Тени дружно шагнули вперед, и нам с Ярославом пришлось сделать шаг назад. До края уступа оставалось несколько метров.
Они хотят, чтобы мы упали в объятия бездны?
Не дамся!
Кто вы? – с трудом разомкнула я губы.
Что вы от нас хотите? – хрипло подхватил Ярослав, закрывая меня плечом и не отпуская мою ладонь. Его пальцы были холодными – как и всегда, но отчего-то это меня успокаивало. Я знала, что он – настоящий. Даже в этом мире, сотканном из иллюзий, он – живой.
Добра, прошептала женская тень, и мне показалось, что я уже слышала этот голос.
Тогда отпустите, потребовал он. – Дайте уйти.
Вместо ответа они сделали еще один шаг, заставляя нас снова отступить.
Вы хотите, чтобы мы упали? – спросила я срывающимся голосом, понимая – еще несколько шагов, и отступать будет некуда. Мы сорвемся со скалы.
Мы хотим вас спасти, подала голос мужская тень – самая высокая. И этот голос показался знакомым.
Ветер усилился – завыл так протяжно, что похолодело внутри. Тонкой нитью сверкнула молния, и почти сразу же где-то вдалеке разразился громовой запал. На нас надвигалась гроза.
Не похоже, усмехнулся Ярослав. – Эй, отпустите хотя бы ее. Дайте ей уйти. А я останусь.
Нет, нельзя! Нельзя! подхватила женская хрупкая тень. Почему мне кажется, что и ее я когда-то слышала?..
Вы останетесь оба, покачала головой мужская тень. Они снова сделали шаг в нашу сторону, заставляя отступить. Я кожей чувствовала дыхание морской бездны. Она ждала нас. Она приготовила нам лучшие свои песни. И обещала бережно спрятать в самых своих глубинах.
Еще один шаг и еще… Тени взяли друг друга за руки, и искры перебегали по их запястьям, обвивали предплечья и таяли на волосах. Они шли на нас. А мы – в бездну.
Кто же вы такие, черт подери! – выкрикнула я с отчаянием, понимая, что до края осталось несколько шагов. Ветер неистовствовал, молнии стрелами летали над нами, из-за грома сотрясалась скала. Гроза приближалась.
Не узнала? – прошептала первая женская тень. – Мы были с тобой так долго. Ты – и я. Ты носила меня на руке, любуясь моим светом и в то же время не замечая. Ты слышала мой шепот в своих снах. Ты стала моей хозяйкой.
Не узнала? – следом за ней спросила мужская тень. – Я и моя сестра оставались на ваших пальцах все эти дни. Я и моя сестра знаем вашу тайну. Я и моя сестра и есть ваша тайна.
Что? – переспросила я, чувствуя, как бешено колотится сердце.
Я не понимала, о чем они говорят. А Ярослав, кажется, догадался.
Браслет? – вдруг прошептал он потрясённо. – Это ты?
Я. Мы тянем время, чтобы маги могли… Закончить тень не смогла – разразилась гроза. Она словно прорвалась из-за невидимого заслона, и ветер разметал тени в разные стороны, как перья. Только тогда я поняла, что они не наступали на нас. Они защищали. Закрывали спинами, окружив нас полукольцом, сдерживая нечто неведомое, заставляющее их отступать. Нечто могущественное и жуткое. Нечто, желающее убить нас.
Над нами разразился хохот. Женский. Довольный. Страшный.
Косые струи хлестали по лицу. Гром оглушал. Порыв яростного ветра толкнул нас в грудь, и мы оба отлетели к самому краю уступа.
Держись за меня! – закричал Ярослав, вцепляясь в мою руку. Он до последнего верил, что защитит. Но новый порыв дьявольского ветра не оставил нам обоими шанса – мы оступились. Последним, что я видела, прежде чем упасть, была яркая длинная молния. Мощный столб ударил в скалу, осветив пространство, и вдалеке я увидела смутно знакомую женскую фигуру. А после полетела вниз, рассекая плотный соленый воздух и крича так, что разрывались легкие.
Волны приняли меня бережно – как и обещала бездна, которую они хранили под собой. Я погрузилась в ледяную воду и долго боролась, превозмогая боль и пытаясь выплыть. Но тщетно – на моей щиколотке появилась тяжелая цепь, тянущая на дно.
Ниже, ниже, ниже…
Воздуха не хватало. Мысли путались. Грудь стала каменной. Даже боль уходила – осталась одна усталость.
Я угасала.
Тьма поглощала меня. Бездна готова была принять.
Я почти потеряла сознание.
«Хозяйка, проснись, зашептали вдруг на ухо высокие травы. – Проснись, ты должна бороться. Хозяйка!»
Правое запястье обожгло теплотой. И я вдруг увидела перед собой странные картины, быстро сменяющие друг друга. До ужаса знакомые, но забытые.
Меня несут на руках вниз по ступеням.
Кладут на холодный камень в полутёмном зале.
Четверо людей в широких мантиях стоят напротив меня и разговаривают о чем-то – я не могут разобрать ни слова. У одного из них в руках волшебный огонь. Я любуюсь им и хочу улыбаться. Со мной что-то не так.
Они режут руки – в воздухе пахнет кровью, и обмениваются клятвами.
Мою руку тоже режут, и рубиновая кровь капает на каменный пол, начиная шипеть.
Пять струек бордового дыма поднимаются вверх, причудливо переплетаясь и образовывая символ цветка. Ирис.
Передо мной лицо дяди Тима. Он склонился ко мне так близко, что я могу разглядеть каждую морщинку, и говорит тихо и серьезно:
«Эти слова ты должна хранить так же, как и браслет. Поняла меня, Настя? Запомни их. Запомни. Зная эти слова, ты сможешь управлять этим браслетом».
«Я запомню, послушно говорю я. Я буду помнить их и никому не скажу».
«Даже если это будет стоить тебе жизни, Настя».
«Даже если так».
Отчего-то мне хочется заплакать, уткнувшись ему в плечо, но Тимофей отходит. Его взгляд суров. А я не понимаю, почему он так со мной.
«Передача священного артефакта другому хранителю свершилась, объявляет один из магов, белокурый. Приветствуем тебя, Анастасия, не как человека, а как равную нам. Ты стала новым хранителем браслета Славянской тройки…»
И тогда я все вспомнила – когда бездна уже готова была забрать меня.
Я распахнула глаза, не желая сдаваться.
Тяжелая цепь на ноге пропала. Откуда-то появились новые силы. И я поплыла наверх, отчаянно борясь за свою жизнь.
«Белые искры снега».
***
Эти воспоминания больше никто не сможет стереть.
Никто не имеет права распоряжаться моей памятью.
Никому не подвластно играть со мной.
Темная вода отступила. И я вновь открыла глаза, хватая воздух пересохшими губами, но уже находясь на кровати в собственной комнате, освещенной пламенем свечей – за окном все еще было темно. Меня трясло от ужаса и боли – все мышцы ныли, в голове бил тяжелый набат, и казалось, будто каждая вена охвачена жидким огнем. Правда, огонь этот становился все слабее и слабее, и я постепенно приходила в себя. Кое-как выровняла дыхание и даже попыталась сесть, но узкие твердые ладони человека, которого я сначала не замечала, не дали мне этого сделать. Меркурий мягко заставил меня лечь обратно и заботливо укрыл одеялом.
Он тоже все знал. Все это время.
Отдохни немного, Настя. У тебя был сильный жар, температура начала спадать, тихо сказал Мерк. В его голосе были усталость и облегчение. Наверное, он думал, что я с благодарностью вниму его совету, но я ударила его по плечу – слабо, но ударила.
Не трогай меня, прошипела я, пытаясь унять страх. И снова села. Голова кружилась, и сердцебиение все еще было учащенным, но с каждой секундой мне становилось все лучше и лучше.
Это был просто сон. Реалистичный и жуткий сон. Сон, вернувший мне память. Теперь все хорошо.
Но кто же он, этот Меркурий? Человек ли? Что он от меня хотел? Зачем ворвался в мою жизнь? И что его связывало с моим дядей?
Мысли путались, ярость и обида обжигали душу, а страх дикой кошкой царапал сердце. Меркурий в моих потерянных воспоминаниях владел особенной силой. Магией.
А может быть, я просто сошла с ума.
Но жар и правда был.
Что случилось? Тебе все еще нехорошо? неправильно понял Меркурий и вновь попытался успокоить, дотронувшись до плеча. Меня передернуло. Я отбросила его руку.
Не смей меня касаться, отчеканила я, глядя на него злыми глазами. – Или ты не понял?
Настя, все позади, – с тревогой ответил он. – Тебе просто приснился кошмар. Ты кричала во сне.
Мерк думал, что я до сих пор ничего не помню. Что я забыла о таинственном ритуале, в котором он участвовал вместе с моим дядей. Что все так же верю, что этот придурок – парень моей лучшей подруги.
И что он сможет играть со мной дальше.
Не позволю.
Кошмар, значит? – сощурилась я и, не сдержавшись, выкрикнула: – Что тебе от меня нужно, черт подери?!
Меркурий молчал. Я видела удивление на его бледном лице, освещенном лишь пламенем свечи.
Кто ты такой? – глухо продолжала я.
Ты не помнишь меня, Настя? – спокойно спросил он. – Я Меркурий. Парень Алены, твоей подруги.
Он не сознается.
Как ты попал в мой дом? – процедила я сквозь зубы.
Алена звонила тебе весь вечер, но ты не брала трубку. Она начала беспокоиться, и мы решили заехать к тебе. Дверь оказалась открытой. А ты лежала без сознания. Мы вызвали «скорую» – у тебя была высокая температура, и ты бредила. Алена попросила меня остаться с тобой до утра, пока не вернется Дан.
Он лгал так складно и легко, что я хрипло рассмеялась, закрыв горячее лицо руками. Пальцы дрожали. Я пыталась успокоиться – только холодный разум поможет мне понять, что происходит, но это оказалось тяжело – эмоции тугим обручем обхватили голову.
Где Ярослав? – вдруг спросила я, поняв, что нахожусь в своем теле. И вскочила с кровати. Меня пошатнуло, но я удержалась на ногах.
Ярослав? – приподнял бровь Меркурий. – Не знаю. Ты была одна дома.
Мы были вместе! Куда он мог деться? – Страх захлестнул с головой, как штормовая волна. Мы были вместе перед тем, как попасть в тот зловещий сказочный мир. Мы были вдвоем в том реалистичном сне на уступе скалы. Теперь я очнулась, а он… где он, я понятия не имею! Он упал в море вместе со мной. Значит, должен был очнуться, как и я. Там же, где я. Может быть, Меркурий сделал с ним что-то?
Отвечай, где Ярослав! – потребовала я в отчаянии. – Он был здесь, со мной!
Не знаю, Настя. Правда, твердо ответил Меркурий. – Тебе нужно отдохнуть. Поспать. Ложись.
Страх за Ярослава на мгновение заставил меня оцепенеть, а после активизировал все скрытые ресурсы. Эмоции отступили – будто на них временно поставили блок. Появилось чувство нереальности происходящего, и мне казалось, что я вижу этот мир как через мутное стекло. Однако думать сразу же стало легче.
Я должна избавиться от Меркурия и найти Ярослава. А после – подыскать нам обоим убежище.
Со мной что-то не то, прости, Мерк, прошептала я, опустив голову. Снилось что-то плохое. Я даже тебя не узнала.
Пусть думает, что я не в себе после кошмара.
Ничего страшного, ответил Меркурий – он попался на мою удочку. – Ты заболела. Наверное, переутомилась.
Словно невзначай я дотронулась кончиками пальцев до того самого браслета. И услышала как наяву голос женской тени из сна. Он уже разговаривал со мной раньше, поэтому казался таким знакомым. И голоса двух других теней я слышала прежде.
Да что же со мной происходит?!
Я хочу пить. Ты не мог бы принести мне воды, попросила я почти спокойным голосом. – Губы пересохли.
Хорошо, сейчас.
Тон Меркурия был спокойным – он ничем не выдавал себя. Он ничем не выдавал себя все это время, пока мы общались. Козел.
Он вышел из комнаты, плотно прикрыв дверь, а когда вернулся минуту спустя, я уже ждала его с вазой в руках. Когда Мерк вошел, я обрушила эту вазу на его голову.
Удар пришел по затылку. К сожалению, Меркурий не вырубился, как я хотела, а всего лишь упал – не ожидал удара из-за спины. Я же не мешкая вылетела из комнаты. В крови кипел адреналин, и я была готова на все, чтобы найти Ярослава.
Всюду было темно, но я отлично ориентировалась в собственной квартире. На кухне и во второй комнате никого не было – только пахло воском и свечами, а еще – непонятной гарью.
Настя, остановись! – крикнул Меркурий. Но я плевать хотела на его просьбы. Я должна была убежать.
В прихожей валялись осколки – кто-то разбил зеркало, и я поранила ногу, но, не обращая внимания на острую боль, открыла дверь и, прихватив сумку, бросилась вниз по ступеням.
Этаж, второй, третий…
На четвертом я столкнулась с кем-то и едва не упала.
Настя! – воскликнул знакомый голос. – Что случилось?!
