В конце дня путники подъехали к первому постоялому двору. Сам хозяин вышел встречать защитника королевства со спутниками.
– Горячий ужин и комнаты для всех, – распорядился Кондр.
– Все будет, господин… э…, – мужчина не знал имени защитника королевства.
– Ирин.
– Конюхи позаботятся о лошадях. Прошу за мной.
В довольно большом зале за столами сидело пять человек. Двое сидели за одним столом и что-то обсуждали, склонившись головами. Нетронутый ужин уже остыл. Остальные трое сидели по одиночке и наслаждались едой. На вновь вошедших никто не обратил внимания.
– Сядите здесь или принести в комнаты.
– Пожалуй, лучше в комнаты.
Мужчина понимающе кивнул. Господам лучше уединится. Лишние глаза и уши ни к чему. Можно спокойно обсуждать дела королевства. Никто не побеспокоит.
– Прошу за мной, господин Ирин, – хозяин повел их через весь зал к лестнице на второй этаж. – Вы не смотрите на обшарпанный вид. Комнаты чистые, белье свежее. У меня всегда господа останавливаются.
От лестницы шел коридор, по обеим сторонам которого шли двери комнат.
– Сколько комнат занято на сегодняшнюю ночь? – спросил Кондр.
– Только три. Те двое, что за столом разговаривали и еще одну. Постояльца в зале не было. Наверно, ушел к себе. Он приехал усталый. Лошадь еле ноги передвигала. Боюсь, ночи не переживет.
– Гнать изо всех сил, чтобы потом остановиться на всю ночь. Более чем странно.
– Хотите с ним поговорить? – спросил хозяин. – Он занимает как раз первую комнату.
– Нет, в этом нет никакой необходимости. Где наши комнаты? Воинов разместите по трое. Мне и моему спутнику по комнате.
– Будет сделано, господин Ирин.
После сытного ужина захотелось спать. Сказалась предыдущая бессонная ночь и день, проведенный в седле. Раздеваясь, Кондр вспомнил встречу с деревенским мальчиком. Его странное признание. Вранье? Очень уж убедительными были слова. Но и правдой быть они не могли. Матросом Кондр Ирин никогда не был. Да еще и на пару с девушкой, притворявшейся парнем. Придет же такое в голову. Кондр усмехнулся. Маленький фантазер либо спутал защитника королевства с каким-нибудь простым человеком, либо говорил по чужому научению. На обратном пути следует обязательно заехать и поговорить с родителями. Недопустима подобная насмешка над господином защитником королевства. Правда, Кондр никак не мог вспомнить жизнь ранее двух лет, когда он очнулся в подземелье в присутствии его величества и незнакомого мага. Они уверяли Ирина в постепенном возвращении памяти, но она так и не восстановилась. Кондр старался и не мог ничего вспомнить из прошлого. Накатывала жуткая головная боль, так что приходилось останавливаться.
Кондр лег, и сон тут же окутал его, увлекая подальше от житейских забот в мир грез.
Странный сон приснился Ирину. Люди, которых он не знал, во сне казались самыми близкими. Имена, прежде не слышанные, пробуждали любовь и уважение. Сон казался кусочком прошлой, запертой памятью жизни.
Обычный кабинет стража закона. Молодой страж закона Кондр Ирин стоял перед своим начальником – старшим стражем закона. Кондр знал его имя – Валейро Сорано. Он считает его не только начальником, но и учителем. Сейчас Валейро недоволен подчиненным. Ирин снова не поставил его в известность относительно своих действий.
– Вот когда ты научишься согласовывать со мной каждый шаг, – ворчал Сорано.
– Мне было не до этого, – пытался оправдаться Кондр. – Преступник не стал бы ждать.
– Если он действительно преступник.
– Нисколько в этом не сомневаюсь.
– Зато остальные сомневаются и жалобы на тебя пишут, – Валейро открыл ящик стола и достал стопку листов, кинул их на стол. – Что мне прикажешь с ними делать?
– Принять к сведению, как и положено.
– Положено, – повторил начальник и вздохнул. – Ты ведь знаешь, что мне положено сделать в таком случае.
– Знаю, – спокойно ответил Кондр.
– Ничего ты не знаешь, – печально ответил Валейро. – Ты делаешь то, что считаешь нужным, не думая ни о последствиях, ни обо мне.
– Я готов отвечать за свои поступки любым способом.
– Кондр, я пытаюсь уберечь тебя от неприятностей, но ты всеми силами оказываешь сопротивление.
– Я не ребенок, чтобы беречь меня от неприятностей. Вы же прекрасно знаете мой характер.
– Да, знаю я, знаю, потому и стараюсь сохранить тебе место, – Сорано поднял вверх указательный палец. – Там уже говорят о невозможности продолжать службу младшему стражу закона Кондру Ирину.
– Причина?
– Несоответствие характера и должного воспитания службе младшим стражем закона. Проще говоря, Кондр, ты не создан для подобной работы, часто требующей деликатного подхода к людям. Я плохой учитель?
– Нет, Валейро, – искренне ответил Кондр. – Вы очень хороший учитель.
– Тогда в чем дело?
– В моем характере, требующем укрощения.
– Сожалею, Кондр, но мне придется удовлетворить жалобу.
– Вы всегда находите правильное решение, – поддержал Кондр.
– Мне бы хотелось как можно реже принимать подобные решения.
– Постараюсь в дальнейшем оправдать Ваше доверие.
Валейро взял чистый лист бумаги и стал медленно писать.
Кондр был спокоен, хотя ему предстоял неприятный остаток дня. Он понимал, что вчерашняя выходка не могла сойти ему с рук. Несмотря на всю снисходительность к нему начальника, служба старшим стражем закона находится на первом месте для них обоих. Увольнение станет худшим для Ирина наказанием. Он постарается измениться. Ради вложенных в него трудов Валейро Сорано. Усилия не должны пропасть даром.
Кондр резко вернулся в реальность, не успев узнать написанное. Все приснившееся казалось настолько реальным, что первые секунды он пытался вспомнить о дальнейших событиях. Напрягал память, но тщетно. Ирин не знал, что произойдет дальше, как любой другой проснувшийся человек.
Мысли прервал скрип открываемой двери. Кондр открыл глаза и насторожился. Кто мог тревожить в такое время? Что-то произошло? Тогда почему его не окликают? Кондр хотел уже подать голос, но вовремя остановился. В лежащем на полу лунном свете Ирин увидел тень вошедшего в комнату. Тот держал в руке какой-то вытянутый предмет. Кондр сразу подумал на нож. Вскочить или притвориться спящим и дать подойти? Благо, руки лежали поверх одеяла. Вошедший постоял немного, прислушиваясь к Кондру, и осторожно пошел к кровати. Кондр решил притвориться спящим и закрыл глаза.
Убийца подошел к кровати и, как показалось Кондру, занес нож. Ирин открыл глаза и одной рукой схватил того за запястье. Другою нанес удар, попав в грудь. Вошедший не ожидал отпора и рванулся назад, но Кондр крепко держал его руку. Убийца рванулся еще раз и смог освободиться. Бросив нож, побежал прочь из комнаты. Вскочивший Кондр догнал его у самой двери, повалил на пол на живот.
– Я не хотел Вас убивать! – закричал молодой мужской голос, незнакомый Кондру.
– Твои действия говорят об обратном, – Ирин сидел у него на ногах. – За нападение на защитника королевства положена немедленная казнь. Я имею полное право сейчас же приказать повесить.
– Пощадите, господин Ирин!
– Сейчас я встану, ты тоже поднимешься и сядешь на стул. Тогда мы поговорим. Попытаешься бежать, умрешь немедленно. Понял?
– У меня есть шанс на прощение?
– Никакого, – безжалостно ответил Кондр и встал.
Встал и парень.
– Давай ремень.
Парень вынул ремень из штанов, передал Кондру, пошел к стулу, сел.
Кондр связал его руки за спинкой. Сев на кровать, накрылся одеялом.
Что теперь делать с почти что убийцей? Казнить на рассвете или все же отпустить? Кондру еще не приходилось использовать все полномочия. Приговор всегда выносился судьей либо его величеством. Он только вел расследование, собирая улики и допрашивая свидетелей. Теперь же он оказался сразу во всех ролях, начиная с жертвы и заканчивая судьей.
Защитник королевства разглядывал несостоявшегося убийцу. Тот сидел в свете луны, молчаливый и напряженный.
– Теперь можно поговорить. Как тебя зовут?
– Райхог, господин Ирин, – моментально откликнулся парень.
– Можешь опустить обращение. Ты сын хозяина постоялого двора?
– Да.
– Отец знает?
– Нет, конечно же нет, – поспешно сказал Райхог. – Иначе он не позволил бы мне это сделать.
– Разумно. Ты совершеннолетний?
– Через месяц стану.
– Кто тебя подговорил?
– Снявший первую комнату.
– Что?! – вскочил Кондр. – И ты молчишь!
– Он уехал, как только дал приказ.
Кондр опустился обратно. Несколько часов он находился рядом с убийцей. Вот только откуда тот узнал о его приезде? Хозяин, помнится, говорил о загнанной лошади именно этого постояльца. Неужели, он знал о выезде из Данеша? Где он сейчас? В столице или в отряде? При мысли об изменнике, возможно, находящемся рядом, по спине Кондра побежали мурашки. Зачем такая сложная схема убийства? Предатель сообщает о выезде жертвы, а заказчик нанимает убийцу. Гораздо проще самому убить.
– Как он выглядел?
– Он скрывал лицо капюшоном.
– И ни разу не снял его?
– Нет.
– Какого он роста?
– Низкого. Приземистый и круглый. Он запахивался в плащ, но я видел его фигуру. Он чей-то слуга.
– Почему ты так думаешь?
– По его манере говорить. Такие не могут быть господами.
– Притворство.
– Нет. У него есть хозяин.
Кондр кивнул. Пусть будет слуга. Уж не тот ли это слуга, который передавал приказания Райгену? Вот так ситуация. Он едет рядом с преступником, которого жалел и защищал, но который желает ему смерти. Надо было все же отдать его палачу. Только когда же он успел сообщить слуге мага? Нет, не сообщал, слуга сам видел задержание Райгена и выезд из столицы. Каким-то образом он прискакал на постоялый двор раньше, выбрав другую длинную дорогу.
– Откуда прискакал тот человек?
– С западной дороги.
Кондр снова кивнул. Западная дорога тоже вела в Данеш.
Ирин зевнул. Спать хотелось немилосердно. Прошлую ночь потратил на одного преступника. Сегодняшняя проходит за допросом другого. Когда же спать? Еще и сны странные.
– Тебе придется ночевать в таком положении.
– Я прощен? – спросил Райхог.
– Еще нет. Ты ведь прекрасно понимаешь, что не можешь быть прощен.
– Почему же? Никто еще не знает о моем поступке. Вам всего лишь следует отпустить меня и ехать дальше.
– Как только я засну, ты снова попытаешься меня убить, – констатировал Кондр.
– Ни за что не повторю ошибки! – горячо возразил Райхог.
– Не уверен. За сколько ты согласился меня убить?
Парень назвал сумму.
– Ого, куда тебе столько денег? Разве содержание постоялого двора не приносит дохода?
– Хочу уйти от отца и жить самостоятельно.
– Похвально. Только первый шаг сделан неправильный. Следовало поговорить с отцом.
– Я много раз пытался поговорить, но он и слушать ничего не хочет. Говорит о молодости и неопытности.
