Все же гад этот Джэхи неимоверный! Вот видит же, что девушке тяжко вылезти из-под кровати, а помочь ей ума не хватает.
– У меня есть, – уверенно заявил Джэхи, продолжая наблюдать за моими потугами.
– Только надо два, – решила схитрить я. – Один не поможет.
– Два так два, – пожал плечами Джэхи. – Мне мое здоровье важнее денег.
– Значит, собирайся. Идем за увлажнителями! – объявила я, выбравшись из-под кровати. Без фломастера, но зато с маленькой серебристой заколочкой, которую потеряла где-то год назад.
Подув на пыльную заколку, я сморщилась и чихнула так громко, что сама испугалась.
– Ой, – вырвалось у меня. Взгляд сразу же метнулся к Джэхи, который, присев рядом на корточки, смотрел на меня и улыбался.
На короткий миг я залюбовалась его красивой, совершенно не ехидной улыбкой. Не успела задуматься о том, чего это он так лыбится, как вдруг живот Джэхи издал громкое и протяжное урчание. Улыбка сразу же сошла с лица парня. Джэхи подался назад и виновато прижал ладони к животу.
– Надеюсь, у тебя есть деньги не только на увлажнители, – задумчиво произнесла я, намереваясь получить еще и халявные вкусняшки.
***
Когда мы вышли из дома, рядом со мной уже не было Ли Джэхи. Снова я сопровождала Дарта Вейдера. Благо, лавочка возле дома пустовала, и мы избежали пытливых вопросов местной банды и их прожигающих насквозь взглядов.
Служебная «Вольво» быстро домчала нас до близлежащего торгового центра, где мы с Джэхи приобрели два увлажнителя по средней цене. Кое-кто хотел взять самую дорогую модель, но я его остановила, напомнив, что деньгами лучше не сорить, потому что с иностранными переводами могут возникнуть трудности. На удивление Джэхи сразу же меня понял и быстро выбрал модель подешевле.
Умница какой! Может же, когда хочет.
Пока я расплачивалась его деньгами, Джэхи разглядывал витрину со смартфонами.
– Даже не думай, – сказала я, протягивая парню коробку с увлажнителем.
– Я и не думаю, – буркнул Джэхи.
На выходе нас остановил охранник. Подозрительно поглядывая на Джэхи, мужчина попросил показать ему чек на увлажнители. Детально изучив бумажку, охранник кивнул и разрешил нам покинуть магазин, однако до последнего продолжал подозрительно таращиться на Джэхи. Оно и понятно, я бы тоже такого чудика подозрительным посчитала.
Пока я грузила увлажнители в машину, к Джэхи пристал местный дурачок, что, собственно, меня совершенно не удивило. С такой-то маскировкой к нему грех не пристать.
– Вам надо что-нибудь починить? – поинтересовался он.
Кажется, его звали Славиком, и был он не совсем дурачком. Хоть он вел себя как умственно-отсталый человек, на деле же имел удивительные математические способности. Своего рода человек дождя. Только вот не знаю, был ли у Славика аутизм или что-то подобное.
– Нет, спасибо. Нам ничего не надо, – ответила я за Джэхи.
– Мебель, телефоны, зонтики, – продолжал приставать Славик. – Я все могу починить! Вы не выкидывайте, я починю!
– Хорошо, не выкинем, – заверила его я, закончив возиться с увлажнителями.
Глаза Джэхи были скрыты под темными очками, но я была уверена, что он с интересом наблюдает за Славиком, который, получив от меня обещание не выкидывать сломанные вещи, отправился предлагать свои услуги другим людям.
– Он странный, – заметил Джэхи.
– Угу. На одну половину гений, на вторую – идиот. В моем районе его хорошо знают.
– Очередная злая шутка судьбы, – хмыкнул Джэхи.
Следующей нашей остановкой был продуктовый супермаркет. Я намеренно повезла богатенького актеришку в самый дорогой магазин, твердо намереваясь опробовать всякие деликатесы за его счет. Раз уж на увлажнителях сэкономили, то можно не жмотничать на еду. В прочем, Джэхи никаких ограничений мне не выставил. Он молча шел рядом со мной, наблюдая, как я складываю в тележку все, что нравится.
– Это очень важная вещь, без нее никак! – аргументировала я все свои ненужные покупки.
Джэхи кивал и продолжал отстраненно смотреть на прилавки. Иногда он спрашивал у меня, есть ли в магазине те или иные продукты. Например, тофу, сушеные анчоусы, рыбный соус, кунжутное масло.
У прилавка с соленьями и маринадами Джэхи остановился.
– Нет тут твоей кимчи, – расстроила его я. – Только квашенная капуста с морковкой.
Джэхи внимательно изучил полки и ткнул в баночку с квашеной капустой.
– Она? – глухо спросил он через маску.
– Она, – кивнула я.
Джэхи положил в тележку две баночки.
В отделе с алкоголем у меня прямо-таки глаза разбежались. Я сразу же взяла две упаковки самого дорогого импортного пива и, выбирая вино, спросила у Джэхи:
– Какое ты хочешь?
– Никакое, – помотал он головой.
Я обиженно надула губы.
– А что вообще хочешь из алкоголя?
– Ничего. Я не люблю алкоголь.
Блин, точно! Он же говорил об этом вчера за ужином. Память моя дырявая!
– Тогда лимонад? Или сок? – попыталась загладить свою оплошность я.
– Сок. И много йогуртов, – сказал Джэхи и решительно зашагал к отделу с молочкой.
Когда мы с полной тележкой двигались к отделу с соками, дорогу нам преградила суровая охранница пожилого возраста.
– А ну карманы мне покажи, ворюга! – закричала она на весь магазин.
Проходящие мимо люди сразу же с интересом уставились на нас.
– Показывай карманы, говорю! – еще громче завопила охранница, злобно глядя на молчащего Джэхи. – Ты глухой что ли?
– Он не глухой, он иностранец, – вмешалась я. – И вас не понимает.
– Тогда переведи ему!
– На каком основании вы его обвиняете? – возмутилась я. – Он ничего не крал.
– Крал, я знаю! Видела, как он поднял шоколадку и в карман положил.
Я тяжело вздохнула. С такими людьми спорить было бесполезно.
– Она думает, что ты украл шоколад, – пояснила я Джэхи на английском. – Просто покажи ей, что у тебя в карманах ничего нет, и она отстанет. Не надо с ней спорить.
Я была уверена, что, имея такой мерзкий характер, Джэхи начнет возмущаться и обложит тетку трехступенчатым корейским матом, но нет. Парень вполне лояльно относя к моей просьбе, достал упаковку жвачки, протянул ее мне, а затем вывернул карманы наизнанку, демонстрируя упертой охраннице, что кроме жвачки там больше ничего нет.
– Что за жвачка? – тут же пристала охранница. – Покажите!
– Вот, смотрите, – протянула я ладонь. – У вас такой даже нет, она из другой страны.
Охранница нахмурилась, глядя на корейские буквы. Ее недовольство ситуацией было так очевидно, что мне даже стало смешно. Я демонстративно уставилась на нее, ожидая извинений, которые вскоре последовали.
– Прошу прошения, показалось, – выдавила охранница сквозь сжатые зубы.
– Ничего, бывает, – широко улыбнулась я.
На кассе я благополучно расплатилась деньгами Джэхи, и мы с замаскированной корейской знаменитостью поволокли тяжелые сумки к машине.
– И как она могла подумать, что я – вор?! – На улице Джэхи дал волю своему возмущению.
– А ты поменьше так шифруйся, – весело посоветовала ему я. – Зачем надо было надевать панамку, темные очки и маску? Ты же не у себя дома. Твое лицо тут знают единицы.
– Да что в этом такого криминального? У нас так полстраны ходит. И дело вовсе не в популярности…
– У вас, может, и ходит, а у нас даже воры так не маскируются. Так что не надо чересчур заморачиваться с этим. Хватит одной маски, поверь мне, – сказала я и, поставив сумки в багажник, стянула с Джэхи очки и панамку.
Темные глаза парня возмущенно сверкнули. Я приготовилась к едкому замечанию в свой адрес, но его не последовало. Какой-то тихий он сегодня. Даже странно. Наверное, действительно плохо спал на новом месте.
Глава 10
– Мне нужен крем для рук с маслом ши. У тебя такой есть? – задал мне вопрос Джэхи.
Я только что проснулась и, пока еще туго соображая, притопала на кухню за водой. Налив себе полный стакан, я залпом осушила его и довольно протянула:
– А-а-а-а, хорошо-о-о!
– Слышишь меня? Крем есть? – вопросил сидящий за столом Джэхи.
Перед ним стояли кружка с чаем и баночка йогурта. Внимательно глядя на меня, Джэхи открыл йогурт, отложил крышку в сторону и потянулся за чайной ложкой.
– Почему ты со мной не разговариваешь? – раздраженно бросил он.
С тех пор как в моей квартире заработали увлажнители, спит этот гад прекрасно. И прекрасно продолжает грубить.
– О чем можно разговаривать с человеком, который, открыв йогурт, крышку не облизывает? – Картинно закатив глаза к потолку, я поцокала языком и удалилась из кухни.
Так началось мое очередное утро в компании с самым противным, надменным и неприятным актером в мире. Восьмое утро с тех самых пор, как мы приехали в Алексеевск.
Рассказать, что произошло за эти дни?
Ровным счетом НИ-ЧЕ-ГО!
Прогресса не было ни в расследовании дела Джэхи, ни в поимке Чокнутого акушера, ни в наших с актеришкой отношениях.
Единственный прогресс наблюдался в Юркиной работе. Квартира, в которой должен был жить Джэхи, постепенно превращалась из наркопритона в приемлемое жилье. Юрка каким-то непонятным образом раскрутил Кравцова на косметический ремонт. Не знаю, конечно, за чей счет он выполнялся, но выполнялся быстро и вполне удовлетворительно. Уже были готовы ванна и туалет. Оставалось лишь привести в норму кухню и спальню, и Джэхи переедет на свое законное место. Вот только как организовать этот переезд, если национальное достояние Кореи не желает даже освободить мне мою кровать?
– Мирка, я возьму твой бритвенный станок, хорошо? Я свой дома забыл! – протараторил Юрка и, метеором пролетев мимо меня, исчез в ванной комнате.
– Э-э-э… – только и успела протянуть я.
– Мира, я возьму твой крем для век, хорошо? – подражая Юрке, выкрикнул подошедший сзади Джэхи. – В нем есть масло ши, я им руки помажу.
– Да вы издеваетесь?! – воскликнула я. – Юрка, не смей бриться моим станком! Иначе я тебя потом им же налысо побрею! – прокричала я в дверную щель ванной комнаты. Повернувшись к Джэхи, злобно прорычала: – А ты даже не думай совать свои пальцы в мой крем! Купи себе сам и мажься в свое удовольствие!
Джэхи сузил глаза, вытянул губы трубочкой и прошипел:
– У-у-у, злая и жадная ты женщина.
– А ты противный актеришко с мерзким характером, – не осталась в долгу я.
– Зануда, – фыркнул Джэхи и продемонстрировал мне свой длинный розовый язык.
– Фу, как некрасиво. – Сморщившись, я отправилась в зал, чтобы еще немного поваляться на диване.
Джэхи последовал за мной.
– Знаешь, – на ходу начала говорить я, – в трудные минуты я всегда заходила на твою страничку в соцсети и смотрела твои милые и веселые фотографии. Они придавали мне сил, успокаивали, поднимали настроение. Ты казался на них таким веселым и добрым человеком, как ты можешь быть настолько отвратительным в реальности?!
– До тебя никто не жаловался на мой характер, – заявил Джэхи.
Он обогнал меня, подошел к дивану и нагло развалился на нем. Нет, ну это уже ни в какие ворота, честное слово!
Я встала рядом, скрестила руки на груди и вперила суровый взгляд в надменную физиономию Джэхи.
