Перейти к содержанию

Чары крови и роз. Другая история Белль

Автор:

4,7 50+ оценок читателей Рунета
Категория
Городское фэнтези
Год издания
Издательство
Автор
Возрастное ограничение
18+
Обновлено
25.09.2026

Аннотация

Вы точно слышали историю о Красавице и Чудовище: о том, что любовь побеждает всё и важна не внешность, а душа. Красавица в «Чарах крови и роз» и впрямь самая красивая девушка на свете, ведь она последняя фейри. У неё есть магия очарования, и один её поцелуй может заставить человека сделать что угодно. Красавица пытается быть как люди, ведь она влюблена в человека и боится: её магия может стать помехой настоящей любви. Чудовище же действительно заслужил проклятие – он был альфой варгисов и поклялся заботиться о своей стае и других обитателях волшебного острова, где жил, но предпочёл могущество темной магии, требовавшей крови. И поплатился за это не только он, но и его стая и все, о ком он должен был заботиться. «Чары крови и роз» о том, что у любых действий есть последствия, а за ошибки одного порой расплачиваются многие, и любовь правда побеждает всё, но требует искупления, а цена искупления может оказаться непомерно высокой.

Читать «Чары крови и роз. Другая история Белль» — Августа Волхен онлайн

Страница 18 из 21

– Но думал!

– Мне было непривычно, – повторил Фредерик. – Поэтому, когда ты стала краситься исключительно в чёрный и перестала менять длину волос, признаюсь, мне стало проще.

– С чего ты решил, что я крашусь? – возмутилась Камилла, будто её уличили в чём-то постыдном. – Может, я брюнетка?

– Кам, я знаю тебя с детства, – возразил Фредерик, – у тебя русые волосы. А ещё я веду наши финансы, так что в курсе твоих трат.

Белль была уверена, что у Камиллы чёрные волосы; память и внимательность Фредерика её поразили.

– Ладно, хватит об этом, – пробурчала Камилла. – Куда ты поставил ликёр?

– Отнёс на кухню. Почему ты каждый раз бросала трубку?

Камилла замешкалась.

– У меня было плохое настроение, – ответила она раздражённо и будто с вызовом.

– Все пять дней?

– Я была занята!

– Могла бы перезвонить, когда у тебя было время и настроение.

– Не хотела тебя отвлекать. Ты сам говорил, – добавила Камилла, смягчившись, – что попасть на этот курс для тебя было очень важно.

– Поговорить с тобой для меня тоже очень важно, – произнёс Фредерик. – И так как завтра утром я уезжаю…

– Зачем ты вообще приехал? – вновь с раздражением перебила его Камилла. – Если бы я так сделала, ты бы сказал: «Это не рационально», – передразнила она его.

– Потому что у Аннабелль сегодня день рождения и потому что я хочу с тобой поговорить, – голос Фредерика прозвучал ровно и спокойно.

– Ты уж определись: ты приехал ради меня или ради этой фейри? – в голосе Камиллы было столько горечи и боли, что Белль стало жаль её, хоть та столь пренебрежительно отозвалась о ней.

Очень тяжело сохранять спокойствие, когда твои отношения трещат по швам, а в твоего парня влюблена фейри. Зато можно обвинить её во всех своих неудачах. Люди обычно так и делают.

Камилла ушла в гостиную, громко хлопнув дверью, а к дому подъехала машина мэра. Оставив книгу на кровати, Белль пошла встречать гостя.

Мистер Купер приехал вместе с миссис Марч и мисс Уэлш. Белль в который раз отметила про себя, как похожи и одновременно непохожи женщины друг на друга! Обе седые в белизну, обе выглядят гораздо младше своих лет, обе держатся уверенно и с достоинством. Но если Эдвина Марч со своими яркими шалями, весёлой улыбкой и вечным желанием помочь, накормить, согреть напоминала солнце, то Эбигейл Уэлш в чёрно-серебристых одеждах навевала мысли о луне, которая, освещая, окрашивает всё в призрачно-таинственные тона.

И их подарки были такие же разные. Миссис Марч подарила Белль шаль, которую сама связала из тонкой шерсти. Шаль была большой, мягкой и уютной с красивым переходом цветов от фиолетового к сиреневому и затем белому. А мисс Уэлш подарила серебряную шпильку для волос в виде расправившего крылья дракона. Его длинный хвост изгибался мягкой волной, тело в крохотных чешуйках переливалось перламутром, а глаза же были сделаны из маленьких гелиодоров66. Белль сразу с улыбкой вспомнила об Эйсузе.

Вики и Камилла разбирали на кухне коробки с доставкой еды, Фредерик и мистер Купер чуть передвинули стол и стали расставлять стулья, притихшие Марк и Алекс сидели на ковре у камина, рассматривая картинки в «Атласе исчезнувших животных и растений». Белль рассеянно подумала, что надо будет обязательно издать Атлас, посвящённый детям Лилит, ушедшим в Лэитель. Потом она усадила мисс Уэлш и миссис Марч у стола и собралась пойти на кухню спросить Вики, не нужна ли помощь. Но её окликнул мистер Купер:

– У меня тоже есть для тебя подарок, Белль, – сказал он. В его серых глазах сверкали задорные огоньки, когда он протянул ей большой конверт. – Я уверен, он тебя порадует.

Конверт был не запечатан, и Белль, снедаемая любопытством, вытащила из него плотный лист гербовой бумаги с золотым королевскими драконом. Она быстро пробежала текст документа и не поверила своим глазам: принц Элиот освобождал её от обязанности встречаться с ним! И при этом сохранял за Белль право на протекцию короны до установленного ранее срока. Внизу стояла подпись его высочества.

– Не может быть! – потрясённо воскликнула она. – Как вам это удалось?

– Я не знаю, почему он передумал, – ответил мистер Купер, сияя улыбкой. – Я делал очередной запрос в октябре, и мне почти сразу пришёл отказ. Когда ты уехала в замок и ваш ужин отменился, его высочество был просто в ярости. А буквально вчера его секретарь вдруг сам со мной связался и передал этот конверт.

Белль была тронута заботой мистера Купера.

– Спасибо вам большое! – произнесла она, обнимая его.

Закончив с последними приготовлениями, все сели за стол. Когда были произнесены первые тосты за именинницу, пригублено игристое вино и опробовано несколько блюд, миссис Марч спросила Белль:

– Детка, а почему твои родители не приехали?

Аннабелль заставила себя улыбнуться и, подумав: «Потому что их никто не звал», ответила:

– Они не могут надолго оставить ферму.

– Но… – с удивлением начала старушка, однако мистер Купер, который был частично в курсе отношений Белль с родителями, взглядом попросил миссис Марч не развивать тему. Та кивнула. За годы, что мистер Купер был мэром, она научилась понимать его без слов.

Белль прислушалась: к дому подъехала машина.

– Наверное, Кевин приехал, – сказала она, вставая из-за стола.

– А если нет? – с тревогой спросила Вики.

– Оставайся здесь, я пойду проверю, – велел Генри, взглянув на Белль, и вышел.

Вскоре Аннабелль услышала голос Кевина и, сказав, что всё в порядке, пошла встречать друга. Рослый, рыжеволосый, шумный, он всегда наполнял пространство, где бы ни появлялся, весельем.

– Бэмби! – радостно закричал Кевин с порога гостиной и сгрёб Белль в объятья, приподнимая от пола. – С днюшкой тебя, шалунишка!

– И когда это я успела нашалить, если тебя рядом не было? – засмеялась Белль.

– Действительно, – со смехом согласился Кевин. – А ну-ка дай на тебя посмотреть, – сказал он, разжимая объятья и оглядывая Белль с ног до головы. – Божественно! Выглядишь как настоящая фея из сказки. А, погоди: ты ж она и есть!

Они засмеялись, Кевин сделал ещё несколько комплиментов Белль, радуясь, что Roxanne's теперь обеспечивают её роскошными платьями, а потом вручил лавандовую бумажную сумку. Там, завёрнутый в нежно-сиреневую тонкую бумагу лежал комплект нижнего белья: бюстгальтер и трусики – сплошное лавандовое кружево из вышитых цветов. А ещё пояс-бра.

– Кевин! – Белль сделала другу страшные глаза. А тот весело подмигнул ей и быстро стрельнул глазами в сторону Фредерика, который, к счастью, не смотрел в их сторону, а сосредоточенно следил за пузырьками игристого в своём бокале. Он выглядел рассеянным и немного уставшим, и сердце Белль защемило от нежности к нему. Скрывая своё смущение, она вновь поскорее опустила взгляд в сумку. И увидела небольшую светло-сиреневую бархатную коробочку.

– Там ничего такого, – выразительно подчеркнув последнее слово, весело заверил её Кевин. – Можешь смело доставать.

Белль улыбнулась и вытащила коробочку. В ней были серёжки в форме цветков фиалки: серебро, покрытое эмалью.

– Какая прелесть! – восхитилась она. – Спасибо, Кевин!

Ужин продолжился. После тостов за именинницу все попросили Фредерика рассказать о его поездке в Париж и о том, как прошёл экзамен. Тот отвечал немногословно: в Париже он почти никуда не ходил, экзамен сдал и завтра вечером у него начнётся двухнедельный курс, поэтому утром он уедет на первом пароме. После чего Фредерик спросил у Кевина, как идут дела с подготовкой к выставке, переключив внимание присутствующих. Кевин рассказал и про работу в «Лондонской галерее искусств», и про подготовку к выставке Уильяма Тёрнера67, и щедро попотчевал слушателей свежими новостями и сплетнями из мира богемы.

– А ещё через год в нашей галерее пройдёт международная выставка академической скульптуры для художников младше двадцати лет, – добавил Кевин. – И если бы Камилла согласилась бы попозировать для меня…

– Нет, – резко оборвала его Камилла.

– Почему, деточка? – с удивлением спросила миссис Марч. – Кеви очень талантливый. Ты видела его работы?

– Да потому что… – раздражённо начала Камилла, скрестив руки на груди. – Что ты ко мне пристал? – повернулась она к Кевину. – Вон Белль попроси!

– Мои черты слишком скучны для него, – ответила Белль со смешком. – Ему подавай выразительный профиль, фактурное лицо, характер.

– Да вы оба издеваетесь! – вспыхнула Камилла и сделала большой глоток вина, по ошибке взяв бокал Вики. – Ой, прости, – сказала она, взглянув на Вики.

– Всё в порядке, – с улыбкой ответила та. – Налить тебе? Вызовите такси или у нас останетесь ночевать, – предложила она.

– Наливай, – согласилась Камилла.

И пока Генри наливал Камилле её любимое гранатовое вино, мистер Купер отошёл поговорить с шерифом – узнать, можно ли Белль остаться дома хотя бы до утра.

– Мне очень жаль, Белль, – сказал мэр, вновь занимая своё место, – но шериф настаивает на том, чтобы ты вернулась в замок.

– Да, – кивнула Белль, ковырнув вилкой салат, – мы договорились с… – Белль чуть не сказала «с лордом Спенсером», но вовремя остановилась, – с ним, что я вернусь сегодня.

– Но я не понимаю, зачем? – мистер Купер нахмурился. – Если вампиров нет на острове, значит, опасности нет. Какая необходимость возвращаться в замок?

– Вампиры? – переспросил Фредерик, отложив вилку.

– Да, – ответил мистер Купер, с недоумением взглянув на него. – Вампиры были в Торнфилде, но сейчас они уже покинули остров.

Фредерик посмотрел на мэра, потом перевёл взгляд на Белль, затем на Камиллу, Генри и Вики.

– Почему вы мне не сказали? – с упрёком спросил он, глядя на Генри и Вики.

– У тебя был экзамен, – виновато начала Вики, – и мы не хотели… сбивать тебя с настроя.

– К тому же ты всё равно не смог бы помочь Белль, – сказал Генри и тут же смутился, встретившись с возмущённым взглядом жены.

– Что? – Фредерик переменился в лице: кровь отлила от его лица, а глаза будто стали ещё зеленее. Он перевёл взгляд на Белль, словно всё это время она была в смертельной опасности, а он узнал об этом только что. Тревога, охватившая его, отозвалась и Белль. Она поспешила его успокоить, мягко улыбнувшись:

– Со мной всё в порядке. Варгисы вовремя спугнули вампиров. Но… – Белль не хотела скрывать от Фредерика, что произошло, и продолжила: – они успели выпить моей крови, и теперь я подвержена зову, – ответила она. – Поэтому меня увезли в замок.

Фредерик смотрел на неё во все глаза, будто боялся, что она вот-вот исчезнет. Потом он перевёл взгляд на Генри и Вики, затем на Камиллу. Он злился на них, что они ничего не сказали ему, и сердился на себя, ведь его не было в городе. Белль нечасто так ярко ощущала его эмоции, но так давно жаждала их, поэтому его злость и негодование, смешанные со страхом за неё, ударили ей в голову покрепче любого алкоголя. Однако приятное опьянение длилось недолго: Фредерик быстро взял себя в руки, и Белль окатило ледяной водой раздражения Камиллы, её злости, горькой обиды, от которой у Белль к горлу подобрался жгучий комок слёз. Аннабелль прикрыла глаза, сосредоточившись на собственных ощущениях: корсет, чуть сжимающий рёбра, тонкий атлас лифа и нежный газ рукавов, расшитый бабочками и цветами, прохладное облако юбок. «Вот мои чувства и ощущения, – твёрдо сказала Белль себе. – Со мной всё в порядке».

– Теперь всё это уже позади, – раздался голос мисс Уэлш, и Белль открыла глаза. – В замке позаботятся об Аннабелль. Больше ей никто не сможет навредить.

Вики, Генри, мистер Купер, миссис Марч, Кевин и сама Белль уставились на миссис Уэлш с недоумением.

– Мисс Уэлш, – вежливо начала Вики, сдерживая раздражение, – неужели вы считаете, что Белль действительно будет лучше в замке?

– Да, я убеждена в этом, – ответила мисс Уэлш.

Вики нахмурилась и повернулась к Белль:

– И как долго тебе придётся оставаться в замке? – в голосе Вики сквозила тревога.

– Да, мне тоже интересно, – поддержал Кевин. – Мы же увидимся на Новый год?

– Я думаю, да, – ответила Белль. – Речь шла о паре недель.

Через некоторое время Генри выключил свет, а Вики внесла белоснежный именинный торт, украшенный бледно- и тёмно-сиреневыми фиалками из нежнейшего крема. Девятнадцать золотых тонких витых свечей горели на торте, освещая гостиную и лица гостей тёплым светом.

Пока все пели «С днём рождения, дорогая Аннабелль», в голове Белль проносились воспоминания о предыдущих днях рождения. На её одиннадцатый день рождения дедушка подарил ей белого плюшевого дракона и переиздание сборника «Предания Элфина», выпущенное тиражом в пять экземпляров. Оригинал первого издания 1859 года бережно хранился под стеклом в дедушкиной библиотеке в Линденшире. В последние годы Белль часто недоумевала, почему до сих пор никто не озадачился переиздать этот сборник коммерческим тиражом? Там были её любимые сказания про Эйсузу и Ринхольда, волосы Эринель, сотворение Лэителя, про святого Элреда и Грегора Ришту… Можно было бы добавить туда ещё истории про Адама Спенсера и Александра Дэвиса. Такой сборник пользовался бы спросом у туристов. Надо будет поговорить об издании с мистером Купером и мистером Джонсоном.

Слова Вики вывели Белль из задумчивости:

– Задувай свечи, Белль, – улыбнулась сестра.

Аннабелль зажмурилась, и мысленно попросила: «Пусть на Элфин вернётся магия. И пусть у моей семьи всё будет хорошо». С этими мыслями Белль задула свечи.

Вскоре после торта мистер Купер, мисс Уэлш и миссис Марч попрощались и уехали домой. Вики отправила детей играть в железную дорогу в их комнату, а затем зажгла в гостиной свечи и выключила свет. Все уселись на ковре и подушках перед камином с бокалами вина. Аннабелль сидела между Вики и Кевином и глядела на огонь, иногда чувствуя быстрый взгляд Фредерика, сидевшего левее Кевина рядом с Камиллой.

– Может, сыграем во что-нибудь? – спросил Генри, садясь рядом с женой и ставя перед всеми тарелку с фруктами.

– Только не в «Монополию», – ответила Камилла, взяв себе ломтик яблока. – Вы с Фредом опять всех обыграете.

Несколько минут Генри перебирал коробки с настольными играми, предлагая варианты. В конце концов все сошлись на «Зельеварах», где нужно было составлять зелья, делать амулеты и обмениваться ими друг с другом.

Все переместились к камину, рассевшись на ковре вокруг карточек. Играли, иногда прерываясь на тосты и вино. Улыбались и шутили, разомлев от выпитого, и Белль утопала в разнеженной радости окружавших её людей.

Когда партия была сыграна (победил Генри, хотя для всех суть игры была не в выигрыше), все вернулись за стол.

– За Генри, – подняв бокал, сказал Кевин. – Он не только делает отличное вино, но и лучше всех варит зелья.

Все засмеялись и со звоном сдвинули бокалы. Белль глядела на лица близких, и любовь заполняла её сердце – к этим людям, к душевному вечеру, к тому, что ей повезло быть с ними здесь и сейчас.

– Мне больше не наливать, – со смехом сказал Кевин, отодвигая свой бокал. – Иначе я снова полезу к Белль целоваться.

– Кевин! – вспыхнула Аннабелль, мигом очнувшись от размышлений.

– Знаете, никакие наркотики не сравнятся с поцелуями фейри, – невозмутимо продолжил Кевин. – Хотя… вы ж не знаете, – он усмехнулся и взял шпажку с оливой.

Белль незаметно пнула его босоножкой под столом.

– Я знаю, – неожиданно произнесла Камилла.

Белль опустила глаза, надеясь, что никто не станет развивать эту тему. Вики хотела что-то сказать, но Кевин не дал ей.

– Нет, не знаешь, – ответил он Камилле.

«Друг называется!» – мысленно возмутилась Аннабелль и снова пнула его под столом.

– Она же не целовала тебя в губы, – многозначительно продолжил Кевин, не обратив внимание на пинок. Все присутствующие заметно напряглись. – И даже если она и целовала кого-то в губы… – Кевин сделал выразительную паузу, – то целовала, чтобы утешить, – начал перечислять Кевин, рассуждая вслух, – или отучить от наркотиков. Это про меня, – пояснил он, приложив ладонь к груди. – Или чтобы от неё отстали, – он отпил вина. – Но мы до сих пор не знаем, – он поднял указательный палец вверх, – что будет, если она поцелует, потому что любит. – Кевин взглянул на Белль, и она взмолилась, чтобы он после этого не посмотрел на Фредерика. – И, вероятно, уже не узнаем. Влюбишься там в этого своего варгиса и ничего нам не расскажешь. Как ты говоришь его зовут? Эллиас Холт?

– Кевин, – процедила Белль, начиная сердиться: когда он успел столько выпить?.. – Сейчас я тебя поцелую, чтобы ты не болтал всякую чепуху.

– Не-ет, – протянул Кевин, полупьяно улыбаясь. Язык у него немного заплетался, а движения замедлились и стали вальяжнее. – Ты этого не сделаешь. Потому что, – он вновь поднял указательный палец, – я нравлюсь тебе таким. Во-вторых, – он отогнул второй палец, – я говорю правду. И в-третьих… – тут он всё-таки взглянул на Фредерика. К счастью, Камилла не увидела этого. А вот сам Фредерик, кажется, заметил. – Нет, про третью причину, пожалуй, не буду говорить. За тебя, Бэмби, – и он поднял свой бокал, и все со звоном сдвинули свои бокалы.