– Прекрати. И да, меня как-то не особо парят заголовки. Меня смущает тот факт, что кто-то увидит тебя голой.
– Кто-то? – наигранно смеюсь я, задоря Демиена. – Да, весь Нью-Йорк, Каррас! Весь Нью-Йорк!
Неожиданное предложение мужчины застает меня врасплох:
– Может позавтракаем?
Какой к черту завтрак? Он издевается, что ли?
– Каррас… – Попытка возразить не венчается успехом.
– Меня так заводит, когда с твоих губ слетает «Каррас». Признайся, тебя тоже возбуждает? Поэтому ты так часто произносишь ее?
– Очень! – сержусь еще больше.
Дем вычислил меня.
– Ты раздражена и зла.
– А ты не задумывался в чем реальная причина? Не думаю, что в голоде! Она в том, как ты ведешь себя со мной.
– И как же? – тяжело вздыхает мужчина, продолжая смотреть на меня.
Не дожидаясь ответа, он выходит из комнаты, оставляя меня одну в полном недоумении.
Я сажусь на кровать и смотрю на свое отражение в зеркале. Несмотря на дурацкие пререкания с Демиеном, я по-прежнему чувствую себя хорошо.
Мне нравится выводить его из себя, он в свою очередь проделывает те же трюки со мной. Однако при этом Каррас остается настоящим мужчиной и сдается первым, уступая мне почетное место. Я поднимаю с пола футболку Демиена и снова надеваю ее. Не хочу, чтобы меня застали в таком виде домработники. Дем же меня не столько смущает в этом плане.
Плутать по большим домам – не в моем стиле. Я быстро нахожу кухню, но не тороплюсь спускаться. Застываю на лестнице, когда вижу Демиена Карраса с обнаженным торсом, готовящего для меня завтрак. Сказать кому-то? Не поверят!
Дем готовит для меня. Вот так новости! Подобные вещи кажутся слишком интимными.
Нежиться утром в постели, пока весь город куда-то спешит. С трепетом в сердце целоваться после долгой разлуки. Носить одежду, которая когда-то касалась его тела, а теперь касается твоего. Позволять носить свою футболку девушке, случайно ворвавшейся в твою жизнь. Терпеть ее дурной характер и уметь уступать в ссоре. А теперь готовить для этой же выскочки завтрак, потому что с самого утра она взбесилась и начала драконить тебя.
– Надеюсь, ты любишь сэндвичи. – Слыша мои шаги, Демиен оборачивается. В правой руке он держит нож.
– Очень опасно. – Произношу я, присаживаясь за островок с барной стойкой. С мужчиной нас отделяет лишь стол. Но для Карраса и это не станет преградой.
– Опасно? – Посмеивается он.
– Весьма.
– Ваш завтрак. – Демиен ставит передо мной тарелку с мясным сэндвичем.
– Как официально.
– У тебя есть планы на день? – Спрашивает меня Каррас.
– Угу, – дожевывая кусочек, махаю головой. – Сейчас доем, и ты отвезешь меня в отель.
– После отеля?
Каррас запасается терпением. Я вижу, как из-за моих расплывчатых ответов, у него уже дергается мускул. Однако он не подает виду, оставаясь невозмутимым и предельно спокойным.
– Пока поживу в отеле.
– Поделишься?
Демиен дает мне шанс раскрыться. Еще рано говорить о моих родителях и о том, как со мной поступает отец.
– Не думаю, что сейчас время.
– Намекаешь, что мы не так близки?
– Я понимаю, в какую сторону ты делаешь уклон. По типу: мы спали ночью в одной кровати, а сейчас я кормлю тебя завтраком. И ты, Катрина, по-прежнему думаешь, что еще не время рассказать мне о своих проблемах? – Пародируя голос Карраса, произношу я.
Мужчина улыбается, и тогда я продолжаю:
– Этого мало. Мало спать с человеком и кормить его завтраками. За банальный секс, которого у нас кстати не было, – напоминаю я, – и еду не открывают душу, Каррас.
– Ты права. За что ты тогда открыла бы душу?
– За любовь. За искреннюю. Не за слова, а за поступки и отношение ко мне.
Демиен внимательно слушает каждое мое слово и не торопит. Он изучает меня, пытается понять.
– Открывала душу без любви?
Уголки моих губ приподнимаются, а на глаза наворачиваются слезы.
– Было. – Уверенно произношу я. Говорю правду, словно ложь обойдется ценою в жизнь.
Я не вру Каррасу. После Николаса и Итана – моих первых парней, с которыми была попытка построить серьезные отношения – я неоднократно пыталась раскрыться перед мужчинами. Открывала душу без любви, думая, что все придет со временем. Любовь либо есть, либо ее нет. И не надо придумывать себе отговорки. Ты либо испытываешь какие-то чувства к человеку, либо нет. Зачем себя обманывать и давать ложную надежду?
– А ты? Открывал?
– Всегда. – Осипший голос Демиена дает мне понять, что это больная тема. – Всегда и без любви.
– Ни одного раза по любви?
– Один раз было. – Каррас опускает глаза. Мне становится не по себе из-за того, в какое положение я его ставлю. – Очень давно.
На столе жужжит телефон мужчины. Демиен переключает свое внимание с меня на железяку. Он отвечает при мне. Я радуюсь данному, открытость сближает нас. Улыбаюсь Каррасу, он делает это в ответ.
– Привет. Да, я буду. Вечером в восемь. До встречи.
Меня торкает. Восемь вечера. Этот вечер я должна провести с семьей на вечере богатеньких. А это значит только одно: отец с матерью и сестрами точно вернуться в Нью-Йорк сегодня. Они ни за что не пропустят такой важный вечер ради статуса нашей семьи. Демиен выдыхает весь воздух из легких и опирается ладонями о столешницу.
– Катрина, – обращается он ко мне, – я очень хочу провести вечер вместе. Мне жаль, но я не смогу. Семейные дела. – Заключает Каррас.
– Ничего страшного, – с улыбкой произношу я. – У меня свои планы на день.
Из всего неприятного, что может быть – это встреча с родителями. Думаю, мы сможем спокойно поговорить и решить проблему. По крайней мере, я уже остыла и вполне готова к конструктивному диалогу с отцом. Каррас просто не представляет, что его ждет вечером. Он будет приятно удивлен и, чтобы не испортить сюрприз, я решаю сохранить все в тайне и немного потомить его.
После завтрака и мучительных сборов в присутствии друг друга, Демиен отвозит меня обратно, в отель своего отца. Я приезжаю в его футболке и своих сапогах. Сейчас же в моде оверсайз?
– До завтра, сахарок? – спрашивает меня Каррас, держа за руку, возле моего номера.
– Уверен? – без стеснения заигрываю с мужчиной я.
– В чем именно?
Я делаю шаг назад, но не учитываю тот факт, что позади меня стена. Спиной прислоняюсь к ней. Демиен не теряется и заслоняет меня. Каррас не заходит далеко, а только дразнит.
Мне хочется спросить, не хочет ли он зайти. Но в ответ произношу лишь:
– В том, что сможешь без меня этим вечер?
Чертовски сильно хочется услышать что-то слащавое, но Каррас наклоняется ближе и приподнимает мою голову так, что наши глаза встречаются друг с другом. Секунда. Его рука крепко сжимает мою талию, а другая зарывается в волосы. Губы Демиена в миллиметре от моих. Я должна прекратить это, иначе он потеряет контроль прямо здесь. Пытаюсь оттолкнуть мужчину, но его хватка слишком цепкая. Дем даже не думает отпускать меня.
– Повсюду камеры. И люди… – Приподнимаю бровь я и пытаюсь заглянуть за его плечо. Не выходит, Каррас широкоплеч и высок.
– Плевать. Разве это имеет значение?
– Ты теряешь контроль. – Напоминаю ему я. Уверена, он будет жалеть о содеянном сразу же после того, как сядет в тачку и укатит отсюда.
– Катрина. – От того, как Демиен тихо произносит мое имя, уже я перестаю отдавать отчет своим действиям. – До завтра.
Он спокойно отпускает меня и дает пройти в номер. Даже обидно, что это все не имеет продолжение. «Но так лучше», – успокаиваю себя этой мыслью.
Вечер не заставляет себя долго ждать. Я собираю вещи, созваниваюсь с отцом (меня удивляет, что он спокойно со мной разговаривает) и вызываю своего водителя к ресторану, в котором обедаю.
Место оказывается весьма неплохим, а его близкая расположенность к отелю мне на руку. Оставляю щедрые чаевые обворожительному официанту, то и дело кружившему возле меня и беспокоившемуся об уровне температуры (дело в том, что я сижу возле сплит-системы).
– Будем рады видеть Вас снова. – Учтиво прощается со мной молодой парень, скорее всего даже студент, изредка подрабатывающий здесь.
– Благодарю, – лучезарно улыбаюсь я.
Несмотря на то, что меня ждет непростой разговор дома, я нахожусь в отличном расположении духа. Можно сказать, что даже счастлива. Этот вечер обещает быть очень приятным. Я жду его. Жду встречи с Каррасом.
– Отец уже ожидает тебя в приемной. – На входе меня встречает наша помощница по дому.
Я делаю неуверенный шаг вперед, но мгновенно беру себя в руки. Еще один шаг от бедра, и я вклиниваюсь в ритм. В голове туман, перед глазами пелена. Глубокий вдох, медленный выдох.
Он – мой папа, ничего страшного не случится. Намеком на то, что меня ожидают является приоткрытая дверь. Прежде чем войти, я стучу. А, слыша разрешение, вхожу с гордо поднятой головой. Отец не терпит слабость, ненавидит слезы. Меня приучили быть сильной.
Помню, как после разрыва с бывшим парнем, я даю слабину. Целыми днями не выхожу из комнаты, выгляжу максимально непрезентабельно для такой семьи как наша. Много плачу, заедаю стресс и за короткие сроки стремительно набираю вес.
На помощь можно не рассчитывать, в глазах родителей я слабачка. Отец презирает меня, мать во всем потакает ему. Никто не делает единственного, в чем я нуждаюсь. Меня не поддерживают, не протягивают руку.
Родители толком не дают мне отгоревать. Они нанимают персонального тренера, который составляет строгую диету. Через пару дней покупают билет на остров Сент-Бартелеми. И вместо того, чтобы кататься на роскошных яхтах и жариться под ярким солнышком, я сутками напролет рыдаю и ем. А вскоре отец забирает меня, когда узнает о повторяющейся истории.
– Войди, Катрина.
Я неспеша переступаю порог кабинета и озираюсь вокруг. Все так же, ничего не меняется. Тот же изумрудный диван, стоящий возле угольной книжной полки с кубками, алкоголем и книгами Диккенса. Мой взгляд цепляет одна из книг Чарльза Д. «Тяжелые времена».
– Ты помнишь о вечере у Энстонов?
– Конечно. Я буду. – Отвечаю сразу на последующий вопрос папы, который он не успевает озвучить.
– Наша ссора. Я просто забочусь о тебе. Не делай так больше, Катрина.
Сказать, что отец удивил – ничего не сказать. Он не спросил меня, где я была. Не стал устраивать допрос и читать лекции о том, как важно слушать родителей, которые дают тебе в этой жизни все. Что с ним случилось? Неужели отдых столь благоприятно повлиял на папу?
– Надень что-нибудь роскошное. Я хочу, чтобы каждый свернул голову этим вечером при виде тебя. Каждый. Катрина. – Членораздельно повторяет отец. – Ты меня услышала?
– Да.
Странно. Папа никогда не указывал мне, что надеть. Мало того, он всегда возмущался по поводу моих, по его мнению, откровенных нарядов. Меня настолько заинтересовала его просьба, что я решаю расспросить маму.
– Сегодня необычный вечер, Катрина. – Мама касается моих локонов с какой-то особой гордостью. – Он очень важен для нашей семьи. Сегодня будет вся элита Нью-Йорка. Мы хотим утереть нос всем. Будут старые приятели отца. Думаю, ты понимаешь.
– Под старыми приятелями ты имеешь ввиду врагов?
– Именно так, милая. – Улыбается мне мама. – К тому же для тебя это прекрасный повод выбраться в свет, с кем-нибудь познакомиться. Ты же знаешь, как отец мечтает выдать тебя замуж за идеального кандидата.
Меня тошнит от ее слов и желаний папы. Но я, как и всегда, улыбаюсь ей. Бесполезно говорить об этом. Однажды мы уже феерично поссорились и не разговаривали около месяца. Я собрала вещи и укатила в путешествие с Селеной. Незабываемое время. Тем не менее, я непроизвольно вспоминаю о Демиене, но сразу же возвращаюсь на землю, когда мама говорит обо мне.
Идеальный кандидат. Родители подразумевают под этим понятием все: идеальная партия для Хеймсон, партнер отца, замечательный муж по версии новомодных журналов, состоятельный и влиятельный человек из породистой семьи, прекрасная внешность, такая же, как и его репутация. Но они упустили кое-что действительно важное: взаимная любовь друг к другу. Этого мне сполна хватит. Одного гребаного пункта достаточно!
– Я пойду, мне же нужно выглядеть идеально. – Киваю головой я, чуть не теряя на ходу сознание от той безупречности, которая должна быть во всем.
Длинное белое шелковое платье с ажурными завязками на спине. Я смотрю на себя и не могу наглядеться. Прекрасна! В этот вечер мне хочется быть особенной, хочется выделяться среди толпы гостей. Хочется быть единственной девушкой, на которую может упасть взгляд всех присутствующих мужчин в эту ночь. Я знаю, что так оно и будет. В последний момент я меняю удобную обувь на высокие каблуки из последней коллекции.
Приезжаю этим вечером в сопровождении матери и отца. Повсюду полно знакомых, которых я видела, начиная детства и по сей день, ежегодно.
– Ты великолепна, милая. – Приветствует меня хозяйка дома.
– Настоящая невеста. От женихов наверняка нет отбоя! – Продолжает ее муж – организатор этого чудесного вечера.
– Вы говорите это каждый год. – Я расплываюсь в улыбке и кладу ладонь на плечо мистера Энстона.
– Да. Но каждый раз ты приходишь одна и совсем не радуешь нас новостями о своей скорой свадьбе.
– Милый! – Хмурится супруга Энстона – низкорослая дамочка с причудливой прической. Женщина перехватывает меня на разговор. – Так хочется оторваться на твоей свадьбе. Ты слышала, что Каррас наконец женится?
– Не слышала.
