Перейти к содержанию

Чары крови и роз. Другая история Белль

Автор:

4,7 50+ оценок читателей Рунета
Категория
Городское фэнтези
Год издания
Издательство
Автор
Возрастное ограничение
18+
Обновлено
25.09.2026

Аннотация

Вы точно слышали историю о Красавице и Чудовище: о том, что любовь побеждает всё и важна не внешность, а душа. Красавица в «Чарах крови и роз» и впрямь самая красивая девушка на свете, ведь она последняя фейри. У неё есть магия очарования, и один её поцелуй может заставить человека сделать что угодно. Красавица пытается быть как люди, ведь она влюблена в человека и боится: её магия может стать помехой настоящей любви. Чудовище же действительно заслужил проклятие – он был альфой варгисов и поклялся заботиться о своей стае и других обитателях волшебного острова, где жил, но предпочёл могущество темной магии, требовавшей крови. И поплатился за это не только он, но и его стая и все, о ком он должен был заботиться. «Чары крови и роз» о том, что у любых действий есть последствия, а за ошибки одного порой расплачиваются многие, и любовь правда побеждает всё, но требует искупления, а цена искупления может оказаться непомерно высокой.

Читать «Чары крови и роз. Другая история Белль» — Августа Волхен онлайн

Страница 17 из 21

– Не уходите, – и коснулась рукой коврика рядом с собой. – Выпьете со мной кофе?

Мистер Холт пил чёрный кофе без сахара и сливок, словно решив подтвердить теорию Белль, будто у всех варгисов одинаковый вкус на кофе.

– Я рада, что вы пошли со мной и показали это озеро, – сказала она, улыбнувшись. – Тут так красиво…

Тот кивнул, глядя на воду. Белль ощутила печаль, туманом окутавшую его: словно это озеро навевало ему воспоминания о счастливых днях, которые уже не вернуть, и оттого приходить сюда было болезненно. Помолчав, Белль сказала:

– Я никому не расскажу об этом месте.

Мистер Холт взглянул на неё с благодарностью.

– Это озеро… напоминает мне о… – он осёкся, то ли не зная, как продолжить, то ли жалея, что начал говорить.

– Вы не должны ничего мне рассказывать, – мягко заверила его Белль и накрыла ладонью его сцепленные пальцы. – Но, если захотите поговорить об этом, я буду рада выслушать.

Мистер Холт вновь кивнул и отвёл взгляд. Белль ощутила дуновение ветра, играющего в молодой дубовой кроне, и увидела солнечных зайчиков, мелькающих в густой листве. Мистер Холт с его сухощавой высокой фигурой, аскетичным лицом и серо-голубыми глазами холодного оттенка выглядел суровым и нелюдимым. Но внутри у него была весна. Это удивляло контрастом, но казалось таким естественным, если узнать поближе.

Они вернулись в замок, над которым чернело пасмурное небо и лил нескончаемый дождь, но в сердце Белль, освещая и даря тепло, полыхало рассветное небо, отражённое в зеркале озера.

На вертолётной площадке «Эдельвейса» мистер Холт распрощался с Белль, передав её на попечение шерифа Вольфгена.

– Я буду ждать вас в половину девятого, мисс Тэйлор, – сказал мистер Холт и вернулся к вертолёту.

Белль смотрела в окно полицейской импалы на знакомые очертания Тонфилда и улыбалась, предвкушая встречу с сестрой и племянниками.

Вики встретила Белль на пороге:

– С днём рождения, сестрёнка!

Они обнялись, точно не виделись несколько лет, а не дней.

– Шериф, может быть, всё-таки зайдёте? – предложила Вики.

Но тот вежливо отказался, сославшись на дела. «Сержант МакЭлвин и Ольсен будут неподалёку до отъезда Аннабелль», – напомнил он и уехал.

Сёстры наконец вошли в дом. Над входом в гостиную полукругом висела надпись: «С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ, БЕЛЛЬ!» В гостиной витал цветочный аромат, на покрытом белоснежной скатертью столе стояли хрустальные вазы с букетами цветов в любимой Белль бело-сиренево-фиолетовой гамме. Марк и Алекс выскочили из-под стола и выстрелили в воздух хлопушками конфетти:

– С днём рождения, Белль! – радостно выкрикнули они и бросились обнимать именинницу.

– Спасибо, мальчики! – ответила она, целуя обоих в разрумянившиеся щёчки.

Когда племянники убежали, Белль обняла сестру:

– Спасибо тебе, Вики! Я так рада, что в этот день здесь, с тобой, Марком и Алексом…

– Люблю тебя, сестрёнка, – и Вики чмокнула Белль в щёку. А потом, разомкнув объятья, сказала: – Тебе тут Roxanne's прислали платье ко дню рождения. Будешь мерить?

Белль, конечно, решила не откладывать это приятное дело, и через минуту Вики принесла большую белую коробку, перевязанную шёлковой лентой нежно-лавандового цвета. Белль прочитала короткую записку c поздравлениями и пожеланиями благополучия и счастья.

Аннабелль улыбнулась и открыла коробку. Лавандовое платье, расшитое цветами и бабочками, сияло россыпью бисера и маленьких стразов. Оно было точно из сказки: воздушное, изящное, словно сотканное из рассветных облаков, казалось, наденешь его – и взлетишь.

– А ещё миссис Марч привезла босоножки, – добавила Вики, тоже любуясь чудесным платьем. – Они лежат в коробке, в гардеробной.

Переодевшись у себя в комнате в домашнее платье, Белль вышла на кухню помочь сестре с ланчем. Вместе они приготовили пасту с грибами и курицей, а на десерт – апельсиновое желе.

Белль хотелось, чтобы время замедлилось, приостановилось: домашние хлопоты среди родных людей наполняли её сердце уютом и теплом. После ланча Белль и Вики сидели в гостиной с чашками чая, а мальчики играли. Белль рассматривала свой портрет, подаренный ей Марком.

– У него талант к рисованию, – сказала она сестре, улыбнувшись. – Этим он пошёл в тебя.

– Ты куда талантливее меня, – возразила Вики. – У тебя превосходно получалось всё, за что ты бралась. И я знаю, ты бросила рисование, потому что им увлеклась я. Хоть мне и стыдно, но я благодарна тебе за это. Я бы никогда не выбралась из твоей тени.

– Брось, это неправда, – мягко возразила Белль. – Ты очень талантливая. И я бросила рисовать, потому что рисование не увлекло меня так, как тебя или Кевина.

– Ты всегда бросала то, что достаётся тебе слишком легко, – заметила Вики.

Белль задумалась.

– Может быть, – согласилась она, улыбнувшись.

Сёстры помолчали.

– Жаль, что ты и скрипку бросила… – негромко проговорила Вики.

Белль вздохнула:

– Из-за дедушки… Когда он пропал, я не могла даже взглянуть на неё без слёз…

– Но ведь Мышку тебе подарил тоже дедушка, – напомнила Вики. – И с ней ты не расставалась.

Аннабелль ответила не сразу.

– Мышка жалела меня и плакала вместе со мной, – проговорила она. – Сейчас я понимаю, как была жестока к ней, ведь лошади не могут испытывать таких сложных эмоций. А я была фейри, хоть и маленькая, и Мышка поневоле разделяла мою скорбь.

– Я не думаю, что это жестокость, моя Фиалочка, – обняв сестру, сказала Вики. – Мышка помогла тебе пережить трудное время, и ты…

– И как я её отблагодарила за это?.. – голос у Белль дрогнул.

– Ты не знала, что так произойдёт, – Вики ещё крепче прижала сестру в себе.

– Белль, почитаешь нам? – попросил подошедший с книжкой Марк. Это была сказка «Три апельсина».

Когда у дома остановилась машина Камиллы и раздались её шаги, Белль успела дочитать до первой дриады, которую принц освободил из зёрнышка раньше времени, ей не хватило воды из лесного ручья, и она умерла. А ведь его предупреждали!

– Кам пришла, – прервав чтение, произнесла Белль.

– Пойду встречу, – вставая с дивана, сказала Вики.

Телефон Белль коротко звякнул. Кевин сообщил, что задерживается. Ответив другу, Белль увидела оповещение об отметке из «Торнфилд ньюз»: редакция газеты поздравляла её с девятнадцатилетием. Под статьёй было уже чуть больше сотни комментариев, но Белль не стала их открывать – там могли написать всё, что угодно, а ей не хотелось расстраиваться. И она просто оставила под публикацией несколько фраз с благодарностью за поздравления.

– Ух ты, Кам, как тебе идёт! – раздался из коридора восхищённый голос Вики. – Фредерик уже видел?

– Нет. Взбесится, наверное, – Камилла усмехнулась. – Но ничего, потом привыкнет, – добавила она.

– Вспоминаю тебя в выпускном классе, – улыбнулась Вики. – Такая же яркая и стильная! Я думаю, ему понравится, – добавила она убеждённо.

«Камилла похоже покрасила волосы, – догадалась Белль. – Интересно, в какой цвет».

Когда Кам вошла в гостиную, оказалось, что она не покрасилась, а постриглась под каре и сделала чёлку. Ей правда было к лицу, хоть и непривычно.

– С днём рождения, Белль, – сказала Камилла, вытащив из сумки небольшую белую бархатную коробочку. Когда Кам наклонилась над сумкой, Белль увидела, как в чёрных волосах Камиллы мелькнули алые пряди. Вроде бы это называлось скрытым окрашиванием. – Это от нас с Фредом, – пояснила Камилла, вручив подарок.

– Спасибо, – ответила Белль. – Тебе очень к лицу новая причёска, – добавила она, улыбнувшись, и открыла коробочку.

Внутри были новые беспроводные наушники в нежно-сиреневом кейсе.

Белль очень бережно относилась к вещам, у неё ничего не ломалось и не рвалось, поэтому она до сих пор пользовалась наушниками, которые ей подарила Вики на пятнадцатилетие. Сама себе Белль редко покупала новые вещи (особенно дорогие), экономя на Нью-Йорк и обходясь тем, что есть.

Камилла кивнула:

– Спасибо. А во сколько приедет доставка? – спросила она, повернувшись к Вики.

– Через полчаса должна, – ответила та и подошла к Белль: – С днём рождения сестрёнка, – и Вики протянула кажется книгу, обёрнутую в сиреневую бумагу и украшенную букетиком сухой терпко пахнущей лаванды.

Аннабелль аккуратно сняла обёртку и вытащила роскошный том в твёрдой обложке, на которой были нарисованы девоптицы Сирин, Алконост и Гамаюн. Коллекционное подарочное издание «Русских сказок» приехало прямиком из России. Белль пришла в восторг, она давно мечтала об этой книге.

Затем Вики отправила Белль переодеваться, а сама, встретив курьеров из лавки зеленщика и кондитерской, вместе с Камиллой пошла делать фруктовую нарезку.

Аннабелль в своей комнате старалась не вслушиваться в разговор сестры и Камиллы, но они говорили о Фредерике. Вернее, говорила Камилла, а Вики её успокаивала.

– Я просто перестала его понимать, – раздражённо произнесла Камилла, стуча по доске ножом. – Всё лето он, значит, работал без выходных, вёл по пять проектов одновременно, забывал поесть и поспать, а теперь всё бросил ради этих курсов!

– Вот ты сама всё и объяснила, – голос Вики прозвучал мягко. – Он устал, перегорел и решил сменить деятельность. Это нормально. И вроде бы он не бросил, а просто завершил большинство проектов. Генри сказал, – пояснила она и, помолчав, сказала: – Фредерик любит готовить, у него это получается, почему бы не попробовать сделать это профессией?

– Да ради Бога, – фыркнула Камилла. – Просто он как будто со мной совсем не считается!

– Так он же перед отъездом как раз хотел с тобой о чём-то поговорить, – осторожно напомнила Вики.

– Да там о другом… – почти неразборчиво пробормотала Кам. И тут же спросила: – Маслины открывать?

– Да, – ответила Вики. – Кстати, как там у него экзамен прошёл? – спросила она спустя минуту тишины, нарушаемой лишь скрежетом консервного ножа о банку и стуком керамического ножа о доску. – Его приняли?

– Экзамен только вчера был, – ответила Камилла. – Результаты скажут сегодня или завтра.

Она помолчала. Затем после небольшой паузы продолжила:

– Вики. – Скрежет консервного ножа прекратился. – Ты не могла бы как-то мягко намекнуть Белль, что Фред сегодня не приедет?

– Он же сказал, что приедет, значит, приедет, – возразила Вики.

– Эти курсы для него очень важны, – проговорила Камилла. – Он наверняка захочет дождаться результатов и останется в Париже.

Сердце Аннабелль упало. Она так надеялась, что увидит сегодня Фредерика…

– Ты сама понимаешь, добираться слишком долго, – продолжила Камилла. – Если его возьмут, он вообще приедет только после курсов.

Аннабелль вздохнула и, перестав обращать внимание на разговор в кухне, достала из шкафа нежно-лавандовое платье от Roxanne's и надела его.

Лавандовый атлас поблёскивал сквозь нежный туман фатина, расшитого фиалками и бабочками; украшенный бисером корсетный лиф и пышные юбки изысканно подчёркивали талию. Прозрачные длинные рукава и несколько пышных фатиновых подъюбников добавляли воздушности образу. Удовлетворённо оглядев себя в зеркале, Белль сменила серьги с жемчугом на бриллиантовые, которые Вики и Генри подарили ей на восемнадцатилетие. Волосы заплетать в косу она не стала, лишь заколола часть прядей сзади лавандовым бантом, позволив тяжёлым кудрям падать на спину густым водопадом. Оставались только босоножки, но коробка с ними осталась в гардеробной.

И вдруг Аннабелль услышала снаружи шаги. Это был не мэр, не мисс Уэлш и не Кевин... Ах, эти шаги она узнает из тысячи!..

Как была босиком Белль выпорхнула в коридор. Входная дверь отворилась, и на пороге появился Фредерик с букетом бледно-сиреневых орхидей и белой бумажной сумкой. Закрыв дверь, он повернулся и увидел Белль, остановившуюся в пяти метрах от него.

«Неужели он не обнимет меня даже в мой день рождения?..» – с тоской подумала Белль, не решаясь сделать шаг ему навстречу.

Но Фредерик поставил сумку на тумбочку, рядом положил букет и пошёл к ней. Тогда она побежала к нему, почти не касаясь пола. Через секунду она оказалась в его объятьях. Привстав на цыпочки, Белль обвила руками его шею – слишком большая вольность, но сегодня можно, сегодня её день рождения! Уткнувшись носом в его плечо, она вдыхала аромат его парфюма: цитрус, хвоя и морской бриз, – и сердце её билось в ритме счастья.

– Ты всё-таки приехал… – прошептала она.

Фредерик ответил не сразу, но Белль чувствовала, как быстро колотится его сердце, и как прерывисто его дыхание.

– Ты мне очень дорога, Аннабелль, – чуть хрипло, будто не говорил несколько часов, произнёс Фредерик.

Фредерик подарил иллюстрированную livre de cuisine65 Филиппа Гринуа, подписанную автором для Белль, а ещё великолепно изданный труд средневекового учёного и святого Себастьяна Уэльского «Острова Блаженных: мифы и реальность» в адаптации Николь Рэнд. На обложке была изображена старинная фреска Эладина Пиррского «Пасущиеся единороги».

– Святой Себастьян называет Элфин одним из островов Блаженных, – сказал Фредерик.

– Я думаю, он и был им, – ответила Белль, листая книгу и любуясь прелестными иллюстрациями. – До проклятия, – она взглянула на Фредерика. – Спасибо большое. За книги. И что приехал, – она улыбнулась.

Фредерик коротко кивнул.

В коридор вышли Вики и Камилла. Последняя, источая раздражение, с самым недовольным видом скрестила руки на груди и прислонилась плечом к стене.

– О, Фредерик, с приездом! – поздоровалась Вики и спросила: – Вы почему здесь стоите? Пойдёмте в гостиную. Белль, где твои босоножки?

Аннабелль поставила сиреневые орхидеи Фредерика в вазу на прикроватную тумбочку: они так хорошо смотрятся в её бело-лавандовой спальне!.. Подумала: вот было бы здорово остаться сегодня у Вики и не возвращаться в замок!

Белль села на постель и открыла «Острова Блаженных». Залюбовалась почерком Фредерика – рядами ровных некрупных букв; потом провела пальцами по надписи, ощущая подушечками нажим от шариковой ручки. И ещё раз перечитала запись: «Аннабелль в девятнадцатый день рождения от Фредерика. Уверен, однажды ты обязательно дополнишь эту книгу новыми сведениями. 5 ноября ‘25». Это было невероятно вдохновляюще! Белль улыбнулась.

– Да, я правда так считаю, Кам, – раздался голос Фредерика где-то из коридора. – Тебе идёт.

– И всё? – голос Камиллы звучал удивлённо и почти обиженно. – Раньше ты все мои стрижки в штыки принимал, а теперь…

– Это не совсем так, – возразил Фредерик. – Да, мне тяжело было привыкнуть, когда ты меняла причёску каждый месяц, но я понимал, что для тебя это важно.

– Но ты же говорил, что тебе не нравится!

– Я никогда так не говорил.