Страница 2 из 5
«Ведь теперь тебе ничего?
Не страшно?
Да?!»
Послушайте!
Ведь, если звезды
зажигают —
значит – это кому-нибудь нужно?
Значит – это необходимо,
чтобы каждый вечер
над крышами
загоралась хоть одна звезда?!
3. Зачем нам добрые дела
Есть люди, от присутствия которых становится хорошо. Такая Эви. Она абсолютно все явления может объяснить, используя при этом рациональный и метафизический подход.
Ее муж, Михаил Иванович, думает так же. Эта пара не пользуется интернетом и не смотрит телевизор, у них нет банковских карт, и страниц на госуслугах. Поскольку они живут в лесу. И только иногда выезжают в город по какой-то необходимости.
Иваныч повторяет, что лес его кормит. Он никогда не берет больше, чем ему нужно для жизни. И всегда частью даров делится. В лесу тоже есть свой дух, как и у всего, что нас окружает.
Эви разговаривает даже с утварью, которая нам служит. Чайник, который кипит очень громко, ворчит от старости, настаивает Эви.
Старая шаманка отлично считывает все знаки, которые встречает на своем пути. И понимает собак, птиц и кошек, а также всех зверей, живущих в лесу.
Сейчас она перестала принимать людей для обрядов, а раньше к ней стояла очередь. И это утомительно – служить людям. Потому что приходят с проблемами, а не для того, чтобы поделиться радостью.
– Счастье любит тишину? – Спрашиваю у Эви я, пока та возится на кухне, собирая в котелок овощи и мясо, чтобы поставить его в печь.
– Это ты сама придумала? – Удивляется она.
– Есть такая поговорка. – Объясняю ей я. – Счастливые люди не должны хвастаться своей радостью.
– Почему тогда о своем горе всем рассказывают? – Недоумевает Эви.
– Чтобы уменьшить свою боль. – Предполагаю я. – Найти сочувствие и поддержку.
– Ты думаешь, что люди, которые тебя окружают, и правда помогут? Сделают что-то для тебя хорошее? – Спрашивает шаманка.
– Есть же волонтеры и благотворительные организации, которые делают добро? – Привожу пример я.
– Эти люди делают добро для себя, а не для кого-то. Чтобы думать о себе как о хорошем человеке. – Заявляет Эви.
– Ты хочешь сказать, что все наши добрые дела – это дань эгоизму. Чтобы выглядеть в своих глазах лучше, чем ты есть на самом деле? – Уточняю я.
– Не бывает хороших и плохих людей. Я же тебе такое уже говорила. – Спорит со мной Эви. – Никто не имеет права сказать о другом, что он плохой или хороший. Мы ведь не знаем всю его историю. Иногда и сам человек не может знать, как повлияли его поступки на природу и людей.
– Ты говоришь про карму? – Задаю ей вопрос я, который сто раз уже задавала.
– Это Судьба или история, которую человек создает. – Начинает шаманка. – Есть законы природы, которые нарушать нельзя, но люди их нарушают. А потом делают попытку загладить свою вину, создавая, как ты говоришь, благотворительные фонды. Ты любишь примеры: женщина бросает своего ребенка, а потом усыновляет чужого или начинает помогать детскому дому. Ее преследует вина. И она пытается искупить свою ошибку.
– Ты хочешь сказать, что если мы вдруг начинаем что-то делать хорошее, значит чувствуем свою вину? Хотим компенсировать какой-то свой поступок? У всего есть своя выгода? – Анализирую я.
– Агата. Я не могу больше с тобой вести беседу. – Говорит Эви. – Мне нужно ехать домой. Сейчас привезут женщину ко мне, чтобы я сделала обряд. Это очень сложный случай. На разговоры ушли все мои силы. И потому я должна поспать перед тем, как встретиться с ней.
– Хорошо. – Соглашаюсь я. – А котелок, который стоит в печи?
– Он сам тебе напомнит о том, когда его нужно будет вытащить оттуда и съесть. – Улыбается Эви. – Ты напишешь о том, что мы с тобой обсуждали?
– Но откуда ты знаешь, что я пишу? – Удивляюсь я.
– Это несложно. – Признается Эви. – И ты это сможешь. Потом я тебя этому научу.
Она выходит на улицу, чтобы сесть за руль джипа и уехать в свою деревню, чтобы восстановиться перед приемом клиентки. Меня удивляет в этой маленькой и коренастой женщине в ярком пальто с национальным орнаментом, как в ней может сочетаться мудрость вековых знаний и умение отлично управлять огромной машиной.
– Это мой олень. – Смеется она, когда залезает в машину. – Хочешь посмотреть, как будет проходить обряд?
От неожиданности, я забываю, хочу ли я прикоснуться к тайне. И, пока я размышляю об этом, Эви, газуя, уезжает, ловко управляя тяжелой техникой.
4. Почему я не люблю цирк
Дом у Михаила Ивановича огромный и стоит почти на самой окраине деревни. В лесу. Никакого забора нет. Только небольшая ограда в виде загона для оленей, которых целое стадо. Они кажутся мне какими-то сказочными, когда смотрят на меня своими большими умными глазами.
– Нам предлагали использовать их в качестве игрушек на Новый год, чтобы развлекать детей и их родителей. Но олени отказались. – Сообщает мне Эви, которая подходит к одному из животных и начинает гладить его и нежно похлопывать по спине.
– Я тоже против того, чтобы над животными так издевались. – Соглашаюсь я и тоже подхожу к оленям, чтобы покормить их.
Самого красивого и взрослого зовут Анши, кажется, переводится как цветок или что-то в этом роде. Для него у меня в мешке из хлопковой ткани приготовлены яблоки, которые он очень любит.
Создается ощущение, что он и правда все понимает, о чем мы разговариваем с его хозяйкой.
– Им не нравится шум на праздниках и пьяные люди, которые ведут себя грубо и невоспитанно. – Продолжает Эви, обнимая своего любимца. – Он – красавец, правда?
– Да. – Отвечаю я. – В городе на праздники работают все каникулы лошади и олени, которые будут катать в санях оголтелых туристов. Мне жаль всех животных, которых используют ради своих утех. И именно поэтому я не хожу в цирк. И зоопарки тоже не спонсирую. Медведи в клетках – то еще зрелище!
– В клетку вообще никого нельзя запирать! – Отзывается Эви. – Это нехорошо. И вредит карме. Значит кто-то из родственников точно будет сидеть в тюрьме.
– Послушай. Эви. – Восклицаю я. – А ведь в этом что-то есть. Муж моей тетки всю жизнь держал собак в клетках и издевался над ними. И вот один из их сыновей умер страшной смертью в тюрьме. Мой бедный кузен. Такое горе.
– Это не горе. А расплата. За все нужно платить. – Строго говорит Эви, сжимая губы. – Когда животное страдает, а вы веселитесь, это плохо. Духи, которые их охраняют, вас накажут. Обычно забирают самое дорогое. Детей. Самые страшные люди – это дрессировщики. И те, кто использует животных для развлечений.
– Сейчас ведь грядет год кролика. – Вспоминаю я. – И на все корпоративы начнут покупать зайчат и фотографироваться с ними. А потом их просто выбросят. Когда наиграются.
– Зайчики безобидные. Они не хотят, чтобы их тискали. И не любят шума. Но родителям, которые покупают живую игрушку детям, это неведомо. После такого контакта животные долго не живут. – Объясняет мне Эви, а Анши трясет головой.
– Он согласен с нами? – Спрашиваю я, показывая на оленя.
– Да. Он напуган этими рассказами. – Отвечает Эви и обращается к оленю на каком-то неведомом мне языке.
Мы возвращаемся в дом, хотя возле дома стоит юрта. Это символ очага коренных народов Севера. Как малочисленным народам, этой паре давали квартиру в городе от муниципалитета, но мои знакомые отказались от нее. Они не могут жить в благоустроенной квартире, где есть водопровод и стиральная машина.
Хотя их огромный дом тоже благоустроенный, но большую часть времени жена нашего сторожа проводит в юрте.
Сегодня к ней привезут клиентку, которая сложная, как выразилась сама Эви. Для обрядов эта женщина уже стара и устала, но это дочь какого-то высокопоставленного чиновника, которому нельзя отказать.
Все это сообщает мне моя собеседница, вздыхая и сетуя на то, что цивилизация и здесь ее достала.
– Твоя душа похожа на ангела. – Говорит мне Эви, глядя своими раскосыми глазами пристально мне в глаза. – Ты много страдала. Много зависти вокруг тебя. Завистливые люди отобрали твою красоту и удачу. Но я хочу сделать тебе подарок – вернуть это все через обряд.
– Можно я тебя обниму? – Спрашиваю я у Эви. И тут же заключаю ее в свои объятья.
– Когда тебе будет сильно тоскливо, смотри на огонь. Если будешь в квартире, то зажги свечу. – Советует мне Эви. – Наши глаза выздоравливают, когда смотрят на красивое. Ты ведь любишь смотреть на небо?
– Да. Я люблю смотреть на синее небо. И на облака, которые бывают ватными или вовсе исчезают, растворяясь в снегу. И снежинки люблю ловить в варежки. А потом рассматривать их. – Признаюсь я.
– В твоем сердце много любви. И потому у тебя есть муж, который тебя любит. Это твоя карма. – Говорит Эви.
– Хороший муж дается за что-то? – Удивляюсь я.
– Как и хорошая жена. – Добавляет мудрая шаманка. – Муж и жена – это одно целое. Но я тебе, кажется, об этом уже говорила. – Хорошо, что ты сегодня в платке. Будешь мне сегодня помогать?
– Конечно, буду. Но как? – Любопытствую я.
– Сама это поймешь. – Отвечает Эви.
Вдалеке мы видим чужой джип, который не может проехать по сугробам. Люди оставляют машину и пытаются пробираться пешком. Это несколько мужчин в дубленках и валенках и одна женщина в длинной соболиной шубе, клиентка моей Эви.
– Это сложнее, чем я себе могла представить. – Произносит она. – А ты как думаешь?
– От них идет опасность и ....– мне трудно описать, что я чувствую.
– Почти так. – Соглашается Эви. – Это не опасность. А зло. Которое они несут с собой. Главное, чтобы этот дух не остался потом здесь. Такое бывает, когда дух может привязаться и есть свою жертву.
Она начинает что-то напевать и почти в падает в транс. А у меня кружится голова. Люди вдалеке тонут в сугробах, и я чувствую, как они злятся от того, что не могут попасть к шаманке.
Начинается метель. И вьюга завывает, как по покойнику.
5. К кому приходят дети и про зависимости
Эви принимает своих клиентов в юрте. Там особая энергетика, поскольку шатер имеет свойство аккумулировать жизненные потоки, как и все пирамидки. Вокруг разложены шкуры и ковры. Посредине костер. Это очаг, который не затухает никогда. Осталась даже небольшая люлька для младенцев, которые у шаманки давно уже выросли.
Когда я спрашиваю у нее, зачем в шатре люлька, она отвечает, что это символ плодородия. Здесь же у Эви атрибуты ее работы, с помощью которых она общается с духами. Что-то вроде бубнов, обтянутых кожей, ножи, еще какие-то приспособления.
Мужчин она выпроводила за дверь, поскольку клиентка женщина, очень красивая девушка Александра. Ее привез отец и телохранители. Есть проблема – его подопечная наркоманка.
– Люди с зависимостями – сложные. – Сообщает моя знакомая, которая сидит в позе лотоса напротив меня. – Алкоголиков можно вернуть в этот мир, а с наркоманами – беда. Их душа им уже не принадлежит. Ее забирают проводники темных миров.
– Но ведь есть же наркологические клиники, которые обещают вылечить. – Спорю с Эви я.
– Ключевое слово "обещают". – Улыбается шаманка какой-то скорбной улыбкой. – Если ты повстречаешь такого человека, дай мне знать. Но в своей жизни на разу не видела такого, чтобы человек изменился. А живу я очень долго.
– Ты считаешь, что люди не меняются? – Уточняю я.
– Не я считаю, а это так и есть. Вот женщина выходит замуж, а потом выясняется, что ее мужчина не тот, кого она себе придумала. Тоже самое происходит и с самим мужчиной. Он думает, что женился на любимой. А дома обнаруживает злую ведьму. Разве что-то изменилось? Нет. Люди просто сняли маски. – Объясняет шаманка.
– Маски защищают нас от недоброжелателей. Мы в социуме всегда хотим выглядеть лучше, чем мы есть на самом деле. – Соглашаюсь с Эви я.
– Мы все одинаковые. Потому что люди. Только карма у нас разная. – Констатирует шаманка, сидя невозмутимо и ровно напротив меня.
Девушка Александра внимательно смотрит на нас своими большими, чуть навыкат глазами. Она мнет что-то в руках, как будто нервничает. Все в ней выдает человека с зависимостью. И неестественная худоба, и неловкие импульсивные движения, и блуждающий взгляд. Но она красивая. Ее отец сказал, что она подиумная модель. Сам он очень богатый и влиятельный человек.
Эви не хотела связываться с отцом Александры. С ее слов, он очень вероломный и подлый человек и может начать преследовать ее за незаконную деятельность. Малочисленным народам сложно. Они могут в скором времени и вовсе исчезнуть с лица земли.
– В твоем случае уже ничего сделать нельзя. – Печально произносит шаманка, глядя на Александру, которая обнимает сама себя своими костлявыми руками и чешется от беспокойства.
– Лучше б я уже сдохла. – Почему-то произносит модель. – Но они контролируют меня.
– Большие мужчины, которых я не пустила в юрту? – Уточняет Эви.
– Это телохранители отца. Они даже в туалет меня сопровождают. Он давит на меня. – Жалуется красивая девушка, дергая себя за волосы, которые рассыпались по плечам.
– Не только на тебя. На всех вокруг. – Соглашается в ней шаманка. – Потому что у него есть деньги и власть. Они делают даже самого хорошего человека зависимым.
– Не начинайте свои манипуляции. Это бесполезно. – Упирается девушка с большими голубыми глазами. – Я хочу сдохнуть. Чтоб покончить со всем этим.
– Что больше всего не нравится тебе в том мире, в который ты все-таки пришла? – Спрашивает у нее Эви. И в ее голосе много тепла.
– Все не нравится. – Огрызается Александра, которую начинает трясти. – Я не могу быть свободной. И сижу в клетке. Отец ....
– Помнишь. – Обращается ко мне Эви. – Я тебе говорила о людях, которые любят запирать животных в клетку. Так вот, этот мужчина даже собственную дочь посадил на цепь.
– Да. – Соглашается Александра. – Для отца я всего лишь атрибут его роскошной жизни. Он гордится тем, что у меня контракты с Китаем и Америкой. Были....Сейчас они не работают со мной из-за моего пристрастия....
Александра опять начинает дергаться и чесаться. И я замечаю на ее руках очень синие и какие-то неестественные вены.
– Дети приходят в этот мир, чтобы научить своих родителей бескорыстно любить их. Это чистые души. Которые даже самую последнюю пьяницу хотят сделать лучше. Именно поэтому у алкашей и маргиналов так много детей. – Сообщает шаманка. – Эта девочка пришла к своему отцу, чтобы сделать его мягче. Наполнить его жестокое сердце любовью.
– Девочки приходят к отцам? – Удивляюсь я. – А мальчики для матерей?
– Да. – Соглашается со мной Эви. – Женщины, которые никогда не любили по-настоящему мужчин, получают опыт любви со своими сыновьями.
