Откуда не понятно взявшийся порыв ветра, поднял на дороге пыль, подтолкнув путников в сторону деревьев. Демоны, кашляя и отмахиваясь от песка, поспешили от камня к своей судьбе. А из кустов потихоньку выбралась лисичка.
– Ну, что скажешь про гостей? – Шишок внимательно посмотрел на зверька.
– Время покажет, дядюшка. – Лиса чихнула, потому что пара пылинок попала и ей в нос, – а мне бежать пора. Ну, ты вечером заходи. – И пушистый хвост скрылся в траве, иногда мелькая среди зелени. Оборотница направилась в лес.
5.
Проселочная дорога убегала вперед, скрываясь за деревьями. Изначально ее граница обозначалась только луговой травой, затем появились кустарники, становясь все гуще и выше, и вот тропа забежала под кроны первых деревьев.
Стройные белоствольные березки с коричневатыми тонкими ветвями и резной зеленью листвы разбегаются в разные стороны от дороги. Яркие лучи, сумевшие пробиться сквозь кроны деревьев, прыгают солнечными зайчиками с ветки на ветку или по зеленому травяному ковру. Из-за такой игры света листва переливается разными цветами. Одни серебрятся мягким покровом, другие дразнят светло-зелеными и изумрудными отблесками. Те же, что находятся у самых стволов и на самых нижних ветках кажутся почти черными. Легкий ветерок заставляет всю эту мозаику всколыхнуться так, что начинает рябить в глазах. И вся пестрота мягко осыпается тенью на траву, даря ей прохладу в знойный летний день.
Деревья кажутся живыми. Необходим только миг, и тонкоствольные красавицы сорвутся, словно веселые подружки со своих мест, чтобы подбежать поближе друг к другу и пошептаться о чем-то. Путнику тоже хочется присоединиться к ним. Подойти, прислушаться к разговору, обнять тонкую фигурку, провести ладонью по стволу и ощутить шероховатость черного рисунка на белой коре, почувствовать ее запах.
А потом, снять обувь и дать усталым натруженным ногам пройтись по густому пушистому зеленому ковру, который покрывает всю землю в роще. И этот пир зелени разбавляют белые, желтые и сиреневые вкрапления полевых цветов. Так и тянет прилечь, чтобы вдохнуть полной грудью легкий ненавязчивый аромат лесных скромниц, прячущихся в густых стеблях других растений, пропитаться им, сохранить до самой зимы.
Здесь хочется наслаждаться всей полнотой жизни. Ведь она, даже в такой тишине бурлит, наполняя мир звуками. Шелест листвы, жужжание насекомых, далекий стук дятла, шорох мелких зверушек, снующих в густой траве.
Березки-подружки сбегали по пологому склону к небольшой речке, искрящейся в лучах приветливого солнышка.
– Странно здесь как-то все. Хочется чего-то, а что именно не понятно. Магии не чувствую, а деревья словно зебры. У нас таких нет. – Элатан тряхнул своими припыленными золотыми кудрями. – И где нам теперь эту бабку искать?
– И я из будущего ничего видеть не могу. – Барбатос потер виски, спустился к воде, зачерпнул обеими ладонями прохладную воду и умылся, стирая пыль и грязь, осевшие на коже. – Магию словно застит что-то.
– Порталы на поиск тоже не открываются. – Виллиарт злобно плюнул в дорожную пыль и тоже спустился к реке. – Ничего не остается, как только вперед двигать. Но для начала предлагаю искупаться. А то мы выглядим не как императорские дети, а голь перекатная!
Парни скинули свою одежду и несколько раз тряхнули ее. Пытаясь выбить грязь. Правда, такие действия мало чем помогли. Потому как не царское это дело одежку за собой чистить да белы рученьки марать. А магия действительно давала сбой. Парадные костюмы выглядели, как будто их вытащили из дальних сундуков, где те провалялись не меньше лет ста. Магия тоже давала сбои. Барбатос попытался вызвать воздушные потоки, чтобы выбить из пор одежды грязь .но в результате прожог рукав на локте огненным файерболом.
Демоны повесили кое-как очищенную одежду на прибрежные кусты и сами отправились в воду. Парни устроили небольшой заплыв наперегонки, рассекая своими мощными телами водную гладь. Река, словно понимала усталость и нервозность своих гостей, отдавая им свою прохладу, нежно смывая тревоги из их разума и грязь с мускулистых тел, даря бодрость и надежду.
– Эй, а это что за звуки. – Барбатос смахнул мокрую синюю прядь волос, прилипшую ко лбу и закрывшую ему глаза.
Над водой раздавался девичий смех. Переглянувшись, братья вышли из воды, с трудом натянули на мокрые тела одежду и направились вверх по течению, чтобы обнаружить причину смеха. Демоны двигались медленно и тихо, чтобы не спугнуть веселящихся.
Идти вдоль речки было куда приятнее, чем по дороге, поднимая полуденную пыль. Однако мокрый песок иногда проваливался, и ноги в нем увязали. Приходилось останавливаться и стряхивать мокрую землю. Оставаться незамеченными помогали плакучие ивы, растущие вдоль всего русла, и мелкий кустарник.
Минут через пять и перед путешественниками открылся вид на поляну, один край которой из зеленого покрывала превращался в песчаный берег, ласкаемый легкими волнами речушки. Прямо над водой спускался треснутый надвое ствол плакучей ивы. Именно на нем братья и устроили засаду, наблюдая за происходящим из-за тонких листьев дерева.
В центре поляны стоял одинокая молоденькая березка. Босые девушки с травяными венками на голове, в белых длинных рубахах со свободными рукавами, украшали ветви деревца разноцветными лентами и монисто. Затем прелестницы встали в круг и двинулись по солнцу, напевая странную тягучую песню.
Береза, березонька!
Береза моя бела.
Березонька кудрявая.
Стоишь ты. Березонька.
Посеред долинушки.
На тебе, березонька,
Листья зеленые.
Под тобой, березонька,
Красны девушки поют.
Под тобой, березонька.
Красны девушки венки плетут.
Плавные движения танцовщиц, их мягкие улыбающиеся лица с легким румянцем на щеках, медленное движение коловорота вокруг деревца, – все это завораживало и притягивало парней. Хотелось вот прямо сейчас выскочить на поляну и крикнуть… «Бу!», чтобы увидеть испуганные лица, а затем разбегающихся в разные стороны от страха красавиц. Вил аж ухмыльнулся в предвкушении.
Девушки закончили куплет и хоровод распался. Все молодухи медленно развернулись и направились к воде. Красавицы по очереди заходили в реку. Подолы их незатейливых рубашек с красной вышивкой намокали, прилипая к стройным ногам. Девушки снимали с себя венки и опускали их в ласковые волны, шепча при этом «Веночек, веночек, на радость мне сделанный. Ты плыви венок, плыви, да любимого моего покличь, чтобы с ним сели в этом году рядышком, да свадебку сыграли».
Венки, сплетенные из веток березы и цветов, с лентами и без, перевязанные цветными веревочками и шелковыми ниточками медленно поплыли вниз по реке. Вил наклонился ниже, чтобы рассмотреть такую иностранную диковинку.
Неожиданно раздался жуткий треск ломающейся ветки, затем громкий всплеск воды, и магия ритуала осыпалась на красавиц миллионом водяных искрящихся в лучах солнца брызг. Из реки выбиралось мокрое чудовище, на одном из рогов которого висел венок из полевых ромашек с зелеными и белыми лентами. С уцелевшей ветки ивы, громко смеясь над товарищем, спрыгнули и братья-маркизы, понимая, что их укрытие раскрыто, а, следовательно, и прятаться не имеет смысла.
Девушки с громким визгом бросились врассыпную, прячась за белоствольными деревьями. Одна же из них, воинственно подперев руками бока, кидала на выходящего из реки чужака злобные взгляды.
– Ах ты, гад рогатый! – Взвилась рыжая ведьма. – Да чтоб у тебя хвост отвалился! Девчонки, надо встретить незваных гостей по достоинству, да уму-разуму подучить! Вперед!
Девушки медленно, с переглядками, выходили из-за берез, но последние слова их подруги окончательно стерли из глаз красавиц испуг. С громкими криками и смехом девичья ватага ринулась на неприятеля, таща уже опешивших парней в воду.
И вроде бы сильные мужчины, демоны как-никак, а справиться с субтильными на первый взгляд девицами никак не получалось. Нежные руки щекотали, тянули их вводу, окунали с головой, удерживали под водой, не давали вздохнуть живительный кислород. Легкие парней горели, одежда была разорвана в клочья, руки, тела и лица покрыты глубокими царапинами от острых когтей. Яркий румянец на щеках красавиц сменился смертельной бледностью, прекрасные волосы превратились в серо-сине-зеленый шелк, расплывающийся в воде путанными водорослями.
Парней утаскивали все глубже в омут. Но вот, яркий луч света ударил в речную толщу, разгоняя русалок в разные стороны. Парни тут же резкими взмахами рук выгребли на поверхность.
– Ну, бабушкааааа! – Недовольная рыжуха топнула ножкой, гневно сверкая своими зелеными глазами.
Девушка, понимая, что силы теперь уж точно неравные попыталась скрыться в роще.
– Стой, мерзавка! – Вил первым выбрался из воды и, смекнув, что добыча пытается сбежать, кинулся за ней в погоню. Однако незнакомки нигде не было видно. Только рыженькая белочка сидела на ветке ближайшей березы и умывала маленькими лапками мягкую мордочку и пушистый хвост.
– Где она? – К демону подскочили братья.
– Ушла! – Вил сжал кулаки. – Ничего, когда попадется, за все ответит!
– Интересно, кто нам помог? – Эл рассматривал остатки своего камзола и шелковой рубашки. – Так глупо к русалкам в лапы попасть. Чуть на тот свет не отправились.
– Ну, это была бы не самая большая наша проблема. – Барбатос бросил на землю лохмотья и начал стягивать штаны, чтобы отжать и одеть обратно. Ни голышом же по за границам рассекать, в самом-то деле. – Дед бы нас быстро к императору в Даркендию отправил. А вот там бы мы и схлопотали, от всей любящей души. Сначала дяди Лео, а потом и матушка бы догнала.
– Чего дальше делать-то будем? – Вил последовал примеру маркизов, выкидывая испорченное и отжимая то, что еще можно было спасти.
– Приводим себя в порядок и возвращаемся на дорогу. – Элатан внимательно всматривался в дальние деревья. – С тропы больше не сходим, на красоток не отвлекаемся. Находим бабку, даем денег и сваливаем отсюда по добру, по здорову.
– И будет нам тогда… – Бар прижал два пальца ко лбу между бровями, что-то просчитывая пальцами другой руки. Предсказатель открыл глаза и кивнул головой, полностью поддерживая близнеца, – … вселенское счастье! А девиц и дома попугать сможем.
– Тогда пойдемте, чего зря время терять. – Вил первым направился в обратную сторону. – Вечереет уже. Не факт, что до темноты это старую ведьму найти сможем.
– Даже не надейтесь! – Женский голос, раздавшийся из неоткуда, был настолько тихим, что парни не придали этому значения, лишь ускорили шаг.
6.
Парни шли уже не меньше, чем полчаса, но дорогу обнаружить так и не получалось. Берег зарос таким непроходимым камышом и колючим кустарником, что двигаться вдоль воды было уже просто невозможно. Демоны повернули обратно, решив вернуться к поваленной иве, чтобы сориентироваться на местности. Однако лес словно играл с гостями в прятки.
Ивы и березы пропали. На их месте появились новые деревья. Тонкие осинки жались друг к другу, пытаясь спрятаться от ветра, что качал их ветви. Стройные рябины перемешивались с кленами и ясенем. Зеленый ковер, покрывающий землю, становился все выше. Колючки цеплялись за остатки парадной одежды, сломанные стебли оставляли на ней зеленые разводы.
Обойдя очередной куст цветущей калины, мужчины наконец-то наткнулись на очень сильно изменившуюся дорогу. Проселочный тракт превратился в небольшую тропку для одного человека. Вокруг уже нет приветливых полянок, и солнечные лучи, клонящегося к закату светила, не играют на стеблях травы и листьях деревьев. Стволы хвойных деревьев с мощными ветвями вздымаются над головами высоко в небо, отбрасывая не ласковые тени, манящие свей прохладой, но черные силуэты, несущие скрытую угрозу.
– Либо мы срезали путь, – Вил, не сбавляя темпа движения, внимательно рассматривал окружающий их лес, – либо это не наша дорога.
– Мы могли в портал какой-нибудь свалиться. – Элатан устало стер со лба пот. – Ах, ты, тьма тебя забери! – Демон попал ногой в ямку, прикрытую хвоей и пожухлой листвой.
– Надо было у того сторожа дорогу как следует узнать, – Барбадос почесал лоб. – Или карту спросить.
– Да кто ж знал, что тут все так запущено! – Вил развел руками. – Но, с другой стороны, мы же боевые маги, а не барышни кисейные. И не из таких дыр выход находили. Должен же в этом лесу кто-то жить, надо только его найти. А вот когда этот некто обнаружится, то и устроим уже ему допрос с пристрастием.
И лес, словно услышав разговор путешественников, расступился в стороны, открывая вид на небольшую полянку в центре, которой около костра расположился охотник. Мужчина варил похлебку в котелке. Дух тушеного мяса с овощами распространял по округе вкуснейшие ароматы. Желудки демонов сразу отреагировали дружным голодным урчанием. Под ногой Эла хрустнула ветка, и охотник поднял на путешественников глаза.
– О, ребята, а вы тут откуда? – Мужчина кивнул, приветствуя демонов. – По грибы или по ягоды к нам в лес пожаловали?
– Нет. – Ответ у Вила получился резче, чем хотелось.
– И куда ж тогда путь держите, через самую чащу? – Незнакомец сделал вид, что не заметил неуважительно интонации. – Да вы садитесь. В ногах-то правды нет.
– Нам нужно ведьму вашу местную найти. – Парни разместились вокруг костра. – Нас отец к ней отправил, вроде как в обучение.
– Да вы что?! – Мужик аж перекрестился. – Это вот прям к самой Яге?
– Ну, да…
– Ух, и попали вы, ребята! – Охотник покачал головой и, достав из рюкзака несколько глубоких плошек, плеснул в одну из них кипящей в котелке похлебки и протянул Вилу. – А с другой стороны, здесь столько народу перебывало. Не вы первые, не вы последние. Золотовласка, дровишек подкинь. – Элатан недовольно поморщился, но кивнул головой и бросил хворост в костер, а незнакомец протянул и маркизам по наполненной чаше. – Да чего уж там, – мужчина подмигнул, – сам в отроках ходил и школу выживания окончил. Я все науки на «отлично» осилил. И даже вот брошюрку на память сохранил. Особенно она важна для новеньких. Ну, чтоб в неприятности, какие не вляпались.
Охотник полез рукой за пазуху и достал потрепанную книжонку с полу стертым названием «Богатырей начищенное забрало, или Показание к житейскому обхождению в лесу, собранное от разных выживших отроков». Пожелтевшие страницы были местами надорваны и покрыты жирными пятнашками, откуда-то из середины торчала старая засаленная веревочка вместо закладки.
– Слушай, добрый человек, – Барбадос поставил плошку на землю, подсел к охотнику поближе, улыбнулся самой доброжелательной улыбкой, на которую был способен демон, и ухватился за толмутик, – помоги странникам, продай книжечку. Ты же здесь каждый куст знаешь, наверняка, и с местными в дружбе.
– Да вы что, люди добрые? – Мужчина потянул брошюру на себя. – Это же раритет. Таких уже и не делают. И вообще, она мне как память о моей геройской безбашенной молодости дорога!
– Ладно тебе, – с другого боку, обтерев рот, к охотнику уже подобрался Элатан, – ты просто скажи, сколько денег хочешь. Мы же за ценой не постоим.
– Да не надобно мне ничего! – Мужчина выдернул из рук демона свое сокровище и попытался спрятать книжку обратно за пазуху.
– Десять золотых хватит? – Виллиарт не любил долгие переговоры. – Нам неизвестно какая у вас здесь валюта, но желтый металл ценится во всех магических и немагических мирах.
– Десять золотых? – Незнакомец с сомнением посмотрел на брошюру, словно прикидывая ее стоимость.
– Пятнадцать. – Среагировал на замешательство собеседника принц. –Но не больше. Мы же тоже не знаем о чем в ней речь. Кота в мешке покупаем.
– Ну… хорошо. – охотник махнул рукой, принимая нелегкое решение. – для добрых людей ничего не жалко! Я просто уверен, что она обязательно сослужит вам добрую службу… Только деньги вперед.
Вил достал из пространственного кармана кошель с обговоренной суммой и протянул охотнику. Мужчина ловко подцепил мешочек, развязал его, пересчитал монеты и, раскланявшись с нежданными знакомыми, быстро покинул теплую компанию, скрывшись в лесу.
– За книжку явно переплатили. – Элатан внимательно разглядывал, доставшуюся им брошюру. – Но с другой стороны, сейчас любая информация ценнее золота будет.
– Хоть поужинаем на халяву. – Барбадос подобрал отставленную ранее плошку и зачерпнул деревянной ложкой похлебку.
– Как же – «на халяву»! – Вил принюхался к супу. – Пятнадцать золотых отвалили!
– Зато от голода не умрем. – Бар уже с удовольствием уплетал угощение. Сегодня, точно. Предлагаю сперва поесть, а потом уже и книжечку почитать. Она от нас все равно никуда не убежит.
Демоны последовали примеру своего брата и принялись ужинать, подбрасывая в костер сушняк, собранный ранее охотником в небольшую горку рядом с кострищем.
«Дзинь», – из-за деревьев раздался звон металлических колокольчиков.
– Тат, так, так… – Из-за ближайшей сосны вывернул странного вида мужичок в крестьянской одежде и лаптях. На голове незнакомца была надета фуражка почему-то красного цвета в крупный белый горох, плечи же нового пришлого, словно погоны, украшали дубовые листья. В руках мужчина держал два колокольчика. – Нарушаем, граждане-туристы?
– Чего? – Братья не сразу нашлись что ответить.
– Нарушаем, говорю. – Лесовичок сдвинул кустистые брови и махнул колокольчиками в сторону огня. – Согласно Статье 54/207 закона «О сохранении окружающей среды» Тридевятого царства в летнее время жечь костры строжайше запрещено! Прямая угроза пожара на лицо!
– Это не мы его разводили. – Элатан пожал плечами. – Тут охотник какой-то был. Даже вон ужин приготовить успел и нас угостил.
– Охотник, значит? – Незнакомец лишь покачал головой. – А известно ли вам, молодые нелюди, что в наш магический лес ни один охотник зайтить не могёт?! А, значится, врете вы очень красиво. Сами сьбраканьерничали, чуть пожар не устроили и тут же на добрых людей вину перекладываете. Придется вам, пройтить со мной к моей участковой землянке до установления ваших темных личностей.
– Да ты чего привязался-то, старый. – Барбадос лениво окинул мужичка с ног до головы. – Мы отдохнуть присели с прохожим. Он нас угостил.
– Знаем мы эти песни: «Не виноватая я. он сам пришел!». – Старичок явно начинал сердиться. – А ну сворачивайте свой бивак открытый и гэть за мной в отделение!
– Знаешь что, старикан, – Вил нагло усмехнулся гостю, – шел бы ты один отсюда, пока кости еще двигаться могут!
– Не желаем, значит по-хорошему?! Ну, ну… – Незнакомец звякнул колокольчиками, и в воздухе появился блокнотик с берестяными листами, а рядом парило заостренное металлическое стило. – Придется протокольчик на месте справлять. И что же мы имеем? В час Поудани месяца Червинь, мной, Лесовиком-Боровиком на вверенной мне территории были задержаны три проходимца подозрительной наружности. На требование прекратить безобразия, непрошенные гости не отреагировали.
– Он что, – Элатан подошел к Вилу и с интересом наблюдал за действиями аборигена, – всерьез пытается нас напугать затрапезной бытовой магией?
– Вот значится, как! Магия моя вас рассмешила?! – Боровик топнул ногой, стукнул колокольчиками по фуражке и обернулся кругом себя. – А вот не сойтить вам теперь с этого места, пока за все не расплатитесь!
Демоны засмеялись уже в полный голос, чем окончательно разозлили лесного егеря. Но веселье закончилось очень быстро, потому что никто из парней не смог даже пальцем пошевелить.
– Ты чего творишь, старый?! – Глаза Вила стали наливаться кровью. – Дай только до тебя добраться! Узнаешь, как сына императора демонов унижать.
– А ты не пужай меня, мил-человек, своим папашкой. – Лесовик довольно улыбнулся. – Он, видимо, в отличие от тебя умишком-то не обделен, коли таких полоумных к Яге на обучение отправил.
– Ты откуда знаешь, что мы к ведьме идем? – Барбадос в очередной раз дернулся, пытаясь освободиться от чужих чар.
– Я? – Старичок немного смутился. – Да не ведомо мне ничего! Я вас первый раз вижу! И вообще, отвлекли меня совсем от дел наших насущных! – Боровик принял опять на себя строгий вид и продолжил. – Так, что у нас там в указах-то царских прописано… А, вот! – Мужчина кивнул, и стило начало активно выцарапывать тексты на бересте. – Властью мне данной, выписываю басурманам залетным штрафы. Во-первых. По статуту нумер 501/23, разведение костров в неположенном месте в неположенное время, а также без соблюдения техники безопасности и наличия противопожарных средствов, таких как песок, лопата и огнетушитель, десять золотых.
