привычная она к нагрузкам: рысей своих каждый день тренирует и лбов из младшей дружины гоняет, не жалеючи.
Когда вышли к реке, идти вдоль нее стало легче, хоть и по песчаному берегу. Яра наконец прервала молчание.
– Как вообще такое возможно? Ты говорил нашим сюда дороги нет.
– Я сам об этом весь день думаю. Для того, чтобы пройти между мирами нужен немалый запас силы и умения ею пользоваться. В вашем мире силы практически нет. И учить, соответственно – некому.
– Это что получается – она еще из какого-то мира?
– Никогда не слышал, чтобы еще был какой-то мир. Кроме твоего и нашего.
– Одежда очень похожа, особенно сапоги резиновые. Как же она смогла переместиться?
– Не знаю. Амулетов при ней никаких не было…
– Рассмотрел, пока раздевал? – поддела Яра, одновременно обходя потемневшую от времени корягу.
– Пока лечил. И да – я ее переодевал. А надо было оставить в ее же рваной одежде? – неожиданно вспылил волхв.
– Не рычи, я же шучу, – примирительно коснулась воительница его плеча, – чего ты такой нервный?
– Злит эта ситуация. Когда одни неизвестные и ничего не понятно.
– Давай решать по мере… Сейчас осмотримся на месте. Может что-то и прояснится. Если нет, то девочка рано или поздно придет в себя. Тогда и расспросим. У нее, кстати, никаких особенных умений не увидел?
– Слишком в глубокое забытье она провалилась. Ее тут и нет почти.
– Мне тоже пульс с дыханием не понравились. Но давать сейчас что-то подстегивающее – не рискну.
– Как и я. Не хочу силу подключать и насильно приводить в чувство. Не известно, как среагирует.
– Тогда ждем, когда наша загадка сама придет в себя. Без нашей помощи.
На том самом пятачке возле валуна Драгомир с Ярой излазили все вдоль и поперек. Пока воительница шныряла по кустам как ищейка, волхв, раскинул поисковые заклинания, пытаясь нащупать хоть что-то. Чужую ворожбу, чужое присутствие, след от перехода… Ничего! Было такое чувство, что неизвестная свалилась с неба, шлепнувшись головой при приземлении.
Драгомир даже задрал голову вверх, силясь хоть что-то высмотреть. Лесные духи молчали. Все как один оказавшись в другом месте именно в нужное время. Что за заговор молчания?
– Ну, что? – Яра вылезла из кустов, отряхивая с себя сухие листья и ветки.
– Ни единой зацепки, – Драгомир раздраженно дернул за ворот рубахи.
– И у меня – голяк. Ни единого следа. Хотя на сапогах ребристая подошва, ее бы точно было видно и на песке, и на сырой земле под деревьями.
– Столько времени тут зря потеряли, – недовольно тряхнул головой Ведающий.
– Отрабатывали версию. Свидетелей, как я понимаю, не выявлено?
– Ни единого. И это странно.
– Отсутствие результата – тоже результат. Ладно, возвращаемся. У меня еще тренировка с волчатами.
– Поди, мужики твои тебя уже потеряли? Особенно, младший?
– Вот младший – точно не потерял. У этого маленького бабника полгорода в воздыхательницах ходит, и он на каждой собирается жениться. Причем каждый день на разной, – рассмеялась Яра, хотя глаза блестели гордостью за своего наследника.
Драгомир понимающе улыбнулся. Он сам любил маленького Пересвета, как родного. Внутренне гордясь его успехами, едва ли не больше родителей. Какое счастье, что тогда успел спасти. Еще бы полчаса – и все, не было бы белобрысого шалопая с материными карими глазами.
Перед отъездом домой Яра еще раз заглянула к девушке: проверила пульс, дыхание. На всякий случай оставила уколы от высокой температуры.
Когда уже вскочила на коня, помялась секунду, но потом все же спросила:
– Драг, а вот то, что у вас волосы похожи…
– Не приписывай мне внебрачных детей, Яра. У меня их точно нет. Тем более – в других мирах. Защиту я использовал всегда. Особенно – в твоем мире.
– Я просто спросила, – сделала она невинные глаза, – до завтра!
Глава 5.
«Домашний хомячок», как прозвал своего найденыша Драгомир, не пришел в себя ни на завтра, ни послезавтра. Удобный попался питомец – ни кормить, ни лоток копать. Если бы не масса вопросов, на которые у него по-прежнему не было ответа, он бы вообще не заморачивался. Ну, спит кто-то в его постели – так тихо себя ведет. Ни храпит, никаких прочих неприятных звуков. Молчаливая женщина – это ж клад какой! Только такую и надо выбирать. Даже поскандалить не получится. Вот стоит она, руками гневно машет… Уйдешь в другую комнату – и тишина.
Жизнь входила в прежнее русло. Разве только после занятий к нему в домик приезжала Яра, проводила необходимые медицинские процедуры, выпивала чашку любимого кофе и ехала домой. Беригор, ее воевода, рвался было с ней, но достаточно было одного ее взгляда – и огромный воин оставил затею. Насквозь продиктованную ревностью. Да, собственник он был изрядный.
Чтобы удостовериться, что иных миров, кроме двух ему известных нет, Драгомир перелопатил всю свою библиотеку. Ни один из фолиантов, ни на одном из известных языков не писал ни о чем подобном. Что ж, версию надо было проверить. Как говорит Яра – отсутствие результата – тоже результат.
После отъезда жены воеводы он частенько простаивал у изголовья кровати, внимательно всматриваясь в лицо незнакомки. Спокойное, умиротворенное. Если бы не клякса с засохшей кровью на ее волосах – можно было подумать, что просто спит крепко. Мазь, которую он аккуратно наносил каждый вечер, заживила рану, припухлость на голове почти ушла. Вымыть ее – и следа не останется от ранения. Остальное можно будет окончательно долечить, лишь бы только пришла в себя. Хорошо бы удостоверится, что здорова, и удар головой не вызвал никаких необратимых изменений. А то вдруг – ослепла или парализовало? Бр-р-р-р. Да и жаль будет такую молоденькую. Ей только жить и жить.
На пятый день Драгомир ехал домой один, Яру вызвала к себе мать князя. Дивляна была одной из немногих, чьей дружбой жена воеводы дорожила и не могла отказать в просьбе. Он подозревал, что дело скорее всего в том, что князь Велеслав – ее сын, по-прежнему не хотел жениться, с чем Дивляна была категорически не согласна. И шла на любые ухищрения, чтобы добиться от него законных внуков.
Драгомир не волновался. Знал, что Яра приедет позже, как сможет. Ее гипертрофированная ответственность не дала бы усидеть на месте. Особенно когда дело касалось здоровья. Недаром три года назад сама после ранения сорвалась, леший знает в какую даль: моровое поветрие лечить. Хорошо хоть волчат с собой взяла, весь отряд. А то могла бы и одна умчаться, слишком зла была в тот момент. Естественно – на воеводу, с которым они грызлись при каждой встрече. Как при такой вражде смогли сойтись – не понятно, но живут сейчас душа в душу, всем на зависть.
Было пасмурно, мелкий дождик осторожно накрапывал, завешивая бриллиантовыми каплями иголки огромных сосен, пропитывая сыростью ткань плаща и вороного коня с всадником. Еще не холодно, пока свежо. Холодает ближе к ночи, но с каждым днем холод будет подступать все раньше и раньше. Пока не укроет землю первым несмелым снегом.
На полпути Драгомир замер – прислушиваясь. Дом, его дом – запаниковал? Испуганно заверещал, призывая хозяина.
– Что случилось? – мысленно спросил он.
– Там… тут… быстрее хозяин! – невнятно бормотала сущность.
– Что за… – Драгомир соскочил с коня и рванул сквозь пространство, не экономя силы. Не до того сейчас. Если случилось нечто, что так напугало отнюдь не слабый дом и его хранителя…
Ворвался внутрь, как ревнивый муж из анекдотов.
– Что у тебя? – бросил он огню в печи.
– Там…. Там она… – тот опасливо высунулся из заслонки, нервно подрагивая язычками пламени.
– Да что у вас тут происходит? – рявкнул волхв, широким шагом пересекая комнату. Огонек виновато задвинул заслонку, делая вид, что его тут не предусмотрено минздравом. Драгомир распахнул дверь в спальню, готовый встретить неведомое чудище, черную сущность, злого колдуна… А увидел своего найденыша, ничком лежащего на коврике перед кроватью.
– Что, неваляшка, неужели опять головой стукнулась? Что ж ты землю постоянно лбом трогаешь? – мужчина опустился на колени, осторожно поднял девушку и уложил на кровать, с которой та, вероятно встала. Кажется, или у нее чуть порозовели щеки?
Присел рядом, взял за руку и начал считать пульс. Сегодня он слышался более уверенно.
– Неужели на поправку идешь? Все-таки заставили мы с Ярой тебя вернуться да? – он повернул голову девушки, осматривая заживающую рану на голове. Цела, не открылась. Только зловещие кляксы спекшейся крови на снежно-пепельных волосах, – вот поправишься, сдам тебя Яре. Пусть сама с такой неуклюжей нянчится.
