Хэ Янг улыбнулся:
– Тогда тебе не стоит переживать.
– Ну-ну, хватит, – учитель похлопал обоих по плечу, призывая к спокойствию. – Давайте обсудим детали за чашкой чая.
Ветвь персика плавно покачивалась у окна, загоняя слабый прохладный ветерок внутрь; после шума толпы теперь здесь, наконец, было тихо и спокойно – помимо них внутри сидело только несколько человек, и разговоры их почти были не слышны.
– Итак, еще раз.
Ян Си недовольно посмотрел на Хэ Янга. Его лицо всегда имело одно и то же выражение – каменности и нечитаемости; единственное, что менялось в глазах Ян Си, это осуждение на толику презрения. Иногда оно даже сменялось раздражением, как, например, сейчас.
– Я сказал, – подчеркнуто повторил он, – «Ишианьши» утверждает, что на них напал «Сяндэфэн» позавчера ночью. Вчера я опросил несколько соучеников – никто из них этого не делал, они и знать не знают ни про какое нападение. Вероятно, это ложное обвинение было сфабриковано, и они просто искали повода напасть на «Сяндэфэн» и уничтожить их репутацию. Никаких доказательств они не представили, ничего, кроме слов; на свою территорию меня вчера не пустили. Таким образом, у нас есть только день, чтобы доказать, что это беспочвенное обвинение, и если действительно было совершено преступление, найти настоящих. Эй, ты не лопнешь?
Его взгляд упал на третью пиалу чая, которую Хэ Янг выдувал; приподняв брови, Хэ Янг отставил чашку и, сложив перед собой руки и упершись в них подбородком, внезапно серьезно сказал:
– Их не интересует настоящий виновник. Все, что их волнует, – это испортить репутацию «Сяндэфэн» и уничтожить школу.
Ян Си скрестил руки на груди, слегка откидываясь:
– И поэтому ты устроил это представление?
– Да, – ровным голосом ответил Хэ Янг. – «Ишиньаши» понимает только силу. Если бы я ее не продемонстрировал, они бы уже передали дело в Императорский двор, чтобы приговорить всех участников к смертной казни. Этим поединком я выиграл нам время. Как я и сказал, их не интересует справедливость – было совершено преступление или нет, главным виновником все равно выступит «Сяндэфэн».
Ян Си тяжело вздохнул:
– И как называется это притворство…
– Дипломатика.
Учитель Мао едва ли не поперхнулся; бедный старик прожил столь долгую жизнь, но все равно в конечном итоге должен был столкнуться с злом. За всю свою жизнь он не обидел ни мухи – и все равно находился кто-то, желающий его уничтожить. Ян Си похлопал его по спине:
– Учитель, не волнуйтесь. Я найду настоящих виновников.
– Не понимаю, – тяжело вздохнул учитель Мао. – Чем мы им так не угодили?
Хэ Янг опустил руку на стол и слегка отодвинулся.
– Это просто вопрос силы. «Сяндэфэн» занимает чуть ли не последние строчки в рейтинге сил мира боевых искусств, учителя – стары и беспомощны, а ученики – отпрыски бедных семей, не претендующих на таланты; и все же за последнее время вы приняли несколько талантливых учеников, которые решили добровольно возродить ваше имя. Вам должны быть известны подробности лучше меня, но, полагаю, давняя ненависть возродилась?
– Учитель, о чем он говорит?
Ян Си обучался в этой школе долгие годы, но ни разу не слышал от учителя, что он с кем-то враждует; напротив, именно здесь его обучали «доброте и толерантности» к окружающему миру.
Старик тяжело вздохнул; за все это время он едва ли мог притронуться к чаю, его сердце болело от всех этих событий.
– Эй-я, Ло Фань и я долгие годы были друзьями. Но наши взгляды на вещи различались; он решал вопросы с помощью силы, а я не мог. Мне казалось, в основе всех вещей должна стоять доброта. Мир полон зла – если я не буду хорошим, то кто протянет руку нуждающемуся? Оба мы были хороши в своих способностях и со временем руководство школы перешло к нам в руки. Я не мог смириться с его жесткостью, поэтому однажды ушел, чтобы основать свою. Это была та вещь, которой его пытался научить учитель, но так и не смог: сила должна быть, но доброта – лежит в основе всего. Думаю, Ло Фань злился из-за этого. Мне не было смысла соревноваться с ним – он был сильнее, и он был лучшим мастером, чем я. Но, кажется…
– Ему нужно было ваше признание, – подсказал Хэ Янг.
Старик Мао удивленно посмотрел на него:
– Я всегда его признавал, так в чем дело?
– Говорили вы ему или нет – это не имеет значения. Он хотел вашего «признания, что сила важнее». Вероятно, он не мог смириться с вашими ценностями.
Некоторое время Мао удивленно смотрел на него, прежде чем вздохнул.
– Наверное, ты прав. Но я не могу быть согласен с этим.
– Не переживайте, – Хэ Янг встал из-за стола. – Теперь у нас есть время, чтобы разобраться с этим делом. Некоторые люди будут стоять до конца на своем – но нет ничего плохого, чтобы отстаивать свою точку зрения.
Следующие несколько часов прошли в бессмысленных расспросах. У учеников «Сяндэфэн» было алиби на позавчерашний вечер; что касается учеников «Ишианьши»… Здесь ситуация складывалась интереснее. Они также осмотрели всю окружающую местность вблизи школы; здесь действительно было несколько сожженных построек, раскиданные ящики и разоренные комнаты – но все это не выглядело как «ужасное нападение». Вероятно, это можно было даже списать на нападение шайки бандитов, но даже в таком случае были бы украденные ценные вещи. В конце концов, они встретились под деревом.
– Пустая трата времени, – заключил Ян Си. – Они просто издеваются над нами. Ты видел постройки? В школе «Сяндэфэн» нет таких материалов или оружия; они бы просто не смогли этого сделать. И стоило ли устраивать такой цирк?
Хэ Янг кивнул.
– Тебе не показались странными ответы учеников? Все они звучали так заученно, словно их придумывал один и тот же человек. Либо они сами устроили это нападение и обвинили других, либо на них действительно напали, и они перевесили все на «Сяндэфэн», либо преступление свершилось, но они что-то скрывают.
– Склоняюсь к первому. Посмотри на них – да они просто стайка лжецов.
Ян Си заметил, что Хэ Янг смотрит ему за спину, и тоже повернул голову; недалеко от них из постройки вышел ученик. Сначала он не понял, почему на него направлено столько внимания, пока не присмотрелся: этот ученик, в отличие от всех остальных, имел «потрепанный вид». Словно блуждая в бреду, тот остановился и, пошатнувшись, упал на колени, о чем-то бормоча. Переглянувшись с Хэ Янгом, они поспешили в его сторону, когда другой человек преградил им путь:
– Мастер, – улыбнулся Хэ Янг. – Мы почти закончили, но нам хотелось бы переговорить еще с одним из ваших учеников.
Мастер, этот зрелый мужчина с холодным взглядом, только коротко взглянул на них, не двигаясь с места.
– Достаточно. Это все места, которые мы можем позволить вам посетить.
– Как же вы предлагаете вести честное расследование, если сами ему препятствуете? – спросил Ян Си. – И еще…
– Вам и без того дали достаточно доступа. Вы можете осматривать что хотите и как хотите, но не лезьте дальше положенного. Кроме того, – впервые он взглянул на них так долго, – как мы можем быть уверены, что вы ищете истину, а не просто покрываете свою школу?
За его спиной никого уже не стояло; вероятно, того ученика отвели обратно в постройку.
– Ладно, – улыбнулся Хэ Янг. – Но позвольте задать встречный вопрос – как мы можем быть уверены, что это не ложные обвинения?
– Ты!
Лицо мужчины ожесточилось.
– Вы напали на нашу школу. Сожгли постройки, убили учеников. Нам собственноручно пришлось их закапывать. А теперь еще смеете утверждать, что мы все придумали? Вон отсюда!
– Хорошо-хорошо, – Хэ Янг выставил руки вперед, но Ян Си уже схватил его за локоть и отвел в сторону. Плюнув им вслед, мужчина ушел обратно.
– Хэ Янг, это было глупо.
Но спасибо, что спросил.
Правда, Хэ Янг так не считал.
– Ты видел его глаза? Он действительно убежден, что случилось непоправимое, – думаю, что-то здесь действительно произошло. Глядя на его глубокую ненависть, я вдруг кое о чем вспомнил. Что если это техника ложной памяти? В таком случае, они действительно пережили подобное в своем разуме. Следуя за эмоциями и отстранив логику, они не обращают внимания на «небольшой урон», потому что в своей голове они уже пережили что-то страшное. В таком случае, нападение действительно имело место быть.
Ян Си задумался. Это было похоже на правду. Несмотря на то, что речи учеников были похожи на придуманные, если они действительно в это искренне верили и пережили одинаковые вещи – они могли так говорить. Более того…
– Что насчет того ученика? Он единственный выглядел так, кому я мог бы верить.
– Именно. Нам нужно с ним переговорить. Думаю, он единственный, кто может нам рассказать о случившемся, – если техника подействовала на него неправильно, это будет разрывать его мозг.
Это был хороший вариант.
– И как нам сделать это?
Хэ Янг беспечно пожал плечами:
– Проберемся ночью и похитим его.
Раздражение снова стало вскипать в нем:
– Опять драться будешь?
Хэ Янг серьезно посмотрел на него. В одно мгновение его серьезность расплылась легкостью, и он весело улыбнулся, хлопнув Ян Си по плечу:
– Какое насилие, Ян Си? Дипломатия – это в первую очередь слова.
Второй раз за день Ян Си хлопнул себя по лицу. Невыносим. Как же этот человек был невыносим.
Глава 2. Все они ошибаются
Я – это ты. Но ты – не я.
Час крысы, тот же день.
Некоторое время назад свечи в домах погасли. Лишь только фонари, освещающие главную дорогу, остались светить слабым отблеском. Ян Си выглядывал из-за дерева, осматривая, нет ли кого в округе. Сон тянул прилечь прямо здесь, но работа еще не была выполнена. В соседних кустах кто-то шевельнулся.
– Думаю, пойдем в обход.
Сливающийся с окружающей темнотой, Хэ Янг, чья фигура была облачена в черный, был еле-еле заметен. Но вот выражение его лица… С приходом ночи оно кардинально менялось: если в дневном свете оно казалось безразличным, то с наступлением сумерек оно начинало сиять.
– Пока ты говорил с этим злым парнем, я заметил, что его отвели в те левые постройки. Вероятно, он где-то там.
Ян Си коротко вздохнул. Остался всего один день, чтобы разрешить эту проблему, и если это будет очередной пустой разговор, это будет плохо, очень плохо. Отодвинувшись от дерева, Ян Си направился в сторону построек.
– Тогда пошли.
Пробравшись по левую сторону от главной дороги, они юркнули за дома. Несколько деревянных хижин выстроились в ряд, в каждой из них кто-то жил. По другую сторону раскинулось широкое поле – таким образом, спрятаться здесь было негде, кроме как среди жилищ; однако и на них уповать не приходилось – освещаемая дорога проходила почти рядом. Они прошли мимо одной или двух построек, прежде чем Ян Си внезапно остановился, и Хэ Янг на него налетел; приложив палец к губам, он кивнул вперед; из проема между постройками в сторону поля брел человека; широкая одежда волочилась за ним, оказываясь слишком великой для его исхудавшего тела. Под слабым отблеском луны этот человек напоминал блуждающий призрак, не нашедший своего утешения; даже его лицо, открытое из-за высокого хвоста, сочилось глубокой изможденностью и отчаянием. Без сомнений, это был ученик, которого уволокли от них днем.
Ян Си редко испытывал что-то по отношению к другим людям; однако, видя этого человека, он ощутил смутную тоску; на мгновение ему даже стало жаль бедного ребенка. Повернувшись к Хэ Янгу, он тихо спросил:
– «Ложная память» глубоко впечатывается в голову, и ее влияние едва ли можно распознать. Как ты сможешь отличить это? Даже опытные мастера не всегда могут.
Хэ Янг повернулся к нему.
Ян Си было тяжело смотреть другим людям в глаза. Почти всегда это было то, чего он избегал; даже разговаривая с людьми в течение дня, он почти всегда смотрел в сторону, не желая сталкиваться с чужим взглядом. Во-первых, он совершенно не умел различать эмоции; а во-вторых, фокус внимания, направленный на него, давался ему с трудом.
В то же время за весь этот день Хэ Янг имел привычку постоянно смотреть в глаза; казалось, вся его манера общения складывается только из этого.
Возможно, дело было в окружающей темноте, но на мгновение Ян Си показалось, что он уловил что-то глубокое в глазах напротив.
– Я загляну в его разум.
Ян Си показалось, что он ослышался.
– О чем ты говоришь? Кроме того, память и мозг – разные вещи.
Хэ Янг хмыкнул. Он перевел взгляд на человека за спиной Ян Си и тихо сказал:
– Это не важно. Просто позволь мне сделать это. Я – специалист по разуму.
На короткое мгновение Ян Си успел пожалеть об этом.
«Блуждающий призрак» не замечал их присутствия; подходя ближе и ближе, даже специально громко ступая, они никак не могли привлечь его внимание; наконец, Хэ Янг специально вышел вперед, останавливаясь прямо перед ним. Ученик даже не вздрогнул – молча поднял взгляд. Не шелохнулся, не вскрикнул, он буквально не подавал никаких признаков жизни.
– Приятель, ты в порядке? Дай посмотреть.
Хэ Янг положил руку ему на плечо. Пустой, переливающийся глубоким отчаянием взгляд, столкнулся с глубоко темным и внимательным.
И что-то посмотрело на ученика в ответ.
…
…море крови.
Что-то стекало с его плеча.
Ло Сюань поднял голову.
Меч, занесенный над головой его соученика, рванул вперед – и череп рассекло на части.
«Нет!!!»
Истошный вопль девушки разрезал воздух. Все было разрушено. Все вокруг было разрушено. Их школа, соученики, учителя… Все было в огне и дыме, грязи и крови. На их синих одеждах всюду была кровь – и он видел ее, он слышал ее повсюду. Перебирая грязными руками, Ло Сюань полз вперед. Он раскидывал упавшие деревяшки разрушенной крыши, закапываясь руками в грязь, плача и воя, он полз дальше. Бежать, бежать, ему нужно сбежать отсюда как можно скорее.
«Ишианьши» пал. Ничего не осталось от их хваленной силы.
Учитель, разве вы не говорили, что с великой силой мы победим? Где вы теперь, учитель?!
Вы в могиле, вы просто сдохли, как грязная собака, от вас не осталось даже костей!
