Аханты

– Она серьёзно больна, – осторожно добавила Женя.

Нюра казалась глухой. А может, она действительно обыкновенная жаба и ничего не понимает? Таких жаб Женя видела сто раз, когда бывала у бабушки в деревне, они жили под стареньким деревянным крыльцом и вылезали только по вечерам.

– Нашей учительнице очень плохо! – не сдавался Митя.

Но Нюра даже не пошевелилась, а потом и вовсе закрыла глаза. Неужели уснула? Ребята отошли в сторонку.

– Вот видишь, – разочарованно вздохнула Женя. Она ведь в глубине души ждала чего-то особенного, волшебного! – Ничего не получилось, жаба выглядит совершенно обыкновенной, она ничего не понимает. А мы с тобой тут, как дураки.

Но упрямый Митя нисколько не упал духом, а даже наоборот – безразличное молчание серой жабы только раззадорило его. Он уткнулся широким лбом в аквариум со скаляриями.

– А она так просто не сдаётся! – присвистнул мальчик. – Но я, кажется, знаю, как заставить упрямую жабу открыть рот.

Он крепко схватил удивлённую Женю за руку и потащил её обратно, к террариумам. Жаба по-прежнему делала вид, что её ничто не интересует на этом свете, кроме собственных размышлений.

– Нюра, послушай меня, – обратился Митя, – Софья Филипповна действительно в опасности. Вчера к ней приходил какой-то горбатый старик в чёрном плаще. Он забрал её с собой…

Внезапно после этих слов с Нюрой что-то произошло, она испуганно распахнула свои тёмные глаза-бусинки и внимательно посмотрела на Митю. Затем осторожно подползла к стеклу и хриплым голосом спросила:

– Горбун здесь?

Дети изумлённо переглянулись. А Женя не смогла скрыть в своих глазах восхищения – Митя был прав!

– Да, горбатый старик был на нашей Зелёной улице! – сказала она в ответ испуганной Нюре.

– Всё-таки они её нашли… – отчаянно проговорила Нюра, её глаза наполнились слезами. – Что же теперь с нами будет? Где Софья Филипповна?

– Я же говорю: старик забрал её с собой, – ответил Митя, делая вид, будто нисколько не удивлён. – Они исчезли, растворились в воздухе. Больше я ничего не знаю.

Нюра подняла правую лапку вверх и смахнула с глаз набежавшие слёзы. Видимо, этот Горбун был не очень хорошим человеком и представлял серьёзную угрозу для Софьи Филипповны. Ребятам хотелось знать все подробности этой странной истории. Но захочет ли Нюра и дальше с ними разговаривать? Женя неуверенно переминалась с ноги на ногу, подбирая в уме нужные слова утешения для их новой знакомой. Как назло, ничего в голову не шло. Но горевала жаба недолго, уже через несколько минут она перестала плакать.

– Я вижу, что вы – неплохие ребята, – обратилась она к Жене и Мите, – у вас доброе сердце, вы должны помочь вашей несчастной учительнице.

– Но как?

Ребята радостно переглянулись. Этого-то они и ждали! Приключение, опасность и немного волшебства – вот о чём мечтали их отчаянные детские сердца! Присев рядом с террариумом на мягкие стулья, они приготовились выслушать длинную историю говорящей жабы. Историю о далёкой стране Аханты, добром правителе Ахе, легендарном Чёрном замке, бессердечном Горбуне и, конечно же, о злом монстре Зверозубе. Друзья слушали Нюру, затаив дыхание, и когда та закончила свой удивительный рассказ, долго не могли прийти в себя. Ведь такое можно услышать только в сказке! Но тут прозвенел звонок на урок, и Мите с Женей пришлось покинуть живой уголок и вернуться в свой класс.

– Нюра, можешь рассчитывать на нашу помощь! – сказал Митя перед тем, как уйти.

– Я вам верю, – благодарно улыбнулась в ответ жаба и помахала им вслед своей маленькой серой лапкой.

7

В небольшой стране Аханты всё на первый взгляд казалось таким же, как и месяц назад, год, столетие. Всё так же ярко и ласково светило большое золотое солнце на голубом небосклоне, по-прежнему жители Ахант служили верой и правдой своему мудрому и справедливому повелителю Аху. Никто даже и представить себе не мог, что скоро всему этому спокойствию и миру может настать конец…

Старый Ах знал, где затаилось зло. Предчувствия никогда не обманывали его раньше, доверился он им и сейчас.

С раннего утра и до самой полуночи повелитель зорко следил за порядком в стране, верные помощники и невидимые союзники с радостью ему в этом помогали. Только одно место не поддавалась чарам и контролю всемогущего волшебника Аха – старый, полуразрушенный Чёрный замок…

Но сегодня не хотелось думать о плохом. Стояла чудная погодка. В такой замечательный день повелителю Аху хотелось лишь покоя.

Он молча стоял у распахнутого настежь окна и задумчиво смотрел куда-то вдаль. Наконец-то он сделал свой народ свободным и счастливым! А ведь было время, когда мудрый Ах не знал покоя, не спал ночами напролёт, оберегая сон и мир своего народа от кровожадных чужаков.

Теперь страна его счастлива, но счастье это почему-то казалось старику Аху таким хрупким и призрачным. «Всё дело в моих странных снах, – утешал себя повелитель, – это они лишают меня покоя».

Сны ему и вправду снились странные: то у него вдруг пропадает волшебный посох, то ни с того, ни с сего рушится его Белый дворец. Сегодня вот дети приснились. Дети эти тоже были странные – от их рук и улыбок исходил необычный мягкий, успокаивающий свет. Всё это тревожило Аха. Он никак не мог разгадать смысл своих частых видений, но и обратиться за помощью к кому-либо тоже не мог. Неожиданно поток его нескончаемых мыслей прервал какой-то шум – это была небольшая стайка пёстрых птичек. Маленькие хохлатые пташки вихрем носились вокруг повелителя и что-то наперебой щебетали. Птичий язык был понятен Аху.

– Что такое? – насторожился он, прислушиваясь к пернатым друзьям. – На мою землю вторглись чужаки?

Сердце старика дрогнуло и едва не упало вниз – ему не нравились странные неожиданности. Повелитель нахмурил свои седые брови и быстрым шагом направился в кабинет.

– Почему моё волшебное зеркало молчит? – недоумевал он, минуя по дороге многочисленные покои своего необъятного дворца. – Неужели птицы ошиблись?

Если птицы могли ошибиться, то волшебное зеркало – никогда. Всевидящее око Ахант и верный друг повелителя не дремало, а пристально за кем-то следило.

Густые седые брови старика сердито нахмурились в ожидании. Волшебное зеркало величаво висело на гладкой стене, со стороны могло показаться, что оно дремлет…

– Смотрите, мой повелитель! – наконец заговорило оно кристально-чистым голосом.

Ах подошёл ближе, пытаясь получше рассмотреть незваных гостей. От нахлынувшего волнения его сердце было готово выпрыгнуть из груди.

Приготовившись к самому худшему, повелитель вдруг изумлённо приподнял белёсые брови и закачал головой:

– Ах-ах-ах! Это же дети! Откуда они взялись?

Волшебное зеркало показало детей ближе. Не подозревая о том, что за ними наблюдают, маленькие гости уверенно двигались вперёд. На их свежих румяных лицах горел неподдельный восторг от захватывающей дух красоты здешней сказочной природы. Маленькая страна во все времена славилась ярким разнообразием необычных растений и удивительно кристальной чистотой синих рек и голубых озёр. Только здесь можно было увидеть такое количество зверей, птиц и бабочек! Надо сказать, что всё вокруг вызывало искреннее восхищение и у самих местных жителей.

– Немедленно послать за чужестранцами моих верных гонцов! – подумав, решительно приказал Ах и добавил уже чуть тише: – Да смотрите, не напугайте детишек.

Митя и Женя решили остановиться и немного передохнуть на узеньком песчаном берегу необыкновенно красивой речушки с абсолютно прозрачной водой. Уже больше двух часов длилось их путешествие по незнакомым местам сказочной страны, а они так и не добрались до дворца.

– Может быть, мы идём не по той дороге? – предположила Женя. – Или Нюра в чём-то ошиблась?

Девочка приблизилась к зеркальной глади воды и вдруг звонко рассмеялась.

– Ты чего? – удивлённо спросил Митя, завязывая шнурок на ботинке. – Своё отражение увидела?

– Ой, ты только посмотри, Митя! Сколько здесь маленьких пучеглазых рыбок! Они все разные. Кажется, я их заинтересовала.

Но причудливые рыбки неожиданно исчезли в зелёной гуще прибрежных водорослей.

– Я, наверное, их напугала, – огорчилась Женя.

Она подошла к Мите и присела рядом на бархатную зелёную травку.

– Нюра не могла ошибиться, – серьёзно сказал мальчик, щурясь от яркого полуденного солнца, – она раз двадцать нам всё объяснила. Полдела сделано, мы сумели проникнуть в параллельный мир через магический портал. Кто бы знал, что он находится так близко! Да ещё и прямо на старом канализационном люке.

– Да, но без какой-нибудь вещи из этого мира, мы бы никогда и ни за что сюда не попали.

– Это верно, – пуговица Софьи Филлиповны сослужила роль своеобразного проводника для ребят. – Так, по моим предположениям дворец повелителя этой страны находится в километрах семи отсюда.

– Семь километров?! – ужаснулась Женя. – Это же очень далеко!

– Разве это далеко? Каких-то полтора часа от силы, – пожал плечами Митя и посмотрел на часы. – Ну что, двинемся?

– А может, ещё чуть-чуть посидим? – с надеждой в голосе спросила девочка. – Посмотри, как здесь хорошо! Возле водички не так жарко…

Но Митя почему-то был против:

– Женька, мы находимся в незнакомом мире, и мне здесь немного не по себе. Кто знает, какие монстры водятся в глубинах этой воды? А в лесу?.. Нам нужно как можно скорее дойти до дворца, а там я уже смогу расслабиться. Вставай!

Испуганно посмотрев по сторонам, Женя быстро вскочила с приветливо мягкой, шелковистой травки. О том, водятся в лесных дебрях опасные существа или нет, Нюра сказать забыла. Девочке совсем не хотелось быть съеденной каким-нибудь ужасным динозавром или гигантским крокодилом.

С новыми силами друзья двинулись в путь, даже не подозревая о том, что за ними уже давно наблюдают зоркие глаза самого Аха. В лесу было спокойно, лишь огромные могучие верхушки высоких деревьев чуть заметно колыхались от лёгких порывов ветра.

– Быстрее, Митя, шевели ногами! – то и дело поторапливала теперь Женя одноклассника, на всякий случай оглядываясь по сторонам.

Вся эта чужеземная красота вдруг перестала ей казаться такой сказочной и дружелюбной. Но, кроме любопытных пушистых мордочек, время от времени выглядывающих из густых зарослей кустарников и травы, ребятам никто не попадался.

Вот, наконец, и дворец появился в дали. Его белые величавые макушки Женя заметила первая.

– Мы дошли, Митя! Вот он – дворец Аха!

Её радости не было предела. Однако Митя радоваться не спешил.

– Он ещё очень далеко, идти до него по таким зарослям – не меньше часа. Так что наберись терпения.

Ноги у девочки гудели и подкашивались, но она молча поджала нижнюю губу и приготовилась к дальней дороге. Конечно, не будь рядом Мити, она бы дала волю слезам! Но мальчишка стоял в двух шагах и с подозрением заглядывал ей в глаза, словно надеялся увидеть в них отчаяние… Ну уж нет!

– Митя, ты что рот открыл? – буркнула Женя недовольно, сделав несколько жадных глотков воды из бутылки.

Митя вздрогнул и пожал плечами:

– Задумался просто… Ты точно не устала?

Девочка принялась перебирать в уме множество остроумных ответов, но ничего сказать не успела – в нескольких шагах, совсем рядом, вдруг зашевелились кусты…

– Ой! – испуганно вскрикнула она и спряталась за спину мальчика. – Кто там? Чудовище…

Митя даже не вздрогнул, лишь покрепче сжал в руке длинную палку.

– Не бойся, – спокойно проговорил он, пристально глядя в сторону шуршащих кустов, – я в обиду тебя не дам, запомни.

Лохматые ветки зашевелились с новой силой и через мгновение из недр непроходимых зарослей выпрыгнули гонцы – двое рыжеусых мужчин в резиновых сапогах и с блестящими саблями наперевес.

– Именем великого повелителя Аха приказываем! – в один голос воскликнули незнакомцы, вежливо снимая при этом свои широкополые оранжевые шляпы. – Следуйте за нами!

8

У большого старинного камина было очень тепло и даже жарко. Но, несмотря на это, Горбун не снимал со своих острых костлявых плеч длинный чёрный плащ. Он сидел в широком плетёном кресле и держал в руках какую-то толстую потрёпанную книгу с серебряными уголками. Его некрасивые красные губы быстро шевелились, шепча что-то под нос. Горбун искал необходимое заклинание, но пока тщетно. Рядом молча сидела хмурая, как осенняя туча, Гадина и с равнодушным видом наблюдала за горбатым стариком.

Как же она ненавидела этого подлого и хитрого горбунишку! Ей было до омерзения противно видеть, как тот изо всех сил пытается угодить Зверозубу. Ещё учительница прекрасно знала, что этот уродливый бессердечный калека с большим горбом на спине стократ опаснее самого чудовища.

– Где же оно? Где? Где? – ёрзал на стареньком расшатанном кресле Горбун в нетерпении, злясь на собственную старческую медлительность.

Гадина снова вспомнила свою любимицу-подружку Нюру. Как она там? Наверное, волнуется, бедняжка… «Ничего, вот выполню это чёртово задание и заберу тебя, Нюра, к себе. Я не позволю тебе погибнуть от грязных рук этих злодеев!» – так подумала учительница, наблюдая холодным взглядом за ненавистным стариком.

– Нашёл! – вдруг дико вскричал Горбун, его блёклые, выцветшие глаза радостно засияли. – Нашёл, нашёл, вот оно родимое…

Резво вскочив с кресла, он подбежал к Софье Филипповне и сунул ей под нос драгоценное заклинание.

– Смотри! – приказным тоном обратился он к женщине. – Надеюсь, в этот раз не забудешь? А то что-то у тебя с памятью не то…

– У меня превосходная память, старик. Я всё-таки учительница!

Горбун язвительно хихикнул, прикрывая широким рукавом щербатый рот.

– Хороша учительница! Видели бы тебя сейчас твои детишки, хихи-хи…

А потом вдруг взорвался, обжигая сообщницу горящим взглядом:

– И не смей больше называть меня стариком, мерзкая змеюка!

– Что, не нравится? – рассмеялась учительница в ответ, нисколько не испугавшись. – Посмотри на себя, на кого ты похож! Да ты же просто жалкий мешок с костями…

– Замолчи, несчастная! – заверещал старик, замахиваясь деревянным посохом. – Настанет момент, и ты пожалеешь о том, что вовремя не прикусила язык. Когда-нибудь я верну своему телу былую молодость и избавлюсь от этого горба. Скоро, очень скоро…

Но женщина нисколько не удивилась.

– Хватит меня пугать, Горбун. Я сказала, что выполню ваше задание, значит, так оно и будет. А после наши пути разойдутся раз и навсегда. Теперь же попрошу покинуть помещение и оставить меня одну.

Старик пристально посмотрел в глаза Гадине и поморщил нос от отвращения.

– Когда-нибудь ты ноги мне будешь целовать, неблагодарная, —он фальшиво растянул губы, направляясь к двери. – Я ухожу, а к утру ты должна вернуться из дворца Аха. Да не с пустыми руками! А уж после мы займёмся твоими жалкими людишками… Учительница она, видите ли, хи-хи… насмешила!

С этими словами, хихикая и довольно потирая сухие, как бумага, ладони, Горбун удалился.

А Гадине этой ночью предстояло проникнуть во дворец Аха под видом обыкновенной гадюки и украсть вещь, с помощью которой Зверозуб собирался покончить с людьми. Покончить с миром, который так радушно приютил её, стал родным домом.

Дав задание Софье Филипповне, Горбун отправился во двор Чёрного замка. Нужно было покормить прожорливых крокомотов. Захватив ведро свежего мяса и целый мешок тщательно обглоданных костей, старик осторожно приблизился к глубокой, наполненной вонючей жижей яме. Там было тихо и спокойно. Но стоило ему достать из ведра сочный кусок ароматного мяса, как из ямы тут же донёсся глухой всплеск, раздалось громкое утробное рычание и звонкое клацанье острых, как бритва, зубов.

– Вот и пришёл ваш дорогой папочка! – протянул тоненьким голоском Горбун, с нежностью заглядывая в вонючую яму. – Пора ужинать, мои сладкие деточки!

Скоро, очень скоро, он, Горбун, сможет спокойно спускаться в эту яму к своим дрессированным крокомотам и кормить их прямо с рук… Это была его почти самая заветная мечта. Крокомоты узнавали хозяина, однако пока заходить к ним в гости старик не решался.

Чудовищные животные были очень голодны. Горбун специально давал им мало пищи, чтобы они находились в постоянном голоде. Крокомоты зарычали ещё громче, ещё отчаяннее, чувствуя тонкий запах долгожданной пищи, запах того, ради чего они существовали. Их огромные, как у гиппопотамов, пасти широко распахнулись, обнажая белоснежные ровные ряды острых зубов. Горбун бросил мясо и кости в яму. Ему нравилось наблюдать, как голодные монстры набрасывались на пищу, яростно разрывали куски и жадно их глотали, не жуя. Вытирая с лица брызги вонючей тёмной грязи, старик расплылся в сладострастной ухмылке:

– Как же я вас люблю, мои рыбоньки! Очень скоро я получу истинное наслаждение от потрясающего зрелища! О, бедный наш Ах, как же тебе не понравится в этой смертельной яме! Но такова твоя участь.