– Ну, что? Ты даже не поцелуешь мужа, который весь день страдал? – Сева должен был бы заметить мою скованность. Удивиться ей… Но он увлекся моими ключицами, отчаянно сражался с верхней пуговкой на домашней рубашке. – Черт! Рит, почему ты даже дома ходишь, застегнутая наглухо? Что ты прячешь от меня?!
– Мне хватило одного разговора с твоей мамой. Спасибо. Повторений не надо!
Нашел, блин, чем попрекать! Меня только что проституткой не обозвали за шелковый халатик, накинутый поверх такой же шелковой пижамы!
Свекровь, отчего-то, считала, что в семь утра я должна ее встречать при полном параде, с прической и в бальном платье, наверное! Хотя, бальное платье – это тоже из списка запрещенки.
– Ну, я же тебе обещал, что она больше никогда не придет без приглашения? Ммм?
Пуговка сдалась, наконец-то, голодные губы мужа спустились ниже, к следующей. Подбородок царапал и щекотал нежную кожу…
– Давай-ка, снимем с тебя эту скучную тряпочку, а, Марго? – Черный хлопковый лифчик без швов ему никак не понравился. А вот все, что под ним, очень даже волновало.
– Сейчас? Прямо сейчас ты хочешь меня раздеть? – С ним творилось что-то невероятное: муж никогда не задерживался на обеде. Он быстро перекусывал, говорил спасибо, дежурно клевал меня в щеку и убегал. Очень торопился. Потому что никогда никуда не опаздывал!
– А ты предлагаешь раздеть кого-то другого? – Он приподнял голову, отрываясь от процесса, комично оглянулся по сторонам. – Я больше никого не вижу…
– А как же… Ты не боишься, что… – Сглотнула. Голос отказался повиноваться. И слова, как назло, все какие-то дурацкие подбирались…
– А чего я должен бояться? У себя дома? С любимой и желанной женой?!
Хриплый, тихий голос… Немного сбившееся дыхание… От этих только звуков зашумело в ушах, веки прикрылись, ноги ослабли…
Сева почувствовал это. Подхватил под ягодицы, заставив обнять свои бедра ногами… И нет – ни капли притворства в нем не было: желание выпирало, давило в меня, было давно готовым и твердым.
– Убери. Вечером примеришь. Сейчас это лишнее. – Он небрежно выдернул белье из моих пальцев, швырнул куда-то в сторону.
– Ты что?! Оно такое красивое… – Писк вышел жалобным и почти неслышным.
Да гори оно синим пламенем, это белье! Сева так не соблазнял меня со времен… Да никто уже и не вспомнит, как давно он хотел меня: вот так горячо, внезапно, так сильно, позабыв обо всем!
– Хрен с ним. Куплю еще…
Он уже сдирал с меня штаны, заставляя ерзать по столу в нетерпении.
Зацеловывал. Прикусывал кожу. Втягивал ее в рот, посасывал… Что-то мычал невнятное, исступленное. Ловил губами мои пальцы, гуляющие по плечам, груди и шее, облизывал их, делал влажными… Галстук не поддавался. Тянула за узел, пытаясь его ослабить, но не выходило никак.
Всеволод сдернул его одним движением, тоже отбросил назад…
Вобрал мой сосок в рот, жестко, до боли, заставил застонать в мольбе. Сама не знала, чего хочу: остановить или потребовать, чтобы продолжил…
– Извини. Звонят.
Наваждение рассеялось.
Я не слышала ничего.
Как он разобрал вибрацию телефона из пиджака? Он же остался где-то далеко, в прихожей…
– Извини. Был занят.
Короткие, сухие фразы. Но почему-то мне послышались в голосе странные нотки… Так не просят прощения у коллег и начальников.
– Да. Скоро буду. Жди.
И… Нет.
Мне просто показалось.
Я не могла бы издалека распознать женский голос на той стороне…
Это просто невозможно!
Я сама себя накручиваю после той ненавистной фотографии у Алёны!
– Прости, Марго.
Ко мне вернулся другой человек. Спокойный, деловитый, собранный.
В нем не было даже намека на Севу, который только что сгорал от желания, готовый разложить меня прямо на обеденном столе.
– Ты же знаешь, я не люблю, когда ты так меня называешь…
Отвернулась.
Почему-то было стыдно сейчас, что он видит меня такой – расхристанной, полуголой, красной от еще не схлынувшего возбуждения.
Руки не слушались, пуговки никак не хотели попасть в петли.
– Я не буду обедать. Опаздываю.
– А… как же? – Только что ему было плевать на все. Никуда не спешил. Готов был заняться со мной любовью…
– Вечером. Вечером все наверстаем.
Странно. Он тоже избегал смотреть прямо на меня.
Стыдился?
Или стало неприятно?
– Вообще-то, нам пока не стоит… – Слезла со стола, штаны натянула на место. И шнурки завязала потуже.
– Вот как? – Он сосредоточенно что-то искал на экране телефона. Листал сообщения… Снова стал чужим и посторонним.
– Да. Я вчера выпила у Алены… Теперь нужно вывести алкоголь из организма…
– Черт побери, Марго! Ты только об этом можешь думать?! Тебя заклинило на ребенке?! А просто потрахаться я не могу?
– Можешь. – Исчезнуть бы. Просто испариться! Меня реально уже заклинило…
– Так. ну-ка, объясни мне, что это?
Господи. Господи, Боже мой!
Точно. Нужно просто умереть. И тогда уже не будет этого мучительного стыда!
Сева с каменным лицом держал телефон прямо перед моим носом. Широкий экран позволял рассмотреть мельчайшие подробности…
И невозможно было сказать, что Сева что-то понял не так. Что ему почудилось. Или вообще – соврать, что на этой фотографии какая-то другая девушка, совсем не я…
– Что конкретно ты хотел бы услышать, дорогой?
Откуда взялась эта смелость во мне? Или это не смелость, а просто отчаянная наглость? Она рождается, если человеку просто деваться уже некуда?
– Судя по всему, ты только мне готова давать по расписанию. – Он злобно усмехнулся, повел шеей, словно разминая ее…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
