Страница 8 из 9
– Доктор Герберт! – позвал он. – Вы живы? Ларратос?
– Вроде… – ответил Ларри, с трудом находя голос. – Вроде жив… Это… это было…
– …опасно, – договорил за него Элиддин, подползая к доктору и вкладывая в него небольшой заряд энергии.
Герберт застонал, приходя в себя.
– Мы… мы ещё здесь? Живы?
– Живы, – кивнул Элиддин. – Некоторым… повезло. Ларратос, проверь машиниста!
Ларри вскочил и запрыгнул в кабину. Машинист лежал без сознания, но дышал.
– Жив! – крикнул он вниз.
– Ну? – Элиддин повернулся к доктору. – Что это… такое?
Герберт долго молчал, глядя в восток, куда исчезла тварь.
– Гидра… – прошептал он. – Настоящая гидра. Воссозданная. Мы… сделали её… Но не думал, что…
Он сглотнул, спотыкаясь на словах.
– Но разве это не миф? – удивился Ларратос. – Я читал: непобедимые драконы Змеиных болот, с регенерацией… но сказки же?
– Нет… – тяжело вздохнул Герберт, – не сказки. В Змеиных болотах их было много… пока их не заморозили до дна. Там нашли яйцо… и мы… оживили его.
Он вдруг заметил сломанную ногу Элиддина и, поднявшись, произнёс заклинание, восстанавливая протез.
– Вот так… Но теперь… она на свободе.
– И что? – резко спросил Элиддин. – Будем её искать?
– И что дальше? – Герберт качнул головой. – Убить её? Сомневаюсь, что вы понимаете, с чем имеете дело. Она холоднокровная. Здесь ей слишком холодно. Через пару часов замёрзнет. Её крылья первыми обледенеют – и она сама рухнет.
– С этого надо было начинать, – буркнул Элиддин.
Машинист открыл глаза и хрипло рассмеялся:
– Значит… всё же выжили…
– Выжили, – кивнул Герберт. – Но задание… провалено. – И вдруг упрямо добавил: – Но я соберу её кровь. Её слизь. Мы попробуем ещё раз.
Элиддин в ответ только хмыкнул и поднял взгляд к небу, туда, где далеко на востоке ещё мерцали изумрудные искры.
– Постойте, – спохватился вдруг Ларратос, всё ещё глядя в сторону, куда скрылась гидра. – Если эти твари такие неуязвимые и быстро привыкают к чарам… как вам вообще удалось упрятать её в этот ящик? И главное – что вы собирались с ней делать в Зеленохолмске?
Доктор Герберт вздрогнул, будто только сейчас окончательно пришёл в себя. Он тяжело вздохнул, провёл дрожащей рукой по лицу – и в глазах его мелькнуло одновременно и смятение, и некая… гордость.
– На ящик… – голос его сначала дрожал, потом окреп, – было наложено адаптивное заклинание. Оно непрерывно меняло комбинации чар: сон, оглушение, паралич, остановка – снова и снова. Так мы гарантировал её неподвижность на неделю. Этого должно было хватить… чтобы доставить её и… начать работу.
Элиддин, осматривая тела бандитов, бросил на Ларратоса короткий, многозначительный взгляд. И Ларри, встретив этот взгляд, понял без слов: «Вот с чем мы имеем дело…». От этого осознания у него холодок пробежал по коже.
– И зачем она вам? – осторожно спросил Ларратос.
Герберт, словно ждавший этого вопроса, поднял глаза. Его лицо неожиданно посуровело, а голос стал даже торжественным:
– Чтобы… вырастить. Изучить. И, если удастся, размножить. Понимаете ли… гидра – существо не только могущественное, но и… верное. Да, она агрессивна, да, смертельно опасна. Но при этом – стадная. В момент рождения она выбирает себе покровителя, вожака. И до конца дней следует за ним беспрекословно. Мы… мы создали вещество. – Здесь он вытащил из-за пазухи маленький флакон, дрогнувшими пальцами погладил его. – Одно прикосновение – и гидра признаёт тебя своим вожаком. Ты становишься для неё всем.
Он замолчал, глядя на флакон, и тихо добавил:
– Она стала бы… не просто оружием. Другом. Защитником. Несокрушимой.
Элиддин резко выпрямился.
– Защитником? – мрачно отозвался он, – или проклятием, если что-то пошло бы не так? Вряд ли городок уцелел бы, если бы вы ошиблись.
Герберт отвёл взгляд.
– В науке всегда есть риск… – выдохнул он, и Ларратос уловил в его тоне неуверенность.
– И зачем она тогда старообрядцам? – удивлённо спросил Ларри. – Их патриарх собирался её «сжечь на церемонии»? Сомневаюсь.
Элиддин кивнул на ближайший куст, где неподвижно лежал лидер бандитов.
– Это мы скоро узнаем, – произнёс он. – Он и ещё трое – живы. Спросим у них.
– Кстати… – Ларратос нахмурился. – Почему я не почувствовал магии в этой молнии, когда она ударила?
– Потому что её там и не было. – Элиддин скрестил руки. – Гидры… накапливают электричество. Как угорь. Парализуют жертву. Взрослая может метнуть три молнии в сутки – по одной из каждой пасти. Но эта ещё слишком мала.
Ларратос только покачал головой, ошеломлённый.
– Чем дальше, тем хуже… – пробормотал он.
Элиддин чуть усмехнулся краем губ, но глаза его оставались серьёзными.
– И всё же мы выжили.
– Но как? – Ларри вскинул взгляд.
– Мы с машинистом потеряли сознание, а вы, – наставник посмотрел на него испытующе, – не шевелились.
– И что?
– А то, что зрение гидр… странное. Они видят только движущиеся объекты. Всё остальное для них – фон.
– Гроза на крыльях, не иначе… – выдохнул Ларратос, и только теперь заметил, что ладони у него дрожат.
И тут из кабины вывалился машинист, пошатываясь и держась за голову.
– Прошу прощения, – сипло проговорил он. – Но… наш поезд… не поедет. Всё. Придётся топать пешком до Зеленохолмска.
– И… это далеко? – со скепсисом уточнил Ларратос, бросив взгляд на неподвижные тела бандитов, которых ещё предстояло тащить.
– Вёрст десять, – буркнул машинист. – Если поторопимся – к ночи будем.
Герберт глухо застонал и прикрыл лицо руками. Его плечи мелко дрожали – и было уже трудно понять, от ужаса ли, или от невыносимого восторга перед тем, что они создали и отпустили на волю.
Глава 6. Новый старообрядец
Баал Кархан спал. Сон наконец смилостивился над ним после суток беспощадной тревоги, и ему снилось… что он вовсе не спит.
Он сидел в своих покоях, устало перебирая донесения. И вдруг дверь сама собой растворилась в темноту. В проёме возник орк – высокий, в чёрном плаще с капюшоном. Левая рука сжимала посох, увенчанный черепом, из чьих глаз струился ядовито-зелёный свет.
– Учитель?.. – хрипло выдохнул Кархан, холодея. – Как… вы здесь? В Масхоне?
– Очень просто, – хмыкнул орк. – Ведь это всего лишь сон.
– Сон?..
– Да. Ты забылся. К мадаббару больше не подходишь – вот и пришлось ловить тебя во сне. Через транс.
Он сделал пару шагов вперёд, и холод сгустился вокруг.
– Ну, рассказывай, – голос учителя был резок, как удар плетью. – Зародыш гидры? В твоих руках?
Кархан почувствовал, как кровь приливает к лицу.
– В общем-то…
– Ясно, – рыкнул орк, не дожидаясь продолжения. – Опять провалил. Скверно, мой ученик. Очень скверно…
Шеддит сжал кулаки так, что костяшки побелели.
– Мне просто… не повезло.
– Ха! – посох ударил в пол с глухим эхом. – Везение? Ты превращаешь мой план в фарс! Сколько раз подряд ты собираешь случайности в цепь неудач?
Кархан резко выпрямился и рявкнул:
– Груз охранял паладин! Что могли сделать мои люди против него, да ещё и с энергией Абсолюта?!
На секунду в глазах орка вспыхнул интерес.
– Паладин, говоришь? И откуда такие сведения?
Кархан достал из кармана белую тряпицу с запёкшейся кровью и развернул её дрожащими пальцами.
– Один из моих магов ощутил энергию Абсолюта в крови раненого. И, по слухам, груз сопровождал сам полковник Элиддин эль-Кахаб…
– Настоящий маг всегда смотрит вперёд, на два шага вперёд! – орк рявкнул так, что стены дрогнули. – Почему мои планы всегда чёткие, а твои разваливаются?!
Кархан опустил голову. В груди закипала злоба, но холодный страх гасил её.
– Ладно… – голос учителя смягчился, стал почти вкрадчивым. – Раз уж гидру ты упустил, отыграемся на паладине.
Он склонился ближе, и свет черепа затопил лицо Кархана.
– Его кровь несёт отпечаток ауры. Настрой на него меч Поглощения, впусти в его душу заряд Хаоса. Даже если не убьёт – связь с Абсолютом надорвёт. Это твой шанс искупить позор. Не упусти его.
***
Ларратос тоже видел сон.
Он стоял в величественном тронном зале, воздух пропах ладаном и железом. По мрамору шагали двое мужчин в чёрных костюмах. Их лица казались смазанными, как в дымке.
Старший – худой брюнет, с мрачным баритоном. Младший – плечистый блондин с надменным взглядом.
– Ты справляешься с испытаниями, – произнёс старший, и зал будто подул ледяным ветром. – Я нарекаю тебя владыкой шеддитов.
– Благодарю вас, наставник, – ответил младший, низко склонившись.
Ларратос смотрел на них, как тень, как призрак, и вдруг старший бросил ему короткий, почти понимающий взгляд. В этот миг Ларри понял: он видит не только прошлое, но и предупреждение о будущем.
– В тебе течёт великий Хаос, – наставник воздел руки. – Ты – Баал… Хаммон.
– Владыка Хариб, – спросил блондин, – вы сказали… Хаммон?
– Владыка адского пламени. Но запомни: власть без рассудка – ничто. Щади тех, кого можно обратить. И не распыляй гнев.
– Я шеддит. Я не могу оставлять врагов в живых.
– Ты могуч, Хаммон… но глуп. Ты пока – разрушитель, а не строитель. Научись смотреть дальше, чем на два шага вперёд. Иначе останешься простым палачом, не королём.
И Ларри почувствовал в зрачках Хаммона тёмное обещание: «Ты ошибаешься, Хариб. Пока ты всё планируешь, я убью тебя.»
***
Он резко открыл глаза, всё ещё ощущая этот холодный взгляд на себе.
– Просыпайся, Ларри. Мы уже в Стейнгарде, – прозвучал знакомый голос Элиддина.
Самоходная повозка катилась по нижним уровням района Героизма. Между Ларри и наставником, обмякший, сидел связанный лидер старообрядцев. На стекле светилась дата: 31 июля.
– Наставник… – Ларратос хрипло заговорил, – мне приснился сон. О Хаммоне…
– Иногда Абсолют показывает сны, – кивнул Элиддин. – Пророческие или о прошлом. У тебя великий потенциал – иначе не заговорил бы ты по-мизрахийски накануне боя. Что именно ты видел?
