В 1923 г., наконец, формируется структурно-функциональная схема ЦИТ, ставшая опорной на длительный период времени. Она включается три линии работы[340 - ГАРФ Ф.5451. Оп. 7. Д.460. Л. 22, 23, 26.]:
1. Лабораторно-исследовательскую.
2. Учебно-методологическую.
3. Консультационную.
По первой линии организационно создается отдел изысканий («основа всей работы ЦИТ’а»[341 - Гольцблят Л. В. Обзор… (С.9).]) для руководства «общей идеологической деятельностью» в науке. На момент создания отдела изысканий в его состав входят библиотека и лаборатории[342 - ГАРФ Ф. 5451. Оп. 41. Д. 183. Л.3.]:
– №1 Фото-кино (зав. Тихонов Н. П.);
– №2 Техническая (зав. Бабий З. Н.[343 - По словам Гастева: «работал на заводах с 12 лет, дошел до инженера». ГАРФ Ф. Р5451. Оп. 41. Д. 183. Л. 3—4.]);
– №3 Биомеханическая (зав. Бружес А. П., декабрь 1923 – февраль 1924);
– №4 Физио-техническая (зав. Ишлондский И. Х.);
– №5 Психо-техническая (зав. Толчинский А. А.);
– №6 Педагогическая (зам. зав. Петров Е. А.);
– №7 Социально-инженерная (зам. зав. Визгалин А. Г.).
В дальнейшем наименования, состав и задачи этих подразделений значительно варьируются, исходя из текущей ситуации[344 - ГАРФ Ф.5451. Оп. 7. Д.460. Л. 22, 23, 26.]. В частности, в декабре 1923 – феврале 1924 гг. к ним добавляются лаборатория №8 неврологическая, а также психофизиологическая амбулатория[345 - Кекчеев К. Исследовательский аппарат ЦИТ’а и его работа // Организация труда. 1924. №1. С.73—74.]. Развитие биологических лабораторий подробно освещено в последующих главах; здесь отметим лишь, что в 1923 – начале 1924 гг. лидирующее положение в ЦИТ занимали биомеханическая и фото-кино лаборатории.
По второй линии создается учебный отдел, включающий установочное бюро (как методический и консультативный центр) и литерные курсы.
По третьей линии организуется консультационный отдел, включающий опытные станции (или так называемые орга-станции) на предприятиях, а также временные комиссии для решения отдельных задач.
Отдельно функционируют:
– отдел воздействия (имея в составе пресс-бюро, музей и ателье; в 1922—1923 гг. руководитель Лев Иосифович Брагинский[346 - Гольцблят Л. В. Обзор…]);
– издательский отдел (бюро-печати) с собственной, постепенно создаваемой типографией; его возглавляет Виктор Осипович Перцов, с которым Гастев познакомился в Харькове, а затем совместно работал в Киеве[347 - ГАРФ Ф. Р5451. Оп. 41. Д. 183. Л.1.].
С точки зрения развития общего менеджмента организацией важным моментом стало создание в 1923 г. бюро учёта с задачами контроля работы всех отделов в целом, отдельно – работы научных сотрудников и лабораторий, проверки явки на работу сотрудников, контроля исполнения заданий по Институту и мастерским, учёта посетителей, работников по НОТ. Интересно, что бюро получило и небольшую научную задачу по разработке проблем учёта в целом: «производились опыты над постановкой учёта работы отдельных сотрудников ЦИТ путем заполнения хроно-карт. Получен очень богатый материал». С мая 1923 г. бюро наладило выпуск внутреннего информационного бюллетеня «Учёт работы»[348 - Гольцблят Л. В. Обзор…]. Руководил бюро учёта Л. В. Гольцблят.
Леон Вольфович Гольцблят[349 - В публикациях указано «Лев Гольцблят», в документах – Леон Гольцбла (я) т] родился 7 мая 1899 г. в Варшаве, в семье служащих. Рано приступил к труду, работал посыльным, сучильщиком, техническим секретарём профессора. В 1917 г. окончил 4 класса вечерней школы, затем – высшие научные курсы; поступил на гуманистический факультет, где так или иначе учился 2 года. Ещё с 1915 г. Л. В. Гольцблят (партийная кличка «Левек») состоял в революционном молодёжном кружке «Будущность» социально-демократической направленности; референт, агитатор, пропагандист; дважды арестован за революционную деятельность. В 1917 г. сидел в «варшавской цитадели», в 1918 г. отправлен в лагерь, где пробыл до революции в Германии. В 1919 г. мобилизован в армию, был на фронте под Новоград-Волынском, поучаствовав в единственном злосчастном бою с Красной Армией. После этого, фактически, дезертировал и бежал в Россию. Жил в г. Харьков, где работал в городском и губернском комитете, затем в центральном комитете Коммунистического союза молодёжи Украины. В 1920 г. вступил в ВКП (б). В феврале 1921 г. отозван в Москву для работы в центральном комитете Российского коммунистического союза молодёжи (комсомола). Параллельно работе учился на экономическом отделении Первого МГУ. В конце 1922 г. вынужденно уехал в Германию на лечение[350 - ГАРФ Ф. 5515. Оп. 35. Д. 335. Л. 1—7. ГАРФ Ф. А406. Оп. 24а. Д. 2956. Л. 24—25. ГАРФ Ф. 10035. Оп. 1. Д. П-52218. Л.8—9.]. Такие поездки повторялись несколько раз в последующие 2 года[351 - Леон Вольфович находился под постоянным наблюдением врачей. Он страдал сильными головными болями, выраженным ожирением, прогрессирующим ухудшением зрения, носовыми кровотечениями, неспокойным сном; причиной болезни он считал «очень сильное нервное потрясение» (ГАРФ Ф. А406. Оп. 24а. Д. 2956. Л. 16, 25).].
В 1922 г. Л. В. Гольцблят поступил на курсы промышленных администраторов ЦИТ со специализацией по методам подготовки рабочей силы и инструктажу персонала[352 - ГАРФ Ф. 5515. Оп. 35. Д. 335. Л. 6—7.]. После их окончания остался в Институте, где с 15 апреля 1922 г. по 20 апреля 1930 г. он занимал должности заведующего Бюро Учёта, орга-секретаря, методического работника, наконец – заведующий курсами подготовки инструкторов-строителей в Москве и по всем базам АО «Установка»[353 - ГАРФ Ф. 5515. Оп. 35. Д. 335. Л.4, 6—7. ГАРФ Ф. А406. Оп. 24а. Д. 2956. Л. 24—25.]. В первые же годы своей работы Леон Вольфович установил в ЦИТ систему учёта работы, а также подготовил «Обзор деятельности ЦИТ'а за 1923 год», в настоящее время ставший уникальным источником по ранней истории Института[354 - Гольцблят Л. В. Обзор деятельности ЦИТ'а за 1923 год. Москва: Центр. ин-т труда, 1924. 77 с.]. Леон Вольфович автор нескольких статей и участник второй Всесоюзной конференции по НОТ. Он – ценный сотрудник ЦИТ, про которого А. К. Гастев говорил: «преданнейший работник, никогда не считавшийся с <…> нагрузкой, а дававший время в любой момент дня и ночи»[355 - ГАРФ Ф. А406. Оп. 24а. Д. 2956. Л. 15.]. Также, с 15 октября 1924 г. Л. В. Гольцблят работал в НК РКИ, состоя на ответственной должности секретаря Совета по научной организации труда (СОВНОТ), а в дальнейшем – на должности научного сотрудника методологического отдела (с 1 мая 1926 г. по 15 января 1927 г., уволился по причине закрытия отдела)[356 - ГАРФ Ф. А406. Оп. 24а. Д. 2956. Л. 2—3.].
В научной части вёлся свой внутренний контроль качества. Здесь функционировала инспектура отдела изысканий, которая ведаларазработкой программ исследований по Институту в целом и по каждой лаборатории отдельно, а также контролировала сроки и качество их выполнения. В инспектуре работали К. Х. Кекчеев и Н. А. Бернштейн[357 - Там же.].
В ноябре—декабре 1923 г. при отделе изысканий функционировала практическая комиссия для «создания смычки между теоретическими исследованиями лаборатории и практическими работами курсов инструкторов производства и консультационного отдела»; в неё входили А. З. Гольцман, К. Х. Кекчеев, Н. А. Бернштейн, А. С. Лабутин. Комиссия детально ознакомилась с деятельностью всех лабораторий, составила плана дальнейшей работы каждой из них для решения к концу года общей задачи, уточнила возможности практического применения лабораторных достижений. Также были даны рекомендации о подаче отдельных результатов исследований в научный сборник «Исследования ЦИТ»[358 - Гольцблят Л. В. Обзор…]. Деятельность комиссии была однократным эпизодом.
Уже не первый раз на страницах книги упоминается имя А. З. Гольцмана – соратника А. К. Гастева по работе в профсоюзе металлистов, специалиста по научной организации труда.
Абрам Зиновьевич Гольцман родился 24 декабря 1894 г. в г. Одесса, в семье грузчика. Окончил ремесленное училище, рано примкнул к социал-демократическим кружкам, вовлёкся в революционную деятельность. С 1911 по 1917 гг. его жизненная траектория характерна для многих революционеров: аресты, ссылки (в том числе, в Нарым, как и Гастев), побеги; в 1913 г. в родном городе он организовал профсоюз деревообделочников. После революции 1917 г. вступил в партию большевиков; как говорилось выше, входил в Центральный комитет профсоюза металлистов, был членом президиума и заведующим отделом нормирования ВЦСПС, с 1924 г. – член президиума Высшего совета народного хозяйства, с 1926 г. – член коллегии наркомата рабоче-крестьянской инспекции; на XIV—XVI съездах ВКП (б) избирался в состав, позже в Президиум Центральной контрольной комиссии партии. В 1922—1925 гг. А. З. Гольцман руководил Главным электротехническим управлением ВСНХ СССР[359 - ГАРФ Ф. 5451. Оп.4. Д.263. Л. 8. Абрамов А. С. У Кремлевской стены. 6-е изд., доп. Москва: Политиздат, 1984. 368 с.; Архипова Т. Г. Гольцман Абрам Зиновьевич / Российская еврейская энциклопедия. главный редактор Г. Г. Брановер. Москва, 1994. С. 350.]. Этот выдающийся профсоюзный и хозяйственный деятель вместе с А. К. Гастевым и В. Ф. Обориным стоял у истоков НОТ в профсоюзном движении и научного подхода к нормированию труда; как было сказано выше, поддержал и активно участвовал в создании Института труда, в том числе будучи руководителем распорядительного бюро учреждения, организатором взаимодействия научных и консультационных его подразделений[360 - РГАЭ Ф. 358. Оп. 1. Д.67. Л.1—6; РГАЭ Ф. 358. Оп. 1. Д.68. Л.1—6; Гольцман А. З. Нормирование труда: (Опыт построения схемы тарифной политики). Москва: Центр. ком. Всеросс. союза рабочих металл., 1919. 63 с.; Гольцман А. З. Тарифная политика профсоюзов (Тезисы А. Гольцмана). [Б. м.]: [б. и.], [19 – ]. 7 с.; Лисс А. Нормирование производительности // Металлист. 15.06. 1918. №2. С.7—8; Гольцблят Л. В. Обзор…]. В 1923 г. Абрам Зиновьевич входил в состав президиума Института труда[361 - ГАРФ Ф. 5451. Оп. 7. Д. 383 Л.6.]. Он не только организатор, но и учёный – автор статей о тарифах и нормировании, организации труда, технической революции в контексте НОТ, ряд брошюр (в том числе, «Реорганизация человека»), многократно печатался в отраслевых средствах массовой информации. Отметим, что в архивах отложилась его неопубликованная монография «Человеческий труд и техника»[362 - РГАЭ Ф. 358. Оп. 1. Д.1. Л.202; РГАЭ Ф. 358. Оп. 1. Д.4. Л.235; РГАЭ Ф. 358. Оп. 1. Д.18. Л.34; Гольцман А. З. Реорганизация человека. Москва: Центр. ин-т труда, 1924. 52 с.; Гольцман А. З. Организация труда в СССР: I. Социальная обстановка. II. Союзы и производство. III. Теоретические заметки. Москва: Центр. упр. печати и промпропаганды ВСНХ СССР, 1925. 110 с.; Гольцман А. З. Массовое натуральное премирование: Доклад Президиуму ВЦСПС. Москва: ВЦСПС, 1921. 16 с.]. Не смотря на заинтересованность в НОТ и активность на этапе создания ЦИТ, А. З. Гольцман постепенно уменьшал своё участие в деятельности Института и научную работу, что, впрочем, было закономерно обосновано гигантской трудовой нагрузкой в нескольких структурах параллельно.
При отделе изысканий состояла научная библиотека, в которой была собрана профессиональная литература на русском, английском, немецком, французском языках. По состоянию на 1 января 1923 г. в ней было 7151 томов, ровно через год – 8801, в дальнейшем – более 10000. Отдельно была сформирована библиотека для курсантов с выдачей книг по НОТ на дом. В один момент книжный фонд ЦИТ значительно пополнился за счёт передачи личной библиотеки руководителя курса «У» (учёта и калькуляции) А. И. Гуляева[363 - Гольцблят Л. В. Обзор…]. Физически библиотека размещалась в обширном подкупольном помещении здания на Петровке – ротонде со стеклянным потолком.
Административные функции ЦИТ выполняли президиум, отдел управления делам (с бухгалтерией и хозяйственной частью, ремонтными мастерскими), распорядительный отдел, комендатура.
В первой половине 1920-х гг. общее количество штатных единиц ЦИТ колеблется в диапазоне 70—88[364 - ГАРФ Ф.5451. Оп. 7. Д.460. Л. 22, 23, 26; ГАРФ Ф.5451. Оп. 7. Д.460. Л. 63—64.]. Обилие научных лабораторий сочетается с минимальным количеством их кадрового обеспечения. В каждой из них лишь 2 штатные единицы – заведующий и научный сотрудник. Эта ситуация отражает и относительно скромные финансовые возможности ЦИТ на раннем этапе его становления, и дефицит квалифицированных и лояльных кадров («бедность научных сил с биологической, технической и практической компетенцией»), о котором столь эмоционально сообщал Гастев: «К нам приходили чудаки, помешавшиеся на абсолютных трудовых измерителях, на немедленных генеральных и чудесных преобразованиях, на проектах декретов, на машинах, известным им, главным образом, по аналогии с пишущими машинами, словом, стоял такой гомон архи-революционного и сверх-левого доморощенного новаторства, что пришлось решить задачу так: самим заняться работой, а им не мешать кричать и куролесить, поскольку в этом не было явного нарушения общественной тишины и спокойствия»[365 - От редакции // Организация труда. 1924. №1. С.5—7.].
Организационно-методологически и идеологически А. К. Гастев всё время проводил параллель между научной работой и работой промышленного предприятия. Научно-изыскательная деятельность ЦИТ должна была и велась по принципам организации завода. В начальном периоде такой подход носил более идейный характер, но по мере развития самого Института, а в особенности процессов стандартизации, ряд организационных подходов действительно оказались заимствованными.
Первым шагом Гастев проводит сортировку научных лабораторий по аналогии с цехами завода[366 - Гольцблят Л. В. Обзор… (С.31).]:
1. Заготовительному цеху соответствует Фото-кино лаборатория, основная методика которой представляет собой «фиксаж изучаемого объекта», фактически – сбор первичных данных.
2. Обработочному цеху – техническая, биомеханическая, физиотехническая, психотехническая лаборатории, выполняющие анализ данных.
3. Сборочному цеху – педагогическая и социально-инженерная лаборатории, осуществляющие синтез.
Сам Институт Гастев называет «учёно-изыскательным заводом», а учёный совет – «распределительным бюро»[367 - Гастев А. Организационная и научная жизнь Института Труда // Организация труда. 1922. №3. С. 163—176 (С.171).].
В 1922 г. во все научные лаборатории, в том числе сугубо биологические, вводятся технические консультанты с целью «ввергать в обращение точно определенные рабочие приёмы». То есть каждое научное подразделение начинает представлять собой междисциплинарное (а иногда и трансдисциплинарное) объединение[368 - Там же.]. Занятно, что «биологов» достаточно решительно – вполне в духе времени диктатуры пролетариата – обучали рабочим навыкам. Тому живое свидетельство это слова профессора А. А. Кулябко: «Пишущий эти строки припоминает, как велико было чувство утомления при первых упражнениях в рубке зубилом, пока ещё не были усвоены правильные приёмы в работе и не достигнута известная степень тренировки»[369 - АРАН Ф. 562. Оп. 1. Д. 31. Л. 2.].
После периода интенсивных изысканий структура научных подразделений вновь претерпевает изменения. В целом они назрели: методические и профессиональные разногласия приводят к определенным кадровым потерям; академическое психотехническое направление исчезает, трансформировавшись в психологию труда; биомеханика стремительно теряет лидирующие позиции в научной повестке ЦИТ. Однако потери уравновешивались новыми возможностями. На работу в ЦИТ приходит профессор А. А. Кулябко – крупный специалист в области физиологии и функциональной диагностики. В недрах физио-технической (теперь все более часто называемой физиологической) лаборатории «вызревают» новые отдельные структуры по биохимическим и газообменным исследованиям.
В 1924 г. президиум ЦИТ утверждает новую структуру Изыскательного отдела; теперь в его составе три больших подразделения[370 - Биологические лаборатории ЦИТ’а // Организация труда. 1925. №1. С. 106.]:
1. Энергетическая лаборатория (руководитель профессор М. О. Гуревич) с отделениями:
– биохимическим (доктор А. Ф. Гольдберг);
– неврологическим и невромеханическим (доктор Филимонов);
– активаторным (доктор Н. П. Рябушинская).
2. Сенсорная лаборатория – бывшая психотехническая (руководитель профессор А. А. Толчинский).
3. Диагностическая лаборатория – бывшая психо-физиологическая амбулатория (руководитель доктор Н. И. Озерецкий).
В последующие 3 года эти структурные подразделения ведут научно-практические изыскания по биологической линии, довольно стремительно наращивая свою значимость.
В 1925 г. в ЦИТ происходят значительные структурные преобразования общего характера. Зимой в состав акционерного общества «Установка» (см. 2.4) передаются учебный и консультативный отделы. В связи с этим несколько изменяется функция президиума ЦИТ; если раньше он был «административно-распорядительным» органом, то теперь рассматривается как «методико-распорядительный», отчасти заменяющий собой Комитет Изысканий и Установочное бюро[371 - В Президиуме ЦИТ’а // Организация труда. 1925. №6. С. 94.].
В начале лета 1925 г. сообщается об изменении структуры изыскательного аппарата, в состав которого вводятся целых семь новых лабораторий: инструментально-мускульная, станочная, монтажная, скоростная, калибров (точности), двигательной культуры, психо-тренировок. На этом фоне продолжают работу сенсорная, энергетическая, социально-инженерная лаборатории[372 - Хроника ЦИТ’а и «Установки» // Организация труда. 1925. №3. С.108—111; ЦИТ 5 лет. 1920—1925. Москва: Изд. ЦИТ-ВЦСПС, 1925. 107 с.; Толчинский А. А. Биологические лаборатории ЦИТ’а // Организация труда. 1925. №2. С.85—87.]. Сообщение о новой структуре в изученных материалах встречается однократно, и то в виде краткого сообщения в рубрике «Хроника ЦИТ» (более того, существующие биологические лаборатории в нём наименованы с ошибками). Последующей информации о работе и результатах этих новых структур нет. Возможно, имеет место излишне поспешная публикация некой предварительной концепции или идеи, на практике не реализованной.
В действительности же было воплощена следующая реструктуризация. В конце 1925 – 1926 гг. отдел изысканий переименовывается в отдел контроля (контроля подготовки рабочей силы), который должен «ведать контролем обработки рабочей силы как в процессе самой обработки, так и в конечной стадии этой обработки», причём такой контроль запланировано осуществлять по двум линиям – производственно-технической и биологической[373 - Жизнь ЦИТ’а // Установка рабочей силы. 1927. №3—4. С.88—94.].
В структуре ЦИТ создаётся отдел установки (установки подготовки рабочей силы) под руководством члена президиума Института Николая Николаевича Иванова[374 - Жизнь ЦИТ’а // Установка рабочей силы. 1927. №1—2. С.51—67; Жизнь ЦИТ’а // Установка рабочей силы. 1929. №7—8. С.59—66.]. Это в большей мере организационно-методологическая структура, курирующая вопросы разработки учебно-методического обеспечения курсов по разным программам и для разных специальностей; развития новых культурных установок; социальной инженерии[375 - ГАРФ Ф. Р5515. Оп. 4. Д. 442. Л.2—6.].
Впервые научные лаборатории утрачивают единоначалие и разделяются между двумя самостоятельными структурами ЦИТ.
Также создаются два координационно-методических подразделения (отдел руководства базами с бюро связи, отдел руководства Ф. З. У.) для взаимодействия с внешними учреждениями по вопросам обучения. Под эгиду секретариата сводятся задачи планирования, экспертизы, систематизации научной работы, снабжения источниками, общественного воздействия[376 - Там же; Жизнь ЦИТ’а // Установка рабочей силы. 1927. №1—2. С.51—67.].
К 1927 г. количество сотрудников ЦИТ возросло до 105 человек[377 - ЦИТ к десятилетию Октябрьского переворота // Установка рабочей силы. 1927. №9—10. С.131—145.]. В соответствии с новыми установками А. К. Гастева ЦИТ продолжает принципиальные функционально-структурные преобразования, прежде всего в части изыскательных подразделений[378 - ЦИТ к десятилетию Октябрьского переворота // Установка рабочей силы. 1927. №9—10. С.131—145.]. В качестве направлений работы ЦИТ установлены: металлообрабатывающая, текстильная, деревообделочная промышленность, строительство, военное дело, общетрудовое воспитание[379 - Там же.].
Руководящие структуры ЦИТ по-прежнему образуют Совет и президиум. Административно-хозяйственные задачи сосредоточены в управлении делами. В отдельную структуру выводится Секретариат. В свою очередь в его составе: плановый сектор, учёный сектор (учёт плановых и внеплановых заданий), сектор методического оформления, библиотека (с более чем 10 тысячами томов!), методический архив, учёный секретариат (с задачами переводов, реферирования и рецензирования научных трудов), издательство (в этот момент только на регулярной основе издаются «Установка рабочей силы», «Организация труда», «Бюллетень Совета Курсантов», «Деловая хроника ЦИТ»).
Основная структура ЦИТ теперь включает три отдела: установки, методического руководства подготовкой рабсилы, контроля.
В соответствии с новым подходом А. К. Гастева происходит функциональное разделение в науке: сбор первичных данных, их анализ, наконец синтез новых сущностей вменены в задачи разных структурных подразделений.
Основной научной структурой становится отдел контроля (заведующий – инженер Натан Маркович Бахрах), в составе которого[380 - Там же; ГАРФ Ф. Р5515. Оп. 4. Д. 442. Л.2—6; Трудовая клиника и отделы ЦИТ’а // Организация труда. 1928. №1. С.69—74.]:
1. Основные научные лаборатории:
– производственного контроля (вопросы качества продукции, производительности и контроль факторов обучения, контроль изделий курсантов, формирование квалификационной характеристики учащегося и квалификационных стандартов[381 - ГАРФ Ф. 5451. Оп.10. Д.8. Л.7; ЦИТ 5 лет. 1920—1925. Москва: Изд. ЦИТ-ВЦСПС, 1925. 107 с.]);
– биоинженерная для контроля организационного поведения рабочего на рабочем месте (появляется ближе к 1927 г.);
– психотехническая (контроль высших функций);
– энергетическая (позже разделяется на биохимическую (контроль утомляемости путем анализа метаболизма) и газообменную (контроль энергетического баланса организма);
– функциональной диагностики (контроль работы сердца и лёгких).
2. Амбулатория (медицинский и антропометрический контроль).
3. Бюро клинического анализа, в свою очередь состоящее из секторов:
– производственно-технического сектора (точностные и скоростные характеристики);
– причин брака (характеристика брака);
– биологического (характеристика биологических функций);
– связи с бывшими курсантами, работающими в производстве (изучения бывших курсантов ЦИТ в производстве и инструктажа их);
– общей статистики.
Бюро клинического анализа – принципиально новая структура, в задачи которого вменяется контроль режимов и результатов обучения курсантов, конструирование клинической системы биологического и производственного контроля курсов. Бюро занималось синтезом: оно «собирает данных всех лабораторий по изучению курсантов, устанавливает зависимость между различными показателями и делает на их основании выводы, которые явятся необходимым материалом для корректирования программ и методик обучения по различным цехам»[382 - Жизнь ЦИТ’а // Установка рабочей силы. 1927. №3—4. С.88—94.].
Согласно функциональном разделению сбор первичных данных осуществляется в лабораториях и амбулатории, обработка и предварительное обобщение – в бюро клинического анализа, соответствующие результаты передаются в отдел установки. В функции бюро клинического анализа также вменялась подготовка оперативно-методической документации, сводных материалов по объёму клинической работы по биологической линии.
В состав отдела установки входят[383 - Там же; ЦИТ к десятилетию Октябрьского переворота // Установка рабочей силы. 1927. №9—10. С.131—145; Жизнь ЦИТ’а // Установка рабочей силы. 1927. №1—2. С.51—67.]:
– аналитико-методическое бюро – задачи анализа и синтеза, разработка учебных планов, программ и инструкционных карточек (заведующий К. И. Брагинский, ранее руководивший музеем);
– бюро методической экспертизы – программно-методическая экспертиза и экспертиза материалов бюро клинического анализа;
– социально-инженерная лаборатория – «экспериментирование методик», конструирование вещевых факторов обучения, разработка приспособлений для обучения, тренировочной аппаратуры и стандартизированных рабочих мест;
– техническое (конструкторское) бюро – конструирование программных заданий, конструирование и изготовление нужных приборов и технических средств для науки, обучения, производства и т.д.;
– бюро установочной документации – оформление материалов и методик по установленным стандартам, массовое изготовление и тиражирование документов, разработанных аналитико-методическим бюро.
Это подразделение обеспечивало внутренний контроль качества научной работы, верхнеуровневый синтез для окончательной трансформации научных результатов в прикладные методики, стандарты, педагогические средства и т. д.
Наконец, отдел методического руководства подготовкой рабсилы выполнял координирующие и информационные функции в сети официальных баз ЦИТ (на момент утверждения новой структуры таковых было 7 – две в Москве, в Ленинграде, Днепропетровске, Брянске, Минске, Ундоле) и более 250 фабрично-заводских училищ (ФЗУ)[384 - ЦИТ к десятилетию Октябрьского переворота // Установка рабочей силы. 1927. №9—10. С.131—145.].
В 1927 г. происходит очередной качественный переход: на посту руководителя научной работой ЦИТ К. Х. Кекчеева – врача сменяет инженер Натан Маркович Бахрах.
В функцию основного научного подразделения – отдела контроля – по-прежнему включены как технические, так и биологические аспекты. При этом надо подчеркнуть явную и всё более возрастающую организационную и идейную подчиненность биологических исследований инженерно-техническим задачам. Начать с того, что руководителем всех научных лабораторий теперь является инженер (Н. М. Бахрах). Задачи отдела, в формате производственного и биологического контроля, сформулированы максимально «технологично»: на первом плане – измерение, оценка, выявление причин брака и потерь, научное обоснование предложений по рационализации; на втором – отбор и подбор обучаемых, контроль производительности (скорости), утомляемости. Внутри ЦИТ отдел контроля идейно воспринимается как «лаборатория производственного контроля и ансамбль биологических лабораторий»[385 - Сметанин А. В. Методологические и организационные средства ЦИТ’а // Установка рабочей силы. 1928. №11—12. С.35—48.] – акценты очевидны.
Новая структура ЦИТ стала основой для реализации прорывного научного исследования – синтетического эксперимента (см. главу 12).
В целом указанная структура научных лабораторий сохранялась в ЦИТ до начала 1930-х гг. Вместе с тем, в 1928 г. амбулатория с задачами оценки профпригодности была дополнена отборочной комиссией для сортировки поступающих на курсы «на основе установленных медициной противопоказаний»[386 - Там же.].
Также появилась новая динамометрическая лаборатория (руководитель тоже Н. М. Бахрах) с задачами изучения и измерения количества выполняемой человеком работы при разных типах движений в точки приложения усилий органов человека к тем или иным механизмам.
В контексте синтетического эксперимента ключевыми моментами стала трансформация биоинженерной лаборатории в лабораторию производственного поведения, а также появление бюро клинической документации для обработки и анализ всех результатов по отдельным видам клинического контроля (термин «клинический» имел в ЦИТ своеобразное значение, о котором также будет сказано в главе 11)[387 - Там же.].
Кратко укажем, что функционально и методологически отдел контроля рассматривался ещё и как «трудовая клиника», осуществлявшая три вида контроля[388 - Трудовая клиника и отделы ЦИТ’а // Организация труда. 1928. №1. С.69—74.]:
1. Производственно-технический: контроль результатов подготовки рабсилы (в конкретных обработках изделий), выявление технических требований к квалификации. Исполнитель – лаборатория производственного контроля.
2. Биологический: контроль измерений, происходящий в организме обучаемого в процессе обучения и выявляющий биологические требования к квалификации. Исполнитель – амбулатория, лаборатории функциональной диагностики, газообменная, биохимическая, психотехническая.
3. Организационно-производственный – контроль производственного поведения обучаемого. Исполнитель – био-инженерная лаборатория.
Получаемые результаты должны были анализироваться комплексно, обобщаться и использоваться для усовершенствования «установки и обработки» курсантов. Это объединение работы всех структур с выяснением взаимоотношений между техническими и биологическими результатами обработки выполняло бюро клинического анализа[389 - Там же.].
Систематизированные научные результаты применялись «для воздействия» на процессы обучения и контроля. Следует отметить наличие трёх «генеральных потоков контрольных данных»: прямого из процесса обработки через лаборатории в бюро клинического анализа; обратного внешнего из бюро к процессу обработки, обратного внутреннего – к отдельным контрольным единицам.
Идея «трудовой клиники» детально будет изучена далее (см. главу 11).
В начале 1930-х гг. структура ЦИТ вновь начала претерпевать изменения, связанные, преимущественно, со сворачиванием биологического направления и полным замещением его инженерно-технологическими изысканиями и работами. Однако эти аспекты уже не представляют детального интереса в рамках данного исследования.
В этот период число штатных единиц ЦИТ достигает 140[390 - ГАРФ Ф. Р5451. Оп. 14. Д. 48а. Л.35.].
В целом с 1930 г. основные разделы работы ЦИТ включают: подготовку кадров, организацию труда, организацию и техническую реконструкцию производства, проектировочные работы (проектирование рабочего состава, организации труда и учебно-установочных цехов), клинические работы по измерению производственных и трудовых процессов, производственный политехнизм. Ведётся внедрение «функционально-расчлененной организации труда», базирующейся на дифференциации и специализации работ, также разрабатываются квалификационные характеристики.
Биологическое направление ещё присутствует, но уже стремительно отходит на второй план: «Клинические работы проводятся ЦИТ’ом по измерению организационно-производственного поведения работника, а также по контролю работы организма работающего. В то же время клиника разрешает задачу сочетания показателей организационного и биологического порядка». На этом фоне ведущей формой работы становятся именно проектировочные работы на предприятиях, а контроль становится сугубо техническим и организационным[391 - Гастев А. Работы ЦИТ’а (тезисы докладов А. Гастева на президиуме ВЦСПС и президиуме ВСНХ СССР) // Установка рабочей силы. 1930. №10—12. С.3—8; Инструкция по производственной практике курсантов // Установка рабочей силы. 1930. №5—6. С.74—77; Из жизни ЦИТ’а – «Установки» // Установка рабочей силы. 1930. №5—6. С.76—77; Постановление совещания методических работников отделений А/О «Установка» // Установка рабочей силы. 1930. №7—9. С.143—146.].
В конце концов, к середине 1930-х гг. биологические лаборатории ЦИТ ликвидируются[392 - Методы ЦИТ и их применение….]. Процессы и причины, которые привели к этому, подробно изучены далее…
