– Так ты ещё и воровка? – немного в стороне я заметил движение, и на поляну выскользнули трое эльфов. – Да что это за игра такая? Кто кем хочет, тот тем и заделывается! Хочешь кабаном быть, пожалуйста, не хочешь, ну, стань вон, эльфом.
– «Мир» – игра безграничных возможностей. Но чтобы стать здесь эльфом – нужно сначала заплатить. Эльфы – раса платная изначально, – наставительно произнесла девушка. – И я не воровка. Просто мне была нужна одна вещь, принадлежащая главе клана этих эльфов в реале. А казна клана была моим заложником, которого я потом честно вернула, не потратив на себя ни одной монетки. Но они всё равно обиделись. Все не оставляют надежды найти меня в реале. Вот только я забыла, они хотят мой аватар живым захватить, чтобы вытрясти путём насилия всю подноготную, или нет? – Вжих. На этот раз стрела едва меня не задела, впившись в ствол дуба около моего уха.
– А по-моему, ответ очевиден. Вот только, что они против меня имеют? – я пытался одновременно разглядеть приближающихся эльфов и рассмотреть стрелу. Почувствовав, что ещё немного и заполучу косоглазие, я прекратил напрягать зрение. К тому же меня отвлёк громкий треск кустов, раздавшийся неподалёку от приближающейся к нам с очень недобрыми намерениями троицы. Один из этих красавчиков в зелёном камзоле, усмехнувшись, потянулся за очередной стрелой, но тут на поляну с рёвов выскочил огромный чёрный кабан с налитыми кровью глазами. Вот тут мне стало вообще не до смеха. Зачем-то схватив стрелу, которая довольно легко выдернулась из дерева, я заорал. – Бежим! – и тут же рванул в сторону, стараясь как можно больше увеличить расстояние между собой и моими случайными противниками.
Я бежал и бежал, не разбирая дороги, часто запинаясь, бегать в деревянных сабо оказалось совершенно неудобно. Они постоянно пытались с меня свалиться, и от желания просто снять их и оставить где придётся, меня удерживала перспектива снова оказаться с босыми ногами на земле, полной различных веточек и иголочек, которые просто мечтают впиться в мои ступни. Когда воздуха в лёгких не осталось совсем, а в боку закололо так, что я со стоном прижал к нему руку, мне пришлось остановиться.
– Идиот! – на меня с разбегу налетела девушка, сбив с ног. Она, кстати, если и запыхалась, то очень быстро приходила в себя, выравнивая дыхание. Мне даже завидно стало. – У тебя пистолет с восьмью не отстреленными патронами! Ты мог всех их прямо там завалить! Кретин.
Девушка поднялась на ноги, и у меня появилась мысль, что она с трудом сдерживается, чтобы меня не пнуть.
– Чёрт, – я встал с земли и приложил стрелу, которую сжимал в руке, ко лбу. Она была приятно холодной. Я недоверчиво поднёс руку к глазам и чуть не выругался. Вместе со стрелой я сжимал в руке рукоять кинжала. И как не выронил, ума не приложу. А другую руку оттягивала рукоять пистолета. Вот почему эльфы пытались в меня попасть. Думали, видать, что мы вместе и постарались убрать вооружённую помеху. Очень логично, надо сказать, я бы тоже так подумал, если бы увидел нас со стороны. Таскать всё своё добро в руках было очень неудобно, поэтому я оторвал кусок ткани от своей рубахи и обмотал им лезвие кинжала, который затем аккуратно пристроил на поясе, за верёвкой. Подумав, укрепил такие ненадёжные ножны, использовав стрелу по типу английской булавки, пристроив всю эту конструкцию сбоку, чтобы если всё-таки напорюсь на что-нибудь острое, то хотя бы бедром, а не… самой важной частью тела для любого мужчины. После этого я повернулся к девушке.– А ты зачем за мной побежала? – я злобно уставился на неё, не спеша убирать пистолет.
– Не знаю, – она даже растерялась. – И, правда, на фига я за тобой попёрлась?
Я надел всё-таки слетавшее на последних шагах сабо, и пошёл по тропинке, не глядя на неё. Пусть катится куда хочет. Что-то на сегодня приключений уже многовато.
Кабан выскочил впереди и сразу же понёсся прямо на меня. Странно, он что, знает, где можно сократить дорогу? Выяснять, почему эта скотина ко мне привязалась, не хотелось, у меня дрожали ноги, а в боку всё ещё кололо, поэтому я без лишних слов поднял руку с зажатым пистолетом, взвёл курок и выстрелил. Кабан только взвизгнуть успел, а потом завалился набок и задёргался. Всё-таки чертовски реалистично, до жути. Я медленно подошёл поближе, и тут кабан начал словно истаивать, а на его месте образовалась небольшая горка… игровых монет. Вот тут я встал как вкопанный: какие монеты? Монеты только с мобов же падают. Как это произошло? Ну не может же быть один и тот же кабан одновременно и мобом, и чьим-то аватаром. Или, может? И почему я уверен, что это один и тот же кабан? Может, все кабаны игры изначально настроены против меня – такая вот хохмы какого-нибудь программёра. Я бездумно подошёл к монетам и дотронулся до них ногой. Монеты немного приподнялись в воздух, затем исчезли, а перед глазами появилась знакомая полупрозрачная табличка с красным шрифтом всей написанной в ней информации, в которой практически ничего не изменилось, кроме того, что у меня на счету появилось десять монет. Негусто. Но как только выберусь куда-нибудь, где есть торговцы, сразу же куплю себе обувь получше, и, пожалуй, трусы, а то колется всё так, что… ну, не буду думать о грустном.
– Эй, постой, – окрик девушки догнал меня, когда я дошёл уже до поворота тропы. Долго же она размышляла на тему, как жить дальше.
– Чего тебе? – я остановился и неохотно оглянулся. Она стояла на том самом месте, где я её оставил. Возможно, и правда думала, раз никуда не сдвинулась.
– Слушай, вдвоём выживать легче, так может…
– А ещё один хитрый игрок всегда может весьма ловко подставить своего спутника-лоха, а сам или успеет смыться, или вообще постарается нажиться на падающем дропе, – она слегка покраснела, видимо, я был не слишком далёк от истины. – Нет уж, дорогуша. Раз мы выяснили, что убивать друг друга нам невыгодно, то на этом давай разойдёмся. Я хоть и нуб, но не идиот.
– В этой чёртовой игре прокачка идёт слишком медленно. Неважно, сколько ты заливаешь в нее бабла, расти ты будешь только на собственных достижениях. К тому же не совсем понятно, как именно оцениваются те или иные достижения, они вообще могут насчитываться по-разному, одни и те же, и это жутко бесит, – призналась девушка. – У меня нет времени, чтобы сидеть на одной локации, пытаясь докачаться хотя бы до пятого-шестого левела, чтобы продолжить добираться до цели в относительной безопасности. Сегодня первый запуск игры, а это значит, что все будут как пристукнутые. Задонатить-то характеристики побольше не получится, а до собственных расти и расти, причём не слишком быстро. Почему ты думаешь, эльфы так мазали? У них меткость вместе с расой перса идёт. – Я покачал головой и побрёл дальше. Мне всё это неинтересно. Я-то как раз и хочу где-нибудь осесть, в месте поспокойнее, и пересидеть так тихонько, сколько будет возможно. – Да стой же. Куда тебе нужно выйти? – не останавливаясь, я пожал плечами, а потом решил ответить. Не знаю, как насчёт того, что вместе безопаснее, но вот то, что вместе явно не так муторно и страшно добираться до тихого и спокойного местечка – это точно.
– Я не знаю, мне всё равно. Я не врал, когда говорил, что за мной охотятся. Сейчас между мной и убийцей в реале стоит только киберкресло последней модели, поэтому мне нужно всего лишь отсидеться где-нибудь в безопасности, чтобы время потянуть, а там, глядишь, кто-нибудь меня вытащит.
– М-да, и это я думала, что у меня проблемы, – она догнала меня и теперь шла рядом. – Так если тебе без разницы, куда идти, пошли со мной к Башне. Не перебивай, – она подняла руку, заткнув меня этим жестом. – Если ты не врёшь, то твои такие затейливые приятели вполне могут кого-нибудь закинуть сюда, чтобы простимулировать твой выход из игры самым примитивным, но действенным способом, – и она с кхеканьем провела ребром ладони по горлу. – Найти игрока по нику для знающих товарищей – плёвое дело.
– Вряд ли найдут, – я не удержался и усмехнулся. – Им никогда в голову не придёт, какой у меня может быть ник. А вот по портрету вполне, – и я покосился на свою спутницу. – Я уходил в бешеной спешке… в общем, я практически также выгляжу в реале.
– Охренеть, – она почти минуту меня разглядывала, затем пожала плечами. – Ты, правда, попал, парень. Ну так что ты подумал? Смотри, твои приятели будут искать одинокого рейнджера, а не сладкую парочку. Да и пистолет мой у тебя.
– Так бы и сказала, что пистолет обратно хочешь забрать.
– Да ладно, сам таскай, мальчикам такие игрушки позволяют лучше себя чувствовать.
– Как тебя зовут-то? – я уже понял, что её аргументы довольно логичны, и что пока ей выгодней путешествовать со мной, чтобы она постаралась избавиться от меня за первым же поворотом, как от не особо ценного свидетеля, так что можно и рискнуть. В любом случае кто мне мешает расторгнуть наше устное соглашение, если какое-то место мне приглянется во время нашего путешествия, и я буду чувствовать там себя в относительной безопасности.
– Джил.
– Неоригинально.
– Как есть. А ты у нас кто?
– Брук, – Джил уставилась на меня так, что у неё глаза округлились. А затем рассмеялась.
– Точно никто не догадается искать парня с женским ником. А ты случайно не… ну, ты понял.
– Я даже нарочно «не». Я растерялся и брякнул первое, что в башку пришло, а система, как оказалось, шуток не понимает.
Я даже не заметил, как за разговором кончился лес, и мы вышли на вполне утоптанный тракт, с одной стороны которого раскинулось поле с цветущей гречихой, а с другой стороны тянулся лес, из которого мы только что вышли. Подняв голову, я посмотрел на небо. Солнце существенно продвинулось на своей небесной дороге по сравнению с тем разом, когда я в последний раз разглядывал его, перед тем как задремать в тени дуба. Заметив стремительное движение слева от себя, я отдёрнул руку, одновременно взводя курок.
– Даже не думай, Джил, – она обезоруживающе улыбнулась.
– Я должна была попытаться. Так что ты решил?
– Если ты больше не будешь пытаться меня ограбить или убить…
– Не буду, – она ответила так быстро, что я сразу же понял: врёт. – Брук, ты мне не веришь, я тебя понимаю. Давай хотя бы до города вместе дойдём, а там можно и разбежаться.
– До какого города? – Класс, здесь и города есть. Во время тестов я постоянно попадал в локации, расположенные на вот таких вот трактах, по которому сейчас шёл, да и мало их было, этих тестов, так как время поджимало просто катастрофически. Эта же нехватка времени не позволила узнать про игру достаточно, чтобы не чувствовать себя сейчас полным профаном. Моя задача была чёткой: сделать так, чтобы чувствительность игрока была максимально реалистичной, включая вкусовые, обонятельные и тактильные виды, а также проявления любых физиологических потребностей. И я эту задачу выполнял, не отвлекаясь больше ни на что… А сейчас за это расплачиваюсь полной неосведомлённостью и болями в натёртых и натруженных ногах, не привыкших к подобным нагрузкам в реале.
– Откуда я знаю? – Джил в это время отвечала мне, пожимая плечами. – Какой-то город, вон там, – и она указала на тракт. – Да пойми, эти придурки за нами как лоси ломанулись, правда, отстали что-то или кто-то их ненадолго задержал. Но сейчас идти придётся по тракту, а на нём не спрячешься. Брук, ты мужчина, в конце концов, и у тебя пистолет.
– Хорошо, до города, так до города, – я кивнул. – Только вот что, иди-ка ты впереди. Так мне гораздо проще тебе верить, да и… – мой взгляд пробежался по затянутой в кожу фигурке, – так вид гораздо приятнее.
– Что? – она обернулась.
– Ничего, – теперь я улыбался во все свои тридцать два. – Показывай, где здесь город.
Глава 4
Город показался из-за поворота, когда у меня уже голова стала кружиться оттого, что солнце основательно припекало. Положив руку на макушку, ощутил, что она жутко горячая, и что я вот-вот почувствую все прелести самого настоящего солнечного удара. И тут перед нами возник город. Точнее, перед нами возникла городская стена, и выглядывающие из-за неё крыши домов и шпиль башни. Город оказался, словно сошедшим с картинки о позднем Средневековье. Я даже присвистнул.
– Ничего себе. И кто захочет здесь поселиться? Ни канализации, водоснабжение в ближайшем колодце, а об электричестве никто даже не слышал.
– Романтики, – шедшая впереди меня Джил остановилась и посмотрела на виднеющуюся невдалеке стену, прикрыв ладонью глаза от ослепляющего солнца. – Те, кто, вернувшись с тяжёлой работы, запоем читают о молодых людях, отправляющихся на поиски богатства и счастья, представляя на их месте себя; этим молодым людям, о которых они читают, всё так легко даётся – и бойцы они непревзойдённые и маги самые что ни на есть крутые, и все встречные девушки готовы драться, лишь бы молодые герои именно их уложили в свою постель, и, конечно же, почти все эти девушки – самые настоящие принцессы. Но в реальной жизни драгоценные клады, волшебные кольца и принцессы, которых нужно вырвать из рук злых сил, встречаются до обидного редко, а если и встречаются, то уже отданы более удачливым, более успешным, да и просто родившимся у правильных родителей…
– И они уходят в места вроде этого, всё чаще и чаще, – тихо закончил я оборванную фразу. – Вот только и здесь принцессы предпочитают выбирать кого-то другого – побогаче, покрасивее, поудачливее.
– Да, так иногда бывает.
– А эта башня, вон та, – я указал на башню на тот случай, если Джил её не заметила, и только потом сообразил, что она не увидит моего жеста, потому что идёт впереди. Поэтому я опустил руку и быстро закончил. – Может, это та самая Башня, и конец твоих приключений близок?
– Это ратуша – центр делопроизводства города, – фыркнула Джил. – И место, где почти на постоянной основе тусуется бургомистр.
Я не ответил. Во-первых, потому, что понял, что сморозил глупость, в, во-вторых, мы как раз подошли к воротам. Ворота были открыты, а герса поднята. Возле проёма ворот стоял стражник в матерчатом доспехе, с металлическими заклёпками на груди. На голове у него был надет шлем, и, глядя на него, мне становилось ещё хуже. Как он может такую жару терпеть в своей металлической кастрюле? Чтобы не смущать стража порядка видом оружия, я быстро засунул пистолет за пояс штанов, прижал верёвкой и одёрнул рубаху. Рубаха ничего особо не скрывала, а прикосновение металла к обнажённой коже вызвало бурю неприятных ощущений, но приличия были соблюдены, и претензий возникнуть вроде не должно.
– С какой целью вы желаете посетить наш замечательный город Гюнберг? – стражник занимался весьма важным делом: он выковыривал грязь из-под ногтей небольшим ножом, который совершенно не вписывался в окружающий пейзаж, потому что имел очень современный вид. На нас стражник не смотрел и проговорил положенную фразу чисто автоматически.
– Отдохнуть и развеяться, – вздохнув, ответил я.
– Да? – он оторвал взгляд от своих ногтей и с любопытством принялся нас разглядывать. – Сомневаюсь, что вы сможете здесь развеяться, а отдохнуть… ну разве только в тюрьме.
– Нам можно пройти или нет? – я почувствовал глухое раздражение. – Или это закрытый город, а мы не прошли фейсконтроль?
– По две монеты с носа и проходите, – стражник кивнул на висящую на прислонённой к стене алебарде, закрытую коробку с прорезью на крышке.
– Сколько? – я почувствовал, что у меня в груди зашевелилась жаба. Жаба эта появилась впервые, но была большой, жирной и чувствующей себя вполне уверено в моей компании. У меня всего десять монет, если я отдам две, то останусь вообще без всего, а я практически голый.
– Вы или платите, или уматываете отсюда, – равнодушно произнёс стражник и вернулся к своему прерванному нашим появлением занятию.
– Не жлобься, – сердито прошептала Джил и первой провела рукой над коробкой. Я, сжав зубы, повторил жест, и тут же игровой интерфейс показал, что на моём счету стало на две монеты меньше. – Давай, шевелись, пока мои остроухие знакомые сюда не пожаловали, чтобы тоже отдохнуть и развлечься. И поверь, если они нас найдут, им это удастся сделать гораздо лучше и качественнее, чем нам.
Аргумент был вполне весомый, и уже через минуту мы шли по вымощенной камнями дороге. Дорога была узкой, расстояния между домами небольшим, и вряд ли здесь смогла бы проехать телега без риска намертво застрять. Мои деревянные сабо громко стукали о камни, это нервировало, прежде всего, меня самого, и я с трудом сдерживал готовую сорваться с языка ругань. Джил шла рядом, абсолютно бесшумно, время от времени выразительно косясь в мою сторону. Наконец, мне это надоело.
– Слушай, мы же договорились, что вместе дойдём до города, и на этом всё, – резко бросил я своей нежданной спутнице, не поворачивая головы, но прекрасно видя её боковым зрением.
Она так зыркнула на меня, что мне стало не по себе, и молча свернула в какой-то переулок, даже не попытавшись меня отговорить от того, чтобы всё-таки продолжить путь вместе. Я же, оставшись один, внезапно почувствовал себя не в своей тарелке, но тут же принялся убеждать сам себя, что лучше уж так, чем постоянно бродить рядом с этой миной замедленного действия, которая может втянуть меня во что угодно, если сама где-нибудь не прикопает. Вроде бы немного полегчало, и я отправился искать лавку торговца, чтобы уже хоть что-нибудь приличное себе купить и избавиться, наконец, от этих сабо.
Бродить без всяких ориентиров по незнакомому городу можно было до бесконечности, а спросить дорогу было, как назло, не у кого. Улица, по которой я шёл, была абсолютно пустынная, что было странным, всё-таки средневековые города отличались редким перенаселением.
– Какое позитивное и уютное местечко, – пробормотал я. – Так и ожидаешь, что из-за очередного дома выскочит зомби, и на самом деле ты попал не в славный город, как там его, а самый настоящий зомбиленд.
– Монету гони, – внезапно я почувствовал, как мне между лопаток уткнулось что-то острое. – Быстро и без лишнего шума, – прошипел у меня за спиной нападающий.
– А что, по мне заметно, что у меня полно монет? – я, стараясь не делать резких движений, протянул руку к поясу и нащупал рукоять пистолета.
– При входе нашлось чем заплатить, так что ещё парочка монет всяко завалялась. Давай, парень, шевелись. Или я всё с трупа подниму.
– Я не моб, так что ты хрен получишь, а не монеты с трупа, – я усмехнулся. – Ведь именно поэтому я всё ещё тебя слушаю, а не ожидаю перезагрузки, да?
– Поговори ещё, умник, – прошипел бандит, и давление на нож усилилось. Я почувствовал боль, а за ней пришло ощущение чего-то горячего и мокрого, стекающего по коже спины. Похоже, что этот урод проткнул кожу и по спине потекла кровь. Чёрт, в этой игре не предусмотрены эликсиры! – Я могу просто дроп снять и загнать в лавке.
– Или никакого дропа плюс штраф, тебя что, не предупреждали при входе в игру? – Вместо ответа, бандит усилил давление на нож. – Видимо, не предупреждали.
Чего-то ждать было уже небезопасно, поэтому я резко рванул вперёд, одновременно разворачиваясь к нему лицом и выхватывая пистолет. Злополучная верёвка, поддерживающая штаны, не выдержала такого надругательства и с едва слышимым звоном лопнула. Кинжал со стрелой тут же упали на землю, громко стукнувшись о камни, а следом за ними на мостовую полетели… мои штаны! Вот этого бандит явно не ожидал, потому что вместо того, чтобы броситься на меня, он застыл с выпученными глазами. Интересно, что он подумал по поводу моего стриптиза? Хотя нет, не интересно.
– Проблема ребят вроде тебя в том, что вы постоянно приходите на перестрелку с ножами, – мне почему-то очень хотелось в этот момент произнести что-то жутко пафосное, несмотря на всю комичность ситуации, и я не стал противиться этому порыву, произнося, слегка перефразировав, известную фразу, одновременно с этим нажимая на курок.
Бандиту, оказавшемуся типом с просто классической бандитской наружностью, хватило одной пули. Джил была права, я пока не встретил соперников, которые бы намного превышали меня по характеристикам. Я перевёл взгляд на пистолет. Нет, придётся терпеть временные неудобства, но, прежде всего, нужно купить патроны. Как боец я мало что собой представляю, а вот с огнестрельным оружием чувствую себя немного уверенней. Приняв решение, я присел, чтобы подхватить штаны, и вернул их на место, удерживая одной рукой, дабы больше не сверкать посреди улицы голой задницей. Удерживать штаны и одновременно держать в этой руке кинжал, было неудобно, но я побоялся выпустить из рук хоть что-то, поэтому стойко переносил все лишения и трудности, чертыхаясь, завязывая верёвку на поясе.
Когда тело, лежащее на мостовой, подёрнулось дымкой, я подошёл поближе, чтобы не пропустить момента появления дропа. На этот раз это были ботинки, довольно поношенные, но всё лучше, чем сабо. Также я обзавёлся ремнём, позволившим мне получше укрепить на поясе всё моё богатство. Обрывками верёвки я скрепил свои самодельные ножны, надел ботинки и, подхватив сабо, быстро зашагал по дороге, на этот раз внимательно оглядываясь по сторонам. В отличие от сабо, ботинки не издавали много шума, и моё настроение немного улучшилось.
Лавка обнаружилась на следующей улице. На вывеске было написано «Торговец», только по этому признаку я понял, что попал по адресу, потому что больше ничего, что указывало бы на то, что это действительно лавка, я не увидел. Здесь не было даже уличной витрины, чтобы потенциальные покупатели смогли понять, что же здесь всё-таки продают, прежде чем зайти.
– Добрый день, – поздоровался я с типом, стоящим за прилавком. Выражение лица торговца было настолько кислым, что я даже подумал о том, а не съел ли он лимон как раз перед моим приходом.
– Говори быстрее, зачем припёрся и проваливай отсюда, – бросил мне торговец, брезгливо разглядывая мою рубаху нулевого уровня.
– А вы не думаете, что таким тоном распугаете всех клиентов? – я подошёл к прилавку и бросил на него сабо. Подумав, я вытащил стрелу и также положил её перед этим типом.
– Четыре монеты, – торговец мельком глянул на лежащие перед ним товары, даже не спрашивая меня, что я хочу с ними сделать. Я кивнул, и он смахнул мои бывшие вещи куда-то под прилавок, а передо мной появились монеты. – Брать что-нибудь будешь?
– А что у вас есть? – я осмотрел пустые стены, и снова перевёл взгляд на прилавок, но тот оставался девственно-чистым, и я так и не смог понять, что именно в этой лавке продаётся.
– У меня есть всё, универсальный товар по категориям, – торговец скрестил руки на груди. – Что именно тебя интересует?
– Патроны к пистолету, вот к этому, – быстро ответил я, продемонстрировав ствол, не выпуская его, однако, из рук и не кладя на прилавок.
– Двадцать монет за десяток, – равнодушно сказал торговец, мельком осмотрев моё грозное оружие.
– Сколько? – у меня глаза расширились. – Ну у вас и цены!
– Нормальные у меня цены, средние по миру. А пистолет – игрушка не для нищих. Кстати, я могу его у тебя купить, за сто пятьдесят монет. За кинжал дам триста, – и когда это он сумел кинжал рассмотреть, глазастый какой.
– Кинжал стоит дороже пистолета? – я недоверчиво посмотрел на торгаша. – Быть того не может. Это же совершенно другой класс оружия.
– Это непростой кинжал, поэтому и дороже. Эксклюзивные вещи всегда стоят целое состояние.
– И что в нём такого необычного? – я не удержался, вытащил кинжал и принялся его вертеть в руке, пытаясь определить степень необычности.
– Справочная информация по вещам – две монеты за обращение, – сразу же выдал торговец, поглядывая на кинжал с явным одобрением.
– Нет уж, спасибо, сам разберусь, – я прикинул имеющиеся у себя средства и неохотно отказался от предоставления информации, которая была не столь уж и важна. – Как насчёт трусов и носков?
– Четыре монеты за простые, – и передо мной на прилавок легли самые обычные хэбэшные носки и трусы примерно такого же качества.
– А что есть ещё и необычные? – я не удержался и спросил, пока скидывал ботинки и надевал носки.
– Ну а как же. Всякие есть. Вот такие, например, – и на прилавок упали трусы в виде слоника, такие с… хм… хоботом, с множеством картинок весьма скабрёзной тематики. – Пятьдесят монет.
– Я как-нибудь этими обойдусь, – пробормотал я, скомкав в руке свой экземпляр. Торговец же, глядя на меня, хохотнул, а затем снова скорчил кислую мину.
– Рекомендую приобрести штаны. Пять монет, плотная ткань с нашивками из кожи, – торговец продемонстрировал мне этот предмет гардероба. Я сглотнул, а затем кивнул и провёл рукой над обновкой. У меня на счету осталось до смешного мало денег, но, если честно, мне было не до смеха, вряд ли я смогу позволить себе ещё какую-нибудь покупку. – Примерочная, – и торговец ткнул пальцем в стену, в которой в этот момент открылась потайная дверь. – Можешь сразу и переодеться.
Заскочив внутрь тесного полутёмного помещения, я быстро стянул старые колючие штаны и надел обновки. Настроение сразу подскочило на несколько пунктов. Выйдя из комнатушки, я с сомнением положил то, что осталось от моих прежних штанов, на прилавок.
– Это возможно продать?
– Вот это? – торговец поднял штаны двумя пальцами. – Нет. Вот это можно только выбросить. – И он бросил тряпку в мусорное ведро, которое вытащил ногой из-под прилавка. – Это всё, что ты хотел? Или ещё что-то нужно?
– А где все люди? Я имею в виду, на улице? – я уже собрался выходить из лавки, но во мне нужно было узнать, что здесь происходит. – Здесь, случайно, нет никакой страшной эпидемии? Может, мы единственные выжившие на весь городок, и скоро за нами будут гоняться живые мертвецы, желающие полакомиться нашими мозгами?
– Ну у тебя и фантазия, парень. Ты, случайно, не менестрель? – я отрицательно покачал головой. – Жаль, был бы менестрелем, смог бы что-нибудь заработать, сейчас такое время, что менестрели в цене. Праздник ведь у нас, и все на ристалище, парень, – выражение лица торговца снова стало кислым.
– На каком ристалище? – я сразу представил себе картинку из учебника по древней истории: рыцари на конях, прекрасные дамы… помотав головой, я снова посмотрел на торговца.
– На том самом, где скоро начнётся турнир, конечно же. А я, вместо того, чтобы закрыть уже лавку и пойти туда, застрял здесь с тобой. Всё, выметайся, лавка закрыта, – и торговец, выскочив из-за прилавка, вытолкал меня на улицу. Я, собственно, не особо сопротивлялся, всё равно делать в лавке было уже нечего. Хотя…
– А где ристалище находится? – я обернулся и задал вопрос закрытой двери. В ответ мне была тишина. – Ну, это было ожидаемо, – пробормотал я, отходя от лавки.
Выйдя на середину улицы, я принялся осматриваться по сторонам. Улица была всё такой же узкой и пустынной. Ничего примечательного не увидев, я решил пойти дальше, в ту сторону, куда я шёл от городских ворот, в поисках лавки.
