На мгновение Драка осенило. Он вспомнил, что к ним в горы когда-то приходил король гномов Ро́ид. Он заключил сделку между драконами и гномами. Благодаря этому доспехи стали прочнее и качественнее, но потом он, похоже, то же самое сделал и с орлами. Этот вывод напрашивался сам собой, при одном взгляде на броню орлов. Ройд понравился Драку, и гном даже предложил молодому дракону обращаться за помощью, если будет проходить через его пещеры.
– Точно! – радостно закричал Драк, все тут же переключились на него, не зная, что он уже думает о другом. – Король гномов, Ро́ид, он хороший гном, он сможет нас приютить у себя. Если мы вдруг пойдём через его пещеры, конечно.
– Не выйдет, – с грустью сказал орёл, один из приближённых королевы Мины. – Там сейчас правит другой король. Ро́ид много лет как покинул свои пещеры. У него произошли разногласия с другими королями гномов. Его сын, как бы это глупо ни звучало, полюбил эльфийку. Король принял любовь сына и ушёл в неизвестном направлении. Другие гномы посчитали такую любовь извращением.
– Драк, ты слишком наивен. Не думаю, что сейчас нам надо у кого-то останавливаться. – спокойно сказал Фил. – Тем более у гномов.
– Не веришь ты в доброту, – Драк рассмеялся. Он понял, что сказал глупость.
Драк больше переживал за детей. Посмотрев на них, он слегка улыбнулся. Он знал, что им будет тяжело, но верил в малышей. Их не так много. Детишки беззаботно баловались у ручья, кидая камни. Маленький дракон кинул камушек, но это получилось настолько неуклюже, что камень попал прямо по его макушке. Другие малыши тут же бросились успокаивать друга, увидев слёзы на его глазах. Один мальчишка-орёл протянул мальчику-дракону здорового жука. Дракончик, откусив, тут же выплюнул, сморщив лицо. От этих озорников исходило очень много шума.
Собрав провизию, они выдвинулись к пещерам гномов. Весь путь занял девятнадцать дней, в течение которых Драк и Фил практически не сомкнули глаз. За этот путь Фил понял, что стал предводителем у орлов. Все пернатые безоговорочно слушались его. Это не особо радовало, но он хотел спокойствия для тех, кто пошёл за ним. Хотя не было смысла сильно беспокоиться, так как, дойдя до места, он передаст народ в руки Маркуса. Сейчас главная задача – дойти.
***
Погода стояла ясная, да и далеко они ушли от своих земель, поэтому крылатые все же рискнули подняться в небо. Тем самым они сократили время своего пути.
Фил любовался полями под ними. Они придавали умиротворение и покой. На одном из них стоял табун диких лошадей. Леса и озёра с этой высоты казались маленькими, а величественные горы словно были покрыты зелёным ковром. Фил почувствовал странные эмоции внутри себя. Они переполняли его. Чем больше он размышлял о землях Маркуса, тем сильнее его мысли путались. Это было чувство неизвестности и при этом спокойствия.
Фил посмотрел на стаю, что летела позади него, и их лица сияли. Крылатые заметили, что Фил смотрел на них, и сразу одарили его счастливыми улыбками. Фил развернулся, посмотрел прямо на Пустошь, которая была огромна. Он сразу почувствовал, что, пролетев Пустошь, они как раз выйдут к нужной горе.
Орёл полетел к другу, чтобы сообщить ему о Пустоши и о горе. Драк летел чуть впереди него. Подлетев, Фил впервые за всю дружбу с Драком увидел его счастливую улыбку. Дракон летел, периодически закрывая глаза.
Драк не думал о будущем. Ему было хорошо здесь и сейчас. Он наслаждался свободой, о которой так давно мечтал.
Фила охватила ностальгия об их встрече после геноцида. Они встретились спустя тридцать лет.
Ностальгия
Воспоминание Фила
Филу только исполнилось сорок лет, а Драку было тридцать девять. Орёл вступил в отряд по зачистке от заражений. На одной из вылазок, ближе к вечеру, орлы обнаружили большое скопление больных чуть дальше Каменной реки, ближе к морю. Отряд Фила по чистой случайности зашёл на территорию драконов. Как и ожидалось, их заметили и схватили, отвели на ближайший пост, завели в невысокую гору и, пройдя небольшой коридор, они попали в комнату. Там стоял только стол со стулом, а на столе лежали какие-то бумаги. Драконы громко позвали командира, перекрикиваясь между собой. Фил мысленно прощался с жизнью. Хотя драконы, на удивление орлов, обращались с ними очень деликатно, орлов даже не связали и не поставили на колени.
В коридоре послышались быстрые шаги. В комнату зашёл главный дракон. Фил наклонил голову, пряча лицо за волосами. Он понимал, что если это Гордон, то его точно ждёт смерть. Дракон-командир прошёл мимо Фила, но резко остановился и медленно подошёл к нему. Орёл боялся поднимать голову. Ноги, которые видел Фил, остановились перед ним. Появилась мужская рука, которая взяла орла за подбородок и приподняла голову. Фил зажмурился, страх сковал его, но он резко раскрыл глаза от крепких объятий. Он не понимал, что происходит, но почувствовал, как пальцы дракона сжались на его спине. Дракон отстранился, и Фил увидел, что перед ним стоял его дорогой друг. Друг, который рискуя своей жизнью спас его. Руки орла затряслись. Фил крепко обнял Драка, пытаясь сдержать слёзы, что уже текли по его щекам.
Орлы пробыли на этом посту до рассвета. Оказалось, что Драк, как и Фил, собрал вокруг себя тех, кто поддерживал идею мира между их расами. Драк увёл Фила в другую комнату и там дракон разрыдался, прижимая к себе друга. Он сильно переживал, удалось ли Филу спастись, как и о том, что отец чуть не убил за его спасение. Драка спас король Гюстав, который вмешался в процесс избиения. Взамен, Драк стал наследником отцовского титула, а позже командиром постов по всей Огненной горе. Гюстав видел потенциал в юном драконе и желал его видеть на месте генерала.
Фил же рассказал, что когда Драк сбросил его со скалы, то орёл вывихнул плечо, ударившись о выступ. После он смог скрыться и найти выживших орлов. Сразу после того, как орлы обосновались на Высоких скалах, Фил стал жить в общем гнезде с другими детьми, которые тоже потеряли отцов и матерей. Как только он достиг восемнадцати лет, то построил себе отдельное гнездо.
Драк, услышав о смерти родителей Фила, заплакал ещё сильнее и стал просить прощения. Хотя их убили другие драконы, Драк чувствовал именно себя виноватым в их гибели. Фил с теплотой посмотрел на друга и понял, что он совершенно не изменился. Вера в окружающий, доброта, сострадание и мягкость заполнили сердце Драка.
На рассвете Драк проводил Фила и его друзей до границы. Фил отдал одну из своих птиц Драку, и их общение восстановилось.
Гномья гора
Крылатые долетели до Пустоши и запасы, собранные около реки, очень помогли в эти дни. Эта место образовалось во время Первой войны, когда драконы подговорили вампиров и волков пойти против других рас. Битва как раз проходила в этих землях и уничтожила всё, превратив местность в большое и пустующее поле, местами разбавленное небольшими лесами. Солнце выжигало всё своими лучами, а на всей Пустоши практически негде было спрятаться. Воздух раскалялся до такой степени, что при вдохе обжигал лёгкие.
Птицы Фила вернулись, и одна из них что-то прощебетала ему на ухо. Фил сообщил об обходном пути по верху пещеры. Там нельзя издавать ни единого звука, чтобы хозяева не услышали присутствие посторонних. Эта новость очень обрадовала крылатых.
Спустя ещё четыре дня, ближе к вечеру, они добрались до пещер гномов. К их счастью, около горы был небольшой лесок, в котором они скрылись. Наверх крылатые решили забираться, когда солнце приблизится к горизонту, и их не будет видно и слышно. Гномьи наковальни очень громкие: они заглушат звук крыльев. В принципе, это было не трудно, можно просто взлететь по нескольку пар, если бы не дети.
– Подойдите ко мне, – мягким голосом Драк подозвал малышей. – Давайте поиграем в одну игру. Кто дольше всех будет вести себя тихо-тихо, тот будет героем. Хорошо?
Драк приложил палец ко рту. Малыши с радостью закивали и повторили за ним. Их было немного: девять орлят и семь дракончиков.
Фил, подойдя к другу, с улыбкой сказал:
– Тогда игра начинается.
Первая группа полетела на вершину пещеры. Там находился небольшой уступ, который смог вместить всех, и дети прекрасно справлялись со своим заданием. Когда все переместились на вершину, Драк посмотрел на детей, улыбнувшись, и приложил палец ко рту. Дети тихо кивнули. Главное – пережить эту ночь.
"Изгои" до битвы крылатых
Сразу после коронации близнецов, Кэлиас принял облик Альфы. Брайн очень коротко подстриг ему волосы на висках и затылке, а сверху заплёл три косы, собрав их в один длинный хвост. Кэл надел кофту красного цвета и чёрные штаны.
Стая стала жить с эльфами, и в течении многих лет к ним присоединялись всё новые и новые волки. Так что теперь Кэлиасу подчинялась самая крупная стая во всём Ве́рхосе.
Элиас назначил Лемуэля своим заместителем, правившего эльфами в отсутствие короля. Кэлиас в свою очередь наделил Брайна силой вожака – это давало ему власть над волками. Для этого пришлось провести крайне жестокий и мерзкий по меркам эльфов обряд.
Ночь полной луны. На поляне горели факелы, и все волки обратились в волков. Под удары барабанов, крики и вой Брайн подошел к Альфе. Кэлиас вспорол себе левую руку и вытянул её вперёд над головой Брайна, позволяя крови стекать ему на морду. Брайн словно купался в крови, слизывал её со своей морды. Всё это происходило не больше минуты, после чего все волки приняли человеческий вид. Кэлиас протянул Брайну свою руку, и тот принялся зализывать рану Альфы до полного её заживления. После Брайн встал, весь покрытый кровью Кэлиаса, и посмотрел на волков, тут же преклонивших колено перед своим вожаком.
***
Первое время Брайну было очень тяжело общаться с эльфами. Манера разговора и поведение этой расы отличались от того, к чему привык волк. Его поражало, с какой нежностью и любовью остроухие относятся к женщинам: женщины свободно высказывали своё мнение и даже могли оспорить решение мужчины. В стае за такое поведение женщину наказали бы очень жестоким способом, а эльфы… Брайн настолько быстро впитывал это, что стал невольно защищать волчиц, когда с ними жестоко обращались. Перечить вожаку не смел ни один волк, ведь каждый знал, что за ним стоял Альфа.
Близнецы организовали небольшие патрули, которые проходили два раза в сутки. На такие вылазки выдвигались три пары всадников – эльфы верхом на ликанах. В ночь полной луны – эльфы верхом на оборотнях. Они отслеживали появление заражённых и искали изгоев.
Спустя время Кэлиас принял решение перебраться с волками в соседний лес, ближе к Пустоши волков. Он находился в часе ходьбы от эльфийского клана «изгоев». Для волков это было удобно из-за охоты, да и позволяло уйти подальше от любопытных эльфийских глаз.
Клан «цветных», который иногда собирал ягоды с травами неподалёку от клана «изгоев», однажды заметил волков, что было несвойственно для этих мест. Эльфы пошли к «изгоям» и попытались разузнать причину появление хвостатых, но Элиас с отцом и Лемом успели всё уладить. Они утаили правду: волки попытались атаковать, но им удалось успешно дать отпор псам. «Цветные» знали, что близнецы с Лемом всегда ходили вместе, и удивились, что Кэлиаса нет рядом с ними. Баэллам в грубой форме дал понять, что это не их ума дела.
***
Со дня союза между эльфами и волками прошло шесть с половиной месяцев. На восьмом месяце Эвали родила девочку, и братья нарекли её именем Икве́ния, что означало «мир, спокойствие». Именно через имя сестры Кэлиас и Элиас дали друг другу обещание более не драться между собой. Она родилась без эльфийских ушей. Спустя время родные принцессы заметили, что её тело развивалось одновременно и как у эльфийки, и как у волчицы. Всё это говорило о том, что яд волка всё же проник в её организм. Брайн сразу понял, что она достигнет зрелости намного раньше, чем эльфы. Об этом говорила форма её тела, что была несвойственна для эльфов. Когда Иквении исполнилось тринадцать лет, она занялась благоустройством в эльфийском поселении. Принцесса выращивала цветы и высаживала их в определённом порядке. Также она красиво выложила каменные тропинки.
Избалованная братской любовью принцесса, творила в их присутствии, что хотела. Брайн с Лемом стали для неё «братьями», потакавшими ей во всём. Этой четвёркой Икве́ния умело манипулировала. Они и сами не сразу осознали, как из раза в раз поддавались на её уговоры. Кэл и Брайн ни разу не отказали Иквении, хотя в некоторых случаях это было крайне необходимо. Элиас с Лемуэлем отказывали ей, когда её капризы шли вразрез с правилами. Но и манерам принцесса была обучена не хуже, чем братья, прекрасно понимая, где можно выругаться, а где нужно себя вести подобающе её статусу.
***
Альфа вёл на постоянной основе обучение в стае. Волчата поначалу сопротивлялись учёбе, не понимая, зачем им углублённые знания истории и беглое чтение, но Кэлиас нашёл подход и к ним.
Он заметил, что волчата очень быстро теряли внимание от монотонности. Тогда Альфа с помощью магии наглядно показывал то, что хотел донести. Он специально останавливал свой рассказ на самом интересном месте. Благодаря этому все волчата прибегали на занятие, чтобы узнать продолжение. Но и тут Кэл говорил, что продолжит, если они напишут пару предложений или прочтут несколько строк. И это работало! Также Кэлиас просил помощи у других эльфов в обучении.
Позже Кэлиас заставил и Брайна расширить свой кругозор. Альфа даже придрался к почерку волка – он был крайне неаккуратный и нечитаемый. Волк скептически отнёсся к такой инициативе, но Кэл объяснил, что его заместителю это необходимо. Когда Брайн заметил, что Иквения отказывается от обучения ссылаясь на него, то волку пришлось личным примером показать, что учёба необходима.
В основном, обучением Икве́нии занимались Элиас и Лемуэль. Она пыталась сопротивляться этому, но эльфы знали, как и чем подавить её протесты. Эльфы садились около принцессы и не отпускали до тех пор, пока та не выполнит их требования. Иквения была очень взбалмошной, и усидеть на одном месте ей было крайне сложно. Эл и Лем брали её монотонностью, даже занудством. По этой причине она сдавалась и выполняла всё, что от неё требовалось, чтобы быстрее обрести сладкую свободу.
История повторяется
Со дня объединения эльфов и волков прошло чуть больше восемнадцати лет. В середине весны история со странным заражением повторилась. Только в этот раз больных было гораздо больше, и они заполонили Пустошь с Великим лесом.
Заражённые передвигались с невероятной скоростью, и в человеческом теле, а не в обращённом, как обычно это бывало. Их тела почти сгнили, и они словно захлёбывались пеной, что обильно текла изо рта.
В третий месяц весны Великие леса содрогнулись от рёва драконов. Эльфы, подняв головы к небу, увидели, что над Каменной рекой, ближе к Высоким скалам, началось побоище. Подобное уже случалось много сотен лет назад, и никто не думал, что такое повторится.
Эльфы в первые минуты ошарашенно стояли и не понимали, как реагировать на увиденное. Крылатые гиганты извергали пламя, а орлы своими огромными когтями сдирали драконью чешую. Резко с земли в небо взмыла огромная стрела, пронзившая дракона насквозь через оголённую плоть. Дракон, издав рёв, с грохотом упал на землю, а стрелы одна за одной устремились в небо. Драконы, так и не успев среагировать и вернуться в человеческий облик, замертво понеслись вниз.
За пару дней до битвы одна стая оборотней заметила, как драконы выпускали заражённых из клеток и рассказали другим расам. Это разозлило обе расы, и волки заключили перемирие между собой, чтобы отомстить за своих собратьев. Когда началась война, волки встали на сторону королевы Мины в уничтожении драконов.
Ближе всех к этому побоищу находился клан «изгоев». Элиас с Лемом и Баэлламом с ужасом смотрели на происходящее, осознавая, что их поселение в огромной опасности. Элиас бросился к брату, чтобы решить, как действовать дальше. После недолгих дискуссий, эльфы приняли решение уйти из Великого леса к волкам.
Около полуночи к эльфам пришли ликаны, на них погрузили всё необходимое, и все выдвинулись в поселение Кэлиаса. Очень долго пришлось уговаривать Иквению. Она наотрез отказывалась жить с волками, но Баэллам пообещал, что она будет спать в доме Кэлиаса.
Альфа, в свою очередь, заверил, что помимо него там будут Элиас, Лем и Брайн. Принцесса нехотя, но всё же согласилась, и последние эльфы покинули Великие леса. Чем ближе они подходили к поселению волков, тем крепче принцесса сжимала руки Брайна и Лема, а зайдя в лес, та и вовсе не отпускала их от себя.
Ближе к вечеру близнецы решили отправить разведку, чтобы найти новое безопасное место для их проживания. В разные стороны выдвинулось пятнадцать пар. Сама же ночь прошла просто ужасно – всё содрогались от постоянного грохота и рёва. Мало кто спал в таком шуме. Кэлиас и Элиас бодрствовали всю ночь, решая, что делать дальше в сложившейся ситуации. Эвали старалась успокоить паникующих, а Баэллам периодически проверял дочь, спавшую в обнимку с Брайном и Лемом.
Иквения периодически спала с братьями, и Баэлламу это совершенно не нравилось: ведь они взрослые мужчины, а она созревшая девушка. Больше всего он не доверял Брайну, ведь знал его меньше всего, да и не до конца поборол в себе брезгливость к волкам. Но это был один из капризов Иквении, которому братья потакали: обязательно каждую ночь с ней должен спать один из четверых её любимых братьев. Баэллам помнил панические приступы дочери и закрывал на это глаза. Он видел, что его дочь любила Брайна как родного брата, и старался доверять ему.
Тихо открыв дверь и зайдя в домик Кэла, Баэллам увидел, что Иквения завалилась на Брайна, а Лем лежал вплотную к спине принцессы, обняв её. Как же отцовское сердце в этот момент сжалось от страха.
Наверное, в эту ночь выспались только эти трое. Их сон всю ночь охранял беловолосый эльф Атала, устроившись на крыше дома, покрыв домик защитной магией.
На рассвете разведчики торопились обратно в леса, чтобы доложить о ночном патруле. Девять пар рассказали, что нашли несколько мест для комфортного проживания. Близнецы стали выбирать лучший вариант, но тут прибыли последние три пары и сразу поспешили доложить об увиденном: около реки, на Свободных землях, был обнаружен небольшой общий лагерь орлов и драконов. Кэл и Элиас очень озадачились докладом, ведь сейчас эти расы ведут ожесточённую битву между собой. Баэллам предположил, что они могли быть дезертирами. Также разведчики пересказали услышанный разговор крылатых, из которого стало понятно, что они идут к Смертельной чаще. Близнецы сразу поняли, куда они держали путь.
Кэл, глянув в пустоту и подняв голову к звёздам, но тут же, перевёл взгляд на брата, сказал:
– Неужели Маркус всё-таки воздвиг мощное королевство? Хотя, если этот выскочка действительно обрёл такую мощь и стал Королём, я с удовольствием возьму у него реванш! – он с горящими глазами начал хрустеть пальцами на руках.
– И опять получишь от Маркуса несколько переломов, – с усмешкой ответил Элиас.
– Сейчас ты получишь несколько переломов, – Кэла задело, что его брат не верил в его силы.
– Волчан! Ну не обижайся! Я всегда за тебя, – Эл подошёл со спины и обнял брата за шею, увидев его обиженное лицо. – Ты же знаешь, что я любя!
– Ага, охотно верю! – Кэл улыбнулся и пихнул локтем брата в бок.
***
Побоище между крылатыми достигло лесов эльфов на вторые сутки. Близнецы со своим кланом в ужасе смотрели, как горел лес в той части, где они ещё недавно жили. Волки пытались хоть как-то утешить эльфов, видя их слёзы.
Эвали, рыдая, прижималась к мужу, да и сам Баэллам еле сдерживал слёзы, смотря на пламя. Иквения держала за руки Лема с Брайном и билась в истерике.
Принцесса кричала:
– Они всё испортили!
Треск горящей древесины доходил до них, и было видно, как с грохотом падали вековые деревья.
Драконье пламя задело даже Свободные земли, но короля драконов с его генералами это мало волновало: их огонь буквально выжигал всё. Четыре клана эльфов вступили в это месиво для защиты своих домов. Короли «золотых» и «цветных» с королевами «тёмных» и «огненных» осознавали, что если они не вмешаются, то сгорит весь лес.
Эльфы с королевой орлов и вожаками волков разбили лагерь ближе к Свободным землям. Там они разрабатывали план атаки, и там же построили лазарет, где эльфы лечили всех раненных.
Сложное решение
Близнецы приняли решение перебраться в леса, которые нашли разведчики. Втягиваться в бойню не было смысла – многие погибнут, ведь она была между крылатыми. Так как полная луна только прошла, оборотни согласились сесть на ликанов. Эльфы и волки собрали всё необходимое, а ночью быстро уложили пожитки на спины волков, оседлали их и выдвинулись в безопасные места. Первыми двигались Кэлиас и Элиас, а Икве́ния с Лемом сели на Брайна.
Брайн и Лем следовали индивидуальному приказу близнецов – жизнь Икве́нии ценнее всего. Если принцессе будет что-то угрожать, то они должны действовать на своё усмотрение, спасая её.
Огромная стая старалась передвигаться, не привлекая внимания. Они собирались обогнуть лес и выйти в топи, а уже оттуда – в Свободные земли. Но пройдя меньше половины пути, братья со стаей столкнулись с ликанами, искавшими упавших драконов, чтобы добить их. Чужие волки хотели атаковать, но, увидев Альфу и почувствовав его силу, тут же дали дёру. Близнецы мгновенно сориентировались и решили бежать напрямую через лес в Свободные земли. Они почти пересекли Великий лес и вдруг на его границе наткнулись на эльфийский лагерь.
Эльфийские короли и королевы с орлами и их подчинёнными в первые секунды остолбенели от увиденного. Кэл, долго не думая, обратился перед королями, а Эл поняв, что брат намеревался сделать, встал рядом. Они синхронно сделали саркастичный поклон. Кэлиас вернулся в волчий облик, а Элиас запрыгнул на него, и они продолжили бежать. Баэллам с Эвали даже не посмотрели в сторону эльфов. Принцесса, скорчив лицо, высунула язык и показала средний палец, по которому тут же ударил Лем. В этом момент все находящиеся в лагере боялись пошевелиться, пока огромный поток волков огибал их, следуя за своими королями.
Кэлиас и Элиас с народом бежали до самого рассвета. Ликаны валились с ног после обращения. Их тела ныли и болели, ведь они впервые бежали с такой скоростью, да еще и с ношей на спине.
Близнецы не торопились покидать место привала. Им предстоял долгий путь, поэтому нужно было восполнить силы, в особенности заготовить большое количество мяса для волков. Леса покинули триста десять беглецов, и лишь сорок семь из них эльфы.
Беглецы расположились около озера на небольшой поляне. К счастью, рядом протекал ручей. Волки наловили зайцев, завалили медведей и лосей. Ели всё сырым – так силы возвращались быстрее. Эльфы же перекусили зеленью и овощами.
Братья дискутировали по поводу выбора места для их нового дома. Они выбирали между лесами, которые нашли разведчики: Кэл предпочитал густые леса с горными реками, а Элиас – леса ближе к озёрам. Густые леса хороши для волков из-за большого количества диких животных, а леса ближе к воде богаты сочной зеленью. Эвали с Баэлламом не понимали, почему их сыновья не рассматривали раздельные леса, как было до этого, а пытались найти лес, подходящий для обеих рас.
В какой-то момент их спор набрал обороты, и они перешли на крик. Только Баэллам хотел вмешаться, как их прервал Лемуэль. Его предложение оказалось крайне неожиданным, хотя в сложившейся ситуации другого решения и не могло быть. Да и сам Лем преследовал свои личные интересы. Он флегматично предложил направиться к их старому приятелю – Маркусу. Близнецы, посмотрев друг на друга, вздохнули и кивнули головой в знак согласия.
В земли Владыки Эдиорела – Ото́рвию – волчья стая и эльфы выдвинулись только спустя пару дней. Перед походом Кэл спрятал накладку короля от посторонних глаз, повязав на голову бандану.
Принцесса всё время передвигалась на Брайне. Иквения следовала личному приказу от её королей – беспрекословное послушание и подчинение Лемуэлю с Брайном. Она не смела ослушаться братьев: несмотря на свою юность, она осознавала серьёзность ситуации.
Близнецы понимали, что смогли привлечь слишком много внимания, поэтому разделились на две группы по расам. Кэлиас двинулся вдоль границ государства, а Элиас – через лес, немного в отдалении от них. Но всё же один волк отправился с эльфами – Брайн.
Кэл надеялся на договорённость с Эдиоре́лом. Когда близнецы были юны, Владыка предложил обвенчать его дочерей с сыновьями Баэллама, но король эльфов дал жёсткий отказ. Эдиоре́л пришёл в бешенство, но братья смогли уладить всё мирным путём, без брачного союза и с некоторыми условиями. Им было запрещено входить в земли Ото́рвии, но прохождение вдоль границ не возбранялось. Хотя, это обещание Кэл давал до того, как стал волком, но рисковать он не желал. Да и внешность его не изменилась, а потому нарваться на воинов не было желания.
Эльфы, напротив, решили пройти мимо земель вампиров из-за дружеских отношений между королевой вампиров Эле́строй и Эвали. Она надеялась при встрече воспользоваться дружбой и безопасно пройти мимо ульев. Во избежание лишних вопросов, у эльфов была заготовлена история о том, что Кэлиас мёртв. Такой поход по плану займёт у них около четырёх месяцев или чуть больше. Главное, чтобы этот поход выдержали дети и подростки.
Кошмар наяву
Тяжёлые гобеленовые шторы на окнах прикрывали тёмный мрачный зал от дневного света. На троне сидел Владыка Эдиоре́л. Его жёлтые рога дракона выделялись на фоне чёрных волос, а короткая и хорошо уложенная борода скрывала его оскал. Его голубые глаза будто замораживали присутствующих. Он был одет в красный сюртук, украшенный с золотыми вставками и манжетами. Под ним была белая рубаха с синим жилетом и в тон надеты штаны. Весь его облик выглядел дорого и статно, а пронзающий взгляд заставлял присутствующий прятать глаза от страха. Во лбу находился знак Владыки – бирюзовый ромбик не больше двух сантиметров.
Рядом с ним сидела восьмая жена – Розали́. Её огненные волосы локонами ниспадали на прямые плечи, а зелёные глаза источали яд. Острый нос и небольшой рот буквально подчеркивали её высокомерие. На ней было надето чёрное платье, которое оголяло спину, крепясь на шее. Эдиоре́л дал ей титул королевы за преданность ему, и она гордилась этим, смотря на всех надменным взглядом.
Они сидели в небольшом каменном зале, а перед ними стояли король драконов Гю́став и его генерал Го́рдон. Рядом, не скрывая отвращения, стояла королева орлов Мина. Владыка находился в гневе от развязанной войны между ними. Он со своим войском остановил бойню, которая длилась шесть дней, но боевые действия оставили ощутимые разрушения.
Сидя на своём троне, Владыка нервно топал ступнёй о пол, а по залу разносилось негромкое рычание. Эдиорел пристально смотрел на драконов, боявшихся поднять глаза. Они чувствовали нехватку воздуха, словно рука самого Владыки держала их за горло, не давая дышать.
Эдиорел перебирал пальцами одной руки, хрустя ими, а второй с помощью магии держал в воздухе несколько осколков стекла. Они очень медленно кружили вокруг его пальцев.
Вдруг Владыка сделал резкое движение головой в бок, из-за чего по залу пронёсся громкий хруст в его шее. И лишь спустя пару минут Владыка начал говорить ужасающим спокойным голосом, от которого по телу пробегала дрожь.
– Вы за моей спиной вновь решили устроить геноцид орлов? Вы же в курсе, что выжгли половину Великого леса? Также вы задели Мирные земли. Вы хотите, чтобы Великая Мать разгневалась и не явилась на Великий праздник? Пять эльфийских кланов остались без домов. Вы устроили травлю нескольких рас , которые начали разносить заразу куда быстрее. – Говоря всё это, Владыка не сводил глаз со стёкол, парящих над его пальцами. – Мы почти свели к минимуму эту заразу, но благодаря вам она разнеслась с большей силой.
