Перейти к содержанию

Я Бога вывожу за скобки

Автор:

Категория
стихи и поэзия
Год издания
Издательство
Автор
Возрастное ограничение
16+
Обновлено
25.09.2026

Аннотация

Георгий Александрович Куниловский родился 26 мая 1951 года в г. Владивостоке. В 1953 году их семья переехала в Комсомольск-на-Амуре, где он проживает по настоящее время. По окончанию Комсомольского-на-Амуре государственного педагогического института работал в школе. После службы в армии трудился журналистом в районной газете, затем около 20 лет - на городском телевидении, затем зав. кабинетом технической информации в Комсомольском отделении Дальневосточной железной дороги. А с 2003 года по 2021 год работал в системе АО «Издательский дом «Гудок» корреспондентом газеты «Дальневосточная магистраль». Стихи Георгий стал писать еще в юности. Но, работая журналистом, скрывал это, потому что это могло отрицательно сказаться на служебном поприще, и о его творчестве знал только узкий круг друзей. Первая подборка стихотворений прошла в 2009 году в журнале «Экумена» (Хабаровск), в котором в последующем стал регулярно публиковаться.

Читать «Я Бога вывожу за скобки» — Георгий Александрович Куниловский онлайн

Страница 4 из 11

Под дудочку немого крысолова?

С той формулой дорога и плывет,

И дразнит ноздри черным сухогрузам,

Которые зимой приходят в порт.

В них грузят уголь, лес, но с каждым грузом

Все больше им мечтается поход,

Круиз. И в кругосветный переход

Бензинный запах манит сладким вкусом,

Автомобилей запах, что дошли

От Бреста до Татарского пролива.

Они прошли шестую часть Земли,

Увидели морские корабли,

Вошли в паромы, не спеша, красиво.

И в трюме стали членами семьи –

Их загружали с часу до семи.

Но в ноябре и семь утра не утро.

Не потому ли и звёзды перламутром

Расцвечивали неба крутизну

И отходили медленно ко сну,

Свет вниз бросая на лежащий порт,

Что с поездами вёл ненужный спор,

А те перекликались поминутно?

Автомобили, поезда, суда

В порту скопились – будто к водопою

Животные сошлись ночной гурьбою:

Рокочут дизеля, бурлит вода,

Бьют грейферами краны о вагоны,

И те вагоны издают лишь стоны –

Поспеть бы разгрузиться до утра.

А дудочка немого крысолова

Домам сигнал пропела полседьмого,

И в трёх домах зажегся сразу свет.

Народ проснулся – заурчали трубы:

Кто влез под кран, кто начал чистить зубы.

Так, утренний закончив туалет,

Кто был раздет, стал через час одет

И вышел на работу. Ждет их порт,

Где крысолова дудочка поёт.

Не выспавшись, идя на автомате,

Поток людей встречает тот поток,

Что только-только кончить смену смог

И всё, что мог, он из себя истратил:

Он изнурил и мускулы, и мысли.

Те мысли в головах людских зависли,

Как виснут грузы в сетках на канате.

«Гы-гы!!», – немой смеётся крысолов.

Он выполнил своё предназначенье.

Он свёл людей, машины в круг судов.

Он у людей всё ж усыпил сомненье,

В том – правильно иль нет они живут,

Зачем живут, кому их нужен труд

И почему им пребывать в терпенье.

Он звездам подмигнул и ждал вестей,

Насколько он исполнил их желанья,

Сумел сберечь порядок мирозданья,

Как точно в рамки ввел он жизнь людей?

А звезды не спешили молвить слово:

Они исчезли молча полвосьмого.

Январь 2020г.

ТЕНЬ

Зависло солнце над горой.

Застыло море под горою,

Когда шла горною тропой

Тень путника сама собою.

Она ловила вздох камней,

Ловила ветра шелестенья,

И с каждым часом всё сильней

Хотелось ей отдохновенья.

Как будто кто-то услыхал

Её желанье. И как милость

Раздался выстрел. Путник пал,

И в тихий сон тень погрузилась.

Март 2021г.

НА ЖИТЕЙСКОЙ АРЕНЕ

Стану я стариком, лишь когда поседеет мой сын.

Его волос – волнистый, но жёсткий. То бабкины гены.

Слава богу, ему – много лет ещё жить до седин.

Знать, и мне уходить еще рано с житейской арены.

Знаю, сын воин славный – вот он улыбается мне,

Рвется встать со мной рядом – готов он расстаться с трибуной.

Но сегодня одни ветераны. И нам на стене

Объявляет глашатай незримую схватку с Фортуной.

На незримой она колеснице, с незримым мечом.

Кто попал под её колесо, нет тому и замены.

В чём причина выбытья? А кто его знает тут в чём.

Вижу только, что павших выносят на крючьях с арены.

А Незримая давит и давит нас злым колесом.

Кто хотел быть в ее колеснице – отброшен, раздавлен.

Кто богатства хотел – на арене лежат голышом,

Обезглавлены те, кто хотел быть навеки прославлен.

Никого не осталось, и схватку веду я один,

На арене кружусь под ударами как гладиатор…

От пропущенных мною ударов седеет мой сын.

В сотни глоток ревёт и беснуется амфитеатр.

Февраль 2021г.

ВТОРОЙ

Амур в тёмных водах течет, как обычно,

А ты вышел в возраст, что стал пограничным

Меж зрелостью твёрдой и старостью доброй,

И ветры тебе угрожают хворобой.