Глава 3
Дома я не чувствую привычного умиротворения. Я разбита. Разгромлена.
Медленно переодеваюсь: хочу принять душ, освежиться. Но еще больше мне нужно проветрить голову. Может, позвонить подругам – вытащить их куда-нибудь? Потанцевать. Развеяться. Переключиться.
Я привыкла отдыхать с Аязом. Я просто к нему привыкла. Быть постоянно на связи, даже если не рядом, но все равно вместе.
На бессмысленные раздумья уходит еще полчаса. Из меня словно все силы выпили. До ванной комнаты я так и не добираюсь: раздается звонок в дверь.
Видеть Аяза на пороге своей квартиры нет желания. И я решаю его не впускать.
Но он звонит мне на телефон, морально давит на меня, заставляя поднять трубку.
– Я бы не хотела больше сегодня видеться, уходи.
– Дверь открой.
– Аяз. Мне нужно время обдумать. Не сегодня.
– Десять минут, – уговаривает он бодрым голосом.
Я сдаюсь. У меня сейчас нет сил сопротивляться. Я не понимаю, за что браться. Отменить ресторан, фотографа, оператора. Обо всем самой рассказать родителям, потребовать объяснений от отца.
Проворачиваю ключ в замке, впуская гостя. Огромный букет белых роз, что оттягивает руки жениха, не производит на меня никакого впечатления. Все эти галочки теперь кажутся мне унизительными.
– Букет прекрасный. Оставь на полу, я поставлю цветы в воду попозже.
Но Аяз разувается. Зачем-то.
– Сейчас ничего адекватного ты от меня не услышишь, – предостерегаю я.
Сама не успеваю опомниться, как оказываюсь в крепких надежных объятиях. Терпкий такой привычный аромат мужского парфюма врывается в легкие.
– Я тебе уже сказал. Тебя они никак не коснутся.
– Расскажи об этой женщине, – прошу я. Ну да, меня это цепляет. Нехило так цепляет.
– Мы давно знакомы. Одно время были вместе. Планировали детей, семью.
Кошмар. Это услышать еще хуже.
– Потом разошлись. Но она забеременела. Общаемся до сих пор. Мы в обычных отношениях. Я с ней не сплю. Сына люблю. Отказываться не собираюсь. Вас познакомлю, если ты захочешь. Если не захочешь, то нет.
А меня? Он меня-то любит?!
– А в твоем сердце я на каком месте? На задворках?
– Конечно нет. Ты для меня женщина номер один.
Прекрасно. Вот именно это желает услышать каждая женщина. Что она под номером один. Не единственная. Не самая-самая. Она первая. А за ней еще вереница нерастраченного потенциала.
Я не ожидала такого удара под дых.
– Аяз. Я к такому не готова. Пока не готова, извини. И дальше вряд ли приму. Я понимаю, почему наша свадьба так затянулась, но всегда считала это моим решением. А оказывается, это было удобно тебе. Чего ты от меня ждешь?
– Что ты примешь ситуацию и отнесешься к ней с пониманием. Именно поэтому я и не хотел тебе рассказывать.
– А если нет? Если я не смогу смириться и верить тебе дальше?
– Тогда я смогу тебя убедить, что ничего страшного не произошло. Ну всякое бывает в жизни. У меня вот так вышло.
У него такой взгляд… я бы еще смогла отойти от шокирующей новости… наверное… если бы он так хладнокровно не говорил об отсутствии чувств ко мне. О сыне. И о женщине, с которой просто не сложилось. Он поэтому решил организовать брак без эмоций со своей стороны?
– Езжай к ребенку. Мне нужен перерыв. Я сама тебе позвоню. Через пару дней, – добавляю вежливо.
– Гелен… – пытается возражать он.
– Берём тайм-аут. Мне нужно обдумать.
И если раньше при каждой нашей ссоре я искренне хотела, чтобы Аяз остался и заставил меня передумать и помириться, то сейчас я просто не хочу его видеть.
Дверь за его спиной закрывается тихо. А я наконец иду в душ.
Глава 4
Попытавшись разобраться в собственных чувствах, я потерпела сокрушительное фиаско.
Я понимаю, что у Аяза за плечами может быть свое прошлое. Я понимаю, что мы вместе могли бы вписать его в свое общее будущее.
Но я не согласна на обман! Я не согласна, когда меня вынуждают принимать неприемлемые для меня решения! Подчиняться! Наступать на горло своим принципам и ценностям.
Почему он за все время ни разу не сказал, что у него есть сын и он с ним регулярно видится? Что он его любит? Гордится им? Да хоть что-то!
Неужели за столько времени ни разу не возникло ситуации, когда можно было это сделать? Чтобы он был у сына, а я спросила «где ты?» Сколько раз он мне врал? И о чем еще он не счел нужным поставить меня в известность?
Потуже затягивая поясок черного шелкового халата, я возмущенно останавливаюсь возле зеркала, ощущая, что начинаю закипать. Мне нужно остановиться. Отстраниться. Отдышаться. Эта прекрасная тактика работает безотказно.
Набираю Польку.
– Алло! – кричит она в трубку, стараясь перекричать шум. Что у нее там такое?
– Почему так громко? Тебя плохо слышно.
– Мы с Андреем проверяем новую аппаратуру. Он сегодня работает и меня с собой взял.
Ясно. Полина упоминала недавно, что ее парень – Андрей – заказал новое оборудование, но что-то пошло не так, и они до сих пор разбираются.
– Поль, ну выйди на улицу. Поговорить надо!
– Ой, тебя не слышно совсем! Повиси, я сейчас на улицу выбегу!
Аллилуйя, блин!
– Говори! – снисходит до меня Полинка.
– Полька! Я тебя хотела на сегодня сделать своей рабыней! Собирай авоську с оброком и дуй ко мне!
– Милая моя, крепостное право в нашей стране отменили еще в 1861 году. Так что сори, подруга.
– Начинается… – сникаю я.
– Ну правда. У Андрюшки сегодня закрытая вечеринка. Тут такой размах, даже знаменитости будут. Ты же не хочешь, чтобы я сие мероприятие пропустила, правда?
– Ладно. Иди. Веселись. Но если я сегодня от одиночества и горя оставлю этот бренный мир, то знай, виновата будешь ты!
– Ой-ой, напугала. Как ты сама с Аязом, так ничего. А я сразу виновата!
– Вот сейчас вообще не смешно. Это все оказалось правдой. У него и сын, и женщина. Хотя клянется, что они просто «друзья».
– Ну и проверь. Позвони ей. Или встреться. Спроси.
– Прекрасный совет, Поль. Если слышишь хлопки, знай, это мои бурные овации.
– Неа, не слышу, – смеется подруга.
– То-то и оно. В общем. Ты сегодня меня бросаешь?
– Вот вечно ты так, Лен, – расстраивается Полинка.
Сокращенное имя мне даже уже слух не царапает. Я привыкла и бывает забавляюсь по этому поводу. Иногда.
Тихо всхлипываю в трубку.
– Ну давай мы тебя к себе возьмем? Приедешь на вечеринку?
– Я сейчас пришлю тебе свое фото, и ты увидишь: именно так и выглядит человек, жаждущий предстать перед именитыми людьми.
– А почему нет? Собирайся, приезжай. Начало нескоро. У Андрюши подготовка, финальный прогон программы. Отвлечешься. Может, не все так плохо. Пока он с сыном тусуется, ты – с нами. Все по-честному.
– Ты же сказала, вечеринка закрытая, – отзываюсь я нехотя.
– Ты забываешь, что с нами Андрюшка. А он нас проведет, для него нет никаких сложностей.
– Ладно, я подумаю.
– Полтора часа тебе на собраться и намарафетиться. Сейчас я еще позвоню Машке и Эльвире! Проветримся!
В ее голосе чувствуются задор и предвкушение.
Поля отбивает звонок, а я, не отнимая трубку от лица, подхожу к шкафу. Дверцу распахиваю неуверенно, с ленцой.
Завтра ординатуры нет – выходной. А на работу надо. Вечером. Но я же успею выспаться?
Думать о том, что скажет Аяз, когда узнает, что я без него приперлась на какую-то сомнительную закрытую вечеринку, мне совсем не хочется. Он же не думал, как я отреагирую через два года отношений на известие о том, что у него есть сын и отношения с бывшей девушкой. Наша свадьба в сентябре теперь действительно под большим вопросом.
Ладно. Съезжу. Часик потанцую, погляжу на толпу и вернусь домой. Делов-то.
Так! Где тут спряталось мое короткое черное платье, которое должно быть в гардеробе каждой женщины?
Глава 5
Навигатор обещает еще пятнадцать минут. Пробки сегодня просто жесть какая-то.
Кстати, давно я не водила машину в обуви на высоченной шпильке. Ну ооочень захватывающее занятие!
И все бы ничего, но дождь повалил. Прям стеной! Зонта у меня, ясное дело, нет, это же я… что ж, попробую припарковаться поближе ко входу.
К зданию подъезжаю чертыхаясь. Ну вот. Ни одного навеса, а с прилегающей парковки маршировать и маршировать. Да что ж все сегодня так ущербно-то, а?
Ладно. Попробую пересидеть в машине. Еще минут пятнадцать, и дождь хоть немного ведь должен прекратиться. Я как раз добегу. Но не под этим тропическим ливнем!
Пытаясь придирчиво отыскать себе местечко, подмечаю одно. Шире других, чуть в глубине, за поворотом. Так и манит меня приглашающе.
И только я собираюсь заехать, как меня подрезает черный длинный седан. И прямехонько встает туда, куда намеревалась припарковаться я. Ну спасибо, блин! Приоткрываю окно, морщась от противных брызг. Мужчина с водительского сидения отвечает тем же. Он уже в годах, седина на висках, лицо излучает спокойствие и уверенность.
– Здравствуйте! – стараюсь я перекричать шум льющейся с небес воды и раскатов грома. – Я хотела сюда встать!
– Это частная территория, место закреплено, – спокойно возражает мужчина.
– На нем нет опознавательных знаков! Это общее место! Как все остальные.
– Вы ошибаетесь. Можете сдать немного назад и там выбрать любое свободное место. Хорошего дня.
Стекло насмешливо поднимается, отрезая незнакомца от моих возмущений. Шедеврально! Нет там больше мест! Я надуваю щеки и следую совету седовласого умника.
Прекрасно. Останавливаюсь прямо посередине парковки и просто жду. Жду, пока в душе уляжется буря неприятных эмоций.
Отгоняю подальше противные мысли и обессилено складываю руки на руль.
Из люксового авто выбирается мужчина, который со мной разговаривал, раскрывает зонт.
Хорошо ему. У него зонт есть.
Крупные капли барабанят по натянутой непромокаемой ткани.
Он обходит машину и открывает пассажирскую дверь.
Сначала из дорогого авто показывается носок коричневого мужского ботинка. Затем нога в светло-бежевых узких брюках. И вот моему заинтересованному взору предстает высокий крепкий мужчина с грозным выражением лица, разговаривающий по телефону. Кажется, он чем-то недоволен. А водитель сию же секунду заносит над ним зонт. Оу… он провожает хмурого пассажира. Куда именно – мне не видно. Очевидно, с той стороны находится служебный вход.
