Нани Кроноцкая
Рассвет закату вопреки
Глава 1. Пробуждение смерти подобно
Планета Зигейна (b Малиста), двойная звёздная система Малиста (HD 188015), Созвездие Лисички (Vulpecula), Резиденция королевы Агаты.
Нэрис Аверина ☛
— Эй, просыпайся, принцесса! Ты что, собираешься спать до скончания веков? — громкий шёпот безжалостно разорвал плотный покров целебного сна. Отвечать совсем не хотелось.
— Разве так можно? — с трудом выдохнула я и закашлялась.
— Если ты хочешь, чтобы меня съели... Если хозяйке безразлична судьба несчастного пса, то, конечно, можешь спать. Пусть моя гибель останется тяжёлым грузом на твоей совести.
Я не могла вспомнить, кто этот «пёс» и почему он называет меня хозяйкой. Но его громкий голос моментально меня разбудил. Мне стало жаль несчастного — он говорил серьёзно.
Я открыла глаза и спросила:
— Зачем тебя есть?
Резкий свет ослепил меня. Я попыталась прикрыть глаза рукой, но почувствовала на запястьях что-то холодное и металлическое.
Что за шутка?
— Не зачем, а почему... — с грустью произнёс голос. — Я сбежал с тобой, когда все мужчины не смогли обезвредить бомбу. Ты знаешь, как у меня до сих пор болят уши? Это просто кошмар!
— Не помню... — поморщилась я, разглядывая свои руки. — И связи не вижу.
В тумане воспоминаний всплывали обрывки разговора, происходившего в салоне катера. В том диалоге-исповеди участвовали двое: тот, чьё имя врезалось в память — Велиглэн Маурский, и женщина, представившаяся королевой.
— Получается, я прожил жизнь впустую. Был тяжело ранен, а за мою верность мой человек отвечает чёрной неблагодарностью.
Я попыталась подняться, внезапно осознав, что полностью обнажена.
Женское тело в ледяном свете выглядело измученным и чужим. Тёмные вершины груди печально торчали твёрдыми узелками, а бледная кожа покрылась мурашками. Колени были тонкими и хрупкими. Мне захотелось обнять себя и заплакать. Резкий рывок вверх, мягкий удар о невидимую преграду — и падение.
План провалился. Я сильно ударилась лицом о прозрачную мембрану — толстое мягкое стекло. Это было неприятно.
Широкие матовые браслеты, выполненные в цвете чернённого серебра, украшали не только запястья, но и лодыжки. Не хватало только цепей... Я перевела дыхание и продолжила диалог:
— Ты тот самый «зверь», о котором королева просила? Мой зверь.
— Это не то, на что я рассчитывал, но всё же что-то, — угрюмо пробурчал «зверь». — И помни: для них я всего лишь неразумное существо, которое не умеет говорить.
— А для меня? — тихо спросила я, одновременно ощупывая руками возможные пути к выходу. Я искала кнопку, рычажок или щель.
— Я же тебя спас! — зверь взревел от возмущения. — Ты сама не выберешься, даже не пытайся. Оно активируется с пульта, я это видел. Вон там, на стене, висит эта штука.
— А ты сам открыть меня сможешь? — спросила я с робкой надеждой.
— Ты серьёзно? — прозвучало с сарказмом. — С моими короткими лапами? Да посмотри сама!
Я посмотрела на «зверя». Он опирался уродливыми толстыми лапами о край капсулы, выглядел действительно нелепо. Его мясистые пальцы, покрытые короткой шерстью глубокого холодно-рыжего цвета, смотрелись весьма необычно. Длинные мягкие уши печально свисали по обе стороны хитрой морды. Массивный гибкий нос с крупной горбинкой придавал ему даже некое благородство. Маленькие раскосые глаза блестели врождённым лукавством.
— Ты засмотрелась? Не буду скрывать, я прекрасен! — низким голосом произнёс самодовольный зверь, бросив на меня взгляд. — В отличие от тебя. На кого ты вообще похожа?
— Руки у меня, конечно, не короткие, — устало возразила я. — И что теперь?
— Горыныч, — пёс облизнулся, демонстрируя длинный узкий язык, напоминающий ленту. — Меня так зовут. Надеюсь, ты сохранила мозги, хотя память и утратила.
— Очень приятно, — пробормотала я, ощущая растерянность. Так вот оно что, память... Да, мои воспоминания напоминали утреннее лесное болото: густой туман и едва различимые кочки, а между ними — трясина.
— Предлагаю не торопиться, — Горыныч спустился с капсулы и начал ходить вокруг, постукивая когтями. — Судя по всему, эта палата станет твоим временным пристанищем. Сегодня сюда завезли мебель, камеры наблюдения, которые я уже отключил, и немного одежды.
Я не прекращала попыток освободиться, изо всех сил натягивая пальцами мембрану капсулы.
— Мои предки охотились на дикие зверей, обитающих в норах, — с удовлетворением сообщил он, опираясь на короткие ноги. — Те времена прошли, но привычки остались. Я сбежал, а потом сделал подкоп.
— Ты тут живёшь? — устало потянулась я, чувствуя, как ноют мышцы. В животе громко и требовательно заурчало.
— Коммуникации дома проходят под полами, как и многое другое здесь. Это всё довольно архаично. Я пока посижу там. К тому же там проходят кабели камер. Короче, запомни: чтобы вызвать меня, тихонько постучи по угловой плитке слева. Это мой выход.
— Ты считаешь, меня отпустят?
Я тоже надеюсь на лучшее. Но, вспоминая тот разговор...
— Уверен. Подслушиваю их разговоры. Говорят, что совсем скоро сюда прибудет военная миссия от Империи, — цокот когтей удалялся, а голос становился тише.
— Что до меня той Империи? — грустно вздохнула я.
— Ты что, с ума сошла? — внезапно рявкнул пёс. — Прекрати реветь, психолог Аверина! Уверяю тебя, за тобой летит твой любимый и любящий муж. Вот лежи теперь и вспоминай. Молча. Врагам не пались.
Раздался тихий стук открывающейся плитки.
— Постараюсь, — буркнула я.
— Я сейчас подключу камеру, ты подай им сигнал, что проснулась. Скорее всего, они тут же прибудут. Ничего не подписывай и не обещай. Сначала выучи: ты гражданка Великой Империи, молодая жена капитана Аверина, штатный психолог фрегата «Сова». Выложишь этот козырь, когда сочтёшь нужным. Всё, хозяйка, держись, я с тобой.
Я хотела уточнить, спросить, просто выяснить, но вдруг раздался громкий шлепок, словно на пол упал мешок с мокрым песком. Затем послышался скрежет задвинувшейся панели, и наступила полная тишина. Лишь в ушах продолжал звучать грохот моего испуганного сердца.
Попытаюсь подумать молча. Вдруг это мне понравится?
✦✧✦
— Упражняешься? — голос капитана прозвучал неожиданно.
Вот уже сорок имперских минут Гесс безжалостно расстреливал быстрых мелких противников, превращая их в воображаемые куски. Тяжёлый армейский плазер, от которого остались два разряженных аккумулятора, валялся на упругом полу стрельбища. На стене красовался внушительный счёт в пользу воина, что говорило о многом...
Как Макар умудрился так плохо знать своего самого близкого, а может быть, и единственного друга? Контрразведчик, многоженец, биолог, который был влюблён в его крошку Нэрис. Что ещё скрывалось в его многогранном партнёре?
— Я стараюсь восстановить... — Гесс вздрогнул, резко развернувшись, но не опуская оружия. — Дипломатические навыки. Не делай так больше, ты же знаешь...
— Не знаю, — резко ответил капитан. Он сделал шаг вперёд и взял со стенда плазер штурмовика. Оружие оказалось тяжёлым.
Именно из такого его девочка целилась в Стэма. Удивительно, как она вообще смогла его удержать?
Мысли о Нэрис не покидали Аверина. Это стало чем-то вроде навязчивой идеи.
Гесс проводил взглядом оружие и нахмурился.
— Понимаю, — биолог задумчиво кивнул и небрежно бросил свой плазер на землю. — Я взял его из нашего арсенала, чтобы попробовать. Но, к сожалению, это неудачная версия. Много ошибок, он быстро нагревается и разряжается. В утиль его, — он вытер руки о лежавшую рядом щётку и, не спрашивая разрешения, забрал у Макара его штурмовик. — Знаешь, — продолжил Гесс тихо, — я всё время думаю о том, что произошло. Мне кажется, сознание Нэрис контролировали через симбионта. Как они его называют? Через Зеро¹.
— Ты же, кажется, утверждал, что этот её паразит безвреден? — произнёс капитан, прищурившись и явно раздражённо.
— Я ошибался, — ответил Гесс с такой горечью, что Аверин осекся.
Все они ошибались. Ойле, Родик и этот брат... В увлекательном процессе поиска виновных можно потерять из виду всё остальное. Так дело не пойдёт.
— Не сейчас, — сквозь зубы выдохнул капитан. — Каяться будем потом. Что ещё ты надумал?
Гесс ничего не ответил, затем лёгким прикосновением к панели активировал поток гала-целей², приближающихся к ним, и поднял штурмовик, позволив противнику подойти ближе.
— Такое... деструктивное использование вживлённого в мозг организма-симбионта возможно лишь однажды. Оно убивает.
Нажатие на курок, и ближайшая цель испарилась, ослепительно-белый луч молниеносно метнулся налево, срезав ещё двух противников. У Макара вдруг зачесалась рука.
— Я заметил.
Ближайшим к нему висел маленький плазер, портативный и маломощный на вид. Он удобно лёг в мужскую ладонь, будто под неё и был сделан. Рывок, движение пальца — и ближайшая цель, подступавшая с правого фланга, мощным разрядом была уничтожена.
Ничего себе крошка. Отличная штучка, такую бы Нэрис...
— Зеро¹, скорее всего, уже мёртв, — рявкнул Гесс, выдав целую серию выстрелов. Табло счёта боя закрутилось с удвоенной скоростью.
Макар тоже не отставал, вдруг почувствовав давно забытый азарт.
— Или скоро погибнет, — добив последнюю цель, Гесс подкинул в руке штурмовик. Как раз по нему вид оружия.
— Чем ей это грозит? — тихо спросил Макар, подобравшись.
— Точно не знаю... — биолог кисло поморщился, повесив плазер на место. — Надо монахинь трясти. Всю доступную информацию по их... ритуалам я уже изучил досконально. — И, бросив мрачный взгляд на Аверина, нехотя добавил: — Потеря памяти, возможно, и приобретённых способностей. Физически ей это ничем не угрожает. Я очень надеюсь. Но могу ошибаться в прогнозах. Во всех.
Капитан тяжело вздохнул и убрал небольшой плазер в клапан своего форменного комбинезона.
— Насколько я понимаю, Горыныч сейчас с ней, — это не было вопросом. Они оба видели кадры с камер, но на суде решили не упоминать о Горыныче.
— Одним из фигурантов первого дела о запрещённых экспериментах с пересадкой сознания был некий биолог Калистро. — Развернувшись к Макару, Гесс задумчиво проговорил. — Невероятно талантливый проходимец. Тогда он бесследно исчез, а его мёртвое тело нашли очень скоро. Но вот что интересно...
— Судя по тому, что ты мне об этом рассказываешь... — Макар вопросительно поднял бровь.
— Да, вся его нервная система, включая головной и спинной мозг, была филигранно удалена. Идентифицировать получившийся кусок мяса смогли только по анализу ДНК. Так вот... общаясь с Горынычем, я как-то рассказал ему о...
— Короче, дружище, — Макар сдержанно улыбнулся. — У нас ещё куча дел.
— Он увидел в Калистро себя, — Гесс посмотрел на табло тренировки и довольно усмехнулся. Это был его рекорд. Почти его рекорд.
— Это хорошая новость? — осторожно спросил капитан.
— Отличная, — заверил биолог. — Умён, верен друзьям, бесконечно пластичен. Я бы взял такого в команду.
— Как же тогда его вывели из игры? — удивился Аверин.
— Предательство женщины... — Гесс двинулся к выходу в коридор, но вдруг замер, оглядываясь на друга. — Королева Зигейны жестока... болезненно.
Макар лишь кивнул, догоняя его. Мембрана входа бесшумно раздвинулась, и мужчины нос к носу столкнулись со стоящим за ней Тараканом³.
— Кэп, сеанс связи с Лиглой! — протараторил ядроид⁴.
— Знаешь... — Макар обратился к биологу, — всё чаще мне приходит мысль, что я могу внезапно проснуться и понять: всё это был лишь сон.
— Нет, — ответил Гесс. — Жить снова без Нэрис... прости, но она...
Макар быстро направился за ядроидом⁴, не оборачиваясь.
— Не прощаю, — бросил через плечо капитан. — Но понимаю. Приступайте к выполнению своих обязанностей, инспектор Оранг. Времени больше нет. Совсем.
✦✧✦
¹ Зеро — организм-симбионт, вживлённый в мозг.
² Гала-цели — тип мишеней на стрельбище, вероятно, голографические или кинетические.
³ Таракан — прозвище ядроида.
⁴ Ядроид — тип робота или искусственного интеллекта.
✦✧✦
✦✧✦
©Нани Кроноцкая 2024 специально для litres.ru
Глава 2. Крокодил
«Крокодил». Борт фрегата 03-27, класса VGI (Victoria Gladio Ictu). Периферия двойной звёздной системы Малиста (HD 188015), Созвездие Лисички (Vulpecula).
Когда-то, кажется, целую вечность назад, Макар в своих юношеских грёзах видел себя капитаном, стоящим на мостике современного лёгкого крейсера. Его воображение рисовало сцены парадов имперских космических сил, где он, сильный и смелый, облачённый в форму, стоял на капитанском мостике. Он представлял, как на его груди сияют звёзды маршала флота¹, ведь как иначе?
