– Кошмар! – озвучила Светка.
А Вера продолжила:
– И ещё говорит мне такой: «Я их в магазине купил»! Ага! Десять лет никогда не покупал, а тут сам себе новые трусы купил! Я так и поверила.
– А твой Кирилл же ещё такой красавчик, – напомнила мне Светка. – Такой подтянутый, такой мужественный, ещё эти мотоциклы его… ой, я вообще не удивляюсь, что девицы к нему липнут.
– Короче, Оль, надо разводиться, – снова посоветовала мне Вера.
– Думаешь? – переспросила я.
Потому что до этого момента о разводе как-то и не подумала. Пока. Да, у нас первая грандиозная ссора по самой серьёзной причине. Да, из-за этого действительно разводятся. Я зла, я разочарована и обижена на своего мужа. Но при этом – я же не просто так вышла за него замуж. Я же его… да люблю я этого гада!
– Ой, да ладно тебе, Оль! – воскликнула Светка, подскакивая ко мне и крепко обнимая.
Потому что я всё-таки разрыдалась.
– Мы тебе нового найдем, – начала Вера меня убеждать. – Классного, верного, настоящего.
А мне новый Кирилл совсем не нужен! Я своего хочу! Обратно! И чтоб всё стало как вчера… Но тут неожиданно раздался очередной звонок в дверь. И мы втроём почему-то замерли.
– Кого-то ещё ждешь? – испуганно спросила Света.
– Нет.
– Мама? – предположила Вера.
– Она бы так зашла.
– Я сейчас посмотрю, – произнесла Света и поскакала ко входной двери, чтобы посмотреть в глазок. И сразу завопила: – Ой, девочки, там Кирилл!
А у меня аж дыхание спёрло. Пришёл все-таки, негодяй.
– Меня для него больше нет! – шёпотом прокричала я ей с испугу.
И ладно бы вообще дверь не открывать. Так нет же, Света всё-таки решила что-то сказать ему в лицо:
– Привет, Кирюш, – услышала я уже из кухни, куда мы с Верой поторопились вернуться.
– Привет, Свет, – безрадостно буркнул он. – Олю позовёшь?
– А её нет.
– Нет? А ты что здесь делаешь?
– А я… к тёте Вале зашла.
– Тогда её хоть позови.
– А её тоже нет… к соседке отошла… за солью… Эй!
Когда же я услышала шаги Кирилла по коридору, и что они приближаются ко мне, то не смогла придумать ничего лучше, чем спрятаться под стол. Потому что совершенно не была готова к разговору со своим неверным мужем.
– Оля где? – спросил он у Веры, которой пришлось встречать нашего гостя.
– Нет её, тебе же Света сказала.
– Оля! – закричал Кирилл, шагая в сторону.
Он просто пошёл искать меня по всей квартире. Тогда Вера поднялась из-за стола и загородила собой проход на кухню со словами:
– Вы только посмотрите на него, мечется теперь, как зверь раненый.
– А потому что не надо было Оле изменять, – добавила Света, вставая рядом с Верой.
– Вас это как-то касается, девочки? – спросил у них Кирилл, вставая напротив.
– Вообще-то да, – заявила ему Света. – Потому что Оля наша подруга.
– А я её муж. И хочу увидеть прямо сейчас.
– Что же тогда детей на стороне делаешь? А, муж? – съязвила Вера так, что даже мне больно стало.
– А вот это точно не ваше дело, – ещё как-то сдержанно ответил он им.
А потом развернулся и… он что, ушёл?!
– Всё, можешь вылезать, – сказала мне Вера.
– Он правда ушёл?!
– Да… а что не так?
Подскочив к окну, я аккуратно выглянула на улицу со своего пятого этажа. А у самой сердце как у кролика билось – часто-часто. Вскоре из подъезда вышел Кирилл. Он подошёл к своему мотоциклу и пнул картонную коробку, которая валялась рядом. Затем резко надел шлем, сел на своего железного коня и со свистом шин дёрнулся с места, быстро ускоряясь вперед. Псих ненормальный.
– Вы только на него посмотрите… – произнесла вдруг рядом Светка с мечтающей улыбкой на губах.
Я аж опешила, и мы с Верой в удивлении уставились на подругу.
– Ой, извини, – сразу сказала она мне, теряя улыбку. – Такой наглый, будто ему вообще не стыдно. Фу.
– Ничего, пусть теперь побегает, – поддержала её и Вера. – А то, как налево ходить, так они это хорошо умеют, а как перед женой раскаиваться, так в кусты сразу.
– Девочки, – обратилась я к ним, – Мне что-то так хреново…
У меня тут, всё-таки, брак распадается. И такая душевная травма, что никаким шампанским не зальёшь. Я даже не уверена, что правильно поступила, когда под стол спряталась. Словно трусиха какая-то. Словно не взрослая. Будто ко мне не Кирилл пришел, а милиция. Вроде и злилась, и видеть его не хотела, а на сердце всё-равно такая тоска дикая, что хотелось в голос на весь мир кричать, в том числе матом, и именно на мужа за то, что так поступил со мной – что так поступил с нами.
– А я знаю, что нужно делать! – резво заявила нам Вера.
Глава 3
– Да ладно, Кир, куда она от тебя денется, – заявил ему Паша.
– Да куда угодно, – пробурчал он, больше занятый своими мыслями.
Тут ещё Андрюха снова пододвинул к нему поближе стакан с виски и со словами:
– Давай уже, расслабься.
– Да не хочу я!
Этим паршивым вечером он всё равно не один. Зашли тут два товарища. Всё споить его пытаются под предлогом лечения душевной раны. А он же пьёт только по праздникам, и то немного. Как-то само собой завязалось после мальчишника. Тем более почти каждый день за рулем. Как и сейчас был готов сорваться в любой момент. Особенно если Оля позвонит. Зараза! Теперь за маленькую ошибку всю душу ему наизнанку вывернет. Не звонит ему теперь, не пишет, и вообще прячется от него. Но это хуже всего, когда не даёт возможности объясниться. И это так сложно – сожалеть о своей ошибке, глядя на дочь, на эту крохотную частичку от своей плоти и крови, которую безмерно успел полюбить.
Да, тут никто не спорит, что он настоящая сволочь. Сначала гадко изменил, а затем столько лет скрывал от жены такую важную тайну. Чудовище просто. А всё потому, что свою жену он дико любит. Расстраивать не хотел. Всё ждал подходящего момента, чтобы рассказать. Дождался! Только вот, он всё равно не намерен с ней расставаться или куда-то отпускать. Пусть даже не надеется.
– Да все изменяют, это нормально, – буровил дальше Паша.
– Э-э-э, ты за всех-то не говори, – вступил с ним в спор Андрюха. – Я вот Ленке не изменил ни разу.
– Не-не, подожди. Вы сколько лет в браке?
– Восемь.
– Восемь. И? За все восемь лет даже мысли не было?
– Не было.
– Нет, ты подумай ещё раз и скажи честно – нам, пацанам. Была ли хоть одна девушка за это время, к которой хотелось залезть под юбку? О которой думал в горизонтальной плоскости? Только честно.
Тут Андрей не на шутку задумался. И всё-таки сказал:
– Хорошо, допустим, была такая. И что? У нас всё равно ничего не было.
– А вот не важно, – заявил ему довольный Паша. – Ты всё равно изменил! Просто в своих мыслях. А потому что на большее духу не хватило…
– Чего?! – конечно же сразу возмутился Андрей.
– Паш! – одёрнул его и Кирилл. – Ты достал уже. Не все такие похотливые козлы, как ты. И от себя могу сказать – у меня точно ни разу даже мысли не возникло изменить Ольге после замужества. Мне её вполне хватает.
– А потому что ты всё успел до этого, – ответил ему Паша и громко разжал. – Ага! Понятно?! Так что, не надо меня убеждать, будто моя версия не имеет место быть. Все изменяю, просто каждый делает это по-своему. Таков закон природы. И тут ничего не поделаешь, – закончил тот и поднес ко рту свой стакан.
– Как-то мне от этого не легче… Слушай, Паш, позвони своей.
– Про ненаглядную твою спросить? – поинтересовался тот с довольной ухмылкой, уже доставая свой сотовый.
– Да, только аккуратно. Как у них там дела?
– Сейчас всё будет… – ответил друг, уже набирая номер и включая громкую связь.
Но, после ответа первым делом они услышали неприлично громкую музыку. Пашка даже на секунду растерялся.
– Э-э-э, Зайка, а ты где?
– Я?! В караоке. А что? – не очень трезвым голосом ответила девушка.
– Ух ты! И с кем это?
– Как с кем? С Олей и Верунчиком.
Так он и думал. Понесло его красавицу во все тяжкие. Хорошо хоть не в стрип-баре. Но это ещё не вечер, а точнее – не утро.
– Нормально вас так занесло.
– Имеем право. У моей подруги душевная травма.
– Спроси где… – тихо шепнул Кирилл другу.
– А что за караоке-бар-то такой классный? Весело как там у вас.
– Медвежонок, у нас вообще всё отлично. А у вас?
– Скучно, к вам хочу. Так какой, говоришь, бар?
– Бар «Запевай-ка»! Приезжай скорее, а то я такая пьяная…
– Лечу, – ответил ей Паша.
Когда Кирилл уже набирал номер такси.
Караоке-бар «Запевай-ка» оказался в пятнадцати минутах езды. Правда Андрюха с ними не поехал. У того своя жена, верная и домашняя. А их с Пашкой девицы находились в отдельной комнатке бара, пели песню Лолиты «Пошлю его на… небо за звездочкой». Но, всё резко прекратилось, когда жёны увидели своих мужей. Только реакция у обеих была разная. Света, радостная и громкая, побежала к Паше. А вот его Оля продолжила петь, но уже с такой злостью в голосе, будто этим голосом хотела порезать кого-то на куски. И было не очень приятно видеть её в таком состоянии. Ведь он прекрасно понимал откуда взялась эта злость. Все эти початые бутылки с алкоголем на их столике. Эта песня. Этот суровый взгляд, пронизанный более глубоким чувством – болью. Просто его жене сейчас адски хреново. По его вине – между прочим. И он не собирался её оставлять одну в таком состоянии. Спокойно подошёл и, даже не трогая, произнёс:
– Оль… поехали домой.
На что она занервничала. Дёрнулась, отвернулась сразу. И спросила у озадаченной Веры, которая сидела на мягком диванчике:
– Кто их вообще сюда пустил?
– Не я точно, – быстро ответила та, пытаясь поднять свою пышную попу с этого дивана, который настойчиво затягивал её обратно.
А Оля уже отбросила микрофон в сторону и схватила свою сумочку, намереваясь сбежать с ней прямиком к выходу. И всё это максимально неуклюже. Даже чуть не споткнулась об ножку стола. Кирилл вовремя успел поддержать. Правда за это услышал совсем не слова благодарности:
– Не трогай меня! Изменщик…
После чего все-таки рванула из комнаты, задевая плечом дверной косяк. Дальше была стена, угол барной стойки, соседний столик в общем зале. Её шатало по всей траектории прохода. Больно и стыдно было смотреть. А когда же выскочила на улицу, по забавной случайности бросилась именно к его машине такси, на которой они с Пашкой приехали и оставили под ожидание. Подбежала и сразу полезла внутрь на пассажирское сиденье. На что водитель такси поначалу явно хотел возмутиться. Но, увидев Кирилла, который полез вслед за женой, сразу замолк.
– Эй! Это моё такси! – резко возмутилась девушка, пытаясь помешать ему сесть.
– Вообще-то – моё. Оль, подвинься, пожалуйста.
