Натягиваю улыбку на лицо и иду встречать усталого мужа. Все у нас хорошо, все просто отлично. Это я дурью маюсь.
Спускаюсь по лестнице и прохожу в гостиную, где Стас уже сидит на диване с бокалом виски в руках. Присаживаюсь рядом с ним, кладу голову на его плечо и целую в щеку. Втягиваю носом аромат парфюма Стаса и еще чего-то сладкого, но лишь обнимаю мужа за талию.
— Устал?
— Чертовски, — кивает Стас, делая глоток виски, — Сейчас душ и спать.
— Кушать не хочешь?
— Нет, я был в ресторане, там поел, — Стас встает, аккуратно освобождая свое плечо от моей головы, и идет, стягивая на ходу пиджак.
А я смотрю ему в след, тоскливо провожая взглядом. Да, наши отношения изменились, и теперь как-то нужно жить с этим. Только вот как?
Глава 4
Стас спит, чуть похрапывая рядом, а я лежу и смотрю в потолок. Сна ни в одном глазу, одни мысли в голове бурлят не дают уснуть. Думаю, обо всем сразу, о Дашке, о том, как она там в поезде, о Вике с Сашей, но больше всего о наших отношениях с мужем. Вот зачем мне все это нужно сегодня? Нет, и раньше такие мысли были, но как-то справлялась с этим, а сегодня накатило.
Рассматриваю люстру на потолке спальни, ее нам подарила свекровь, та еще стерва. Столько лет с ней не можем ужиться. Лучше стало, когда мы отдельно начали со Стасом жить, а первый год после свадьбы, вспоминаю все время с ужасом. Две женщины на кухне — это как на вулкане замедленного действия, рванет так, что мало не покажется. Постоянные упреки, сделала не так, не то. Рукожопая, криворукая, скучная, молчаливая, надменная — это еще малая часть упреков свекрови в мою сторону. Я и на кухню-то старалась не выходить лишний раз, чтобы с ней не встречаться.
— Не переживайте, Елизавета Андреевна, купим квартиру и уедем, — пару раз ответила ей на ее упреки, так воплей было, мамочки.
— Как уедете?! Для чего вам своя квартира, такие деньжищи тратить? У Стасика есть родители, что мы лишнюю комнату не выделим? Даже и не думайте. Ишь чего придумала, уедет она. Ты и поезжай, а сын с нами останется. Нашел на свою голову невесту, — возмущалась свекровь, а я только вздыхала и снова уходила в свою комнату.
Хорошо, что Дашка родилась, когда у нас уже своя квартира была, иначе я бы точно с ума сошла, если бы свекровь все время рядом была. Мне ее приезд по воскресным дням поперек горла вставал, даже глаз дергался в этот день. Год всего с ней прожили в одной квартире, а мне и этого хватило, после ее приезды уже к нам в гости ограничивались двумя часами — это было еще терпимо. А первый совместный год я как-то перетерпела благодаря Стасу.
— Потерпи, малыш, скоро купим свою квартиру и уедем, — уговаривал Стас, когда я высказывала ему все за закрытой дверью нашей спальни.
Тогда я еще была малыш, сейчас Женя или ненавистное мне Мать. Что за слово такое между мужем и женой? Какая я ему мать? Как родилась Дашка, так и стал меня называть, а мне не нравится. Это что-то из совсем примитивного, мать, когда завтрак, мать подай полотенце. Я жена, любимая, по сути, женщина для него.
Ой, да ладно, все в голове уже в кашу перемешалось. Хорошо, что тогда получилось первую квартиру купить. Помню ту однокомнатную, которую вылизывала до скрипучих полов, первые цветы свои помню — фиалки, которые пыталась выращивать на подоконнике. Вазочки, новые тарелки с незабудками, что схватила на распродаже.
Стас уже тогда начал быстро как-то свой бизнес раскручивать. Не один, конечно, ему здорово муж Кати помогал, Роман. Они какие-то программы для компьютера создавали и начали с офисных. Я не вникала, но тогда их брали, как горячие пирожки. Офисы и деловые центры росли на глазах. Все устанавливали компьютеры, нужно было их настраивать, потом обслуживать. Почти два года и Стас заработал свой первый миллион, затем еще и еще. Я как раз забеременела и сидела дома, пока муж вкалывал. Приходил поздно ночью и валился спать, а утром снова на работу.
Результат тоже был быстрым, квартира, затем другая, потом вот этот дом, машины, водитель, домработница, няня для Дашки. Сейчас дочь уже без няни справляется, я сама ее в школу и кружки вожу или Сергей, когда Стас его не забирает на весь день. И вот все вроде бы есть, прошли все вместе, а я неблагодарная, как скажет свекровь, всего мне мало.
Поворачиваюсь к Стасу и прижимаюсь к его плечу, вдыхая родной запах. Веду кончиками пальцев по его бровям, щекам.
— Жень, дай поспать, — и он поворачивается на другой бок ко мне спиной.
Подтягиваю к себе одеяло, мы спим под разными и обнимаю уже скомканную ткань. Ладно, устал, я понимаю.
Засыпаю неожиданно для себя быстро и просыпаюсь еще до будильника Стаса. Бреду позевывая в ванную, где умываюсь и чищу зубы, разглядывая себя в зеркало. Сонная, но красивая же или нет? Спросить то не у кого. Хоть выходи на улицу, лови чужих мужиков и спрашивай: «Как я вам, нравлюсь?».
От этой мысли настроение немного поднимается, и я уже с улыбкой спускаюсь на кухню. Недавно посадила Стаса на правильное питание, чтобы не было лишнего веса. Он и так в форме, довольно неплохой. Каждый день с утра пробежка, потом полчаса на тренажерах, но это не значит, что не нужно есть полезную и здоровую пищу.
Взбиваю яйца с молоком, нарезаю зелень, обжариваю грибы. Сегодня у нас омлет, апельсиновый сок и тосты с авокадо и рыбой.
Слышу, как хлопает входная дверь, и выглядываю в окно. Стас уже в спортивном костюме и наушниках выбегает за ворота. Хоть бы доброе утро сказал. Да что же такое! Швыряю взбивалку в кухонную мойку и упираюсь руками в столешницу. Сглатываю ком обиды в горле. Сколько так может продолжаться? Почему меня столько лет это не волновало, а сейчас просто убивает каждый день — это невнимание со стороны мужа?
Думаю, все это началось, когда подросла Дашка. Раньше дочка забирала много моего времени, а сейчас она уже самостоятельная и я осталась как бы не у дел. Отсюда и мысли всякие полезли. Нужно чем-то себя занять, тут два варианта или идти работать, или к психологу. Только к психологу нужно ходить вместе, а Стас ни за что не пойдет, я его знаю.
Снимаю с плиты омлет и выкладываю на тарелку. Накрываю специальной крышкой и ухожу в спальню. Да плевать на все, никто и не заметит, что меня нет на кухне. Завтрак на столе, сам разберется, я там особо и не нужна.
Снова забираюсь в кровать, сняв халат и натянув на голову одеяло. Осталось два дня до Нового года. Я жду этого праздника, как никогда, особенно поездки. Возможно, у нас получится вернуть хотя бы часть былых отношений. Мне много не нужно, просто чуть ласки и внимания. Погладьте меня, в конце концов, кто-нибудь! Я как собачка бездомная и голодная, скоро начну хвостиком юлить, сама голову буду под руку подставлять. Дело тут не в сексе или желании, я просто хочу душевного тепла. Чтобы хоть какие-то чувства ко мне были. Тошно мне, маетно. Я ведь молодая еще, да и женщина. Или уже все, мое время ушло? Готовь завтраки, встречай вечерами и тупо сиди, молчи?
— С жиру бесишься, — так и слышу укоризненный голос свекрови в своей голове, — Все у тебя есть, все тебе Стасик дал, а ты все нос воротишь, морду свою кислую кривишь.
Права она, во всем права, а я идиотка неблагодарная, которая сама не знает чего хочет.
Глава 5
День провела в сборах. Аккуратно сложила все в небольшой чемодан для ручной клади, каким-то образом уместив несколько красивых платьев и туфли. Также спортивную одежду, повертела в руках пижаму и отложила в сторону. Все-таки мы вдвоем едем, нужно что-то более красивое, чтобы Стасу понравилось. Достала пару новых кружевных сорочек, которые еще даже не надевала и срезала этикетки с купленного накануне белья. Один комплект на завтрашний вечер, два других на восемь дней отдыха. Пара запасных трусиков, выбрала самые красивые. Все, я практически готова. Осталось собрать чемодан Стасу и можно ехать.
Вечер снова провела одна за книгой, сегодня было чуть легче. Позвонила Дашке, послушала ее радостный рассказ, как они с подругами сходили в кафе.
— Мама, здесь в Самаре, настоящая зима, представляешь? — радостно говорил ребенок, — Сугробы почти под крышу бабушкиного дома.
— Ничего себе, а там что дороги не чистят?
— Бабуля говорит, что профукали все, дармоеды, — повторяет за моей мамой дочка, а мне смешно.
— Как там твои подруги?
— Отлично, мы решили вечером 31-го на елку пойти.
— Одни? — тут же напрягаюсь я.
— Мам, ну мы уже большие, — ноет Дашка, — Дед обещал с нами сходить, да и родители Тони.
— Тогда хорошо, а что еще делали?
Дашка начинает рассказывать, что они с бабушкой купили коньки. Точнее, Дашке в подарок купили, а я вспоминаю, что мы как-то забыли со Стасом, когда последний раз на коньках стояли. Да и мысли не было Дашку научить.
— А учить, кто будет?
— Дед сказал, что ноги помнят, — с пафосом произнесла дочка, снова развеселив меня.
Да, мой папа когда-то хорошо катался, только не помню, сколько лет назад это было. Да и на лыжи бы неплохо встать. У нас лыжня прямо за домом проходит вдоль озера. Постоянно в выходные вижу лыжников и по-хорошему завидую. Что же я за лентяйка такая, ни лыжи, ни коньки. И дочь ничему не учу. Беда, одним словом.
— Ладно, мам. Папе передай привет, мы в магазин за продуктами поедем, бабуля целый тетрадный лист исписала. Дед уже машину выгнал.
— Давайте, поцелуй там их от меня.
— Обязательно, — дочь отключается, а я еще какое-то время сижу с трубкой в руке.
Весело у них там, праздник на носу чувствуется, а у меня тут тишина. Даже елки нет.
Встаю с дивана в гостиной и иду в кладовую под лестницей. Где-то была искусственная елка, может, хоть это отвлечет меня от моих невеселых мыслей. Звонок Стаса застает меня, когда стою на стуле и пытаюсь дотянуться до верхушки, чтобы насадить на нее блестящую звезду.
— Да, Стас, — прижимаю трубку ухом к подбородку.
— Я сегодня немного раньше освобожусь, закажи что-нибудь из ресторана? — замираю с игрушкой в руке. Что-то случилось или звезды сошлись?
— Хорошо, — отвечаю удивленно, — А зачем из ресторана, я могу, и сама приготовить.
— Жень, я хочу вкусно поесть и провести вечер у телевизора за просмотром фильма, а не ждать, пока ты там что-то сообразишь на скорую руку.
— Ааа, — произношу в ответ, вспоминая, что продуктов у нас не так много. Собирались уезжать и запасов особо не делали. Курица вроде есть в морозилке.
— Скоро буду, — Стас отключается, а я все-таки втыкаю на свое место игрушку и бегу в душ.
Затем переодеваюсь в обычное домашнее платье, но в последний момент сдергиваю его с себя. Стас приедет раньше, хочет провести время вместе, а тут я, как в обычный день. Сдергиваю с вешалки черный шелковый халат с золотыми павлинами по подолу, снимаю с себя белье. Шелк на голое тело, да ты явно перебарщиваешь, Женя.
Посмеиваясь, заказываю еду и бутылку красного вина к мясу. Сажусь в гостиной, смотрю на моргающую огоньками елку. Все же как красиво и атмосфера в доме сразу совсем другая.
Вздрагиваю от звонка в дверь и принимаю доставку, раскладываю все красиво по тарелкам, даже открываю вино. Затем снова вскакиваю и ставлю на стол свечи в серебряных канделябрах, зажигаю, приглушая свет, и сижу. Тяну из салатника листик и закидываю в рот. Только сейчас поняла, что сильно хочу есть. Утром только кофе в себя влила, а сейчас пробило.
Истекая слюной, жду Стаса. Затем наливаю себе немного в бокал вина и держу в руке, смотрю на вишневого цвета жидкость. Чувствую себя полной дурой в шелковом халате на голое тело. Ногам холодно, и я всовываю их в свои обычные тапочки, а надо бы по идее в туфли на высоком каблуке.
Через два часа считаю, сколько прошло времени после звонка Стаса и понимаю, что он не придет как обещал. Набираю его номер и слышу короткие гудки. Откладываю телефон и беру со стола бутылку вина, возвращаясь в гостиную. Сажусь в кресло, наливаю себе полный бокал. Затем вспоминаю кое-что и ставлю бокал на столик, иду в свою комнату. Там переодеваюсь в теплую фланелевую пижаму и натягиваю на ноги белые махровые носки. Да плевать мне, как я выгляжу.
Снова спускаюсь в гостиную и сажусь в кресло, поджав под себя ноги. Наблюдаю за игрой огоньков на елке, потягивая из бокала вино. Аппетит пропал, есть уже не хочется. Все как-то по-идиотски, что ли. Даже не хочется звонить Стасу, что-то выяснять, наверняка в последний момент появились неотложные дела, и он забыл обо мне. Смысл ему названивать и требовать объяснений? Переживу, не в первый раз.
Допиваю вино и укладываюсь в гостиной на диване, натянув на себя теплый плед. Так и засыпаю под елочку, проваливаюсь в сон. Ничего не слышу, даже не чувствую, когда возвращается Стас и переносит меня на руках в нашу спальню. Накрывает одеялом и уходит. Потом возвращается, приняв душ, и ложится рядом. Отличный вечер, мне очень «понравилось».
Глава 6
— Прекрасно выглядишь, Женя, — мы с Викой стоим в фойе ресторана, пока наши мужья понесли верхние вещи в гардероб.
Принимаю с подноса высокий бокал с шампанским, делаю глоток. Официант уходит дальше, а мы с Викой останавливаемся у большого зеркала.
— Спасибо, а ты что-то бледная сегодня, — смотрю на подругу, отмечая ее какой-то поникший вид.
Нет, тот, кто не знает Вику, видит в ней лишь очень красивую женщину тридцати лет, в длинном шелковом платье цвета фуксии, открытыми плечами и бриллиантовым колье на шее. Черные волосы забраны вверх и спускаются на открытую спину длинными локонами. Красивая, но печальная.
— Да, что-то я в последнее время не очень себя чувствую, — отмахивается Вика, тоже отпивая из бокала.
— Может тебе в больницу сходить? — предлагаю я, — Анализы сдать.
— Хватит с меня больниц, все со мной в порядке, — произносит Вика, — А ты? Мне кажется, похудела?
— Наверное, хотя по платью не скажешь. Покупала месяц назад, — тихо смеюсь я, останавливая взгляд на себе.
Платье из струящейся синей ткани с корсетом, туфельки на высоком каблуке. На шее подарок Стаса, тонкая нить бриллиантов со вставками аметиста, такие же серьги до плеч. Красиво. Волосы сегодня уложили в салоне в легкомысленные локоны, там же нанесли и макияж. Я сама себе нравлюсь, а Стас ничего не сказал.
— Новое? — касается искрящихся камней на моей груди Вика, — Вроде не видела раньше.
— Да, Стас на Новый год сделал подарок, — улыбаюсь я.
— И мне, — смеется в ответ Вика, — Говорят, когда мужья дарят драгоценности, значит, откупаются.
— Отчего?
— Чтобы не ворчала много и глаза закрывала.
— Скажешь тоже, а что еще дарить? Заехал в последний момент в ювелирный и все. Я сама всю голову сломала, какой подарок выбрать. Хорошо, что Катя подсказала.
— Катя? А да, она знает толк в безделушках. Вот и она, — мы оборачиваемся и смотрим на подругу, которая идет к нам.
На ней яркое алое платье из шелка с высоким разрезом от середины бедра, в котором мелькает красивая ножка в черном чулке и черной замшевой туфельке. На шее бриллиантовый чокер с рубином посередине. Волосы уложены на греческий манер, макияж смоки айс, только с неизменной красной помадой на губах. И вот не вульгарно это смотрится на Кате, если бы я так накрасилась, была бы похожа на проститутку, а этой все идет.
— Девочки, потрясно выглядите, — целует в миллиметре от наших щек Катя, обдавая сладкими духами, — Классная вечеринка, с наступающим, кстати, всех.
Чокаемся фужерами, выпиваем, возвращаются наши мужья. Мы очень хорошо смотримся рядом со Стасом. Он такой брутальный, широкоплечий, высокий и я изящная, светленькая. Мне нравится идти с ним под руку и искать наши места за столиками. Хорошо, что мы сидим все вместе с друзьями, так веселее.
Далее веселье в полном разгаре. Выходит ведущий, звучат тосты, музыка. Мы выпиваем, общаемся, внезапно ловлю себя на мысли, что мне хорошо, легко. То ли виной шампанское, то ли сама обстановка. Или я просто для себя сделала вчера какие-то выводы, которые сама толком не могу объяснить.
Стас даже не извинился за вчерашнее. Утром только сказал, что неожиданно встретил старого друга и заговорились в ресторане. Я промолчала в ответ, хотя, возможно, надо было закатить вселенскую истерику с битьем посуды. Но я так никогда не делала, и сейчас не собираюсь. Мы смеемся, наблюдая, как Стас, Катя и Сашка участвуют в каких-то конкурсах, Роман вообще вышел из зала, разговаривая по телефону. Одни мы с Викой сидим за столом и наблюдаем за развлечением других.
— Иногда я им завидую, — пьяно тянет слова подруга.
— Чему?
— Мне кажется, эти трое ведут беззаботную жизнь, полную удовольствий, — указывает взглядом на Катю и Стаса, которые, хохоча, пытаются бедрами лопнуть надувной шарик.
— Возможно, так нужно и нам поступать? — улыбаюсь я, трогая рукой ладошку Вики, — Это мы с тобой похожи на старых мымр, которые и делают только что ворчат.
— Думаю, ты права, пойдем? — Вика встает и тянет за руку меня из-за стола.
— Ты с ума сошла? — смеюсь я, но иду за ней.
— Пошли, старая моя кляча, будем развлекаться, — наигранно сердито произносит Вика, а я смеюсь до слез в глазах.
Присоединяемся ко всем и участвуем в каких-то конкурсах, я даже что-то выиграла, но постоянно смотрю на веселого мужа, который сегодня сама душка для всех, кроме меня. Мы пришли вместе, но на празднике мы каждый сам по себе. Хотя, я бы не сказала, что остальные все время со своими половинками. Катя вообще даже не вспоминает, по-моему, про Романа, да и тот не скучает. Уже повел в танце какую-то незнакомую девушку. Может, я слишком много хочу от этого вечера или вообще мечтаю о несбыточном?
Далее новогодний праздник превращается в сплошное развлечение. Я много танцую, пью шампанское и в какой-то момент понимаю, что уже бьют куранты. Тянусь к Стасу, что стоит рядом, чтобы получить новогодний поцелуй и поздравление, но он забывает про меня. Кричит, как и все с «Новым годом!», не обращая внимания на свою жену.
Только и остается, что просто пить, продолжая уже веселиться через силу. Мне не нужен уже этот праздник и медленный танец, на который меня все-таки приглашает муж. Словно вспомнил в последний момент, что он здесь не один. Мы танцуем, его руки на моей талии, моя голова на его плече и ничего. Между нами ничего, тишина и пустота.
Глава 7
Домой приехали далеко за полночь, и Стас сразу ушел спать, а я переоделась и пошла в душ. Долго стояла под теплыми струями воды. На душе было как-то странно спокойно или я просто уже настроилась на поездку. Хотелось уехать из этого дома, который внезапно стал мне холодным и пустым.
Уснула буквально на два часа, как уже пришлось вставать. Стасу сделала яичницу, пока он принимал душ, а затем мы выехали в аэропорт.
Тут уже стало веселее. Наши все собрались, Катя с Романом даже еще и не ложились, только переоделись в джинсы и джемпера.
— Шампанского мне, Ромчик, — смеялась Катя, когда мы все сели в кафе, ожидая посадки на самолет.
