Леонид Кудрявцев "Еретик"

grade 3,8 - Рейтинг книги по мнению 10+ читателей Рунета

Некогда он был великим мастером магии в мире хаоса. Был… пока не переступил черту. Пока не дерзнул отказаться жить по законам магов. По законам, нарушителя коих ожидала ужасная кара – изгнание из собственного тела. И кара обрушилась на него. На еретика. Сколько прошло лет, сколько веков… кто знает? Но однажды случилось нежданное – Еретика вернули к жизни. Однако чьею волей, чьею властью было это совершено? И какие силы начнут теперь безжалостную борьбу за право разыграть возрожденного Еретика, как козырную карту, в своей странной и страшной игре?..

date_range Год издания :

foundation Издательство :Автор

person Автор :

workspaces ISBN :5-94850-456-5

child_care Возрастное ограничение : 16

update Дата обновления : 14.06.2023

Еретик
Леонид Викторович Кудрявцев

Леонид Кудрявцев

Еретик




Ересь (от греческого hairesis – особое вероучение) – религия, отличающаяся от официально признанной.

Взобравшись на курган йахсари, Даниил обнаружил следы ноузи и удовлетворенно улыбнулся.

Пища!

Сейчас его интересовало только это.

На расстоянии часа быстрого бега, в небольшой долине, под корнями старого, но еще могучего, упрямо цепляющегося за жизнь дерева познания находилась его пещера. Там, на подстилке из сонного мха, лежали шесть крохотных, попискивающих, голодных комочков. Если они не позднее сегодняшнего вечера получат пищу, он станет хозяином выводка молодых, деятельных фантомчиков и благополучно переживет время белых мух.

Окажись на его месте кто-нибудь помоложе, он бы кинулся по следу сломя голову и, вполне возможно, совершил ошибку, упустил добычу. Ноузи бегают не очень быстро. Спасает их от полного уничтожения лишь доведенное до совершенства умение запутывать следы, а также изрядная хитрость, благодаря которым не очень опытный охотник запросто может остаться в дураках.

Отправившись по следу, Даниил спустился с кургана и прошел по руслу высохшей речки несколько сотен шагов. Тут ему пришлось остановиться. Ноузи явно почувствовал надвигающуюся опасность и решил продемонстрировать кое-какие трюки. След его раздваивался, потом еще раз и еще, новые следы вновь соединялись, перекрещивались, накладывались друг на друга. На распутывание этого кружева из следов Даниилу понадобилось минут десять.

Наконец, определив направление, он осторожно пошел дальше. Шагов через пятьдесят он вдруг осознал, что ноузи его все-таки провел. Пришлось вернуться. Потратив еще пять минут, Даниил обнаружил в паутине следов единственный, действительно верный.

В этот раз ошибки быть не должно. Причем рано или поздно у ноузи исчерпается запас хитростей и уловок. Тут-то он и попадется. Вот только когда это произойдет? Если зверь – матерый и опытный, это может случиться слишком поздно, и фантомчики уже успеют угаснуть.

И все-таки торопиться не стоило. Лучше потратить чуточку больше времени на обнаружение верного следа, чем потом возвращаться. Он уже один раз поторопился и совершил ошибку. Больше этого не повторится. А значит, фантомчики получат пищу. С их помощью он доживет до весны и вновь увидит, как возродятся серебряные фениксы, а также услышит их песню светлых ночей.

Весна. Не слишком ли рано он о ней размечтался? Прежде чем думать о будущем, необходимо прямо сейчас не упустить добычу.

Вскарабкавшись по крутому, покрытому прожилками зеленой глины откосу, Даниил двинулся в сторону рощи мелочного забвения.

Вряд ли ноузи станет искать в ней убежище. Наверняка проскочив ее, он сделал круг и теперь залег неподалеку. Наблюдает за охотником, ждет – купится ли тот на его хитрость.

Кстати, почему бы не сделать вид, будто он на нее купился?

Если у ноузи возникнет иллюзия, что ему удалось обмануть охотника, возможно, он не станет более утруждать себя запутыванием следов и бросится наутек. Почему бы и нет? Ноузи вполне может решить, что момент для этого самый подходящий.

И если добыча действительно попытается удрать, кто мешает тому же охотнику устроить небольшое соревнование бегунов, со старой как мир ставкой, представляющей жизнь убегающего?

Даниил тихо хмыкнул.

Не слишком ли все просто? Хотя... попробовать не мешает.

Он углубился в рощу на несколько десятков шагов и выбрал подходящее, достаточно высокое дерево. Сучья у него походили на ручки растущих из ствола зонтиков, и вскарабкаться по ним до самой вершины было достаточно просто. Подпрыгнув, Даниил уцепился за нижний сук, с кряхтеньем подтянулся и полез вверх, обдирая руки о жесткую кору и проклиная свое уже немолодое тело. Остановился он только тогда, когда сучья стали под его тяжестью слегка потрескивать.

Ну вот, теперь можно и осмотреться. Сейчас он этого хитреца увидит...

Он не успел.

Его безжалостно выдернуло из тела и понесло сквозь переливающееся всеми цветами радуги марево вероятностей, усеянное массивными кусками давно позабытых, так никогда и не использованных возможностей, крохотными кусочками неназываемых желаний и совсем уж крошками потаенных мыслей, в серую мглу окончательного безвременья. Прежде чем эта мгла охватила его сознание полностью, Даниил успел подумать, что теперь никогда не узнает, сумеет ли настоящий хозяин тела, в котором он жил последние несколько лет, поймать хитрого ноузи. Но больше всего ему было жаль даже не этого.

Он знал, что, оказавшись в новом теле, неизбежно потеряет некоторое время на восстановление своей памяти. Ее придется собирать буквально из крохотных кусочков, медленно, ненавязчиво, исподтишка, стараясь не повредить сознание существа, в теле которого оказался, не нарушить его целостность, не сделать полным идиотом, а просто отодвинуть в сторону, превратить из повелителя всего лишь в стороннего наблюдателя.

Зачем? Хотя бы на тот случай, если его, как сейчас, выдернет из занимаемого тела. Тогда сознание хозяина тела всего лишь вновь обретет утерянное, вернется к активной жизни, возможно, даже не запомнив период бездействия. Если он все сделал правильно, то хозяин только что занимаемого им тела упустить ноузи не должен. Или он все же даст обвести себя вокруг пальца? Неужели он за те несколько лет, в течение которых Даниил владел его телом, так ничему и не научился?

Впрочем, это так и останется неизвестным. А время... Ах, время...

Хотя имеет ли оно для него какое-то значение? Время не очень значимое понятие для того, кто обречен до скончания времен довольствоваться телами других мыслящих.

...Пребывание в безвременье было похоже на беззвучный взрыв серого цвета, на волну, резко его накрывшую и мгновенно схлынувшую, оставившую после себя лишь неприятные, трудноуловимые воспоминания, населенные странными созданиями, облик которых он сейчас не мог вспомнить. Вроде бы они даже о чем-то говорили. Но о чем? Имело ли это какое-то значение? И кстати, может быть, стоит заняться новым телом?

Новое тело.

В первую очередь его интересовало сознание хозяина. В каком оно находится состоянии? Много ли оно потребует возни? Приступая к обследованию, он даже вновь ощутил полузабытое чувство азарта, предвкушение предстоящей схватки. Может, в этот раз она окажется легкой, а возможно, ему придется повозиться.

Сейчас все выяснится.

Однако, обследовав новое тело, он испытал удивление, почти шок. Другого сознания не было. Совсем. Ни малейших следов.

Что это могло означать? Он попал в тело человека-растения? Или... Да нет, этого не могло быть. Приговор собрания великих магов обжалованию не подлежит. До сих пор не было ни одного случая... И все же... Он знал это тело, он его прекрасно помнил. Более того, точно так же, как путник, попавший в дом, в котором провел детство, осматривая его, неожиданно то здесь, то там находит то забытую игрушку, то измусоленную, читанную в детстве книжку, он обнаруживал в памяти этого тела крохотные обрывки воспоминаний, оставшиеся там после того, как по решению собрания старых интриганов его сознание из него извлекли.

Стало быть, все верно. Его тело не уничтожили. А должны были... Забавно... Хотя имеет ли смысл чему-то удивляться? Не лучше ли подождать дальнейшего развития событий? Уж наверняка тот, кто сохранил его тело, сделал это небескорыстно. И значит, в спектакле под названием жизнь наступил черед сыграть сцену, давным-давно набившую всем оскомину, сцену под названием «Кредитор и должник». Стоит открыть глаза, и она начнется.

Но сначала... Вот именно, прежде не мешает немного полежать и обдумать положение, в котором оказался.

Честно говоря, отличным его назвать язык не поворачивался.

Ну да, он вернул себе свое тело. Он теперь вновь может ощущать себя полноценным человеком. И что? Радоваться и веселиться до потери пульса? С каких это фиников? Оставаясь в том состоянии, в котором был до возвращения, он являлся неуязвимым и бессмертным. Его тело могли убить, но сам он всего лишь переносился в другое. Не более.

Нет, конечно, не все было хорошо и гладко. Он не мог выбрать тело, в котором окажется. И поэтому частенько приходилось ждать годы переноса из старого и больного в молодое и здоровое или хотя бы в более или менее приемлемое. Но все-таки... Так ли хорошо променять бессмертие и неуязвимость на жизнь в бренном теле, которое в любой момент может погибнуть?

Гибель. Прыжок в вечную тьму. Навсегда. Навечно.

Даниил разозлился.

Собственно, а почему он так пал духом? Может, это сборище старых безумцев все-таки добилось своего, научило его бояться, жаждать покоя и безопасности? И если это случилось, то скоро ли он распробует прелесть их игр, скучных, кровавых и бесконечно подлых?

А посему... Не пора ли перестать жалеть о случившемся? Не настало ли время узнать правила новой игры?

И все-таки Даниил позволил себе несколько секунд помедлить, просто полежать, вслушиваясь в биение сердца, наслаждаясь четким ритмом сокращения легких, а также тем, что можно это делать, не отвлекаясь на контроль за сознанием настоящего хозяина тела.

Ощущение. Новое, до сей поры неизведанное ощущение возвращения в собственное тело. Сладкое, как подмороженная рябина, и такое же кисловатое, терпкое. Ощущение, которое, безусловно, запомнится, ляжет в копилку памяти и, вовремя всплыв из нее, еще послужит. Ох как послужит.

Ощущения... Воспоминания... Да, теперь ему снова придется за ними охотиться. Там, в стране неизменно меняющихся обличий, надобности в них не было. Однако после того, как он вернулся в свое собственное тело и, конечно, вместе с этим вернул себе умение управлять магией, они вновь понадобились. Ошибиться он не мог. Дар магии – это такая штука, присутствие которой ощущаешь сразу.

Даниил открыл глаза и подумал, что оказался на сцене огромного театра. Простирающийся где-то в вышине безграничный, усеянный охряного цвета звездами купол, поддерживаемый витыми, почти теряющимися в темноте ледяными колоннами, и конус теплого света, в центре которого он лежал. Причем лежал он прямо на полу, и пол этот был теплым, слегка шероховатым.

Чем в самом деле не сцена? Причем действие уже началось. Сейчас, согласно сценарию, появится тот, кто этот балаган создал.

Ну, где он там? Ау!

– Даниил! – прозвучал исходивший, казалось, из ниоткуда, ужасный своей силой, нечеловеческий рев. – Ты должен покаяться! И только покаявшись, сможешь получить прощение. Это твой последний шанс. Если ты его упустишь, то второго не представится больше никогда. Покайся! Признай свое ничтожество.

Ого! Самый разнастоящий высокий штиль. Неужели устроивший это представление рассчитывает его с помощью такой дешевки напугать? Это его-то? Ну-ну...

Вздохнув, Даниил закинул руки за голову и попытался прикинуть высоту звездного купола. Выходило, она не более чем в полукилометре.

А что, если попробовать его уничтожить? И не только его. Убрать декорации и посмотреть, что они скрывают? Не рано ли? Может, все-таки дать шанс устроителю этого спектакля немного посамовыражаться? Наверняка ему стоило немалых трудов сохранить его тело. И должен он получить хоть какую-то компенсацию за свои усилия?

Как раз в этот момент голос загрохотал снова:

– Даниил, для того чтобы одуматься, у тебя было достаточно времени. Если этого не случилось, отправишься обратно, туда, где находился, и на этот раз навсегда.

Последняя фраза завершилась тихим, злорадным смешком.

Даниил нахмурился.

Что-то в этом смешке ему послышалось знакомое. И если его догадка верна, то стоит ли зря терять время? Не настала ли пора взять быка за рога?

Он сел и провел по полу ладонью.

Кость чудо-рыбы. Она самая.

И кажется, он знал того, кто имел к ней такую слабость, что запросто мог покрыть костью чудо-рыбы пол.

– Ладно, Магнус, – сказал Даниил. – Хватит ломать комедию. Финита. Выходи. Давай поговорим. Если, конечно, ты вернул меня именно для этого.

Ответом ему был новый смешок. Только теперь в нем явственно слышалось некоторое разочарование. И, уловив его, Даниил улыбнулся.

Бедный Магнус. Скорее всего он затеял все это лишь потому, что надеялся, будто две сотни лет путешествий по чужим телам сделали свое дело. Кстати, может ли он, обнаружив свою ошибку, отправить его в новое путешествие, на этот раз уже навсегда?

Гм... забавная мысль.

Не пора ли что-нибудь предпринять? И если уж он вернулся в родное тело и вновь приобрел магические способности, не следует ли ему хотя бы восстановить запасы энергии? Кто знает, может быть, все-таки удастся натянуть Магнусу нос? Хотя... Уж он-то наверняка должен был предпринять какие-то меры безопасности. И стало быть, прежде чем действовать, необходимо осмотреться, уяснить правила игры...

Вот они, все прелести возращения в собственное тело.

Даниил вздохнул и сказал:

– Эй, Магнус, и долго ты будешь прятаться? Выходи.

– Ладно, вся эта проверка и в самом деле не имела смысла. Сейчас выйду.

На этот раз голос был обычный, слегка хрипловатый, принадлежащий человеку, а не какому-то мистическому судье, голос Магнуса.

Звездное небо прорезала кривая трещина, и оно лопнуло, словно слишком туго натянутая кожа барабана, открывая алебастрово-белый, покрытый золотистыми, причудливыми узорами потолок. Колонны и заливавшая пространство между ними темнота исчезали, истаивали, уступая место стенам, покрытым старинными, украшенными резьбой панелями, а также причудливыми гобеленами и написанными маслом портретами мрачных стариков в бархатных камзолах.

Даниил смотрел на все эти метаморфозы и думал, что неплохо было бы закурить. Мир, в котором он жил последние несколько лет, похоже, не имел ни малейшего понятия о табаке. По крайней мере ничего на него похожего ему не встретилось. И сейчас сама возможность получить сигаретку будоражила его воображение, мешала думать. А ведь его дальнейшая судьба наверняка зависит именно от того, насколько правильно он сейчас оценит обстановку, поймет правила игры, которую ему попытается навязать Магнус.

Игры? А как же иначе? Наверняка старый хитрец вернул его в родное тело не только для того, чтобы поинтересоваться самочувствием. Что-то ему от него надо, что-то очень важное.

– Я хотел убедиться в том, что... гм... путешествия не оказали на твой рассудок большого влияния.

Даниил знал, что Магнус любит дешевые театральные эффекты, и ничуть не удивился, когда тот возник рядом с ним, причем сидя в удобном, мягком кресле.

– А мне? – буркнул Даниил.

– Ну конечно, – промолвил Магнус. Величественным, хорошо отработанным жестом он воздел правую руку вверх, и рядом с Даниилом возникло еще одно кресло, а также низенький столик, на котором стояла узкогорлая бутылочка, два стаканчика и коробочка, очевидно, с сигаретами.

Угу стало быть, все согласно разработанным тысячи лет назад правилам. Стаканчик чего-нибудь вкусного, хорошая сигарета и лишь потом – предложение, от которого невозможно отказаться. Нет, отказаться-то, конечно, можно, и даже послать Магнуса куда-нибудь подальше, но в этом случае придется вновь отправиться путешествовать по чужим телам. Или сразиться с великим магом. Готов ли он сейчас к драке? Нет. А значит, этот вариант можно не учитывать. Таким образом, остается только два. Да уж... выбор небогатый.

Даниил уселся в кресло и вопросительно посмотрел на Магнуса. Тот откупорил бутылку, наполнил стаканчики красноватым, с едва заметными бирюзовыми блестками вином.

– Ну, за возвращение?

Даниил усмехнулся.

Все книги на сайте предоставены для ознакомления и защищены авторским правом