А теперь, сидя в кресле главного вахтенного офицера на этом самом мостике в центре управления крейсером, капитан Аверин скучал. Неожиданно и абсурдно. Он грустил об уюте «Совы», о ворчливой Петровне, о лифтах, работающих строго по настроению и согласно расположению звёзд, и конечно же — о биостанции. А ещё там осталась их с Нэрис каюта, его кабинет с кожаным креслом и деревянными полками, сплошь заставленными древними книгами. Там остались цветы в узких колбах, те самые, что дарил он жене, отмечая каждое утро её первого космического полёта. Они ещё жили, Аверин проверил.
— ИскИн! — Мак откладывал этот момент до последнего. Почему-то ему не хотелось знакомиться с этим искусственным разумом, подлинным центром управления кораблём.
А придётся. Мальчишество, честное слово, — подумал капитан. Обычный военный кристалл, без странностей и издержек.
— Код ноль тридцать два сорок пять. Представься и доложи обстановку в отсеках.
Короткий ключ представления капитана, зашифрованный в кодовых числах, должен был активировать функцию представления экипажу. Но ничего не произошло...
— Простите меня, капитан, — раздался хриплый голос за штурманским пультом. — Не успел вас предупредить.
Мак едва удержался от грубого слова. Отношения с новым членом экипажа были напряжёнными. У всех, кроме, пожалуй, Гесса. С ним они ещё не сталкивались. Старый вояка молчал, не вмешивался и не давал непрошеных советов. Но его ироничные взгляды из-под белых мохнатых бровей и весёлые ухмылки выводили Макара из себя.
Лучше бы он прямо сказал, что его так веселит, — мелькнула у Макара мысль.
— Успейте теперь, — капитан выдавил раздражённо.
— Это судно до сих пор числилось личным бортом адмирала Аверина. А наш командующий... — тут старик замялся, опять усмехнувшись.
— С придурью, — хмыкнул в ответ младший Аверин. — Договаривайте, адмирал.
Сказал и вдруг понял, что штурман тоже обращается ко мне на «вы», — сообразил Макар. — Чисто земная привычка не вписывается в биографию легендарного адмирала. Может, он обознался?
— Искусственный интеллект здесь весьма особенный, — с улыбкой произнёс старик. Его глубокие морщины, разбегаясь от уголков тёмных глаз, покрыли скулы. — Он откликается только на имя. Склонен к обидчивости, но в исключительных ситуациях проявляет невероятную эффективность. До сих пор ни один кристаллический интеллект не достигал таких результатов.
— Это вы ещё просто с Петровной знакомы поверхностно... — проворчал капитан. — И как обращаться к этому чуду технической мысли?
— Вы назвали меня Крокодилом... — прозвучал низкий голос откуда-то сверху. — Мне это понравилось.
Макар с трудом сдержался. Он знал множество ругательств и предпочитал использовать те, что были в ходу на Земле. Но должность обязывала. И привычный всем облик инспектора
Нельзя опускаться, но очень хочется, — с горечью подумал он.
— Моё слово на судне — закон! — капитан улыбнулся. Суровая получилась улыбка, скорее оскал. — Крокодил, жду доклада.
Ему опять показалось, или в глазах старика промелькнуло что-то похожее на почтение? Почудилось, — сразу же отбросил он эту мысль. — Всё та же усмешка на жёстких губах и снисходительная ирония тёмного взгляда.
Доклад Крокодила длился чуть более четверти часа. Он был предельно конкретным и информативным, с ценными дополнительными рекомендациями. Экипажу приходилось осваивать все тонкости новейшего военного корабля непосредственно в процессе работы. Физическое и моральное истощение команды значительно увеличивало вероятность ошибок. Состав экипажа был критически недостаточен. Рекомендовалось временно разрешить использование ядроидов для управления ключевыми узлами отсеков.
Макар оценил тактичность ИскИна.
В отличие от Петровича, который бы прямо заявил: «Из-за странных решений капитана корабль вскоре рискует превратиться в груду металлолома».
— Аллигатор... — задумчиво проговорил Гесс, бесшумно возникший в соседнем кресле слева.
— Что? — не понял Аверин.
— Представитель земной фауны, — биолог определённо не собирался никуда уходить, хотя его вахта была лишь утром. — Зверь несколько менее агрессивный, зато куда более умный, спокойный и поддающийся дрессировке. Если уж мы прибегли к ассоциациям.
Ещё не хватало разумного Гесса с его хвалёной выдержкой, — с раздражением подумал Макар. — Хотя, конечно, не хватало. Что-то я начал терять самообладание.
— Привести в действие все требуемые... средства, — Аверин не знал, как это сделать и как их активировать. — В соответствии с полученными указаниями.
Автономный крейсер обладал сложной конструкцией, во многом схожей с фрегатом. Однако существовали и значительные отличия: все потенциально опасные для человека компоненты обслуживались ядроидами. Макар уже ознакомился с их количеством и основными характеристиками и мог позавидовать военным.
Люди на таком корабле превращались в уязвимую нагрузку. Центральный мостик и жилой блок располагались в спецотсеке с многократно усиленной защитой. Даже если бы корабль взорвали или разрезали на части, все люди остались бы живы.
Военный вариант кристалла ИскИна имел уникальную конструкцию. Он состоял из множества взаимозаменяемых кристаллических блоков, расположенных в нескольких местах, и точное местоположение активного ИскИна оставалось неизвестным. Уничтожить такой кристалл было практически невозможно. Даже небольшой осколок сохранял функциональность и мог поддерживать жизнедеятельность корабля.
Это вселяло уверенность, что их не уничтожат прицельными ударами противокорабельных наземных систем независимой и гордой Зигейны. Однако и сам «Крокодил» мог практически испепелить планету. Аверин уже видел нечто подобное и не желал бы столкнуться с этим вновь...
Не зря отказался служить в Космофлоте, — с сожалением констатировал он про себя.
— Через десять минут завершаем прыжок, — сообщил штурман. Капитан всё ещё не мог заставить себя называть старого адмирала по имени, даже мысленно. — Расчётная точка совпадает с фактической и находится в получасе полёта от гравитационной орбиты планеты Зигейна.
Виртуоз, твою задницу шервам на ужин, — с досадой подумал Аверин.
Капитан, который до сих пор искренне считал себя одним из лучших пилотов имперского флота, ни разу не смог точно совместить расчётную точку выхода с реальной. Сумерки вероломны и своенравны.
Вывести судно на орбиту планеты — задача, о решении которой можно было лишь мечтать. В легендах и мифах об этом рассказывали как о подвиге древних демиургов, практически богов вселенной, создавших загадочное измерение — Сумерки. Даже ИскИны высочайшего уровня, которые управляли личными бортами правителей Деуса, не могли достичь таких результатов.²
Возможно, он тоже робот, наш новый штурман, «сюрприз» от старшего брата? — закралось у него подозрение. — Может быть, это древний ядроид, созданный до Великой войны и не подчиняющийся современным законам роботостроения?
В коридорах Космической Академии студенты часто собирались в курилке, где делились леденящими душу историями о загадочных существах — ядроидах, внешне неотличимых от людей. По их словам, эти существа не были уничтожены и скрывались среди нас, успешно существуя на протяжении многих лет.
Поразмыслив, он почувствовал себя лучше.
Конечно, это лишь наивные и малодушные размышления, но в сравнении с преступным древним роботом капитан Аверин казался себе не таким уж плохим.
— Благодарю вас за то, что позволили мне вернуться в прошлое, — тихо усмехнулся старик. — Шестьдесят лет я командовал нашим Космофлотом, управляя флагманским крейсером в ручном режиме. Думал, забыл уже всё...
Он что, мысли читает? — поразился Макар.
Гесс выразительно поперхнулся. Кажется, только теперь до биолога начало доходить...
— Как мне к вам обращаться? — Мак задал вопрос, крутящийся на языке. — И почему вы инкогнито?
— История длинная и поучительная, — штурман пожал плечами и отвернулся. — Бер. Так меня прозвали ещё в юности. Моя мать — землянка.
Шестьдесят лет непрерывной борьбы, о которой не упоминают в учебниках, — промелькнуло в голове у Аверина. — Постоянные столкновения с жестокими ордами пиратов, распространившимися на окраинах Империи, словно земные клопы, и подавление бесконечных мятежей в колониях. Работа чистильщика.
— Знакомься, Гесс... Перед тобой Бернар Лукас Набула, живая легенда Империи. — Мак зачем-то сказал это.
— Капитан, через три минуты судно выходит из зоны прыжка, — вежливо напомнил им Крокодил.
Всё-таки Аллигатор, — поправил себя мысленно Макар.
— Бер, добро пожаловать в наш нервный и уставший коллектив. Экипаж «Совы» приветствует вас. — Гесс удивился, конечно, но виду не подал. — Вы тут надолго?
— Хотелось бы надеяться, что это навсегда, — штурман произнёс это мягко, что было неожиданно. — Я устал быть гордым отшельником. Даже жизнь на личном острове, который мне подарил Император как курорт, надоедает больше, чем брачные шервовые песни.
Мужчины переглянулись.
Не так уж и плох этот старик, несмотря на его веселье, — подумал Аверин. — Им давно не хватало такого человека в экипаже. С его историями о былых подвигах, богатым жизненным опытом и многочисленными умениями.
— Полагаю, стоит разбудить экипаж, — с улыбкой произнёс Бер. — Поговорить по душам у нас ещё будет возможность.
Режим «Крокодила» значительно отличался от режима «Совы». В отличие от фрегата, присутствие всего экипажа на своих штатных местах не требовалось. Все члены команды, за исключением вахтенных офицеров, наслаждались отдыхом в своих комфортабельных и просторных каютах. Здесь были установлены койки с гидромассажем, персональные тренажёры, которые адаптировались под индивидуальные нагрузки, небольшая закусочная, санузел и душевые кабины.
Живут же военные... — не без зависти отметил про себя капитан.
— Вахтенному и остальным офицерам собраться на мостике, — машинально произнёс Макар, внезапно осознав, что теперь в его команде не осталось никого, кроме офицеров. Родик исчез.
— Выход из зоны прыжка осуществлён в соответствии с планом, — сообщил Крокодил-Аллигатор. — Расчётное местоположение полностью совпадает с фактическим. Судно, буксируемое крейсером, визуально не изменилось. Включаю режим сканирования систем и поверхностей.
— Добрых мыслей, коллеги, — Стэм проснулся первым и выглядел бодрым. Новая форма военного дипломата ему очень шла. Глубокий зелёный цвет подчёркивал его строгие черты.
Макар внезапно осознал, что на нём роба «Совятника». Служба внешней защиты Зигейны, вероятно, уже поджидала их и настаивала бы на видеосвязи.
Побриться, что ли? Или оставить лицо диким и даже слегка свирепым?
Он бросил взгляд на старого штурмана, который совершенно непринуждённо носил старый, изношенный мундир неопределённого цвета, и полностью расслабился.
А и правильно. И нечего прогибаться под них.
— Борт крейсера 03-27, класса VGI (Victoria Gladio Ictu) запрашивает точку входа в орбитальную сеть, — весело произнёс капитан.
Тишина.
Аверин заметил краем глаза, как Хич входит в помещение. За ним проследовал Игорек, явно чувствуя себя не в своей тарелке среди современных военных технологий.
— Игорек, нам бы просканировать их эфир... доступными и легальными способами.
— Пульт связиста чуть ниже, и... все возможные технологии тут доступны. — Рядом хмыкнул старик. То есть — Бер.
Капитан всё никак не привыкал.
— Всё происходящее на Крокодиле остаётся на Крокодиле. Личный борт адмирала изолирован от прослушки и прочих шпионских штучек разведки. В отличие от фрегатов Инспекции, капитан.
Макар взглянул на Гесса. Тот лишь пожал плечами. Это значило, что информация верна.
Что ж, лучше иметь на борту личного контрразведчика, чем даже не подозревать о постоянном наблюдении.
— Эфир чист, — доложил Игорек, уже разместившийся в зоне работы связиста.
— Затаились? — Макар бросил взгляд на Яхо, уже подошедшего и задумчиво изучающего своё новое кресло.
— «Крокодил»! — прогремел вдруг стальной голос на мостике. — Вас приветствует диспетчер бета-два-тридцать-пять яд. Добро пожаловать на Зигейну. Расчётное время орбитального ожидания: семь часов по имперскому времени. Координаты для входа отправлены автоматической системе управления.
— Я уже представился их диспетчерам, — скромно сообщил ИскИн, но в его голосе отчётливо прозвучала нотка почти человеческого самодовольства.
✦✧✦
¹ Маршал флота — несуществующее воинское звание (на флоте есть адмиралы).
² Деус — политический и социально-экономический центр Великой Империи, локализующийся в рамках древней планетарной системы Тиамат, лежащей в созвездии Козерога и вращающейся вокруг звезды Деус (HD 204313).
✦✧✦
Глава 3. Зеро
«Крокодил». Борт фрегата 03-27, класса VGI (Victoria Gladio Ictu). Периферия двойной звёздной системы Малиста (HD 188015), Созвездие Лисички (Vulpecula).
— Принято, диспетчер бета-два-тридцать-пять яд, — задумчиво ответил Аверин.
Оказалось, что его с братом Антоном Авериным связывало нечто большее, чем общее происхождение, древний род и фамилия. Даже их слабости были удивительно похожи. Кто бы мог подумать...
— Кэп, Лигла снова на связи! — голос Игоря звучал громко и взволнованно, пока он с увлечением разбирался со своей новой игрушкой — огромным пультом корабельного узла связи, напоминавшим современную научную лабораторию.
Отличная новость. Попытка установить контакт с новым правителем Лиглы потерпела неудачу около часа назад. Причины пока оставались неясными: возможно, это были очередные квантовые вспышки в Сумраке или магнитные бури на Кеплере, главном светиле звёздной системы Зигейны.
— Здравствуйте, капитан... — раздался знакомый голос, усиленный эхо-системой «центрального». Через мгновение перед Авериным появилось трёхмерное голографическое изображение. Это был Диль. Теперь, когда он стал правителем целой планеты, пусть даже и колонии, называть его так казалось немного неуместно.
Несколько мгновений на мостике царила напряжённая тишина.
— Делиэль, рад тебя видеть! — заговорил Аверин, отбросив все лиглянские титулы и звания. — Никогда не думал, что скажу это снова.
— Да. Создатель редко оставляет нам прямые пути, — Диль выглядел не лучше капитана. Он тяжело вздохнул и тихо продолжил: — До нас дошли слухи о ваших приключениях в Шедаре. — Под глазами молодого правителя залегли глубокие тени, а скуластое лицо заострилось. Строгая форма добавляла ему несколько лет. — Кстати, капитан знает, что ИскИн на его новом судне обладает... весьма специфическим чувством юмора?
И натянуто улыбнулся Аверину.
Интересно, когда это Диль успел пообщаться с Крокодилом? Надо будет узнать, — промелькнуло у Макара.
— Я боюсь, вопрос стоит задать по-другому, — с усмешкой произнёс капитан. — Есть ли среди нас хоть кто-то нормальный? О чувстве юмора я уже не говорю.
Они вновь молча изучали друг друга. Весь экипаж, собравшийся по сигналу в центральном посту, замер в напряжении.
Слова, произнесённые ранее, были лишь пустой игрой, лишённой всякого смысла. Настороженные взгляды и напряжённые жесты мужчин говорили гораздо больше.
— Итак, — наконец произнёс Диль, — раз мы завершили с приветственными формальностями, давайте перейдём к более серьёзным вопросам.
Из клапана формы, украшенного изысканными золотыми узорами вышивки, он осторожно извлёк крошечную прозрачную таблетку. Макар увеличил изображение пальцев правителя, внимательно изучая этот необычный предмет. На внутренней стороне таблетки стало заметно маленькое чёрное семечко.
— Как вы полагаете, что это? — спросил Диль, явно обращаясь ко всему экипажу имперского крейсера.
— Похоже на семя растения, — подал голос Гесс, — к сожалению, мне незнакомого.
— Верно, — кивнул утвердительно Диль. — Это тот самый Зеро, подсадка которого принесла столько бед нашей Нэрис.
