– А я первый раз слышу, – он почему-то больше не казался мне сумасшедшим. Почти не казался. И соглашаться со всем, что он скажет, не хотелось.
– Это я уже понял, ещё бы понять почему. Давай попробуем?
– Давай, только скажите, та ба… женщина…
– Нормально. Домой побежала.
– Надеюсь, она этому своему… – у меня опять не находились слова для описания того, кто мог вот так бросить даму (мало ей это слово подходит, но ладно) в беде.
– Вряд ли. Это же селяне, что с них взять. Тем более, такое увидеть.
– Ты… Вы… считаешь…
– Давай уже на «ты»? Здесь «Вы» не очень принято.
– Давай. Ты считаешь, что это нормально? И… и… Какие селяне? Здесь поблизости никаких сёл нет. И деревень тоже.
– По порядку: я это нормальным не считаю, а для селян это в порядке вещей. Сёл и деревень здесь нет, а селенья есть. Два больших и десять маленьких, если считать только ближние. А дальних…
– Подожди! – мне требовалась передышка. Если допустить то, что не быть знакома с какой-то знаменитостью я вполне могла, то наличие дюжины «селений» определённо ставило меня в тупик. Ну, нет их здесь! Город наш есть. И всё. До следующего – больше двух часов на автобусе. Глухая провинция. И вообще, такое ощущение, что мы с ним о разных местах говорим. – Ничего не понимаю. Как это может быть?
– Что может быть? Селенья? Или селяне?
– Всё! Ваади, а где мы, по-твоему, находимся?
– А по-твоему?
– По-моему, на берегу Озера.
– Согласен.
– Рядом с городом. Да его видно отовсюду!
– Правда? Давай посмотрим.
Он помог мне встать, и мы огляделись. Лунного света вполне хватало для обзора, а с нашего бугорка все окрестности как на ладони лежали. Озеро, лес, поляны. Вот только города не было. И пляжа. И вообще ничего, созданного человеческими руками. Такого просто не могло быть. Кажется, если кто-то и сошёл с ума, то с большой долей вероятности, этот кто-то – я. Наверное, кислородное голодание сказалось на мозге, или головой ударилась, или ещё лежу без сознания и это всё мне лишь мерещится. Я растеряно посмотрела на Ваади. Он понимающе вздохнул. Легче мне от его вздоха не стало.
– Ваади, а ты настоящий? Живой?
Он не стал смеяться. Серьёзно кивнул, протянул руку и предложил:
– Проверь.
Я потрогала, запоздало сообразив, что всего минуту назад держалась за эту же самую руку, когда он помогал мне подняться. И раньше он меня касался, когда подушку из платья сооружал, и когда в глаза смотрел. Все касания были совершенно материальны. И руки у него нормальные, тёплые. Хотя, откуда мне знать, как ощущаются галлюцинации, если я с ними раньше не сталкивалась? Откуда-то из далёких воспоминаний выплыл надёжный способ проверки.
– Ваади, ущипни меня, пожалуйста.
– Зачем? – поразился он.
– Надо.
Столь вразумительное объяснение его вряд ли удовлетворило, но ущипнул. Хорошо так ущипнул, со знанием дела. Я даже ойкнуть успела, прежде чем довспомнила, что так проверяют, не спит ли человек. По крайней мере, выяснилось, что не сплю. Остальные версии это не отметало, но хоть что-то.
– Помогло? – он не ехидничал, всё так же серьёзно спрашивал.
– Не очень, – честно призналась я и горестно вздохнула.
– Давай теперь по-другому разбираться, без телесных повреждений. Для начала: как называется твой город?
Я ответила. Потом ответила про страну и календарный год. Про другие страны и их население. Про родителей, жениха, Зинку, платье и Заповедник он не спрашивал, сама выложила. Просто говорила и никак не могла остановиться. Платье и Заповедник его заинтересовали.
– Говоришь, кроме тебя и твоей подружки там никто не бывал? И вас в нём никто не видел?
– Никто и никогда.
– Платье тебе сшила именно она? А напутствие дала её учительница?
– Какое напутствие?
– Что сама поймёшь, когда надевать.
– А, это да. И ещё про двенадцать лет…
– Сколько из них прошло?
– Одиннадцать. Чуть больше. А что?
– Ещё не знаю, – видимо, это незнание ему не нравилось и требовало немедленного устранения, потому что смотрел Ваади очень задумчиво и не очень довольно, и говорил так же. – Пока просто отвечай. Почему ты решила надеть платье?
– Я же говорю: последний раз посмотреть хотела, чтобы потом в Озеро выбросить.
– Ты в этом Озере раньше плавала?
– Нет.
– Почему?
– Я плавать не умею. И вообще воду не люблю. Зинка…
– Забудь пока про Зинку, с ней потом разберёмся. А в этот раз ты в воду зачем полезла?
– Не знаю. Оно само получилось.
– И сразу начала тонуть?
– Да, почти. Ой, нет. Если подумать… Тонуть начала сразу, а поняла это не сразу.
Ваади на меня посмотрел, как… Ну да, я бы сама на себя так же посмотрела после подобного объяснения, идиотически прозвучало. Если он так и скажет, возразить будет нечего. Он не сказал, продолжил расспрашивать:
– А потом?
– Оно меня выкинуло.
– Как выкинуло?
– Как, как, – я неожиданно разозлилась. – Пинком. Что-то меня пнуло и выбросило на берег. Почему мне кажется, что ты мне не веришь?
– Я тебе верю, – он осторожно погладил меня по руке. – Просто из этого озера уже давно никто не выныривал живым.
– Ой! – такого услышать я точно не ожидала. – Но как… Но я же живая… Ваади, я живая?
– Спокойно, не вопи. Ты живая, ты – человек, и говоришь правду. Я дважды проверил. Поэтому ничего не понимаю.
– Но… Люди… Ладно я не… – как-то не укладывалось сказанное им у меня в голове. – Но люди же в нём постоянно купаются. Весь город и приезжие. Они все…
– Вряд ли. Думаю, в твоём мире это обычное озеро. Кроме, может быть, Заповедника. А здесь…
– Где «здесь», Ваади? – я уже почти плакала. – И что не так с Заповедником? Он – лучшее место на Земле…
– Я думаю, он – окно, портал. А «здесь» – это в Аршансе. Ты когда-нибудь про множественные миры слышала?
Конечно, слышала. Как всякую порядочную современную девушку, волна всевозможного фэнтези не могла обойти меня стороной. Так что в этом отношении меня можно считать вполне подкованным товарищем. Вся теория пройдена в самых различных вариантах. И сейчас, если я не двинулась умом…
– Я похожа на чокнутую?
– Пока не очень.
– Хорошо.
Итак, я попала в другой мир. Обалдеть! Может ли это быть правдой? Или всё же валяюсь где-то в бреду? Первый вариант мне более симпатичен, но второй выглядит правдоподобней. А выяснить истину удастся только если очнусь или вернусь домой. Или не очнусь и не вернусь. В любом случае стоило познакомиться с новым миром. Даже если он всего лишь плод моего больного воображения. Начать я решила с глобальных вопросов:
– Ваади, а тут есть эльфы, магия и единороги?
– Почему именно эльфы? – он как-то подозрительно напрягся.
– Не знаю. Всегда хотела увидеть, ещё с детства. У нас про них много книжек всяких. Интересно.
– И всё? Просто интересно?
– Ну да. Нет. Не просто интересно. Очень интересно! Ну… Мечта у меня такая, несбыточная.
– Да? Ладно, пусть пока так, – про эльфов он не ответил и тему сменил, на меня перевёл. – А ты быстро согласилась на другой мир. Веришь, нет, но это удивляет.
– Верю, – в этом я с ним была солидарна. – Потом сама буду удивляться, когда думать смогу, сейчас я через раз соображаю. Смотри: с утра я собиралась замуж, потом прощалась с платьем и свободой, потом тонула, потом решила всё отменить и почти придумала, что кому скажу, потом от моего вида падали в обморок и бежали, потом знакомилась с тобой и думала, что ты сума… не совсем… такой, как все, потом мы выяснили всё это. Как считаешь, для одного человека и одного дня достаточно, чтобы уже на всё соглашаться? – не знаю, как Ваади, но сама к себе жалостью я прониклась на сто процентов. – А книгами про попаданцев у нас завалено всё. Ваади, а есть вариант, что их не придумали? Что их авторы на самом деле были в других мирах?
– Не знаю, я же их не читал.
Эта совершенно невинная фраза сработала катализатором взрыва. Весь длинный сегодняшний день слился в обиженно-невразумительное:
– Вот видишь… – и поток слёз в заботливо подставленное плечо.
Вдоволь наревевшись, вспомнила, что я взрослая, самодостаточная и практичная женщина. О чём тут же сообщила единственному своему знакомцу и немедленно его же вопросила:
– Ваади, что мне теперь делать?
Он невесело усмехнулся и ответил:
– Самому интересно. А ты что думаешь?
– Ничего, – буркнула я, прощаясь с надеждой на быстрое разрешение всех проблем. – Я замёрзла и кофе хочу, с сигаретой.
– А есть хочешь?
– Нет, но это нормально. У меня от стресса всегда аппетит пропадает.
– А домой?
Прислушалась к себе. Странно, домой, вообще, не хотелось. Попробовала сама себя убедить в обратном. Нет, всё равно не хотелось. Хотелось согреться, выпить кофе и лежать здесь, глядя на звёзды. Как в моём Заповеднике. Точно. Успокоившись, я начала чувствовать, как меня окутывает атмосфера Заповедника. И совсем расслабилась, Заповедник не обидит.
– Мария, ау! Как насчёт дома? – я отрицательно помотала головой, он согласно кивнул. – Почему-то я так и думал. Ладно. Ты не против, если я сюда позову ещё одного… человека?
Я была не против. После всех переживаний и рыданий мой организм решил отгородиться от всех миров пассивно-заторможенным состоянием. Но как он собирается звать, всё-таки заинтересовалась. Одежда современная, значит, и техника должна быть. Теоретически. Вот на неё и хотелось глянуть. Он обошёлся без всяких девайсов. Просто сказал:
– Фаарр, ко мне зайди. Да, срочно, – и пояснил мне: – Вслух – для тебя, чтобы не испугалась. Сейчас придёт.
***
– Знаешь, никак не могу понять… Твой мир, он идеальный?
– В смысле?
– В прямом. У вас там нет преступности? Все поголовно играют на скрипках и собирают цветочки на лужайках?
– Да нет. Обычный мир, со своими тараканами. Ну, то есть, всякой гадости в нём хватает.
– Тогда вдвойне не понимаю.
– Чего?
– Того. Ночь, незнакомое место, незнакомый мужчина, который собирается позвать другого незнакомого мужчину…
– Но это же был Ваади. И Фаарр. Ты же их знаешь…
– Я их знаю. Но ты-то тогда их не знала! Совсем. Сама изначально считала Ваади сумасшедшим. И вот так легко поверить всему…
– Но…
– Какие тут «но»? Тебе повезло, что это были они, очень повезло. А могло не повезти. Представь, что было бы, нарвись ты на хозяйствующих или… ладно, этих у Озера быть не могло, но, а вдруг? Нельзя же быть такой д… доверчивой.
