Я покраснела и запрыгнула в кабину.
Техник подал мне шлем, потом наклонился ближе:
– Этот корабль только-только из ремонта. Ты будешь использовать его, когда прикажут, но он не полностью твой. Будете делить его с кадетом из другого звена, пока не отсеется достаточно народу.
Я натянула шлем и показала технику поднятый вверх большой палец. Он спустился и оттащил лестницу. Фонарь кабины загерметизировался. Я сидела молча, собираясь с духом, потом нажала кнопку, включавшую антиграв. Приборная доска осветилась, и корабль зарокотал. Этого в имитаторе не было.
«Не паникуй, Спенса. Ты только что проделала это сотню раз».
Но я не могла выбросить из головы наш недавний разговор. Кадетам, которые потерпели аварию или катапультировались, по традиции не позволяли закончить обучение…
Я вцепилась в рычаг набора высоты и стала ждать приказов. Потом, снова залившись краской стыда, запоздало нажала голубую кнопку, включавшую рацию.
– …может, кто-нибудь ей помашет, а? – послышался в моем шлеме голос Артуро. – ФМ, тебе видно…
– Юла готова, – сказала я. – Извините.
– Ладно, звено, – сказал Зараза. – Поднимаемся – медленно и плавно, как отрабатывали. Идем на высоту полторы тысячи футов и там зависаем.
Я вцепилась в рычаги управления, сердце в груди бешено колотилось. Первый раз в небо.
Вперед! Я подняла свой «Поко» вертикально вверх. Это было великолепно. Чувство движения, ускорение, вдавившее меня в кресло, вид уменьшающейся базы внизу… открытое небо, приветствующее меня…
Когда альтиметр показал полторы тысячи футов, я выровняла корабль. Остальные выстроились неподалеку от меня. Под каждым кораблем светилось синее кольцо антиграва. Вдали я разглядела вспышки идущего боя.
– Проверка связи, – раздался в наушниках голос Заразы.
Все девять человек отозвались, потом наступила тишина.
– А что дальше? – спросила я.
– Попробуем связаться с Землей и запросить приказ, – сказал Зараза. – Я не знаю, на какой частоте мне полагается…
– Я здесь, – прозвучал в рации голос Кобба. – Неплохо смотритесь, кадеты. Почти идеальный строй, черт возьми. Не считая тебя, Жучик.
– Живчик, сэр, – поправила Киммалин. И действительно, ее корабль поднялся футов на пятьдесят выше остальных. – И… я просто тихонько тут сижу, счастливая, что ни в кого не врезалась. Как говорила Святая: «Нет ничего ошибочного в том, чтобы иногда ошибаться».
– Согласен, – сказал Кобб. – Но у меня приказ командования. Командир, подними свое звено на две тысячи футов, потом на двух десятых Мага осторожно выйдите за пределы города. Я скажу, когда остановиться.
– Вас понял, – отозвался Зараза. – Звено, всем подняться на две тысячи и остановиться. Жучик, я хочу, чтобы на этот раз ты не промахнулась.
– Будь уверен, Зараза, – отозвалась она.
Он тихо выругался. Мы поднялись выше – достаточно высоко, чтобы город под нами стал похож на игрушечный. Я по-прежнему видела вспышки вдали, хотя обломки теперь падали чаще. Красные полосы выстрелов и черные – дыма, протянувшиеся прямо через поле боя.
Согласно указаниям Кобба, мы наклонили рычаги газа вперед и включили дюзы. И я полетела – по-настоящему полетела – первый раз в жизни. Полет был небыстрым, и большую часть времени я потела и дрожала над каждым своим движением. В глубине души мною владел благоговейный ужас.
Это наконец-то случилось!
Мы летели в сторону боя, но не успели мы особо удалиться от базы, как Кобб снова вызвал нас.
– Стойте тут, кадеты, – приказал он; голос его звучал уже не так напряженно. – Я получил дополнительную информацию. Драться вам не придется. Просто проблема с лифтами застала нас со спущенными штанами. Одно из звеньев, которому полагалось быть в резерве, застряло внизу. Вас скоро отпустят. А до тех пор адмирал желает, чтобы казалось, будто у нас больше подкреплений, чем это есть на самом деле. Она послала вас и еще одно звено кадетов патрулировать окрестности города. Креллы не рискнут соваться сюда и связываться, как они считают, со свежими силами.
Я медленно кивнула, вспомнив один из уроков Бабули. «Сущность войны – обман, – говорил Сунь Цзы. – Если ты готов атаковать, демонстрируй беззащитность. Если ты близко – кажись далеким, но когда ты далеко – заставь поверить, что ты рядом». Да, вполне разумно использовать несколько поддельных звеньев, чтобы заставить креллов беспокоиться.
– Сэр, – сказал Йорген, – не объясните ли нам, что сейчас происходит на поле боя? Ну, чтобы мы могли подготовиться, просто на всякий случай.
– Вы все сдали тест, – буркнул Кобб, – так что, полагаю, вы в состоянии описать мне базовую крелльскую стратегию нападения.
Я начала было отвечать, но меня опередил Артуро.
– Когда начинают падать обломки, – выпалил он, – креллы часто пользуются этим, чтобы затеряться на радарах. Они летят низко, ниже зоны поражения наших зениток, и пытаются приблизиться к Альте. Если они прорвутся, то могут сбросить биобомбу.
Я вздрогнула. Биобомба не только испарила бы всех в Альте – и никакой щит не помог бы, – она бы обрушила пещеры, похоронила Огненную и уничтожила все оборудование.
– Но креллы не всегда используют биобомбу, – вмешалась я. – Для нее требуется специальный медленный бомбардировщик. Он, наверное, дорогой, или его трудно сделать, или еще что, но при угрозе бомбардировщику креллы отступают. Большую часть времени креллы и ССН сражаются прямо в потоке падающих обломков. Среди них часто попадаются пригодные антигравы, которые мы можем использовать для строительства новых истребителей.
– Может, ты и права, – недовольно проворчал Артуро, – но он спросил про их базовую стратегию. А их базовая стратегия – пытаться уничтожить Альту.
– Биобомба фигурирует лишь в одной схватке из четырех! – возразила я. – Мы думаем, что они пытаются измотать нас, уничтожить как можно больше наших кораблей, поскольку нам труднее заменять их, чем креллам.
– Ладно, потом покрасуетесь друг перед дружкой. Вы оба очень умные. А теперь заткнитесь.
Я откинулась на спинку кресла, не понимая, чувствовать себя польщенной или оскорбленной. Кажется, это было обычное состояние при общении с Коббом.
– В сегодняшнем бою никто не видел бомбардировщик, – сказал Кобб. – Это не значит, что он не может появиться, но в сегодняшних обломках много техники со старыми антигравами.
«Ага! – подумала я. – Теперь ясно, кто был прав?» Я вытянула голову, чтобы увидеть Артуро и показать ему свое злорадство, но не смогла найти его в строю одинаковых кораблей.
– …Сэр, – сказал Зараза, – меня всегда что-то настораживало в нашей тактике. Мы отвечаем на действия креллов, так? Когда обломки начинают падать, мы вылетаем проверять их. Если мы находим креллов, то вступаем в бой.
– В целом верно, – ответил Кобб.
– Но это означает, что мы всегда позволяем им выбирать место боя, – сказал Зараза. – Однако, чтобы выиграть войну, надо застать врага врасплох. Вывести его из равновесия. Заставить их думать, что мы не готовы к атаке, когда собираемся напасть, и наоборот.
– Я смотрю, кто-то перечитал Сунь Цзы, – усмехнулся Кобб. – Он воевал в другую эпоху, командир, и в других обстоятельствах.
– Но не следует ли нам хотя бы попытаться перенести войну на территорию креллов? – не унимался Зараза. – Напасть на их базу за пределами пояса обломков, где бы она ни располагалась? Почему никто даже не говорит об этом?
– На то есть причины, – сказал Кобб. – И они не входят в компетенцию кадетов. Сосредоточьтесь на текущем задании.
Я нахмурилась, неохотно признавая, что Зараза задает дельные вопросы. Оглянувшись, я посмотрела на зеленое пятно – Альту. И вдруг поняла, что еще мне кажется странным. Кобб – опытный пилот и Первый Гражданин. Он сражался в Битве за Альту. Если нам требовались резервы или хотя бы их иллюзия, почему он не поднялся в небо вместе с нами?
Несколько минут мы помалкивали.
– Ну так что? – спросил по рации Бим. – Хочет кто-нибудь помочь мне подобрать позывной?
– И мне, – откликнулся Зараза.
– Да с твоим уже все ясно, Зараза, – сказал Нед.
– Нельзя называть командира ругательным словом! – возмутился Зараза.
– Почему нет? – удивилась Бита. – А как насчет того знаменитого пилота с позывным про пук или…
– Пердеж, – сказала я. – Одна из Первых Граждан. Она только недавно ушла в отставку, и она была потрясающим пилотом. Сто тридцать уничтоженных противников. Примерно по двадцать в год.
– Я не буду Заразой, – сказал Зараза. – Это приказ.
– Конечно, Зараза, – согласилась ФМ.
Я улыбнулась и посмотрела на корабль ФМ, летящий справа от меня. Интересно, они были знакомы раньше? Вроде бы она говорила с еле заметным акцентом. Таким же, что отличал эти троих парней, – акцентом богачей из нижних пещер. Кто же она?
Вспышки вдали продолжались, и я поймала себя на том, что меня так и подмывает схватиться за рычаг газа, включить форсаж и рвануть туда. Пилоты сражались, возможно, умирали, а я просто сидела здесь. Какой же я после этого воин?
«Который, впервые включив двигатели, врезался в столовую – вот какой», – подумала я. И все же я следила за этими вспышками, пыталась представить себе бой и щурилась, высматривая, не мелькнет ли где крелльский корабль.
Но когда откуда ни возьмись один из них помчался прямо на нас, я испытала шок.
Я видела их изображения сотни раз. Маленький, в форме луковицы, он казался каким-то недоделанным, с висящим сзади пучком проводов, напоминающим хвост. У него была черная непрозрачная кабина. В большинстве случаев подбитые корабли креллов взрывались, разлетаясь вдребезги, но изредка удавалось обнаружить обгорелые остатки испорченных скафандров. Но, конечно, не самих креллов.
– Зараза! – позвала я.
– Не смей меня так…
– Йорген! Командир! Кто угодно! Смотри на одиннадцать от себя, на двести футов ниже. Видишь его?
Зараза негромко выругался.
– Отлично! – воскликнула Бита. – Игра начинается!
– Это не игра, Бита, – сказал Зараза. – Инструктор Кобб!
– Слушаю. Что такое?
– Крелльский корабль, сэр. Похоже, идет низко, вне зоны досягаемости зениток.
Кобб ответил не сразу. Вся мокрая от пота, я положила руки на рычаги управления и следила за вражеским кораблем.
– В командном центре знают о нем, – сообщил наконец Кобб. – Ваши сменщики уже садятся в корабли. Они скоро будут.
– А если они опоздают? – спросила я. – Вдруг у этого корабля биобомба?
– Корабль идентифицировали, – сообщил Кобб. – Это не бомбардировщик. Одиночный корабль не сможет нанести большого вреда.
– При всем уважении, сэр, я с вами не согласен, – сказал Йорген. – База закрыта щитом, но он может обстрелять фермеров и убить десятки людей, прежде чем…
– Я в курсе того, на что способны креллы, парень, спасибо. – Кобб глубоко вздохнул. – Он близко?
– Да, сэр. И подлетает все ближе.
Рация замолчала, потом наконец раздалось:
– Можете вступить в бой. Но придерживайтесь оборонительной тактики. Не сметь выпендриваться, кадет. Я хочу, чтобы вы отвлекали его, пока подкрепление не поднимется в воздух.
Я кивнула, от волнения волосы под шлемом взмокли. Значит, летим.
– Есть, сэр! – отчеканил Зараза. – Аспид, будешь моим напарником!
– Принято, Йорг, – отозвался Нед.
Два корабля вырвались из строя. И я, не успев даже подумать, схватилась за рычаг газа и рванула за ними следом.
– Юла, вернись в строй! – скомандовал Зараза.
– Я нужна вам, – сказала я. – Чем нас больше, тем больше вероятности, что мы отпугнем их и продержимся до подхода настоящих бойцов!
– А ей нужен напарник! – заявила Бита, последовав моему примеру.
– Нет, нет! – завопил Зараза. – Всем остальным оставаться на своих местах!
– Возьми ее, – сказал Кобб. – Бита и Юла – вы летите вместе с командиром звена и его напарником. Но остальные стоят где стояли. Я не хочу, чтобы вы там поврезались друг в дружку.
Зараза замолчал. Набирая скорость, мы вчетвером шли наперехват, чтобы преградить путь вражескому истребителю, прежде чем он подберется к Альте слишком близко. Я боялась, что мы не успеем вовремя, что он проскочит мимо нас. Но оказалось, что беспокоилась я зря.
Потому что, как только мы подлетели достаточно близко, крелл развернулся и пошел прямо на нас.
11
Мой пульс зашкаливал, лицо стало холодным как лед.
Но в тот момент я поняла, что не боюсь.
Я всегда беспокоилась, что могу испугаться. Я бахвалилась, изображала из себя крутую. Но сколько раз мне доводилось драться по-настоящему, если начистоту? Пара потасовок с другими детьми в детстве? Несколько спаррингов на занятиях дзюдо?
В глубине души я всегда волновалась, не запаникую ли я, очутившись в небе. Не окажусь ли трусихой, какой все вокруг меня считали? Они ведь… и про отца моего тоже врали.
Но теперь я спокойно, недрогнувшей рукой передвинула рычаг газа, сбрасывая скорость, и выполнила разворот, пытаясь пристроиться противнику в хвост. Я знала приемы ближнего воздушного боя. Знала вдоль и поперек. Я рисовала их на полях любых тетрадей, вне зависимости от урока.
И при всем при этом я никуда не годилась. Я развернулась по слишком широкой дуге, и Бита чуть не врезалась в меня, потому что мы вошли в вираж не синхронно.
– Ого! – воскликнула Бита, когда мы восстановили заданное положение. – А это труднее, чем кажется, да?
Крелльский корабль выбрал мишенью Йоргена и выстрелил в него из деструктора. Я попыталась помочь, но на этот раз развернулась слишком резко. Йорген, Нед и крелл так и маячили впереди, выписывая маневр за маневром.
