Луна оставила слова собеседника без ответа и догнала Анастасию в середине зала.
– Не надо пытаться меня ни с кем знакомить! – Воскликнула, схватив подругу за предплечье.
– А я и не пытаюсь. – Хитро улыбнулась Анастасия, излучающая довольство на всю округу.
За один вечер она умудрилась познакомить Луну с мужчиной и прорекламировать свой канал. Одним выстрелом уложила двух зайцев. Удачный вечер!
Луна не излучала того же довольства, что и подруга.
– Да? А что это тогда? – Спросила она с претензией.
– Это Глеб, наш постоянный клиент. Приходит вечером каждой субботы и заказывает стейк полусырой обжарки11. Всегда оставляет хорошие чаевые. Очень приятный мужчина! А тебе бы не помешало обустроить личную жизнь. – Подмигнула Анастасия.
– Но познакомила ты меня с ним в надежде, что, если у меня появятся отношения, Егор переключит своё внимание на тебя.
Глаза Анастасии забегали. Вид стал смущённым.
– Не могу отрицать, что в твоём личном счастье я не вижу свою выгоду. – Призналась она и почти убедительно заверила. – Но твоё счастье для меня важнее всего!
Делать Луне было нечего. Она, конечно, могла бы и дальше задавать вопросы, но никакого внятного ответа всё равно бы не получила. Анастасия прекрасно умела включать дурочку, чтобы добиться своего. А сейчас она хотела познакомить её с Глебом.
Луна закатила глаза, вместе со всем запасом воздуха в лёгких выдохнула раздражение и пошла на своё место.
– Кажется, ваша подруга хотела нас познакомить. – Сказал Глеб.
– Да, она умеет быть очень назойливой. И сейчас ей взбрело в голову меня с кем-нибудь свести.
– Не понимаю, зачем такую красивую девушку с кем-то сводить. У вас, должно быть, отбоя нет от поклонников. – Улыбался Глеб такой улыбкой, которой невозможно не улыбнуться в ответ. Но Луна осталась сидеть с каменным лицом.
– По части поклонников – это к Насте. Она везде отыщет, с кем поболтать. Правда, сохнет она по классике по тому, кому до неё нет дела. Ну а мой характер обычно выдерживают не дольше получаса.
– Думаю, вам просто нужен более зрелый мужчина. Молодые парни ищут девушек, с которыми можно провести время весело, а мужчины – тех, с кем время проводится со смыслом.
Его губы снова изогнулись в обворожительной улыбке. Это что, он намекает на себя, говоря о зрелом мужчине?
– Странно, но Настя говорит то же самое. Только вчера она полночи не давала мне спать, говоря о том, что на самом деле мне нужны отношения, и мне это не интересно только из-за того, что вокруг одни подростки. В общем, весь её ночной монолог сводился к тому, что мне нужны отношения со взрослым мужчиной.
– А вы как считаете? Она права?
– Никак не считаю. Ни разу не задумывалась на эту тему.
– Впервые вижу такую девушку. – Улыбнулся Глеб. – Значит, вы с Настей живёте вместе?
– А?
– Вы сказали, что она полночи не давала вам спать, значит…
– А, это. Ну да, живём вместе, так дешевле платить аренду. Её выселили из общаги за курение в комнате, а мне всегда хотелось жить в квартире.
– Любите пространство? – Утверждение в вопросительном тоне.
– Именно. В общаге слишком маленькие комнаты.
Только спустя пятнадцать минут общения Луна заметила, что Глебу удалось вытащить её на разговор. Она никогда не открывалась незнакомым людям, но у него была какая-то харизма. Может, ей и вправду интереснее с более взрослыми мужчинами?
– Знаете, я рад, что Насте всё же удалось нас познакомить. Но, буду честен, я сначала не хотел садиться за ваш стол. – Признался Глеб через время.
– И почему же? – Спросила Луна не бес интереса, удивляясь самой себе, что ей впервые за долгое время увлекательно узнавать другого человека.
– Подумал, что вы криминальный психолог или следователь.
– Боитесь служителей правопорядка?
– Скорее настораживаюсь. – Поправил её Глеб, увидел вопросительный взгляд Луны и пояснил. – С такой работой можно двинуться мозгами и начать видеть что-то подозрительное во всём и во всех. Какая уж это жизнь без способности доверять.
Луна впервые посмеялась.
– Да, возможно, вы правы. Я до этого ни разу не задумывалась о том, как такая работа влияет на человека.
– Но вы изучаете дела об этих убийствах.
– Ах это! Нет, просто это как решать кроссворд – неплохо напрягает мозги. Но в этих статьях слишком мало информации, они либо слишком банальные, либо тошнотворные. Омерзительно даже смотреть на эти кадры.
Губы Глеба растянули еле заметную улыбку.
– А вы представьте факты сами.
– Это как? – Удивилась Луна. Редко кому удавалось её удивлять, поэтому это определённо был плюс один балл в пользу нового знакомого.
– Попробуйте представить, как всё происходило, что испытывали эти девушки…
– Ясное дело, что они испытывали. Страх. Почти все испытали бы страх, когда узнали бы, что они скоро умрут.
– Почти? А вы?
Луна всерьёз задумалась и попыталась представить ситуацию: она наедине с маньяком, крепко связана, и выбраться никак. Её скорее всего убьют уже через несколько минут.
– Не знаю, но, когда я это представляю, мне не страшно. Толку от страха, если деваться уже некуда и ситуацию изменить не можешь. Но у меня прямо сейчас возник другой вопрос. Что испытывал убийца? Зачем он это делает и что его подвигло на все эти убийства?
– Что-то мне подсказывает, что вы уже знаете ответ. – Глеб улыбался странной ободряющей улыбкой.
– Да, но я не о банальном садизме… Я имею в виду, почему сейчас? Почему он решил прислушаться к своим садистским наклонностям именно сейчас? Ведь, скорее всего, у него и раньше возникали подобные желания… – Луна замолкла. Слишком много несвязных мыслей она выдаёт, перепрыгивая с одной на другую. В голове кавардак. Не удивительно после увиденного на том сайте. И это не постановочные кадры с фильма ужасов, это то, что творится в городе, в котором она живёт.
Глеб одобрительно улыбнулся.
– Хороший вопрос. Из вас бы получился отличный следователь… или даже криминальный психолог.
***
Вечером следующего дня Луна лежала в одной кровати с Александром. Когда она встала и защеголяла в одних трусах на кухню за стаканом воды, он смотрел на татуировку в виде кружева на её бедре и думал о том, как она будоражит воображение.
Она вернулась и нацепила однотонную белую футболку, не став предварительно надевать лифчик.
Александр смотрел, как она одевается, до сих пор не в силах поверить, что он спит с Луной Вербиц – той, с которой они поцапались при первой же беседе. Тогда он решил, что они стали заклятыми врагами на последующие пять лет, а теперь лежит голый в её кровати.
– Напомни, как мы с тобой стали любовниками? – Спросил он риторически.
– Ты извинился и предложил мне помочь донести книги, которые я взяла в библиотеке. Люблю, когда передо мной извиняются, и терпеть не могу таскать тяжести. – Ответила она.
– Знал бы, что ты отблагодаришь сексом, помог бы с книгами раньше. – Александр раскрыл рот в хитрой улыбке чеширского кота, но ненадолго. Он быстро осознал, что снова ляпнул глупость. Луна никогда не оставляла его необдуманные слова без комментария, и этот раз не стал исключением.
– Не обольщайся, милый, некоторые девушки занимаются сексом не из благодарности или потому что ты их уломал, а потому, что элементарно хотят секса. Кстати, это у нас было в последний раз.
– Почему? Тебе ведь нравилось. – Александр притянул её к себе.
– Завтра иду с Глебом в ресторан. Веселье весельем, но, если у нас с ним всё сложится, наши с тобой веселья придётся прекратить. – Улыбка Луны была не менее наглой.
– Что ещё за Глеб?
– Он – очередная попытка Насти меня с кем-нибудь свести. На этот раз удачная.
– Я думал, тебе не интересны отношения.
– Да. Но эксперименты никто не отменял. Вдруг Настя права, и мне нужны отношения со взрослым мужчиной. Вот и проверю эту гипотезу.
Отношения ради эксперимента. Александр не переставал удивляться этой девушке. К тому, что люди считают важной счастью жизни, она отнеслась как к научной работе. Цель работы и гипотеза сформулированы, объект и предмет исследования определены. Осталось только провести эксперимент, оформить работу и защитить перед аудиторией. Ей бы стоило учиться не на экономиста, а на социолога или психолога… Но с большой вероятностью её погнали бы с профессии за эксперименты на живых людях, нарушающие моральные границы науки.
– А если нет, и эта гипотеза не подтвердится? – Посмеялся Александр.
– А если нет, значит, эксперимент провален, и мне действительно не интересны никакие отношения. Не попробуешь – не узнаешь. – Ответила как ни в чём не бывало.
– Не завидую я этому Глебу. – Сказал Александр, хотя всё же немного завидовал. – Он ещё не знает, с кем связался.
– Но ты же связался. И был очень даже этим доволен. – Улыбнулась Луна.
– Да, кстати, почему ты Насте не сказала, что ты уже со мной?
– С тобой? А разве у нас отношения? Я думала между нами только секс и совместные подготовки к семинарам.
– Ну вдруг в мои планы входили отношения?
– В таком случае, дорогой, нужно было заранее сказать мне о своих планах. Тогда бы я не строила свои, в которых тебя нет. – Лицо Луны на долю секунды озарила её фирменная короткая улыбка, ставящая точку в этом диалоге.
Глава 5
19 января 2024 года
Казань
Александр следил за сосредоточенным лицом Луны, когда она делала заметки в блокноте, и по лицу видел, как усердно она думает. У неё была привычка в момент размышлений втягивать щёки меж зубы, и от этого её скулы и чётко выделенная линия челюсти выделялись ещё острее, а губы вытягивались вперёд, приобретая форму аккуратного бантика.
Умён, но импульсивен.
? Стремление к власти. Занимает управляющую должность, либо, наоборот, работает на низкой должности и компенсирует карьерную несостоятельность бытовым насилием.
Жертвы – молодые девушки определённого типажа.
Мотив – …
Луна постучала ручкой по блокноту, оставив на белом листе несколько глубоких синих вмятин. Она всегда так делала, когда размышления натыкались на развилку или забредали в тупик – с силой стучала ручкой по листу бумаги. Из-за этого страницы всех её блокнотов неизменно украшали много синих вмятин, словно кто-то играл в дартс, используя ручку вместо дротика и лист бумаги вместо мишени. А писала Луна исключительно когда думает – это структурировало мысли. Всю остальную информацию она запоминала и умудрялась не забывать, если только сама не удалит ненужные файлы из мозга. Александр всегда удивлялся этой её способности и недоумевал, как можно столько всего держать в уме.
– Память человека как жёсткий диск в компьютере. – Говорила Луна. – Кому-то заложено больше терабайтов, кому-то меньше. Нужно просто эффективно использовать место в своём жёстком диске.
Уметь бы ещё использовать память таким образом. – Думал Александр, параллельно сравнивая Луну с компьютером.
Он взял блокнот, который она отодвинула на край стола и вслух прочитал:
– Умён, но импульсивен… С чего ты взяла, что он умён?
– Ему удалось провернуть два убийства и не попасться. Большинству преступников не хватает ума замести следы даже одного преступления.
– Хорошо. Но с чего ты решила, что он импульсивен?
– Он выбросил Евгению на улице. Она была в платье, как будто что-то намечалось. Думаю, он в тот день не планировал её убивать, но она его чем-то разочаровала, и он не смог сдержаться.
– Разочаровала? Она его?! – Александр округлил глаза. – На минуточку! Это он больной на голову маньяк, а не она.
– С твоей точки зрения. Он больной на голову маньяк с твоей точки зрения. – Указала Луна на важную деталь.
– С любой нормальной точки зрения!
– Ключевое слово – нормальной. В своём представлении он прав и нормален, это остальные его не понимают. Чтобы узнать его мотивы, нам надо пытаться понять, как он думает и чего хочет, а не давать оценку его действиям.
Александру всегда трудно было понять Луну. Возможно, подумал он сейчас, это оттого, что она всегда блестяще умела понимать ход мыслей других людей, каким бы непонятным и даже ненормальным он ни был; она всегда хорошо вживалась в голову другого человека, замещая им частичку себя. Что, если её трудно понять из-за того, что в её голове не только она сама, там сотни других людей.
В том, чтобы понимать, как мыслят другие люди, а в особенности убийцы, Луне помогали две вещи: она не понаслышке знала об убийцах и была лишена оценочного взгляда – наблюдая за действиями других, она не думала, хорошо это или плохо, а лишь видела в этих действиях случившийся факт и пыталась найти им объяснения. Обычный человек, смотря на ужасающие кадры убитых девушек, принялся бы осуждать убийцу, а она задавалась вопросом – почему он это делает и как они попались в его руки. Это помогало ей быть на шаг ближе остальных к его поимке. Она могла представить – какой он человек и как живёт.
Как ей самой при этом живётся? – Думал Александр.
С виду всё было нормально.
Значит ли это, что она и сама ненормальная? И означает ли это, что она могла бы сделать что-то подобное? Если проникнуться мыслями и ценностями другого человека, не трудно ими заразиться.
Александр был уверен, что Луна на такое не способна. И всё же он насторожился. Он мыслил категориями, она – фактами. Для него поступки делились на хорошие и плохие, а для неё поступки людей были лишь произошедшим событием, которым можно отыскать объяснение, покопавшись в личности человека. Кажется, она и вправду функционирует как компьютерная программа с чётко заложенной логикой.
Александр более десяти лет пытался её понять, но всегда наталкивался на противоположные ощущения, которые она у него вызывает. Одно было точно – она чертовски хорошо делает свою работу.
По молчанию и взгляду друга Луна поняла, о чём он думает. Но ничего не сказала. Она давно привыкла быть непонятой.
