— Ахуеть, это же она... — прошептал парень. — Мне сегодня несказанно везёт. — он улыбнулся и завёл свою машину.
— Ничего мышка, скоро я прекращу твои страдания. Ты всё равно не сможешь от меня спрятаться.
Михаил обрадовался, когда увидел её страдания. Так даже проще. Он подумал, что раз она рыдала и кричала, значит не очень-то и рада была своей скучной жизни. Глупое умозаключение, не так ли? На самом деле, он просто искал для себя оправдание убийства этой девчонки, но это было уже не так важно. Он должен был выполнить этот заказ. Он всегда их выполнял безукоризненно и безупречно. За это глава клана его и любил. Михаил был лучшим из его убийц.
Ехать долго не пришлось. Район, в котором жила девушка, был на отшибе небольшого города Вельм, и был почти безлюдным. Преследование оборвалось около лесного парка. Девушка юркнула через полузакрытые ворота и быстро пропала из виду. Михаил вышел из машины и направился следом в сторону входа. Он хитро улыбнулся и тихо произнёс:
— Ну вот и всё, моя маленькая мышка, сейчас твоим страданиям придёт конец.
Проходя медленно по дорожке парка, Михаил предвкушал встречу лицом к лицу со своей жертвой. Ему было очень интересно увидеть эту девушку и наконец для себя понять, что же в ней такого особенного, что сам глава клана приказал её убить? Пройдя ещё немного, вдали показался пруд. На поверхности воды отражалась большая, будто гигантский шар, луна. Девушка сидела почти у самого его конца. Она смотрела то на луну, то на воду, в которой эта же луна отражалась и тихо всхлипывала. Приближаясь всё ближе к своей цели, парень заметил, как девушка периодически поворачивалась вбок. А буквально через минуту он увидел, что она кормила и гладила пса.
— Высшие, ну нет. — простонал он. — Только не псина. Раз девица её кормит, та непременно будет защищать её. И какого хрена ты так поздно тут делаешь, дура несчастная? Животных подкармливаешь, таких же ненужных и несчастных, как и ты сама? — Михаил остановился. Достав свой пистолет, он снял его с предохранителя и злобно прошептал, — Я сегодня слишком эмоционален, пора уже с этим заканчивать.
— Кто здесь? — полу – криком, полу – писком послышался голос девушки. Она вскочила на ноги и прищурилась, чтобы попытаться разглядеть стоящего вдали парня.
— Вы что-то спросили? Ищете дорогу?
— «Ахренеть, ты сейчас серьёзно?!» — подумал про себя мужчина.
— На улице почти ночь, ты одна в глуши леса и серьёзно спрашиваешь меня, не ищу ли я дорогу? Дура что ли? — он произнёс эти слова вслух с явными нотами сарказма. Его искренне удивляло и забавляло, что девушка одна, почти ночью, сидит в такой глуши. Почему она не убежала или не закричала? Почему не боится здесь быть одна? И почему она не боится встретить такого, как он? Который убьёт её или ещё хуже изнасилует и закопает живьём.
Девушка скривилась, но не растерялась. Она прогнала пса прочь и сделала шаг навстречу парню. — «Ну не маньяк же он в конце концов? Захотел бы убить, убил молча», – рассуждала про себя девушка. Она попыталась всмотреться в него уже более внимательно, изучая каждую деталь. Перед ней стоял парень лет двадцати — двадцати двух. Высокий. На голову точно выше её самой. Брюнет со слегка вьющимися короткими волосами, небрежно падающими на его лицо и глаза. Одет он был во всё черное. Тёмные угольного оттенка джинсы и чёрная хлопковая водолазка с закрытым горлом, облегающая его тело. Он также сделал шаг ей на встречу и вышел на лунный свет. Теперь она могла различить его черты лица, которые были достаточно выразительными. У парня были красивые, не очень широкие, скулы. Слегка пухлые губы с явным чётким контуром. С левой стороны над верхней губой красовалась небольшая родинка. Медленно изучая его лицо, основное внимание девушки заострилось на глазах. Они были словно два больших сапфира. Глубокий синий цвет с чёрной дымкой ночи, который манил и заставлял терять рассудок. Ещё никогда она не видела столь красивых и выразительных глаз. Девушка невольно сделала ещё один шаг навстречу, манящим её глазам. Она подметила ещё одну родинку, но уже под левым глазом.
Не обращая никакого внимания на бегающие по его телу глаза девушки, парень пристально начал изучать её в ответ. Перед ним стояла достаточно высокая девушка, с длинными светло-русыми волосами. На ней была школьная форма: черно-зеленый пиджак в клетку, под которым была белая рубашка. На воротнике рубашки был тёмно-зелёный бант. Низ школьной формы состоял из чёрной короткой юбки в зелёную клетку. Фигура была немного мужественной: широкие плечи, небольшая грудь, талия тоже была широковата. Также широкими были и её бёдра, а ноги были достаточно длинными и стройными. Он ухмыльнулся, слегка нахмурив свои густые тёмные брови. Такие, как она, не были в его вкусе. — «Ну и девица».
Ещё никто не смотрел на неё так пристально. Так нагло и дерзко, как смотрел этот парень. Она чувствовала себя голой в его присутствии, настолько прожигающим был его взгляд. Девушка поёрзала и одной рукой приспустила свою юбку, а другой поправила пиджак. Спустя мгновение парень вгляделся в её лицо. Несмотря на то, что оно было припухшее от слёз, для него оно оказалось очень красивым. У девушки были средней широты скулы, красивые пухлые губы с чётким контуром. Над верхней губой, с левой стороны была маленькая родинка. Нос был аккуратным, со слегка приподнятым кончиком, а глаза были маленькими, как у кошки. Уголки его рта слегка приподнялись в едва заметной улыбке. — «Кого же она мне напоминает? Эти черты лица, только они мягче», — в мыслях перебрал Михаил, а затем их взгляды наконец встретились.
— «Её глаза!» — внутри всё перевернулось. Если бы он попытался стереть из памяти тот образ восемнадцатилетней давности, то всё равно никогда бы не забыл этих глаз. — «У неё такого же цвета глаза, как и у Оли» – внутренне прокричал он. Дыхание обоих людей затаилось. Они смотрели друг на друга и молчали, никто из них не мог произнести ни слова. Её глаза были яркими, небесно-голубого оттенка, но главной отличительной чертой были ещё более светлые просветы, будто белёсые облака. Это и отличало её от его воспоминания. Он ещё раз осмотрел девушку с ног до головы, но уже по-новому. Все внутренние границы стёрлись. Все ощущения и ценности ушли на второй план. В воспоминаниях всплыла девушка. Она была намного ниже, чем та, что стояла перед ним. И значительно худее, она была скорее даже тощей и миниатюрной. С длинными белыми волосами по пояс. Девушка из воспоминания была хрупкой, словно фарфор. Он хранил её образ в голове, как хранят драгоценность в шкатулке. Михаил с раннего детства восхищался Ольгой. Она была для него второй по красоте девушкой, после его матери. Он всегда мечтал встретить такую же прекрасную девушку, как она. Увы, таких он для себя ещё не встречал. Он также помнил огромный живот Оли и как она плакала и умоляла его отца не выдавать её. Михаил сделал шаг вперёд и снова прошёлся глазами по девушке, освещённой лунным светом. По всем её изгибам и очертаниям. Она уже не казалась ему какой-то «не такой». Всё стало на свои места и пазл сложился воедино.
— «Она точно её дочь, сомнения нет. Рост, фигура, даже черты лица — она так похожа на Виктора. Как я этого сразу не заметил? От матери у неё только цвет глаз, волос, ну и кожа. Она такая же бледно – белая», — Михаил медленно вздохнул, внутри что-то ёкнуло. — Этот взгляд. Эти глаза. Она намного красивее своей матери, она дочь своего отца».
Из размышлений его вывел дрожащий голос:
– Вы меня хотите убить? – она сама не верила, что произнесла это вслух. Страх сковал её ноги и горло, а голос дрожал. Школьница уже не смотрела в его глаза. Её взгляд был прикован к оружию, лежащему в его руке. Девушка еле слышно произнесла, – Пожалуйста, не надо, – в этот миг его будто бы окатили ледяной водой.
— Не бойся меня, я не причиню тебе вреда. — бархатным голосом произнёс парень. Он убрал пистолет, чтобы не пугать девушку и, делая шаг вперёд, добавил:
— Как тебя зовут?
— Меня? — удивлённо прошептала девушка.
— Да. Назови своё имя, — прошептал в ответ Михаил.
— Валери, — очень тихо произнесла девушка. С её глаз покатились тоненькие струйки слёз. Она вжалась в себя, от чего казалось, что она вот-вот упадёт или просто потеряет сознание от страха.
— Валери?! — громко и с удивлением произнёс молодой человек. — Кто дал тебе это имя? Твой отец или мать? — он задал несколько вопросов, чтобы понаблюдать за ней и за её реакцией насчёт отца. Слёзы Валери будто иглами били внутри. Михаил невольно скривил лицо и отвернулся. Но через несколько секунд, взяв себя обратно в руки, повернул голову в её сторону, и заново посмотрел ей в глаза. Они были наполнены страхом, отчаяньем и мольбой?
— «Нет, это что-то другое. Но что? Что это за взгляд? Он такой чистый и невинный. Такой добрый и искренний». — парень мысленно задавал себе все эти вопросы. Одновременно с этими мыслями, его сердце вдруг предательски кольнуло. Оно стало биться в бешеном ритме, будто ещё один удар и его рёбра треснут изнутри. Все органы сжались. Он не понимал, что с ним происходит. Он никогда раньше не испытывал подобного к людям и это его очень напугало.
— Я не знаю, кто дал мне это имя. Наверное, моя мама. К сожалению, я уже этого никогда не узнаю. Её убили и это было очень давно. — Девушка перешла на громкие рыдания. Она сжала свои ладони в кулаки, и тут же прокричала так громко, что эхо прошло по всему пруду:
— Нет! Не нужно меня жалеть. Убей меня, умоляю! Я больше не хочу и не могу так жить! Я ненавижу себя и свою никчёмную жизнь! — она начала рыдать и кричать без остановки, а затем Валери упала на колени перед ним и закрыла свое лицо руками. У девушки началась истерика.
Раньше, Михаила это бы очень развеселило. Он обожал наблюдать за слабостями людей. Любил играть с ними, надавить посильнее, причинить больше боли своей потенциальной жертве. Он презирал людей, которые выказывают свои слабости. Слабые всегда умирают, а сильные живут и правят. Но больше всего его раздражали бабские слёзы. Не слёзы матерей, которые плачут по своим детям. А баб, которые ноют по поводу и без. Его это злило и забавляло одновременно. Раньше он с удовольствием смаковал бы этот момент, подливая масло в огонь, чтобы усилить свои издевательства, доводя жертву до полного отчаяния, но не сейчас. Сейчас его сердце обливалось кровью и пронзала такая знакомая боль. Он никогда не видел свою мать. Потому что та умерла при родах. Он смотрел на фотографию красивой молодой девушки и ненавидел себя за то, что она выбрала его, а не себя. В этот момент ему захотелось обнять Валери. Защитить от этого мира. Утешить и увезти прочь. Что же произошло с парнем в эту лунную ночь? Он сам так и не смог понять в те минуты. Он поддался своему порыву опустившись перед ней на одно колено, и дотронулся рукой до её скулы. Его руку пропитало странное тепло исходящее от девушки. Такое лёгкое и приятное, как небольшой разряд тока. Будто этот разряд установил между ними связь, закрепившуюся до конца их дней. Опухшие от слёз глаза, посмотрели на него в немом вопросе. Внутри снова прошёлся этот же спазм. Сердце снова предательски застучало. Он смотрел в её глаза и наблюдал отражение лунного света этого позднего вечера.
— Т-ш-ш, тише, — прошептал он. — Не бойся меня. Я же сказал, что не причиню тебе вреда.
Михаил стал поглаживать своим большим пальцем её щёку, затем опустился ниже. Его палец замер на её нижней губе. Слегка надавив на неё, рот девушки приоткрылся. Он поймал себя на мысли, что хочет её поцеловать. Но быстро откинув мысль назад, переместил свою руку ниже и, резко вздёрнув её подбородок, добавил:
— Не смей показывать свою слабость перед теми, кто сильнее тебя. Даже если страшно. Никогда не смей этого делать. Ты должна быть сильнее, должна бороться! Ты выжила, а это главное. Пока ты дышишь, ты можешь бороться за себя и свою жизнь. Ты можешь всё изменить. Твоя мать мертва и уже не может, а ты можешь! — парень тяжело вздохнул и на выдохе твёрдо и требовательно добавил, — А теперь закрой глаза, Валери.
Девушка, до этого момента смотревшая на него почти не моргая, медленно опустила веки. Её сердце билось с бешеной скоростью. Она никогда раньше не испытывала таких сумасшедших эмоций. Она не боялась умереть и не боялась боли. Она лишь боялась того, что больше никогда его не увидит. Не увидит этих глаз. Не услышит этого голоса. Она повиновалась ему и сделала так, как он просил — закрыла глаза.
— Я скоро вернусь за тобой, Валери. — нежно прошептал ей парень. А после он оставил лёгкий, едва ощутимый, поцелуй на её губах и быстро ушёл прочь.
Глава 4. Валери
Было ощущение, что прошла целая вечность с тех пор, как она закрыла глаза. Сердце продолжало барабанить с бешеной скоростью и болью в груди. Она задыхалась, но уже не от отчаяния, а от чего-то иного. Это было похоже на те чувства, которые испытывали героини любовных романов.
— «Кто же он такой? Что всё это значит?» — Валери открыла глаза, но перед ней уже никого не было. И чтобы не терять это воспоминание, она закрыла их обратно. Перед глазами возник образ молодого мужчины: его глаза, его наглая ухмылка и его бархатный шёпот.
— «Увижу ли я тебя снова? Он сказал, что вернётся за мной, но зачем я ему? — было так много вопросов. Но ответы на них ей дать пока никто не мог. — Нужно возвращаться домой, а то этот ублюдок снова изобьет меня». — от этих мыслей девушка хотела утопиться в том же пруду, у которого только что чуть не умерла. Она вскочила на свои ватные ноги и побрела к выходу из парка.
— «Господи, какая же я дура! Зачем я ему нужна? Что я себе навыдумывала? Ему явно нет никакого дела до меня. Он просто проходил мимо, а я нафантазировала себе не пойми чего». — она шла быстрее, пока не наступила глубокая ночь. Приёмный отец снова накажет её. Он очень любил её наказывать.
Ей было три, когда жизнь разделилась на «до» и «после». Обычно дети мало что помнят с этих лет, но не Валери. Казалось, ещё столько всего впереди, столько радостных дней и новых открытий. Она очень любила, когда её мама напевала ей песни, а её старший брат Антон, изображал храброго рыцаря и рассказывал ей разные истории про волшебное королевство Теней. Они были так счастливы, пока всё не разрушилось в одночасье.
В тот роковой день брат зажал ей сильно рот, чтобы она молчала. Тёмный шкаф пугал её, а его стены давили на неё всё больше и больше. Мальчик умолял сестру не издавать никаких звуков. Он плакал, также, как и Валери. Но продолжал шептать ей:
— Валери, умоляю, тише! Мама очень просила нас сидеть тихо. Послушай, скоро всё закончится. Представь, что мы с тобой в одной из сказок, и сейчас придёт главный злодей. Он захочет заколдовать нашу маму, а мы с тобой затаимся, чтобы потом выбраться и спасти её от злых чар. Хорошо? — девочка быстро кивнула. Они услышали крики и обрывки фраз.
— Ты предала меня, тварь! Воткнула нож мне в спину! Как ты посмела так со мной поступить? — Крик был мужским. Он был очень страшным и очень громким.
— Нет… Нет! Умоляю! Только не… их. Они ни в чём не… — дальше последовал звонкий удар и женский крик.
— …девочка, она… — но договорить женщина не успела. В доме прозвучал выстрел. Тишина длилась минуту. Как вдруг эхом по квартире прошёлся мужской вой, похожий на вой дикого пса. Громкие мужские крики, перерастающие снова в вой. Антон всё понял и завыл вместе с мужчиной, уткнувшись в спину своей младшей сестры. Ему было десять, когда он перестал быть ребёнком. Антон вцепился в свою сестру сильнее, отчего Валери запищала словно испуганный котёнок. Ей было так страшно, а поведение её старшего брата напугало её ещё сильнее. Дверь шкафа резко открылась, свет ударил по глазам детей. Двое мужчин смотрели на них в недоумении. Они были уверены, что женщина была дома одна. Антон молниеносно выскочил из шкафа и побежал в комнату родителей. Валери лежала неподвижно с выпученными глазами, у девочки был явный шок.
— Мама! Мамочка, нет! — Антон кричал так громко и так сильно, что уже через несколько секунд его голос осип и мальчик начал хрипеть. Обессиленный ребёнок упал на колени и начал царапать ногтями кожу на руках, обнимая и сжимая сам себя.
В доме начался хаос. Мужчина, что обнимал мёртвую женщину, вдруг осознал происходящее. Он с ужасом посмотрел мальчику в глаза, будто узнал кого-то из прошлого.
— Откуда здесь ребёнок?! — прокричал он. Двое других мужчин выскочили из соседней комнаты в таком же недоумении и ужасе, как и их предводитель.
— Клянусь, Виктор, я наблюдал за ней несколько дней и никаких детей не видел! — простонал один из мужчин.
— Каких ещё детей? Здесь что, ещё кто-то есть?! — возмущённо проорал Виктор.
— М-а-а-а-а-м-а! — девочка визжала неестественным для ребёнка голосом. Виктор в ужасе наблюдал за происходящим. Его глаза были наполнены ужасом и каким-то осознанием. Брат ринулся к младшей сестре, прижав её как можно крепче. Он начал ей шептать охрипшим голосом, — Тише, тише, малышка, тише, маленькая. — не успели дети опомниться, как двое мужчин схватили мальчика по приказу Виктора и начали волочь по полу в сторону входной двери. Эхом пронеслось:
— Валери, я найду тебя. Я найду тебя, сестра, обещаю.
— Валери?! — возмущённо прохрипел Виктор. — ВАЛЕРИ? — уже проорал мужчина. Он с ненавистью посмотрел на труп женщины.
— Ты посмела назвать её именем первой королевы моего клана, дрянь? Эту безродную девчонку? Девчонку этого ублюдка? — Виктор схватил малышку и начал трясти с такой силой, что глаза у той начали закатываться назад. Перед тем, как потерять сознание, девочка услышала:
— Хорошо, Оля, и я тебе воткну поглубже твой же кинжал! Чтобы ты не нашла покоя даже в мире ином!
Пришла в себя девочка не сразу, прошло несколько дней. Открыв глаза, она поняла, что уже не дома и что, скорее всего, эти страшные события не были её сном. Вскочив с постели, она начала визжать и звать маму с братом. Она надеялась, что мама всё-таки вот-вот придет на её зов. Но вместо мамы в палату вбежали две женщины в белых халатах. Они стали успокаивать юную пациентку, но та никак не могла остановиться. Глядя на малышку, у одной из женщин прослезились глаза. Она достала шприц с лекарством, а после глаза Валери снова закрылись на некоторое время.
Неделю спустя
В детском доме Валери стала настоящей белой вороной. Дети возненавидели новую девочку и сразу отделили её ото всех. Она была чужой. Хоть судьба была такой же, как и у остальных детей, как и общее их клеймо «Брошенки». Девочки больше всего обижали Валери, всячески обзывая и унижая. А когда девочка пыталась постоять за себя, тогда они начинали её бить. В детстве у Валери были очень светлые волосы, не менее светлой была и её кожа. Но главной отличительной чертой были её глаза — небесно-голубые с легким белым оттенком. За что она и получила своё прозвище «Белой мыши».
Растущая до этого в любви и ласке, девочка испытывала настоящий животный ужас от этого места и его обитателей. Она мечтала однажды уснуть и больше не проснуться.
Ещё два месяца спустя её забрали какие-то женщина и мужчина и сказали, что теперь они будут её новыми мамой и папой. Как ей объяснили позже, это были её приёмные родители. Валери не возражала, чтобы её забрали. Ей было уже все равно. Она просто хотела поскорее покинуть этот проклятый детский дом.
До шести лет у девочки были проблемы с общением и социумом. Она хорошо разговаривала, но практически всегда молчала. Это списывали на шок и на события, которые произошли в прошлом. На любые попытки приёмных родителей помочь, девочка отвечала безразличием и холодностью. Валери не хотела, чтобы ей помогали. Самой себе помогать, она также отказывалась. Пока один случай не заставил её изменить своё решение.
Однажды в детском саду, противный мальчик по имени Влад, которого Валери не любила больше всех, начал смеяться над её мамой. Конечно же, он имел в виду её несуразную приёмную мать. Но так как девочка не считала её своей матерью вообще, она восприняла это насчёт её родной убитой матери. И тут что-то внутри лопнуло. То, что девочка так долго и бережно в себе хранила. Те короткие и такие добрые воспоминания. Их будто заволокло чем-то очень темным. Она услышала легкий шёпот в своей голове:
— «Ударь его. Заставь его пожалеть о своих словах».
Валери подскочила и с яростными воплями налетела на своего обидчика. Девочка начала его бить кулаками, при этом крича, — Не смей, гад, смеяться над моей мамой! Не смей о ней ничего говорить! Ты понял меня? Понял? Я вырву твой язык и скормлю его нашему сторожевому псу! — она рычала ему это в лицо. Дети были в ужасе, потому что до сегодняшнего дня никто и никогда не видел, чтобы эта хрупкая и тихая девочка кому-то что-то могла ответить. А уж тем более ударить или угрожать. Кто-то из детей потом утверждал, что в момент нападения, у девочки будто потемнели глаза, но, естественно, никто не придал этому значения. А зря. После этого дня в саду больше никто не смел её обижать. Все её просто напросто боялись и считали умалишённой.
Дома становилось всё хуже и хуже. Её приёмные родители всё чаще ругались между собой, а спустя время её опекун начал выпивать. Перепалки в доме становись все чаще и громче, а однажды дело дошло до того, что её приёмную мать избили до полусмерти. Дело быстро замяли и больше на их побои и крики о помощи никто не обращал внимания. Елена, так звали приёмную мать девочки, постаралась объяснить Валери, чтобы та вела себя тихо и не злила главу семьи. Женщина говорила, что та должна его слушаться и не вздумала ему когда-либо перечить. И если он посчитает, что Валери нужно за что-то наказать, то она не должна сопротивляться.
— Он один из людей Виктора! — шептала ей Елена. От этого имени у Валери внутри всё перевернулось. Это имя въелось в её сознание на всю оставшуюся жизнь и вызывало страх, боль и отвращение.
— Хоть Валера больше и не занимает среди его Теней значимой должности, он всё равно под его защитой! Никто не посмеет ему что-либо сделать, понимаешь? А значит он может всё! Мы должны молчать и терпеть. Должны!
— Кто такой этот Виктор? — с отвращением спросила Валери.
— Как кто? Он король клана Теней, — прошептала Елена, будто боялась, что её кто-то может услышать.
— Он очень могущественный человек, очень! Клан Теней самый опасный среди других. Они наёмные убийцы! Там с раннего детства тренируют мальчиков и обучают разным навыкам, необходимых для их работы. Хоть я почти ничего и не знаю про другие кланы, зато очень хорошо знаю про клан Теней. Мой отец был одним из них. Он был человеком прошлого короля, отца Виктора. Когда-то давно Теней было очень много. Именно королевской семьи. Они были самым могущественным кланом из всех, но война и междоусобицы практически всех забрали. Теперь их мало, но они стали еще более осторожными. У них стало больше людей. И они стали ещё более жестокими и опасными. Поэтому помалкивай, Валери, и не зли отца. Не жди защиты со стороны. Её точно не будет. — закончила женщина.
— Это Виктор сказал вам меня удочерить? — девочка задала этот совсем не детский вопрос, когда ей было двенадцать. — Поэтому вы со мной так долго возились? И поэтому он надо мной так издевается? Виктор ему сказал это делать? — прошипела Валери. Она тут же огребла звонкую пощёчину от Елены. Валери схватилась за горящую щеку и злобно уставилась на свою приёмную мать.
— Закрой свой грязный рот, Валери! Закрой свой рот! Никогда такое больше в слух не произноси. Ты слышишь меня? Не смей это произносить в слух! — яростно полушёпотом кричала женщина.
— Если ты решила нас заживо похоронить, то я с тобой в эту могилу не лягу! Хочешь сдохнуть? Дело твоё. Значит больше не жди от меня защиты. Иди и скажи это всё ему в лицо, и ты узнаешь, что будет. Ты, мелкая, неблагодарная дрянь! Мы всё делали для тебя, мы старались. Я старалась для тебя, а ты… — женщина начала тихо плакать.
Елена, действительно, думала, что делала для девочки всё, но на самом деле это было не так. Она делала это лишь потому, что её к этому принуждали. Женщина никогда не хотела её воспитывать и тем более, она не хотела, чтобы та жила в их доме. Но её муж сказал, что так нужно. Что за их новый семейный статус Виктор будет платить хорошие деньги. И что девушка должна вырасти до своего совершеннолетия, а после он решит её судьбу. Она не хотела этого, потому что боялась за эту девочку. Елена знала, чем всё может закончиться и не хотела с этим жить. Женщина делала всё, чтобы не родить от своего мужа. Она знала о его наклонностях и предпочтениях. Знала, что он любит юных девочек и всегда боялась родить ему дочь. Она знала, что её мужа — ублюдка не остановит тот факт, что это его плоть и кровь. Ей было пятнадцать, когда Валерий изнасиловал её. Елена умоляла его остановиться, сказав, что ещё никогда не была с мужчиной. Но это его только сильнее возбуждало. Он очень любил насиловать девушек. Так он чувствовал своё превосходство. В то время он уже состоял на службе у Виктора. Время было не простое и юному королю нужно было укоренять свою власть. Только поэтому этот ублюдок ценился. Ему как раз были нужны именно такие ублюдки. Елена оказалась дочерью одного из бывших людей отца Виктора. И чтобы не обострять новый конфликт Валерия принудили на ней жениться. Отцу девушки заплатили круглую сумму за моральный ущерб и нанесённое оскорбление их семье. Виктор заступился за Валерия и взял с того клятву, что однажды тот вернёт ему долг и не важно, как он это сделает. День расплаты наступил спустя много лет, когда нужно было забрать девочку из детского дома и растить будто родную дочь. Валерию это давалось с огромным трудом. Он старался не слишком жестко наказывать и бить девочку, так как очень боялся реакции Виктора. Но не прошло и десяти лет, как Виктор решил иначе, он сказал, что ему плевать на судьбу девочки, когда той исполнилось двенадцать. И именно тогда у её приёмного отца — садиста полностью развязались руки.
Однажды вечером, после очередного наказания, он схватил Валери за волосы, посильнее придвинул её голову к своему лицу и прошептал:
— Ещё немного и ты станешь юной девушкой, Валери. Ты невероятно красивая. — в этот момент он провел своей рукой по её груди и слегка сжал её, от чего девушка вскрикнула. — Не смей общаться с парнями. Не смей даже глаз своих на них поднимать! Если я кого-то из них рядом с тобой увижу, то убью! Поняла? Раньше я не мог к тебе прикасаться, ты нужна была Виктору, но теперь ему всё равно. И теперь я с нетерпением подожду твоего созревания.
Он произнёс это грязным похотливым голосом. Его рука скользнула ниже и забралась девушки под юбку, он с силой сжал внутреннюю часть её бедра, а второй рукой сильнее оттянул её волосы назад, запрокидывая голову. Он провел своим грязным языком по её шее. Валери еле сдержалась, чтобы её не стошнило. Его слова вызывали у неё отвращение и желание схватить нож и воткнуть его ему между глаз, но она стерпела. Она знала, что ничего не сможет ему сделать. И если она его убьёт, то отправится вслед за ним. Уже тогда она решила, что ей нужно придумать план и бежать. Ожидание затянулось на долгие годы. Валери понимала, что деваться ей некуда. Денег у неё не было, их ей просто не давали, а работать она не могла, ведь каждый её шаг строго контролировался. Она надеялась, что Антон её найдёт, он ведь обещал, но брат за все эти годы так и не объявился. Было несколько моментов, когда приёмный отец — ублюдок всё же пытался принудить её к близости, но мать не позволяла, она принимала весь удар на себя. Через год после этих инцидентов Валерий закодировался, так как его пьянки и выходки надоели не только его семье. Он боялся вылететь из клана. После всё утихло на неопределённое время.
Валери старалась хорошо учиться и жить как можно тише, чтобы не привлекать к себе внимание своих приёмных родителей. Она знала, что нужно просто немного подождать, и она уедет. Нужно просто подождать. В школе её дела с общением обстояли лучше, чем в детском доме. Она мало с кем общалась, но всё же одна подруга у неё была, как и один защитник. Парень пытался ухаживать за ней, но Валери ему всегда отказывала, в конечном итоге они просто стали друзьями. Девушки относились к ней с издёвкой, а парни часто пытались распускать свои руки, но благодаря своим друзьям, девушка могла бороться с этой системой. Мысленно, Валери их всех ненавидела, и она с нетерпением ждала окончания школы, чтобы больше их всех не видеть. Ждать оставалось чуть менее месяца.
Валери уже было почти восемнадцать, когда её жизнь снова перевернулась с ног на голову. Таинственный незнакомец из парка не покидал её мыслей. Она запрещала себе надеяться, что его слова хоть что-то значат для неё. Но глубоко в душе она молила, чтобы они сбылись.
— «Я скоро приду за тобой…»
Глава 5. Дочь.Часть 2
Михаил сел в машину и пытался отдышаться. Нет, он не бежал весь этот путь, он просто пытался успокоить своё сердце. Сейчас оно тряслось ещё сильнее, чем пару минут назад.
— Да что же со мной такое? Почему я не могу себя контролировать? Валери… – прошептал он. Резко заведя машину, парень вжал педаль газа в пол и помчался назад к своему заказчику. — «Знал ли отец о ней? И с кем она тут живёт? Её мать давно мертва, а Виктор судя по всему и знать не знает, что она его дочь». – он задавал сам себе эти вопросы, но ответы на них могли дать только два человека. Именно к ним он и направлялся.
— Дерьмо! Чёртов телефон! — он силой швырнул его в другой конец машины. Михаил закурил. Когда он злился, то предпочитал избегать чьего-либо общества. Он любил находиться в одиночестве и тишине, и очень много курить, но эта ночь вывернула его наизнанку. Парень хотел остановиться и кого-нибудь поколотить. Ему было необходимо выплеснуть весь адреналин, что он ощущал.
— Почему я так себя с ней повёл? Что со мной, чёрт возьми? Может зря я оставил её там одну? Ага и как бы я её, блядь, забрал? Совсем крыша от впечатлений поехала? Пойдём со мной, Валери, я заберу тебя к себе. – он нервно хохотнул и со всей силы ударил рукой об руль. — Идиот! Ты шёл её убивать, а теперь едешь и думаешь, надо бы было её забрать с собой? – Михаил затянулся снова. — Если ты всё знал, Харон, я тебя придушу своими же руками! – Тут и второй окурок полетел в окно. Вообще Михаил редко позволял себе злиться на отца, но сегодня эта злость была оправданна. На него и на Виктора. Он точно для себя решил, что если Виктору на неё плевать, то он заберёт её к себе или отвезёт к отцу. Валери заставила его сердце биться с иной частотой.
Года два назад
– Эх, Михаил, никогда не смейся над таким великим и сильным чувством, как любовь. – с улыбкой на лице сказал ему Харон.
– Любовь? Ха! Этого чувства не существует. Люди просто выдумали его для оправдания своих слабостей. Между мужчиной и женщиной может быть только страсть и краткосрочная химия. А когда она заканчивается у одного, то другой кричит о любви, чтобы привязать того, кто хочет уйти. Даже дети не всегда любят своих родителей, как и родители детей. А ты говоришь о любви между двумя чужими друг другу людьми? Не смеши, – тут же парировал Михаил, смеясь.
– Любовь не оправдание для слабостей, сын. Это не совсем обычное чувство. Её невозможно купить или заставить проявиться. Она не приходит по велению или секундному желанию. Она приходит неожиданно и ударяет по тебе молниеносно. Она лишает тебя привычного уклада жизни, сна, дыхания и здравых мыслей. Любовь… – с нежностью продолжал отец, но его прервали.
– Ещё чего не хватало! Думать о ком-то и метаться, как загнанный зверь из угла в угол, теряя свой контроль. Любовь – чувство для слабых. – отрезал Михаил.
– Михаил, любовь даёт второе дыхание. Помимо беспокойства и бессонницы, она делает человека невероятно счастливым, окрыляет его! Твоя жизнь переворачивается с ног на голову. И поверь мне, ты никогда не сможешь больше жить так, как было раньше, когда встретишь свою истинную любовь. Вот какие тебе нравятся женщины? – не сдавался отец.
– Ты серьёзно думаешь, что я тебе отвечу на этот вопрос? – с негодованием произнёс молодой человек. Харон, с улыбкой на лице, кивнул. Парень, закатив глаза, немного скривился, но всё же произнёс:
– Брюнетки, невысокие, с длинными волосами. С узкими бёдрами и узкой талией. Ну и грудь плюс-минус размера третьего. И на лицо, чтобы симпатичная была. Всё. – Харон рассмеялся во весь голос.
– Какая-то кукла для секса получается. Вот видишь, ты даже без особых эмоций перечислял, потому что не влюблён. А вот когда ты влюбишься, тебе уже будет абсолютно все равно какие у неё бедра или грудь, рост или цвет волос. Тебе будет абсолютно наплевать на это, потому что она будет особенной! Для тебя будет привлекательной её улыбка, смех и взгляд, и даже её запах, – очень медленно и с нежностью говорил Харон.
– Так они мне и нужны для секса, а не чтобы их нюхать. Я не ищу любви или привязанности. Высшие, Харон, ты стал старой размазнёй! Всё, я ушёл, – с отвращением произнёс сын и направился прочь из гостиной.
– Ну ничего и ты рано или поздно тоже станешь размазнёй. – засмеявшись, крикнул ему вдогонку отец.
11 мая 2010г.
– Неужели это божья кара? – прошипел Михаил. – Ну нет, я не влюбился! Что за вздор? Я её не знаю, она даже не в моем вкусе! – пытался убедить себя парень. – Тогда какого хрена, я переживаю за неё? Какого хрена я собрался её забирать с собой? И самое главное, с какого хрена я её поцеловал и обещал вернуться? – возмущённо проорал он сам на себя. Он ругал себя и корил за то, что что-то испытал к этой девушке. Его пугало такое переменчивое настроение и новые эмоции. Он не хотел никого любить и уж тем более от кого-то зависеть. — Это пройдёт! Это просто впечатления от ситуации. Да, это просто впечатления! Но я дал ей своё слово. Идиот! – Михаил злился, потому что никогда не бросал своих слов на ветер и если он обещал, то обязательно отвечал за свои слова. Для молодого человека подобное поведение было вопросом чести.
Мужчины сидели молча в кабинете, в ожидании Михаила и его отчета о проделанной работе. Воздух был крайне напряжённым. И Виктор, и его младший брат Харон даже не смотрели в сторону друг друга. Каждый был погружен в свои мысли и оба прикладывали лёд к своим разбитым лицам. Они слишком многое сказали друг другу, а после сильно подрались. У братьев это было крайне редко. Они не любили решать свои дела таким способом. Каждый любил и уважал другого в равной степени, и поэтому в девяноста девяти процентах случаев, братья решали вопросы переговорами. Харон побаивался Виктора, слишком уж тот стал с годами походить на их покойного отца. Он был выше и сильнее его и Артёма (а вот с ним Харон дрался постоянно). Ростом Виктор был сто девяносто три сантиметра. Он был спортивного телосложения, не худым и не слишком накаченным. Виктор был шатеном с тёмно-зелёными глазами, но чаще всего эти глаза были чёрными, как и весь его образ. Характер Виктора отец закалил кровью и жестокостью, поэтому для всех, кроме членов семьи, было редкостью видеть его в хорошем расположении духа. Чаще всего это был непрошибаемый кремень. Харон любил брата и уважал, но, когда он вскипал до предела, никакой страх его не останавливал. Он всегда терял голову из-за семьи. Харон всегда кидался в огонь, если дело касалось его родных братьев. Виктор знал это и никогда не злился на брата. Однако ситуация оказалась Патовой. Он отправил одного из своих лучших убийц убрать ненавистную ему девчонку. А спустя пару часов глава клана узнаёт, что оказывается та самая ненавистная девчонка его дочь. Все эти годы мужчина не щадил ни девочку, ни её брата. Он специально отдал её Валерию и Елене, зная о его ублюдских наклонностях и садистских замашках. Мужчина хотел наполнить ужасом и страданиями жизнь этого ребёнка. Он ненавидел саму мысль, что его любимая женщина, спустя столько лет счастливой жизни с ним сбежала. А потом легла в постель своего бывшего мужа и зачала ребёнка. Виктор жаждал отмщения. Поэтому не скупился на выбор опекуна для девочки, а сам же превратил жизнь её брата в преисподнюю.
— «Я стал намного хуже своего отца. Я осознано держал её в клетке все эти годы и взращивал на убой. У меня даже периодически появлялись мысли сделать её своей женщиной, своей рабыней. Я долго думал о ней и об Оле. На самом деле я всегда знал, что убью её, как убил её мать. Я уничтожал день за днём жизнь своей дочери» — внутренне проклинал себя Виктор.
— Я ненавижу тебя, брат. Я тебя ненавижу! Из-за тебя я истязал её. Из-за тебя она теперь мертва! — подскочив со своего кресла, прервал молчание Виктор.
