Сольвейг смотрела слезно, почти с отчаянием, но опять осталась нема.
– Твой хозяин! Хоть его-то ты должна помнить!
Тишина.
* * *
Они перебрали пожитки Левши и оставили себе несколько походных мелочей, после чего продолжили путь в направлении Дрягвы.
Ранее стрелок вернулся в лес, чтобы снять тело. За отсутствием лопаты он уложил Левшу под сосной, укрыв еловыми ветками, чтобы тот чего доброго не превратился в горемыку, о которых когда-то сказывали охотники.
Герой шагал впереди.
– Как же вышло, что премудрая лиса позабыла всё, произошедшее четыре века назад? – поправляя рюкзак на спине, спросил Рэй. – Причем, нет, не всё, а избирательно те факты, которые имеют значение сегодня.
– Что ты привязался, а?
– Да то, что ты была с Великими Героями! – крикнул Рэй, понимая, что не может более мириться с противоречиями в голове. – Была там, где они приняли последний бой. Теперь же, по невероятной случайности, ты ведешь меня. Якобы не помня ничего о тех событиях!
– Четыре сотни лет прошло, – беспечно отозвалась она. – Я скиталась по лесам средней полосы по меньшей мере двести лет, бесцельно, почти как призрак. У меня не людская память, я впитываю энергию природы, и мои воспоминания постепенно заменяются. Да и сегодня я тебя никуда не веду, ты сам решаешь куда идти.
– Тогда другой вопрос: ты же именно северная лиса? Луми-кетту. Луми – значит снег. Снег – белый, если я ничего не путаю, так с чего ты рыжая? Почему не вернулась в северные степи, когда закончилась эпоха первых героев? Что же блудная луми-кетту натворила вместе с Горицветом, раз не смогла вернуться домой?
Та упрямо помолчала. Накинула капюшон, скрыв лицо, и прошептала едва слышно:
– Это не твое дело.
– Само собой, – выдохнул Рэй. – Есть, вообще, «мое дело» в твоей жизни? Или это правда? То, что первым предположили Настя и Ярослав. Я нужен тебе лишь как источник пищи. Речная мавка пыталась меня сожрать, но чем ты лучше?
Сольвейг молча шагала рядом под проливным дождем.
– Как вышло, что Горицвет стал твоим хозяином? Тоже метка Святобора или иной пакт?
Сольвейг мотнула головой, не открывая лица.
– Ясно. А что…
– Да прекрати же! – выкрикнула она.
– Как мне тебе верить?
– Можешь не верить, меня это не заботит.
– Так и отдала б меня мавке! Или просто за свою шкуру переживала? Ведь моя смерть – твоя.
Ответа не было.
– Притворяешься благородным лесным духом, а на деле тебе ни до кого нет дела, кроме себя. Просто обеспечиваешь свой интерес, – продолжал Рэй. – Интересно, что бы случилось, если б я выстрелил тогда, в пещере?
Она внезапно встала на месте, по-прежнему скрывая лицо под капюшоном. Рэй понимал, что перегнул, но в гневе не совладал с собой и прошагал мимо, не повернув головы. Позади раздались шаги, рука в затасканной хламиде схватила его за плечо, развернула и сильно толкнула в грудь!
– Там никого не осталось! – навзрыд выкрикнула она, и на глазах, даже в сходящий с неба ливень, что-то блеснуло. – Никого! И это случилось еще до первых героев! Поэтому я… пошла с Горицветом. Поэтому не вернулась на север. Их всех, всю деревню, всю семью убили великаны с Голубых гор! – наклоняясь вперед, прокричала она. – Ни з… ни за что! Без причин!
Она горячо плакала, ссаженными ладонями она вытирала испачканное лицо.
– Некуда было пойти, поэтому…
Рэй поднял было руку, но лисица хлестким ударом отбросила его ладонь, и в воздух взвились мельчайшие искорки ее слез.
– Ты прав, – стальным голосом вдруг сказала она. – Надо было стрелять.
Она стремглав бросилась по дороге. Рэй поспешил за ней, окликнул! Однако девушка прыгнула, будто собираясь сделать кувырок вперед, но вместо рук на землю ступили звериные лапы! На ходу завершив превращение, тёмно-рыжая лиса припустила по тропе на скорости, с которой герой не мог соревноваться. Взмахнув двойным пышным хвостом, она скакнула в сторону и скрылась в стоящем стеной лесу.
Сбив дыхание, герой остановился, всматриваясь в серую даль.
– Сольвейг!
Он остался один, под дождем, что уже завершался, снова открывая яркий солнечный диск на юге. Впереди лежал долгий, полный бог знает каких опасностей путь.
* * *
Повествование по страницам дневника Великого Героя Эльмиры
Осень, Западный край
Тяжелый кулак с треском рухнул на стол.
– Да это не решение!
– А у нас есть варианты? – с безразличием ответил невысокий сударь в черном дублете за тем самым столом. Хотя на лицо он был молод, круги под глазами и трехмесячная щетина сильно его старили. – И не ломай мебель, это не поможет.
Здоровяк бродил возле стола. Его плечи венчала достойная медвежья шкура, а лицо – не менее богатая борода. Он выпалил:
– Ты ж, подлюка, заранее это продумал?!
– А это имеет значение? – скучно ответил сударь за столом, ловко перекатывая в пальцах стрелу. – И не делай из меня злодея. Все знали, что такое возможно, просто мне одному хватило ума использовать это в расчет.
– Хех, – крякнул бородач, – ну и тварь же ты. Он ведь твой друг, нам товарищем стал! Хотя и ничего, кроме бед, взамен не получил. В наше дело верил, тебе верил до самого конца!
От зычного голоса здоровяка дрожали стены. Сидевший за столом устало вдохнул, аккуратно отложил стрелу и тихо ответил в сторону:
– Это не наша проблема.
– Сволочь! – опять рыкнул бородач, не в силах успокоиться. – Он против церкви пошел ради тебя! Ради нас!
– А церковь нас, героев, и так нелюдями считает, чего уж?
– Поделом, выходит, считает! Кто ж так с товарищами поступает?!
Лучник за столом впервые поднял на бородатого взгляд: суровый, цепкий.
– А тебя, Велимир, похоже, не слабо волнует мнение церковников.
– Да ты хоть представляешь, что с ним сделают? Дай бог, чтобы просто казнили, без пыток.
– Церковь – плохая, – словно дитяти, ответил лучник. – Потому мы с ней не дружим.
– Да что ж ты за человек такой? Удавил бы собственными руками! – угрожающе приблизился Велимир.
Затем отошел и, не находя места, продолжил блуждать по просторной, но бедной комнате, словно взбешенный, запертый в клетке медведь. Он подошел к комоду, затем к платяному шкафу, затем вернулся к столу – руки так и чесались что-нибудь сломать или разбить в дребезги.
– В чём-то… Горицвет прав, – прозвучал металлический голос с другого конца комнаты.
То была стройная, высокая сударыня с длинными, слегка волнистыми волосами – полностью седыми. Эти пряди бусого цвета казались живыми и мертвыми одновременно, не давая возможности определить ее возраст. Черная туника в талию с серым орнаментом на поясе обнимала ее плоский живот, на уровне которого она удерживала стопку больших плоских чешуек: все переливчатые, даже в тусклом свете комнаты. Эта госпожа отошла от открытого окна, выходящего на тихую городскую улочку, и положила стопку радужных чешуек на стол. Она скрестила руки на груди, одарив остальных пронзительным взглядом ядовито-зеленых глаз, обрамленных густыми белыми ресницами.
– Не путайте. Крестопоклонники и юго-западная церковь, недавно пришедшая на эти земли, нам не враги! Священники, приехавшие из Царьграда, неслабо помогают с гуманитарными вопросами в городах и селах: бесплатно лечат больных, дают приюты немощным, воспитывают сирот. Цели и мотивы молодой церкви Триединого Господа достойны уважения. Ни одно из высших духовных лиц пока не высказывалось негативно о героях и нашем ремесле, а какие-то даже помогали, искренне ведомые лишь идеей достижения общего блага. Лишь отдельные церковные чины, видно в силу собственного невежества, настраивают народ против геройского ремесла, которое имеет… предположительно имеет языческую подоплеку. Хотя последнее даже нам самим доподлинно неизвестно. Не надо рисовать врагов, где их нет. Правда сейчас, кроме открытой конфронтации, вариантов у нас не осталось. Благодаря действиям Горицвета мы точно знаем, где находится Игла Буяна, и более того, в нынешней позиции она защищена несравнимо слабее, чем раньше. Факт – упрямая вещь, Иглу если и можно вернуть, то лишь теперь. Церковникам ее оставлять нельзя.
Каждое слово лидера выслушали с вниманием. Лишь спустя несколько секунд лучник взялся сказать:
– Видишь, Велимир? Вот и Елена поняла, о чём я…
– Помолчи, – безжалостно срезала она лучника, проигнорировав его острый ответный взгляд. – Ни за какими стенами не будет нам покоя, доколе Игла не вернется к законному владельцу.
– Как всегда убедительна, – с прохладой ответил лучник, снова принявшись перекатывать стрелу меж пальцев. – Но интересно, что под «законным» ты, конечно, имеешь в виду себя. А даже не самого Буяна.
– Уж получше тебя выйдет! – ответил за Елену здоровяк, опустив пудовую ладонь на стол, отчего тот жалобно скрипнул. – А Буяна с нами уже нет. Кстати, отчасти тоже благодаря тебе! Да и тебя сейчас не спрашивают, ты вообще под большим вопросом! – А что до Иглы, – обратился он к Елене, – ей еще надо научиться пользоваться.
– Методом проб и ошибок научатся, – вскинула она белые брови. – Невелика наука, время здесь явно против нас. Знаю, Велимир, тебе это не нравится, но предложение Горицвета в сложившихся обстоятельствах остается самым разумным.
Взяв паузу на раздумья, она обратилась к лучнику:
– То, что ты предлагаешь, опасно. Сольвейг справится? Если эти фанатики ее поймают…
– Она сможет, – заверил лучник и обернулся на угол, в котором сидела на коленях девушка с затянутым на горле ошейником.
* * *
Уверенная поступь отряда по посадской улице Старецграда притягивала взволнованные взгляды. Бревенчатые, кирпичные и каменные здания высились по обе стороны, некоторые аж до трех этажей. Стеллажи мелких торговцев тянулись вдоль. Жители, примечая группу, распахивали окна, чтобы рассмотреть получше это диво, а прохожие тем паче не оставляли вышагивающих без внимания, при этом осмотрительно давая дорогу; кто-то опасливо перешептывался, кто-то легко склонялся в знак уважения.
Их четверо.
Впереди точёный силуэт женщины с длинными белыми волосами. Ни один житель не осмеливается оказаться на линии ее устремленных вперед ярко-зеленых глаз. «Сивая Ведьма», – бредет вслед за ней осторожный шепоток. У нее нет багажа, лишь черная книга с небольшим орнаментом на обложке.
Почти вровень с ней здоровяк: косая сажень в плечах, огромный рюкзак за спиной. Роскошная борода того же цвета, что и медвежья шкура на плечах. Бородовидный топор, сплошь покрытый витиеватой филигранью, покоится на ремне, перекинутом через плечо.
– Ты видал? – локтем толкнул крестьянский мальчишка товарища. – Здоровенный топорище!
Это Велимир, в плечах он втрое шире и на полторы головы выше беловолосой девушки в строгом черном одеянии, однако, даже следуя рядом, он ступает на полшага позади, не оставляя сомнений в ее лидерстве.
– Сударыня! – набравшись смелости, крикнул молодой бакалейщик. – Свежие груши! Окажите честь, – разводя руками над своим прилавком, зазвал он.
Та удостоила его холодным кивком.
– Благодарствую, – хмуро откликнулся идущий следом герой в черном дублете. Этого отличало необычное оружие: длинный черный лук – громоздкий, сучковатый и уродливый. Будто сломанная в дремучем беруломе ветка. Герой подхватил с прилавка два зеленых плода: один залетел в набедренную сумку, второй тут же хрустнул на зубах.
Торговец проводил его напряженным взглядом.
Следом еще одна девушка, одетая лишь в мешковатый балахон, подвязанный красным гарусным пояском. Ее ошейник не был соединен цепью или веревкой, однако строгость ее походки не оставляла сомнений в принадлежности идущему впереди лучнику.
Над ухом той, кого кличут Сивой Ведьмой, раздалось почти неслышно:
– Я тут узнала, что крестопоклонники вчера опять были в Храбродаре.
Широкий капюшон на голове, непримечательная серая накидка – мало кто на этой улице имел глаз достаточно зоркий, чтобы увидеть, что героев было не четверо, описанных выше, а пятеро.
– Привет, Эльмира, не заметила тебя. Они проповедовали? – осведомилась седовласая не поворачивая головы.
– На Закла́нной площади, прямо под стенами княжеского кремля. Думаю, не без дозволения младшего князя. Вечером вместе с ними из города ушло еще несколько человек.
Губы ведьмы напряглись:
– Ладно. Бывало такое и раньше, сообщай, если будет что-то более тревожное.
– Справитесь сегодня? Давай я с вами, а? – опасливо спросила Эльмира. – У них ведь не только Игла, но и…
– Справимся, – обернулась с улыбкой Елена. – Спасибо, Эльмира. Астра и Буртун останутся здесь, в столице. Семиконечный Амулет работает? Хорошо. Возвращайся в Храбродар и приглядывай, там нельзя оставлять ситуацию без нашего присутствия.
Эльмира кивнула, исчезая с глаз, точно клубочек тумана. Спустя секунду и не скажешь, что кто-то шел рядом с седовласой. Велимир собирался что-то сказать, однако в последний момент осознал, что размытая тень над ухом ведьмы уже растаяла. Протяжно выдохнул сквозь бороду.
– Не отвлекайся, – строго сказала Елена, на ходу заглядывая в свой черный гримуар.
– Да я… ничего.
– Скажу, чтобы Эльмира подошла к тебе после того, как решим сегодняшний вопрос. Вам двоим есть что обсудить.
– Да не, – буркнул он в ответ. – Не время сейчас.
– Но до того, ты мне нужен сегодня ночью. Кто знает, что припасли нам церковники.
– Ты же знаешь, я…
– Знаю. Потому и прошу не отвлекаться. Не имеем права упустить Иглу, учитывая, какой ценой ту удалось вывезти из столицы, – закончила она, опустив взгляд на землю.
Тусклое вечернее солнце светило им в спину, и тень лучника, шедшего позади, вытянулась, обгоняя ее.
– Горицвет, – обернулась Елена, – давай-ка еще раз пройдемся по плану.
* * *
