Глава 10.
Эрин Вальк. Особняк Сорэ, Союз Лесов.
После бурной, а точнее, бурлящей событиями ночи, я проснулась только ближе к обеду. Когда добралась до своих апартаментов, то доковыляла до кровати, скинула всю одежду на пол, забралась под одеяло и моментально отключилась.
Из положительного – меня не мучили никакие кошмары. Из отрицательного – болело всё. Болели мышцы, давая понять, что весь мой забег по парку был исключительно на силе адреналина. Я так обрадовалась свободе и хорошему самочувствию, что дала телу слишком большую нагрузку.
Ныло плечо, напоминая о том, что сустав мне чуть не вывихнули. Болело горло: видимо, я слегка простудилась ночью, и чашка горячего каху меня не спасла. Наконец, болела левая лопатка. Ранки вокруг татуировки саднило.
Но даже в таком состоянии разлёживаться дальше не хотелось. Я и так провалялась несколько месяцев. Как сказал бы мой тренер: движение – жизнь! Надо было потихоньку входить в форму. Откладывать не стала, приняла несколько асан из йоги. Тренер всегда уважал эту дисциплину. Усмиряет разум и развивает гармонию тела. Правда, асаны показали, что тело едва гнётся.
Удивительно, что меня никто не разбудил раньше. Более того, кажется, ко мне даже служанка не заходила. Вещи так и лежали на полу. Хотя Элли точно бы сложила их аккуратной стопкой.
Я добралась до ванной. В зеркалах рассмотрела всю спину. Зрелище было мечтой для поклонников ножевых игр. Ровный круг мелких вертикальных порезов опоясывал тату.
Кровь смыла. От воды ранки пощипывало. Стоило мне выйти из ванной, в дверь постучалась Элли, я разрешила войти. Накинула халат и встретила служанку в гостиной.
– Тёплых дней, тьера.
– Тёплых, Элли. И зови меня Эрин.
– Если вам так удобно, – поклонилась девушка и пошла за мной в гардеробную, где я села у столика с зеркалом, а Элли принялась просушивать мои волосы.
– Почему ты не стала будить меня раньше?
– Лэрон приказал вас не беспокоить, – без обиняков сдала она старшего эльфа.
– Понятно…– протянула. А служанка продолжила умело работать руками, расчёсывая уже сухие волосы и укладывая их мягкими волнами. Из зеркала на меня смотрела всё ещё бледноватая девушка с бронзовыми волосами и золотыми радужками глаз, показалось, что они стали ярче. За это сочетание оттенков в модной индустрии я получила прозвище «Русская Соколица». Необычный цвет глаз достался мне от мамы. Хотя в маме вообще было мало обычного, как и в моём отце, впрочем. Почему-то здесь, на Терроне, это стало ещё очевиднее, чем там, на Земле.
– Эрин, лэр Артиэль спрашивает, пойдёте ли вы на обед в столовую?
Идти не хотелось. Я понимала, что там будет не только Арт, но и целитель с лэроном. Против гнома я ничего не имела, а вот синеглазого эльфа видеть не хотелось. Как с ним говорить, тоже было не очень понятно. Но гном ещё вчера сказал, что сегодня я буду в полном порядке. Арт так обрадовался, наверняка настроил кучу планов. Если я позволю обиде на старшего взять верх, младший расстроится, будет волноваться. А мальчишка и так почти три месяца вокруг моей больничной койки круги наворачивал. Проблемы взрослых – это проблемы взрослых. Арт тут ни при чём.
– Передай, что пойду, – такой вот итог моих размышлений. И тут я вспомнила о гардеробе, заполненном платьями. – Ещё попроси у Арта пару-тройку рубашек, которые ему не нужны.
– У лэра Артиэля? – чуть зарделась она. О, у нашего парня, кажется, уже появляются поклонницы. Но боюсь, Элли нужно отрастить парочку когтей и какую-нибудь чешую, чтобы походить на тварь бездны. Тогда Арт точно заинтересуется эльфийкой. – А зачем? – В зеркале отразилась недоумённая мордашка, служанка покосилась на забитый одеждой гардероб.
– Считай моей придурью. Сделаешь?
– Конечно, тьера… Эрин, – смущённо улыбнулась Элли.
– Кто-то что-то ещё просил передать?
– Да, Эрин. Целитель передал вот это.
Служанка достала из небольшой поясной сумочки маленькую шкатулку и поставила на столик.
– Что мне с этим делать? – вздохнула и оглянулась через плечо.
– Целитель сказал, что там всё написано.
Элли закончила с моими волосами, спросила, нужно ли что-то ещё. Я ответила, что дальше справлюсь сама. И она умчалась к Арту с моей просьбой.
В шкатулке была записка.
«Эрин, душа моя.
Ниэль рассказал мне о том, что произошло вчера. Уже отчитал его за эту выходку. Если бы он читал твою карту, которую ему оставил, этого бы не произошло. Я его не оправдываю, просто хочу сказать, что он действовал, как действовал бы любой опытный боевой маг. Прошу не простить, но хотя бы понять.
В шкатулке заживляющая мазь. Как пользоваться, ты знаешь.
Прости, мне стоило заставить его прочесть твою карту.
P.S. Давно хотел спросить, а как делается эта татуировка, если без магии?»
Целитель был неисправим. Беспокоится за всех и вся, любопытен и считает, что всё можно исправить, нужно только выпить правильную настойку с нужным настроем.
Ответ писать не стала. Мазь нанесла на порезы. Состав немного пошипел, унимая жжение и вызывая лёгкий зуд от быстро заживающих ранок. Часа через полтора там будут розовые свежие шрамы. Чудесно!
Раздался условный стук. Мы с Артом его придумали ещё в оранжерее.
Я запахнула халат потуже и сказала юноше, чтобы заходил в гардеробную.
– Привет! Я принёс тебе рубашки. Только не пойму, зачем они тебе.
– Привет, Арти. За надом! Показывай, чего тут у тебя.
Улов был неплох. Одна белая рубашка, одна синяя и одна голубая.
– Подожди в гостиной, я оденусь, и пойдём на обед.
– На обед, а потом гулять?! Я тебе такую экскурсию устрою! – вдохновенно начал мальчишка.
– Обязательно. – Легко улыбнулась, напоминая себе и ноющим мышцам, что гулять нужно, полезно, а в моём случае – просто необходимо.
Всему новому гардеробу я предпочла свои джинсы. Правда, с вешалки взяла мягкий корсет. Удобная и красивая вещь. Сверху закрыла его плотной белой рубашкой, подпоясала её на талии шнуром с бахромой. На ноги надела удобные сапожки.
Сорочки и халаты, в которых провела последние три месяца, мне жутко надоели. Платья мне надоели ещё в прошлой жизни. Вокруг было столько всего, что было чужим, новым. Хотелось хоть в чём-то остаться собой.
Вместо ожерелья поверх застёгнутой рубашки красовалась пуля. Арт принёс мне как-то цепочку и кусок проволоки. С помощью них и пары простых инструментов соорудила из пули отличную подвеску. Сверху я накинула свою куртку. Её, конечно, нужно привести в порядок, но пока такой возможности у меня не было, а без куртки я себя не представляла. Сломанные часы привычно убрала в карман.
В таком прикиде я вышла из гардеробной.
Арт посмотрел на меня, совершенно ошарашенный.
– Вау! Я тоже так хочу.
Я рассмеялась, сочтя это за лучший комплимент моему образу.
– Похожа на наёмницу? – подмигнула.
– А то! На вампирскую наёмницу, – довольно подметил Арт.
– А что, они круче других?
– Говорят, что они самые красивые, – задорно улыбнулся эльфёныш.
– Комплимент засчитан, – подмигнула. – Идём?
– Да! Осиния сегодня сделала моё любимое жаркое. Я после тренировки с братом готов съесть десяток порций.
– Будем уплетать наперегонки. Я тоже голодная как зверь.
Так, болтая о всякой ерунде, мы добрались до столовой. Ещё Арт попутно показывал, где и что находится, куда ведёт та или иная лестница. Вводил в курс дела, так сказать.
Когда мы вошли, Гарн и Лэрон были уже в столовой, отделанной светлым камнем и деревом. Мужчины о чём-то тихо переговаривались, а при нашем появлении встали.
– Тёплых дней, тьера Эрин, – произнёс старший эльф бархатным голосом. Его одежда тоже изменилась. Никаких ярких цветов и шелков. Тёмно-синяя, почти чёрная туника с воротником под горло. Нет лишних элементов, только вышивка на плече в виде какого-то растения, свободные брюки. Нечто среднее между летним костюмом и кимоно для единоборств. В свою очередь, подумала, что тоже так хочу. Ещё одну мысль, что этот ненормальный выглядит просто обалденно, я выбросила из головы.
– Тёплых дней, лэрон Сорэ, – вежливо, но без намёка на любые эмоции отозвалась я. Уж что-что, а изображать царственную невозмутимость я умела мастерски. О, как часто пригождался этот навык, воспитанный во мне мамой. Вообще, когда твоя мама – актриса, многие способы воздействия на публику перенимаешь с детства. – Тёплых дней, Целитель Гарн.
Я чинно прошла к единственному свободному прибору, скинула куртку и повесила на спинку стула, который легко отодвинулся от стола сам собой. Лэрон сидел во главе, Арт справа, Гарн слева, я сразу за Гарном. Получилось, что если откинуться на спинку стула, то можно почти спрятаться за мощной фигурой гнома. Арт, глядя на моё поведение, насторожился.
В столовую вошла Осиния. Темноволосая статная эльфийка холмов всем кивнула, а мне быстро подмигнула, я прошептала одними губами: «Вы лучшая». С тех пор как впервые попробовала её стряпню, написала эльфийке целую хвалебную оду, а не просто записку. Как-то так и началась наша переписка. Писала Осинии рецепты блюд, она мне рассказывала про зелья, помогала разобраться в местных продуктах. Ещё с ней можно было посоветоваться, как женщина с женщиной. Понимала, почему её так любит и ценит весь дом. В ней и Гарне было что-то общее. Желание всех обогреть, часто прикрытое строгостью и требовательностью. Особенно была благодарна за зелья, которыми меня отпаивал и обкалывал Гарн. Виделись мы вживую до этого всего пару раз. Осиния хлопнула в ладоши, и на столе появились первые блюда, она дождалась, пока все снимут первую пробу, и ушла. Болтовне эльфийка предпочитала письма.
– Моя дорогая, как ты себя чувствуешь? – задал вопрос целитель.
– Прекрасно, благодаря вашим усилиям, – ровно отозвалась я и принялась орудовать ложкой, чтобы один вопрос не превратился в сбор анамнеза.
Сработало ненадолго.
– Гарн, а Эрин уже может идти гулять, правда?
– Может, лэр. Точнее, сможет, как только выпьет вот это.
Из широкого халата появилась бутылка объёмом около полулитра. Содержимое было приятного розового оттенка. Я вздрогнула. Уже выучила, если Гарн даёт что-то приятное на вид, значит, это жуткая гадость на вкус.
– Благодарю за заботу, Целитель. Но я действительно в полном порядке, – попыталась отвертеться.
Гарну от моей попытки было ни горячо, ни холодно.
– Не сомневаюсь, милая. Не сомневаюсь, а точно знаю. Ты настолько хорошо себя чувствуешь, что даже головы повернуть не можешь и руку поднять без боли, впрочем, ноги ты переставляешь тоже с трудом. Ещё и простыть успела. Великолепно!
– Я не… – начала, но меня прервали.
– Пытаться обмануть целителя с моим опытом – бессмысленно. Теперь ты вполне поддаёшься сканирующим заклинаниям, и я такое на тебя набросил, как только ты вошла.
Целитель укоризненно посмотрел сначала на меня, потом на лэрона.
– Тиль, сегодня тьере лучше остаться дома, – заключил лэрон, сверля взглядом почему-то меня.
Арт поник. Я поспешила вмешаться.
– Лэрон, целитель Гарн всего лишь сказал, что мне нужно выпить это зелье. Нет нужды отказываться от наших планов, лэр, – перевела взгляд на Арта и улыбнулась уголками губ.
– Мне знаком этот коктейль, – продолжил лэрон, указав подбородком на розовую пакость. – Не все раненые соглашаются его пить без острой необходимости.
Я пожала плечами, взяла со своей тарелки с закусками дольку цитруса. Тот, кого научили пить чистый спирт, справится с любым гадостным зельем. Так я думала. И ошиблась.
Стакан я осушила залпом. Неимоверным усилием и долькой цитруса протолкнула жидкость в желудок. Потом ещё несколько секунд боролась с тошнотой. Хуже всего то, что мне нужно было выпить второй такой стакан. Не обращая внимания на мученическое выражение лица, целитель наполнил стакан снова.
– Или это, или останешься дома.
Вторую порцию мой организм принял ещё хуже. С тошнотой пришлось бороться несколько минут. Гарн подкладывал мне дольки зелёных цитрусовых, которые я глотала одну за другой. Помогло.
– Прекрасно, моя дорогая. Как самочувствие теперь?
Я задумалась и очень удивилась. Ещё немного подташнивало, но в остальном – просто великолепно. Лёгкость, какую я не испытывала и в лучшие годы. Не болело вообще нигде и ничего. Даже пятка не чесалась. Какое-то абсолютное состояние. Я удивлённо уставилась на пустую бутылку.
– Вижу, что намного лучше, – довольно похлопал меня по руке гном.
– А почему нельзя было…? – Безмятежность слетела с меня ещё на первом стакане розовой пакости. А теперь глаза мои были, наверное, с блюдца.
– Его нельзя употреблять слишком часто, перестаёт действовать. Я вливал его тебе, когда ты была ещё без сознания. Потому сейчас такая большая дозировка. Любому из нас хватило бы небольшой рюмки. А тебе нужна целая бутыль, – широко, но ехидно улыбнулся мне гном.
– Проучить решили? – нахмурилась.
– Немного, – признался Гарн, вообще не испытывая вины. – Но не только. Хотел ещё кое-что проверить. – Ниэль, мальчик мой, поставь купол вокруг девочки. На всякий случай.
Что-то мне подсказывало, что «мальчик мой» лэрона могут назвать единицы. Но «мальчик» даже не поморщился. Изящные пальцы выполнили простой пасс. Мой стул снова отъехал от стола. Похоже, это и в первый раз была магия лэрона. Вокруг возник золотистый купол, выбрасывавший лёгкие искорки. Красиво, будто я оказалась внутри огромного бенгальского огня.
– Эрин, сосредоточься, – обратил на себя внимание гном.
– Что я должна делать? – Отлынивать и объяснять, что я ещё не доела, было бесполезно. Если Гарн захотел устроить эксперимент, он его проведёт.
– Зажги магический огонёк.
– Но я не…
– Можешь! – настоятельно поднял руку гном. – Зелье сейчас усиливает ощущение магии в магканалах. Ты сможешь её почувствовать.
– Но я не знаю как. А если я…
– Если что-то пойдёт не так, есть купол. Если и он не устоит, у нас целых два вовсе не бездарных мага. А если ты себя поранишь, тут есть один даровитый целитель. Так что, давай, пробуй.
– Ну хорошо, но я же не маг, я не знаю, где эта ваша магическая сила.
– Ты маг, девочка. И я это вижу. Вопрос пока только в одном: сильный или слабый. Со временем будет ясно. А сейчас закрой глаза и дыши.
