Так, Лета, успокойся. Вовсе это не сексуальный мужик, только видимость. Всего лишь механизм. Искусственный. Как там он сказал, «антропоморфный комплекс»? Короче, не человек. Нужно простоигнорировать его взгляд. Подумаешь, что близко! Он автоматически отслеживает окружающее, ему нет дела не только до моей личности, но и до того, хочу я его или нет. Это всего лишь робот, ничуть не лучше пугающих полицейских железок. Или тех тупых официантов на дне рождения Эрики – один из них врезался в какую-то тётку, опрокинув на неё десяток бокалов с шампанским. То-то было криков!
От этого воспоминания я усмехаюсь, и мужчина отвечает вопрошающим взглядом. Так, кхм! Это всего лишь неразумный механизм!
Хотя трудно убедить себя в этом, когда он выглядит совершенно как человек, даже вблизи. Поры на коже, мельчайший рельеф. Тёмно-серые радужки, есть капилляры на белках, зрачки реагируют на освещение. Ноздри подрагивают в такт дыханию. На шее пульсирует артерия, а когда робот тяжело сглатывает – кадык тоже двигается. Всё по-настоящему, не придраться.
Интересно, что у него внутри. Может, обычные органы, как у людей? Или какая-нибудь хитрая техническая разработка – такая же начинка, как у прочих роботов, только не из металла, а из органики? Шланги там, цепи… Чёрт знает, что эти инженеры могли придумать.
Я тяну пальцы к лицу робота, на секунду замираю, но всё же решаюсь – провожу вниз по щеке. Кожа горячая и мягкая, отросшие волоски щетины пружинят. Как у самого обычного мужчины. И даже запах есть, вполне человеческий. Слабый, ненавязчивый… Приятный. Да, он чувствовался в той квартире. С другой стороны, и на коже робота остался запах пыльного заброшенного помещения.
Ладно, раз он не протестует, почему бы не пойти дальше? Я приближаюсь ещё, провожу носом над его виском. Пахнет так здорово… Мягко и комфортно, чуть терпко… В самый раз, чтобы дать понять, что запах мужской, однако не настолько сильно, чтобы отталкивать.
Голос-в-голове оживлённо бормочет: Вот бы прям в шею ему уткнуться, представь… Нужно попробовать! Дэн занят чтением, а он молчит – ну так и вперёд.
Однако я всё-таки возражаю со всей рассудительностью, на какую сейчас способна: Не буду я ничего такого делать! Что за глупость, это робот, а не букет цветов. И вообще, пора уже отодвинуться.
Но всё же напоследок не могу удержаться от соблазна – прижимаю пальцем подрагивающую жилку на его шее. Даже закрываю глаза, чтобы сконцентрироваться на ощущениях. Нет, это точно пульс, самый настоящий.
– Недостаточно сильно, – его глубокий, словно обволакивающий моё сознание голос раздаётся настолько близко, что аж мурашки по загривку пробегают.
– Что? – открываю глаза.
– Это недостаточная сила нажатия для сонной артерии.
– Извини. – Убираю палец. – Я просто подумала… Это как пульс? Или… Вот у тебя же в груди что-то стучит?
– В спецификации это называлось «деталь, аналогичная биологической».
– И как она выглядит?
Робот задумывается.
– Могу нарисовать.
Я озираюсь в поисках подходящих материалов. Дэн, не отвлекаясь от дисплея, вытаскивает из-под детали на столе лист упаковочной бумаги и протягивает в нашу сторону. Отлично, а карандаш я и сама вижу неподалёку – ну да, со следами зубов. Вечно Джанки со своими железками забывает про еду, а в итоге перебивает голод всем, что под руку попадёт: то курит, то грызёт зубочистки или спички.
Передаю мужчине бумагу и карандаш. Слежу за быстрыми, уверенными движениями его пальцев. Оказывается, он ещё и рисовать умеет. Что за странный набор характеристик для боевого андроида.
Заглядываю в лист.
– Ну так это сердце! Стоило интригу разводить?
– «Сердце» – человеческий орган. А это искусственный объект, деталь.
– Какая разница? Людям тоже ставят такие, из псевдо-органики. Его ведь можно переставить человеку?
– Хочешь пустить меня на органы? – он спрашивает быстро и уверенно.
От этого напора я теряюсь, начинаю заикаться:
– Да не… Никуда я… Да хватит уже! Я вообще не про то! Гипотетически если такое сердце переставить человеку – оно же подойдёт? Ну а если да, то оно будет считаться органом, а не деталью?
– Оно в любом случае останется искусственным объектом. Я не силён в логике, но, кажется, понятия «человеческий орган» и «искусственный орган» не совпадают. Возможно, даже не пересекаются.
– Вот так просто взял и оскорбил, да?
– Кого?
– Всех людей с органами из псевдо-органики. А заодно и с чипами. Короче, вообще всех. – Сзади слышится многозначительное покашливание, и я указываю большим пальцем за спину. – Вот кроме Джанки.
– Мне кажется, я выразился достаточно точно. Каким образом это кого-либо оскорбляет?
Блин, какой-то этот робот слишком умный для меня. Нет, если бы я была отдохнувшая и выспавшаяся – ещё могла бы поспорить с ним про логику, но сейчас у меня в голове каша. Поэтому, не придумав разумного ответа, я решаю выехать на уверенном тоне.
– Ну, у людей всё сложно. И вообще, вся эта чрезмерная точность никому не нужна. Оно же не какое-нибудь там, – я указываю на рисунок, – квадратное с дыркой посередине. Значит, сердце, да и всё. У тебя все органы как у людей?
На этот раз из-за спины раздаётся игривое мурлыканье, и я угрожающе повышаю голос:
– Джанки!.. Я вообще про другое! Вот, например…
Спускаюсь взглядом по телу робота в поисках подходящего варианта.
– Вседетали аналогичны человеческим, – его голос звучит ровно.
Чёрт, вот вечно Дэн со своей прямолинейностью – ляпает всё подряд, а я теперь выгляжу извращенкой! Хотя я даже не думала… Ну, немного думала, конечно… Но ведь не только об этом! А если я сейчас покраснею, то будет уже не отвертеться.
В общем, мне не остаётся ничего другого, кроме как прервать разговор и позорно сбежать на своё кресло. Нестрашно, сейчас переведу дыхание, успокоюсь…
Дэн, по-прежнему не отрываясь от чтения, берёт со стола пачку и, прикуривая, неразборчиво вопрошает сквозь зубы с зажатой в них папиросой:
– И што там?
– Сам не хочешь посмотреть?
– Те жалко?
– Ладно, – я выпрямляюсь, делаю серьёзное лицо, поднимаю указательный палец и изрекаю: – Несомненно, дамы и господа, ecce homo est.
Дэн, листая страницу, хмыкает.
– А для портовой шпааны?
– Для портовой шпааны, – я повторяю его произношение, – я так шну, энтот робаат по правде мужик.
Джанки попёрхивается дымом от смеха, и я обиженно тяну:
– Что?..
Ну, мой говор, конечно, далек от идеала, но так откровенно ржать необязательно. Однако, прокашлявшись, Дэн говорит совсем не то, чего я ожидала.
– Ты и в штаны успела глянуть?
Жар бросается в лицо, и вот теперь я точно покраснела. Дотянувшись до Джанки, нелюбезно пихаю его кулаком в плечо.
– Хэй, что за хрень?!
Посмеиваясь, он разматывает с руки цепь. Оставляет её на столе, тушит окурок, берёт что-то вроде тонкой отвёртки, поднимается и подходит к роботу.
– Давай поломки.
Мужчина наклоняет голову и убирает волосы с шеи.
Джанки склоняется над его затылком, присвистывает. Тычет концом отвёртки в основание черепа – туда, где обычно стоит порт.
В следующее мгновение робот уже сжимает его кисть, сильно вывернув запястье, отвёртка падает на пол с тонким «звеньк», я испуганно вскакиваю с кресла… Дэн болезненно морщится, однако не шевелится и говорит спокойно:
– Без руки чинить не умею.
Мужчина сразу отпускает его, показывает открытые ладони.
– Прошу прощения. После модификации у меня снизился болевой порог, поэтому реакция чрезмерна.
Дэн разминает руку, хмурясь.
– Всё наживую?.. Почему не убрал чувствительность?
– Я сам не могу. Только через систему.
А я стою и смотрю на этот диалог с открытым ртом. За четыре года я ни разу не видела, чтобы Дэн спокойно реагировал на агрессию в свой адрес. Что за чудеса такие? Да он даже на слова срывается в два счёта, а тут – робот чуть ему руку не сломал, а Джанки хоть бы хны. Единственное объяснение, которое я могу придумать, – он воспринимает находящегося перед ним мужчину как увлекательную техническую новинку, а такое Дэн обожает.
Он снова склоняется над затылком робота, на этот раз не пытаясь прикоснуться:
– Сам удалил?
– Нет, это сделал другой экземпляр.
– Почему?
– Хотел помочь. Мы знали, что базовый алгоритм уничтожения ликвидирует именно порт.
Так, а чего я-то стою без дела посреди комнаты? Любопытно же!
Голос-в-голове шепчет: Ты только что от него отошла – и снова хочешь подойти? Для девушки неприлично так откровенно показывать интерес к мужчине. Что о тебе подумают?
Однако я отмахиваюсь: Он вовсе не «мужчина»! Речь про починку, я должна быть в курсе.
Так что я тоже подхожу и заглядываю. Вместо маленького круглого разъёма – рана с рваными краями, словно порт выдрали из тела вместе с кожей, которая его окружает. Стоит вообразить подобное, как по моему собственному затылку пробегает фантом боли, аж передёргивает.
В середине углубление, в котором виднеется какая-то грязь, наверное, засохшая кровь, и среди этого всего – тёмный матовый материал. Насколько я помню устройство системы, это должен быть нейроконнектор, к которому с одной стороны крепится порт, а с другой – сходятся все эти проводки в мозгу, как их там по-научному называют.
Кожа вокруг кажется воспалённой: края бордовые, припухшие и с виду болезненно-твёрдые. Однако кое-где среди корки заживающей раны виднеется розовая ткань рубца. У этого робота заживают повреждения?.. Всё это выглядит так неожиданно, особенно в сочетании с его нездорово-горячей кожей, пульсом, дыханием и прочим, что, повинуясь внезапному порыву, я наклоняюсь к сидящему мужчине и заглядываю в лицо.
– Слушай, а ты, вообще, уверен, что не человек? В смысле, откуда ты знаешь?
– У меня внутри четыре пули. Я уверен. – При виде моей шокировано вытянувшейся физиономии он поясняет: – Я предупреждал, что повреждён.
– Покажь, – выдыхает Дэн с восторгом.
Ну всё, у Джанки от энтузиазма уже глаза засияли. Вот только непривычно, что при этом перед ним не какие-то металлические детали, а вроде как человек.
Мужчина поднимается – неторопливо, с усилием. Аккуратно снимает куртку и вешает её на спинку кресла. Поворачивается к нам спиной. На футболке – четыре отверстия, диагональю от левой лопатки до поясницы. Вокруг – блеклые пятна крови, футболку явно стирали. Я не спец, но кажется, что крови было до странного немного.
– Ты же говорил, что пуленепробиваемый?
– Это крупный калибр. И я до сих пор функционирую, – он берётся за ворот футболки, одним движением стягивает её через голову и бросает на спинку стула, к куртке.
Дэн тут же бесцеремонно разворачивает его спиной к свету и склоняется, чтобы лучше рассмотреть отверстия, прикасается к краям углублений в коже: они тоже выглядят как наполовину зажившие, наполовину воспалённые. Хмурится, задумчиво потирает скулу тыльной стороной шнуды.
Чёрт, не успела я остыть с прошлого раза, как физиономия снова краснеет. Лета, да возьми же себя в руки! Это всего лишь робот! Полуголый, крепкий, мускулистый… и просто идеальный. Серьёзно, военные инженеры постарались на славу, будь у меня секретная информация, я бы в два счёта всё ему рассказала. Даже если бы он не захотел слушать, я бы всё равно бежала за ним и на ходу выдавала государственные тайны одну за другой.
Накачанный в меру: рельеф мышц заметен, но он выглядит естественно, а не как гипертрофированные мускулы любителей натолкать себе под кожу килограммы псевдо-органики. И волос почти нет – хорошо, я терпеть не могу мохнатых мужиков. Вот разве что слишком бледный, это бросается в глаза по контрасту с Дэном. В последние годы Джанки почти не выходит из дома, но всё равно кажется загорелым.
Тем временем Дэн включает стоящий на столике неподалёку аппарат – тот беззвучно вспыхивает зелёным огоньком – и тянет мужчину развернуться, чтобы можно было дотянуться до его спины двумя манипуляторами. А поскольку я смотрела на поясницу робота – ну там ведь дыра от пули, вот я и смотрела, – то теперь мой взгляд упирается в его живот. Рельефный такой, а от пупка спускается полоска тёмных волос и ныряет за ремень штанов…
Шею мгновенно обливает жаром, я прокашливаюсь, тороплюсь поднять взгляд. Но теперь он цепляется за соски со светло-коричневыми ареолами. Да что за чёрт!..
Голос-в-голове мурлычет сквозь зубы: Лета, кончай пялиться, все заметят.
Финальный рывок в попытках найти пристойный участок тела – выше груди он точно будет! – и я натыкаюсь прямо на внимательный взгляд робота. Всё это время он смотрел на меня?!
Сердце подскакивает куда-то в горло, и я тут же утыкаю взгляд на комод в углу. Говорите, это настоящий чиппендейл? Так интересно! Ручки очень изящные…
От избытка адреналина кровь чуть не кипит. Чтобы хоть как-то отвлечь робота от того, что я разглядывала его тело, будто вещь на витрине, ляпаю первое пришедшее в голову:
– Тебе нужно обезболивающее?
Джанки переводит на меня скептический взгляд. Однако мужчина откликается с готовностью:
– Было бы неплохо, – его голос звучит устало. – Можно я сяду?
Дождавшись кивка Дэна, он опускается на металлическое кресло, снова облокачивается на колени. Ну да, теперь очевидно, почему он не откидывается на спинку. Да и вообще выглядит обессиленным. Или, может, это моё сознание дорисовывает образ с учётом дыр на его спине и затылке.
– Што ты уже шабнул?
– Что это значит?
Дэн задумывается, подбирая слово.
– Принял?..
