Перейти к содержанию

Академия Междумирья. Дикая магия и прочие неприятности — книга №10 серии «Дикая магия»

Автор:

4,8 100+ оценок читателей Рунета
Категория
магические академии
Серия
Дикая магия · книга №10
Год издания
Издательство
Автор
Возрастное ограничение
16+
Обновлено
25.09.2026

Аннотация

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ В том, что призванный экземпляр не только красив, но и кошмарно опасен, я убедилась еще в первую ночь. Демоны разными бывают, ага. С настоящими рогами, дурными манерами и собственническими инстинктами… Но не каждый пытается тебя придушить в день магического совершеннолетия! Мрачный дикарь уверен, что сошел в Преисподнюю (боги Веера, где это?). Он странно косится на мои карнавальные рожки и совсем не знает законов Сеймура. Один из которых гласит: вывалился из учебной пентаграммы – веди себя прилично!

Читать «Академия Междумирья. Дикая магия и прочие неприятности» — Елена Княжина онлайн

Страница 8 из 13

Тяжело дыша, проводила взглядом взлетающий вверх подъемник. За его стеклянными дверями только что исчезли хавранский князь и сеймурский профессор.

Дырявое небо… И если бы я еще хоть на секунду облегчение испытала, ага!

Так нет же, внутри зародилась паника покрепче прежней. Парень доверился мне, единственному человеку, которого знал в целом новом мире… И вот результат. Не стоит снимать брюки перед Маргаритой Харт: это выйдет вам боком. Каменным носом, каменным задом и вот этим всем.

Я привалилась к стене и зажмурилась, представляя страшные картинки. Как хавранец приходит в себя на лабораторном столе, как достает из кармана палочку и начинает плеваться молниями во всех вокруг… Как заваривается каша погуще той, что готовит к завтраку Санни – наш семейный маг-хозяйственник. В финале на пепелище, еще недавно являвшемся десятым уровнем серватория, находят лишь браслет с именами моих родителей.

Эйна-заступница!

Перескакивая ступени, я понеслась вниз. Без «нового поступления» мне наверх пока не пробраться.

Бездна, бездна, бездна…

Кончик серебристой косы мелькнул внизу, в темноте, и я прижалась лопатками к стене. Какой это уровень? Пятый, четвертый? Скинула на пол халатик-мантию и набрала полную грудь стерильного воздуха.

– Маргарита? – окрикнул меня Клэй, стоявший ниже по лестнице. – Не прячьтесь, ланта Харт, я вас заметил.

– Да как? – прошептала удивленно, отлепилась от стенки и перевесилась через перила.

– Узнал по запаху. Ветер принес мне ваш аромат еще минуту назад, – лукаво признался ректор и задрал голову. В руках он держал стопочку книг. – И что же вы делаете на этих уровнях?

– Помогаю сирре Фервине с очисткой керрактских древностей, – соврала, спускаясь на пролет ниже. – Я взяла несколько отгулов, чтобы…

– В свой праздник? Рита, вы совсем не умеете отдыхать, – осуждающе вздохнул Клэй.

Его коса жила своей жизнью и раскачивалась серебристой змейкой за могучими плечами.

– Не умею, – согласилась я, покусывая губы.

Наконец мы поравнялись с ректором – у выхода на третий уровень.

– Придется вас научить, – вкрадчиво прохрипел мужчина. – Вы когда-нибудь спускались со склонов Маунт-Грин в это время года?

– Я вообще никогда не спускалась, сир Клэй. Родители предпочитали горам отдых на океане, – пожала плечами. – А Шах-Грин мама и вовсе недолюбливала.

– Вне учебы вы можете звать меня Квентан, – ректор пошел в наступление. И в нападение. Как минимум на мою талию, дрогнувшую под его напористыми пальцами. – Вам понравится, Рита. Всё понравится.

– Я не…

– Снег уже сошел с гор, склоны заросли цветами. Под ногами раскинулась старая ярмовая роща, закрытая от посещений. И кажется, будто летишь в розовую воронку… От стремительного спуска захватывает дух, магия взрывает вены, жар затапливает грудь…

Он рывком дернул меня вперед, заставляя ошалевшим телом вбиться в чужое. Ох! Дух захватило без всякого спуска.

– У вас урчит в животе, – заговорщицки сообщил Клэй. В то время как его игривый ветерок забрался под мою подкопченную юбку. – Я бы пригласил вас на обед, но должен уделить внимание делегации. Не морите себя голодом, Рита. В горы мы доберемся поздней ночью, кухня вряд ли будет работать.

– Д-доберемся? – переспросила нервно.

– Вы сейчас ночуете в доме Эндрю и Эммы Чейз? – поразил он своей осведомленностью. – Я пришлю экипаж туда. Соберите заранее все, что желаете взять с собой. Одежду потеплее, на вершине еще прохладно…

Ректорские пальцы наглаживали мою поясницу, вминаясь в ткань платья, а я будто оцепенела. Как если бы тело обкололи анестезирующими зельями или обмазали парализующей мазью.

– У меня есть дар, Маргарита. Я знаю, чего желают люди. Или чего они вот-вот пожелают, – чувственные губы коснулись моего виска, замерли на мгновение и отлепились.

Не дожидаясь ответа или хотя бы кивка, Клэй выпустил меня из захвата и первым вышел на третий уровень.

Не припомню, чтобы всерьез желала своего куратора… Если разобраться, отношения между нами были «нежаркие»: ловя его строгий взгляд, я думала только об отчислении. И о том, как неуместно сир Квентан смотрится в папином кабинете.

Как всякий наблюдательный человек (с гибким, пытливым умом), я могла оценить его привлекательность. Знала, что однокурсницы бесстыдно грезят о нем ночами. И в моменты слабости, когда на мою бедовую рыжую голову сваливался воз проблем, хотелось, чтобы кто-то сильный сграбастал меня в объятия и спрятал от неприятностей.

Но поехать вместе в Шах-Грин? Забраться в уютный домик на горной вершине? Разделить ужин, отдых, постель? Я прислушалась к ощущениям: нет, этого я пока не желала. И вряд ли пожелаю «вот-вот».

***

Весь день я слонялась по серваторию, создавая видимость полезной деятельности. Боялась покинуть храм знаний, но и подняться выше дозволенного уровня пока не рисковала.

Дядин пропуск ободряюще грел карман юбки, оставляя надежду. Все еще может получиться. Когда рабочий день подойдет к концу, свет погасят и на этажах останутся лишь самые фанатичные маги-ученые.

Стараясь не попадаться на глаза знакомым, я перемещалась между разделами. Стирала тряпочкой пыль с витрин «Керракта», полировала полочки книжных стеллажей «Хавраны», перекладывала брошюрки для гостей с места на место…

Пару раз заглянула в комнату энергообмена и магических медитаций. Пользуясь тем, что ученые погрузились в глубокий транс, набила карманы крекерами и раздобыла чашку крепкого взвара. Еще полусфера – и громкое урчание в животе выдало бы меня с потрохами.

Наконец Цефея за окнами разлила голубой свет, и кроны розовых ярм потемнели. Сочная молодая листва заблестела под фонарями, будто ее смазали маслом.

Стремительным ручейком сотрудники потянулись к выходу из серватория. Спасаясь от лавины уставших тел, я всунулась в нишу между двух стеллажей, уселась на пол и захрустела «антистрессовыми» крекерами. Надо ждать.

В комнате энергообмена я умудрилась подслушать, что оценку «нового поступления» назначили на завтрашнее утро. Понятия не имела, сколько времени продлится окаменелость хавранца. Но, вне зависимости от одушевленности, уверена, экспертиза ему не понравится.

Каждым нервом я стремилась вверх, на десятый, к своей главной проблеме последних суток… Чувствовала ответственность за призванное исчадие. И верно – какой тролль дернул его мне довериться?

Я долго не решалась покинуть укрытие. Лишь когда вязкая тишина заполнила каждый коридор, выбралась наружу. Активировала пропуском подъемник и решительно вжала в панель черный кристалл: мне на десятый.

Глава 7. Магия, которой нет

Сигнальные чары расползались под потолком красными лентами, но кристаллы молчали. Бездействовали, пока я осторожно вышагивала по коридору десятого уровня, стараясь не прикасаться к запертым дверям.

Мое «поступление» должны были отвезти в главную лабораторию, что у самого края. Сразу за ней – обрыв… и хрупкий мостик, ведущий к высшим знаниям.

– Сработай, пожалуйста, – попросила дядин пропуск и от избытка чувств наградила карточку ободряющим поцелуем.

Кристалл на входе мигнул зеленым, замок щелкнул… и широкая белая дверь приглашающе отворилась.

Здесь было темно, как в шах-гринской усыпальнице. Но тишина была другой – не спокойной и умиротворяющей, а настораживающе жуткой. Пытаясь не задеть ничего на столах, я пробралась в центр круглой залы. И куда дели мою бесчувственную каменюку?

Прятать высокую статую тут было негде – ни шкафов, ни ящиков, ни даже холодильных камер. Лишь несколько закругленных рядов пустых стульев, на которых обычно заседает экспертная комиссия. Пара столов с оборудованием, узкая кафедра, пять защитных экранов, переливающихся радугой чар… И, собственно, все.

Демон нашелся на полу. У стены, в самой темной точке пространства. Спрятался в пятне мрака, как в родственной субстанции.

Он не стоял – сидел в скучающей позе, опустив заросший подбородок на колени и уперев невидящий взгляд вперед. В один из мерцающих экранов. Черные волосы безжизненными ручьями застилали застывшее лицо, и было не понять – одушевлен «экземпляр» или нет.

– Прости, – прошептала едва слышно, присаживаясь на стерильно-белый пол рядом с парнем. – Я не этого желала. Но когда бы еще мироздание меня слушало…

Ощупав твердое плечо, обтянутое черной материей, я аккуратно тряхнула хавранца. Живой, не каменный, но словно оцепеневший.

– Ты как?

– Необычное ощущение. Интересное, – прохрипел он пропесоченным, шершавым голосом. Точно часть каменной пыли осела внутри. – Я начал понимать, почему спятил Блэр. Это… невыносимо.

– Держи, – протянула ему стакан воды и горсть крекеров.

– Быть живым, но закованным… в мертвую плоть, – бормотал князь задумчиво, игнорируя мои попытки его накормить.

– Какой еще Блэр? – вздохнула, касаясь запястьем хмурого лба. Жара не было, но парень будто бредил.

– Зло моего мира… которое нельзя победить. Лишь закупорить в бутылку, как всесильного джинна, – помрачнел хавранец еще сильнее. – Полагаю, ему примерно так же паршиво. Грех не тронуться.

Тема джиннов и бутылок мне никогда не нравилась. Наследственное. И признаваться в своей природе резко расхотелось. Последнее, чего я желала, – чтобы меня пленил какой-нибудь маньяк и усердно тер в неположенных местах.

– Я подумала, ты захочешь пить, – настойчиво тыкала ему в губы стаканом. Те морщились, кривились, но глоток не делали.

– Ты ошиблась, Рита. Сейчас я хочу придушить одну маленькую, рыжую, но крайне…

– Может, крекер? – резво поднялась с пола и отряхнула юбку.

Воздух в главной магической лаборатории был до того неестественным, химическим, что хотелось как можно скорее ее покинуть. Вернув сброшенный плащ ищейки на напряженные княжеские плечи, я потянула парня вверх.

– Вставай. Или завтра познакомишься со злом моего мира. Оно очень дряхлое, рассыпающееся на запчасти, но умудряется все держать в своих трясущихся пальцах, – придав «демону» вертикальное положение, я устало вздохнула.

Ну и денек сегодня… Что ни ночь у Риты Харт – то отборная жуть, в которую никто не поверит.

– Прекращай стоять, как истукан, – взмолилась, заглядывая под черную челку. Оттуда на меня раздраженно зыркали две темные точки.

– Пожалуй, я все же скорее жив, чем мертв…

– А были сомнения? – подтолкнула парня к выходу.

– Но ты и мертвого поднимешь, – в усмешке почудилось одобрение. – Когда перед магом целая вечность, бывает трудно определиться. То ли это ты живешь, пока весь мир увядает, то ли сам мертвец, закованный в неизменно молодую плоть…

– Представляю, какие мрачные книги на твой прикроватной тумбочке, – я закатила глаза.

Мы выбрались в коридор и медленно пошли к хрустальному мосту. Парень двигался неуклюже, шатаясь и сбивая широкими плечами углы. Так ходит дитя, сделавшее первый шаг.

– Тот старик на лестнице… Сказал, что в семидесятые не ощущал магии в моем мире. Но она зародилась там не меньше тысячи лет назад, – сосредоточенно произнес хавранец. – Есть легенды. Есть книги, артефакты, прочая дребедень. Им по несколько сотен лет.

– Ты слышал разговор с Горди? Прямо… весь? – захлебнулась воздухом.

– Достаточно, чтобы понять, что я не подарок.

Я спрятала раскрасневшиеся щеки в темноте. Бездна точно взяла меня на заметку и издевается самым изощренным образом!

Магия, которая есть, но ее как бы нет, не давала моим мыслям покоя. Она бы уже определилась как-то, мм? Кто-то из этих двоих – Горди или князь – ошибался. Но кто?

Взрыв интереса к Хавране пришелся на детство моей мамы. Тогда всех новорожденных называли в честь героев книг из мира мечтателей… Сеймурчане так прониклись культурой новой открытой «земли», что требовали от проходимцев летать туда снова и снова.

Моя бабушка сделала себе имя, отважно отправляясь в мир, лишенный магии… В котором могла застрять в любой момент, если бы не тщательная подготовка и хорошее оборудование.

Однако в последние два десятилетия экспедиций туда не отправляли. И я бы еще могла допустить, что магия зародилась в Хавране недавно. Вот буквально на той неделе, да… Но не тысячу же лет назад?

– Все наши данные уверяют, что Хаврана пуста, – упрямо заявила, проталкивая парня вперед.

– Ваши данные сильно устарели, – он решительно ступил на хрупкий помост, невесомой радугой перекинувшийся через пропасть. – Однако магия моего мира гибнет.

– Значит, карточки можно уже и не менять…

Мостик, что тянулся от стеклянного барьера десятого уровня к огромному прозрачному кристаллу под куполом серватория, мог выдержать лишь одного. Но Артур потребовал, чтобы я забралась туда следом за ним. И если учесть, что он таскал в тяжелом плаще сотни людских грехов… Ступеньки держали нас одной силой молитв.

Боги благоволили нам: «высший» мост или позабыли, или не успели убрать. Хрустальные перила были теплыми, хранили отголосок чужого прикосновения… Не будь мы на десятом уровне одни, я бы решила, что кто-то еще только что ходил к кристаллу.

– Магический фон истончается, многие волшебные виды не способны выживать в новой среде, – бубнил Артур себе под нос. – Мои родители держат заповедную зону, спасают тех, кого могут. Но вскоре этого будет недостаточно.

– И ты глупо бросился в первый подвернувшийся портал? Без компаса, без карабина? – нахмурила брови и крепче ухватилась за прозрачные перила. – Я хотела сказать… кхм… самоотверженно.

– Сестра не простит, если ее вымирающие шмырлы все-таки вымрут, – Артур обернулся и закатил глаза. – Сами-то они давно не против… Быстрая смерть лучше ее упрямых попыток размножить то, что размножаться не желает.

– Говоришь так, словно на себе проверял.

– У них с бабкой Энджи похожие устремления…

Неужели кто-то всерьез планировал размножить вот этого мрачного, черного, жуткого грубияна? По мне так одного экземпляра на мир – более чем достаточно.

Сеймур брал от Хавраны лучшее… Именно поэтому тут не было Артура Андреевича. До прошлой ночи. И лучшее, что я могла сделать для своего мира, – это вернуть угрюмое «поступление» обратно.

– Допустим, магия есть. И школы, и академии? Библиотеки, города?

– Да, – отрывисто выдал парень.

– И вы вот с этими… кхм… палочками упражняетесь? – протянула я недоверчиво.

Никогда не понимала моды на древние аксессуары. Если на мой вкус, то никакой преграды между магом и магией быть не должно.

– Могу показать, на что она способна. Как разберемся с кристаллом… Если не струсишь, – коварно предложил Демон. Младший. Временами даже одушевленный.

– Вот не надо тут передо мной своим… жезлом… размахивать!

Достигнув хрустального пика, мы с князем остановились. Обычно общение с Кристаллом высших знаний велось мысленно, один на один. Но после всех перенесенных страданий я имела право подслушать.

Артур коснулся прозрачной грани, сосредоточился. И я тут же уложила свои пальцы рядом. Вопроса не услышала, но ответ пришел и в мою голову.

– Магия в миры Веера приходила из Виззары, – ровный, гулкий голос заполнил сознание. – Путь в древний мир-источник давно утрачен, в Лурдском серватории нет о нем сведений. Легенды гласят, что новые боги черпали магию из фонтана, и каждый предлагал хранителю достойную цену за виззарийский дар.