И некоторые существа ими питаются. Виллоу говорил, что его братья и сестры-психопомпы рассказывали ему, что осколки эти могут быть острыми, угловатыми или круглыми, а еще они разные на вкус. Всё зависит от того, кто распался и какие эмоции он испытывал перед смертью.
Фантазии стало еще дурней от одной лишь мысли, что она кого-то там съела, пусть и неосознанно. Да и противно было от того, что она не человек, а какой-то перевертыш.
Виллоу пытался ее подбодрить, но не похоже, чтобы ей стало лучше.
Так они прошли через окно Луны. Мальчик-зайчик шел впереди, а белая девочка за ним. Когда проходила сквозь стекло, то разошлась прямо как гладь воды. Голову и тело обволокло прохладой, подобно желе.
Раскрыв глаза, которые она закрыла до этого, Фантазия увидела совсем другое место. Это не совсем коридор, скорее зал или просто огромная комната, стены которой были сплошь и рядом заставлены книгами. Потолок был стеклянным и прозрачным. Купол ночного неба с мигающими звездами, строившимися в искрившиеся поля созвездий.
Светом тут были настенные факелы или игрушечные звезды, внутри которых были огоньки. Каменный пол застелен коврами. А еще… Здесь никого не было, кроме них, но Фантазия заметила, что тени разных размеров и форм, и они, сгруппировавшись, о чем-то болтали.
Они совершенно не обращали внимания на двух детей. Да и Виллоу не шибко боялся, пока Фантазия тревожно оглядывалась, переминая ноги.
— Постой здесь, — попросил Виллоу, отпуская руку девочки. — Я подойду и спрошу, куда нам дальше идти.
Неуверенно кивнув, Фантазия отпустила его и неотрывно наблюдала, как Виллоу подошел к подвижным теням и, сначала поздоровавшись, спросил, как им попасть на Башни.
Ощутив легкое недомогание, Фантазия посмотрела по сторонам и заметила небольшой круглый деревянный столик, а рядом с ним кресло. Подумав, что Виллоу и так ее увидит, она, ничего не сказав, отошла и, дойдя до места, села в кресло. Все тело аж загудело, и голова закружилась сильнее.
Бросив на столик уставший взгляд, Фантазия подумала, что так выглядят места, за которыми обычно пьют кофе. И тут ей пришла мысль, что, несмотря на столь нагрузочное и долгое путешествие, голод ее вовсе не мучил. Она даже пить не хотела.
Приложив ладонь к плоскому впалому животу, Фантазия показалось, что внутри нее ничего нет. Никакой пульсации под кожей… Сплошная пустота. Как у чучела. Бездна. Слепая тьма. От испуга она часто задышала и сжала пальцы в кулак.
Нарастающую панику перекрыл неожиданный голос с левой стороны.
— Животик прихватило? — голос был мягким, добрым и неторопливым.
Испугавшись именно этого голоса гораздо больше, чем тех темных осознаний внутри себя, Фантазия остолбенела, но медленно, осторожно повела голову в сторону звука.
И прежде чем она смогла развернуть голову окончательно, свет ударил по сетчатке, от чего она поспешила зажмуриться.
Тот, кто сидел сбоку, заговорил вновь:
— Ночь здесь не меняется, сколько бы времени в виде песка не утекало. Я переворачиваю песчаные часы каждый раз, но… Силинп Эффо, — после непонятных слов последовал капризный вздох. — Песчаные джентльмены такие вспыльчивые. Ху-ху-ху.
Оголенная тонкая рука поднялась, и кончики белых пальцев коснулись точно таких же белых губ. Глаза Фантазии уже привыкли к свету, и когда она присмотрелась, то поняла, кто это был.
Белая Ведьма. Женщина, состоящая чисто из белого цвета. На ней было легкое шелковое платье, платиновые волосы прямыми прядями переваливались за кресло и шли к потолку, обвивая люстру.
Глаза женщины были плотно закрыты, черты лица буквально идеальными, что уже давало понять: она не человек. Ведьма не переставала заигрывающе улыбаться.
Она еще пожаловалась на то, что ей хотелось попробовать мясо химер на вкус, но ее выгнали. А потом она попала на чаепитие плюшевых игрушек, но и там её выставили за дверь, а коридор принял облик психбольницы, где сновали не самые разумные и дружелюбные сущности в смирительных рубашках.
Да и от криков постоянных уже голова начинала болеть. А еще запахи мочи, дерьма и крови так сильно перемешались, что рваться хотелось.
Фантазия за всё это время не сказала ни слова. Напряжённо сидя и не моргая, она не шевелилась, а просто ждала. Слова этой женщины впивались ей в коробку голову как скальпель. Они резали, заливали, обжигали, от чего её снова едва не вырвало, но она лишь схватилась за живот, стараясь пережевывать слюну.
— Ты, — начала Ведьма, и девочка уловила, что ее до этого наивный тон стал холоднее. Она только покосилась, но тут же вытянулась, когда поняла, что Ведьма смотрит прямо на нее. Глаза все так же закрыты, вот только лицо обращено на нее. — Снова перевернула часы, не послушав, да? — задала она странный вопрос.
На сей раз прозвучало серьезно, почти угрожающе. Фантазия смялась, ощущая, как ее ругают, хотя и сама не знала за что.
— Ты же понимаешь, что сколько ни старайся, а часы в моей власти? — продолжала Ведьма. — Им нужен твой мозг, что похож на Кубик Рубик, потому что душа поломана. Сколько бы они ни пытались, а создать идеального гомункула с талантом Дьявола у них не вышло, вот и бесятся.
Тень давила на Фантазию, не перестававшую смотреть не отрываясь. Холод от нее нависал, словно смертный рок болезни или безумия. Эта женщина всего лишь привстала и подалась вперед, возвышаясь над девочкой.
В мрачной тени белое лицо Ведьмы стало серым и потеряло идеальность. Глаза по-прежнему закрыты, и только рот щербился, губы тряслись, а голос был ровным и настигающим, подобно руке из ночного кошмара.
Она спрашивала у Фантазии, о чем та думает, слушая ее сейчас. Она возмущалась, когда не слышала ничего в ответ. Могла едко усмехнуться, сказав, что ребенок перед ней лишь очередное чучело белой ласточки.
Белая ласточка… Что-то было знакомо в этом слове. Голова Фантазии начала колоться с болью, и у нее из носа пошла кровь. Но даже так она осталась безучастна к этой, терпя боль, переходившую к груди.
Потом Ведьма замолчала и, на миг удивившись, заулыбалась. Ее тонкий белый палец приподнялся, и кончик мягко коснулся губного желобка. Надавила, измазав подушечку в алой крови, а после убрала его от лица Фантазии.
Этим же пальцем она провела по своим губам, грамотно размазывая, будто перед зеркалом. Теперь они были красными. Причмокнув, Белая Ведьма затейливо спросила:
— Мне идет?
Во рту Фантазии пересохло, потому ее голосок немного хрипел, когда она ответила:
— В жизни не видела ничего уродливей, чем ты, — злоба прямо так и сочилась из нее.
Ведьма наклонила голову набок. Она и злиться не думала, наоборот, казалась довольной. Фантазия не ожидала, что скажет именно это. У нее и в мыслях не было ничего подобного, но…
Почему-то вид Белой Ведьмы напоминал ей о чем-то невозвратном. О том, что когда-то испортило ей жизнь и причиняло много душевной боли. Как бы нежно та ни говорила, для Фантазии она заговорила зубы.
Хитрая кошка, которой надо оторвать голову и выбросить.
Так они смотрели друг на друга, пока не раздался гудок поезда. Потеряв серьезный вид, Фантазия начала крутить головой по сторонам, видя, что силуэты стали спешить в какую-то сторону. Она помнила, что рядом должен быть Виллоу, но потом отдернула себя.
Белая Ведьма была рядом, она не могла расслабиться, вот только собиралась прогнать ее, приоткрыла губы, как отдернулась от испуга, увидев, что перед ней лишь согнутый манекен с пустым лицом и смердящим трупным запахом.
Со скрипом пружин руки манекена, заерзав, стали подниматься к ней, от чего Фантазия отскочила и быстро убежала от стола с отвращением на лице, вытирая рукавом кровь.
— Фантазия! Я узнал, куда нам нужно! — сквозь толпу теней к ней навстречу бежал взволнованный Виллоу, размахивающий рукой. — Надо идти за остальными, а там выйдем на участок внутренних станций! — Обрадованный, он не сразу заметил, что она его не слушает и смотрит куда с пустотой, нахмурив брови. — Фантазия? — с беспокойством позвал он.
Выйдя из мыслей, девочка посмотрела на переживающего Виллоу, после чего убрала руки за спину и заулыбалась немного отчужденно и натянуто.
— Извини. Задумалась о кое-чем.
— Что-то случилось, пока меня не было? — спросил он, заглянув ей за спину.
— Да так, — отмахнулась она. — Просто задремала чуть-чуть, и приснилась всякая неразбериха.
Тиканье часов стало снова громче. Треклятое тиканье. Фантазия едва удерживала радость, чтобы не беспокоить впечатлительного Виллоу.
А ведь Белая Ведьма говорила про какие-то песчаные часы, что она перевернула без ее ведома. Возможно, часы, что принадлежат этому месту? Спросить бы у Виллоу, так он будет нервничать и интересоваться в ответ.
Взвесив всё это, Фантазия решила отложить расспросы на потом. И пока она не думала о часах, тиканье исчезло.
— Кстати, Виллоу. Я слышала гудок поезда, — торопливо заговорила она. — Мне же не показалось?
— О! А ведь точно, — уже бодро воскликнул он и обернулся в ту сторону, куда шли тени. — Там нужно выйти отсюда наружу. Мне сказали, что мы вовремя и транспорта сейчас в избытке.
Хотела Фантазия спросить, о каком транспорте в библиотеке может идти речь, как Виллоу схватил ее за руку и потащил за собой прямо в самую гущу столпившихся силуэтов.
Бежали они недолго, ни с кем не сталкиваясь, а когда выскочили на свет, Фантазия зажмурила глаза. Виллоу остановился, и она притормозила вместе с ним. Ресницы стали раскрываться, и она подняла голову.
Отовсюду шел гул и гам. Вокруг спешились разного вида существа, они едва не спотыкались о детей, пока те ровно стояли. Вот мимо них прошло высокое четвероногое существо из черной сажи, ноги которого были оленьи, а верхняя часть человеческая. Рядом в туфлях пробежала семья мышей в деловых костюмах, а папа-мышь жаловался, что подземный проход снова отменили из-за аварии, устроенной тараканами. Потом мимо пролетел журавль в кепке и с сумкой, набитой газетами. В стороне на лавочке сидели девочки в масках и изорванных платьях, дружно державшиеся за руки. Фантазию кто-то толкнул в плечо.
— Извините, юная леди, — учтиво попросило прощение существо с телом человека в строгом костюме, только вот за место головы у него был стеклянный шар, в котором горел синий огонь.
Купив газету у полуженщины-полускорпиона с одним рогом, он передал ей несколько золотых монет, после чего она, заглотив их, изрыгнула ярко-изумрудное пламя.
— Приходите еще! — добросердечно пожелал она, помахав своей человеческой рукой, пока ее здоровенные нижние клешни продолжали держать стопки газет.
За всем этим столпотворением из кого только можно Фантазия не разглядела то, что было впереди, а увидев, потерял дар речи.
Там была огромная постройка, напоминавшая помесь различных каруселей, слитых воедино с небоскребом. Оно уходило так высоко, что сколько бы она ни задирала голову, конца не видать. От самого здания шли рельсы, плавающие в воздухе, зигзагами тянулись водные тоннели, как в аквапарке. Еще там было что-то вроде стоянок, где располагались экипажи карет.
Помимо этого были видны места, где проходили лифты, множество маленьких окошек с горящим светом, с каких-то сторон выпирали крыши или выходили лестницы, ведущие к дверям прямо в стене.
На платформе, где они стояли, тоже были рельсы для поездов, только вот вместо поездов ходили вагончики, похожие на соединенные дорогие с виду шкатулки с окошками. Один из таких поездов только что подъехал, и некоторые из существ стали идти в его направлении.
— Вот поэтому я и говорила, что нужно закупать билеты заранее! — капризно пожаловалась девушка-русалка в красивом платье, через подол у нее нервно дергался рыбий хвост. — Мы опаздываем! Я не хочу снова слушать о своей некомпетентности!
Она сидела в позолоченной инвалидной коляске, а сзади ее толкал человек-угорь в наряде дворецкого, шея которого тянулась, как у жирафа, а голова больше походила на драконью, чем на рыбью.
— Вы же знаете, как тяжело купить билеты заранее, госпожа, — прошипел он, покачав головой. Его хозяйка лишь гневно надула щеки. — Мы смогли купить их лишь на последний рейс и заранее отправили почтовую рыбу, чтобы оповестить вссссех.
— Мне плевать! — завопила она. — Думаешь, это улучшит мое положение?!
Русалка продолжала кричать, пока они не показали билеты проводнику. Точнее, как только они подошли, из стены вылез по началу отросток, а потом прорисовалась женская голова. Фарфоровое лицо, из затылка торчали искривленные спицы, а шея, плечи, грудная клетка и руки были черными оголенными костями, к которым были подсоединены провода.
Взяв билеты и проверив их, она механически раскрыла рот, откуда прозвучал мужской жизнерадостный голос диктора:
— Спасибо, что воспользовались нашим «Чугунным Экспрессом»!
После чего рыба-дракон и все еще ругавшиеся русаки вошли внутрь, а девушка-скелет, опустив руки, вновь срослась со стеной.
Ноги Фантазии подкосились, и она схватилась за голову с явной мукой на белом лице.
— Что с тобой?! — встревожился совершенно спокойный до этого Виллоу. — Тебе плохо?!
— Да что-то голова закружилась, — с тяжестью в голосе призналась она, покачиваясь.
— Давай сядем вот там! — указал пальцем на пустую лавку Виллоу, со всей осторожностью обхватил подругу за плечи и не спеша повёл вперёд, стараясь ни в кого не врезаться по дороге.
Сев на лавку, Фантазия часто задышала. В груди давило, и она вся пропахла, убирая волосы с мокрого лица. Виллоу стоял рядом, переминаясь с ноги на ногу и быстро бегая глазами по сторонам, поджав губы.
— П-п-прости, — спустя минуту молчания проговорил мальчик с отчаяньем и едва ли не плачем. — Если бы я знал, то не спешил бы так.
— Э-это… Ха. Не т-твоя вина, — тяжело дыша, сказала ему Фантазия, подняв голову. — Просто слишком много всего. Довольно много для моего с-состояния, — приступ стал слабеть, и наконец она смогла облегчённо выдохнуть, втянув спину. — Но знаешь, — сказала она уже твёрже, смотря на удивлённого Виллоу. — Ты довольно смело держишься в подобном месте. Я не ожидала.
Смущенно заулыбавшись, Виллоу потеребил свои заячьи уши, на миг ставшие торчком.
— Думаю, это потому что я родился пораньше тебя, — с красными щеками предположил он. — А еще я психопомп, а не перевертыш. Думаю, моему виду полегче будет.
Фантазии не хотела на это ничего говорить. Саму суть перевертыша она плохо понимала, а уж что значит быть им не так легко, и подавно. Ей только интересно стало, сколько видов существ здесь вообще существует? Куда ни глянь, везде то птицы, то полуживотные, то полностью люди, рыбы, драконы, разные помеси живого и механического. Да тут даже книги летали и разговаривали!
Виллоу предложил купить ей чего-нибудь попить. На вопрос, откуда у него деньги, мальчик заулыбался и ответил лишь, что карманы для этого не нужны, а деньги… На этот момент он покосился и с неуверенностью сказал, что потом расскажет, как они их тут получают. Фантазия слишком устала, чтобы продолжать этот разговор.
Они начали обсуждать то, как им подняться и куда нужно идти, чтобы попасть на Башни Канделария. Предложив спросить у кого-нибудь из персонала, Виллоу, видя, что Фантазия еще не в форме, отважился на это предложение. Уже поднявшись на ноги, он хотел что-то сказать, но над ним нависла тень, и дети изумленно подняли глаза.
— Добрый вечер, — рядом с ними встала женщина в костюме горничной, на седых волосах был белый чепчик. Она полностью походила на человека, только за спиной здоровенный металлический отросток, похожий на головку заводного ключа. За место ушей торчала пара коротких крыльев. — Меня зовут Лондо Архан, — представилась она с нежной улыбкой и сделала реверанс. — Я искала парочку детей, похожих на вас, — Фантазия и Виллоу быстро переглянулись. — Я прислуживаю хозяйке самого верхнего этажа. Леди Горгофона поручила мне привести вас с собой.
— Правда? — обрадовался было Виллоу, но Фантазия схватила его за рукав.
Лицо у нее было хмурым, и явно не только из-за плохого самочувствия.
— А как вы можете это доказать? — спросила она, не скрывая подозрений.
Служанка немного удивилась, но тут же задумалась, пробормотав: «И правда, как же?»
Фантазия уже понимала, что разных тварей в Либрариуме пруд пруди и что они не все такие благочистивые, какими хотят казаться. Кто знает, может, их хотят утащить на ведьмин шведский стол.
А потом с яркой улыбкой одна из рук с левой стороны горничной достала из кармана фартука письмо. На нем была восковая печать в виде скрещенных крыльев и кружочка между ними.
— Недавно почтовая рыба донесла письмо от самой госпожи Лакримозы, — радостно объяснила служанка любопытным детям. — Нам сказали, что у нас будут особые гости, вот меня и попросили встретить вас на станции Перепутья.
— Вот здорово! — ликовал Виллоу, пока Фантазия сидела мрачнее тучи. — Фантазия, разве не здорово?
— Да… наверное, — пробурчала она, опуская глаза.
— Ой? А что это с маленькой леди? — поинтересовалась служанка, присев рядом на одно колено. — Совсем плохо выглядишь, милочка.
— Голова болит, — неутешительно выдала Фантазия, и капля пота упала с ее лба.
Треклятое тиканье часов возвращается в ушные раковины подобно лезвиям, что пихают в ухо. Она слышала где-то в глубине головы.
Терапия не помогает. Этот ребенок уже сломан! Миссис и мистер ….. Боюсь, мы сделали всё, что могли.
Вы же врач! Сделайте что-нибудь!– верещал женский голос на грани плача.
Неужели ничего нельзя сделать?– это спросил мужчина с глубоким голосом.
В отличие от жестокого, он был спокойнее, но нотки тревоги все-таки стучали в нем.
Кто-то уже третий явно первый голос вздохнул.
