Тийре шутя приподнял пред собой две раскрытых ладони – как будто явив тот размер, о чём молвил теперь.
– Нет, хоть видал я иных и красивее, правда…
– Ага – вот таких… – Лев с ухмылкой привзнял две ладони к груди, отодвинув их дальше в три раза.
– А иди ты… Как бы тебе рассказать? Хорошо с ней быть рядом… – он умолк на мгновение, глядя прищурившись в небо, залитое солнечным светом.
– И плевать ей на то, что я младший лишь сын без законного брака владетеля…
– Не рассказывай – вижу, как искрой Пламенеющего по башке тебе стукнуло – будто девок нет больше на свете! – с сочувствием усмехнулся товарищу А?ррэйнэ, – всё же зря ты в Глеа?нлох поехал тогда…
– Видно зря…– усмехнулся невесело младший сын Дэйгрэ.
Ветер рвал облака, клубя мглу над вершинами Глвидд-ог-слейбботха – точно серой волной нагоняя их пену прибоя небес к берегам древней тверди владетелей Эйрэ. Гнулись ветви дубов в мрачной роще на склонах Лесистой горы.
– Всё своё воинство двинет на нас ёрл, поднимет все орны дейвонов. Даже немирные Скъервирам семейства встанут подле него против Эйрэ, – вновь заговорив о войне нахмурился Аррэйнэ, точно взвешивая в произнесённых словах всю незримую тяжесть грядущей навалы.
– Точно, Лев. Всех Ночных Птиц, которые ещё не изведали поражений, всю осадную мощь ринет Стейне на нас в одночасье. Даже я, зрящий сквозь смерть, и то страшусь всей той силы, что придёт вскоре десятками когуров – и может застичь нас к тому неготовыми. Если наши же сородичи из Узла и попрежде присягают на верность дейвонам, и готовы ударить нам в бок, а северные кийны дерзко отказываются прислать людей на сбор воинства – как выстоять против многих десятков хендску?льдрэ? Их камень с огнём застилают свет солнца, как рассказывал мне дядя Ку?линн, будучи некогда очевидцем осады взбунтовавшегося против гнёта их ёрла во главе прочих южных уделов Аскхаддгейрда – как владетели старых домов возжелали вновь вершить пределами юга.
Тийре на миг умолк, скрипнув зубами.
– Тогда Рауд Эльдлейтэ из Скъервиров огнём и железом истреблял всех врагов поголовно – и не склонявшихся, и просивших пощады. Немногие на опустошенном юге пережили его безмилосердное прошествие воинства, стиравшее гейрды с земли…
А сейчас во главе их стоять будет даже не он, а сам Эрха… И как выстоять против их тысяч Железной Стены, которых у ёрла не в пример нам в избытке – чья копейная мощь вот уже целый век вмиг сметает любого врага точно взор Смертоокого, не ведая поражений? Фе?йнаги западных земель в этот месяц съехались ко двору отца и твердят в один голос, что стоит немедля искать мира со Стейне – хоть и всецело по того же мерилам, всё как он пожелает… Даже Конналы поражения опасаюся – это с их-то бесчисленным воинством, лучшим на западе Эйрэ.
Сын Медвежьей Рубахи нахмурился, смолкнув на миг.
– А кто-то небось и дейвонские клятвы их ёрлу разучивает, новому владетелю присягнуть…
Ветер выл над простором долины, сотрясая могучие кроны дубов, что вздымались над укрепью рощей священного леса. Облака точно о?стовы хищных челнов пролетали над ними, устремляясь в полёте своём за черту небокрая – и их тени стремительно мчались над твердью ардкатраха Эйрэ.
– Дрянные дела, Лев… Одолеть нам дейвонов не знаю как даже. Если вообще одолеем… – в голосе сына Дэйгрэ на миг почудилось неверие.
– Тем больше с такими вершними как эта свинья Оннох, да чтоб его… Тьху!!! – озлобленно сплюнул сын арвеннида.
– Ему говорят, что враги уже рядом у са?мой горы – а он нас поношает и выставляет за двери. А у самих ещё воинство кийнов не собрано, ни один ворот не снаряжен и не готов к выправе в Помежья… ээх! – Тийре бессильно махнул рукой, – и так собрались сразиться с Железной Стеной… Под себя сделать со? смеху можно!
– Послушай, Тийре… – негромко сказал другу Аррэйнэ, хлопнув рукой по плечу того, – что бы ни говорили, кем бы не считали тебя по родству эти Модроны – ты умнее свиных этих рыл, что отцу твоему сели скопом на шею. И придёт день, поймут они это – да хрюкать в слезах будет поздно.
– Льстишь ты мне, Аррэйнэ, точно девке какой… – усмехнулся сын Дэйгрэ, – да плевать мне с горы на всех Модронов, и что они про меня думают, эти выблюдки – раздави их окру?г Пламенеющего. Я рад, что ты жив и вернулся!
Тийре оживился, и кувшин снова взвился ко рту.
– Думал – ты в норах костей уже, или в мире ином среди скайт-ши… От Ан-Шора я слышал, что вторая тысяча скоро выйдет на запад, так что до Помежий или до Горного Зуба будем идти рядом. А там только Пламенеющий знает, что кому суждено…
– Сплюнь, Шщар тебе в зуб! Уж ты-то не думаешь сдохнуть до срока, пока такие свиньи как Оннох плюют в сторону Тийре, сына арвеннида, а? – Аррэйнэ, желая ободрить друга хлопнул его по плечу, – вот я-то пока умирать не собрался, прежде чем не отыщу того мохнорылого, кто у Болотины в спину мне ткнул!
– Сперва ты найди того выползка…
– И найду!!! Встречу в бою где – своею рукой ему вырежу сердце живому, выблю?дку… – стиснул Лев кулачище, – лица его я под шеломом не видел – но голос уж крепко запомнил, не спутаю!
– Встретишь когда-то… – согласно кивнул захмелевший сын Дэйгрэ, пристально глядя куда-то над небокраем Воротного перевала, где над зеленью чащ черной рябью тревожащих точек кружились вспорхнувшие птицы – откуда вот-вот как придёт уже грозно бегущая к спящему тихому берегу бьющая навзничь волна скорой вражьей навалы…
Войско владетеля Дейвоналарды с рассветом готовилось выйти из Винги. Служки закончили вьючить коней, кузнецы завершили работу с подковами. Грузили возы, запрягали быков в многопарные упряжи тяжких метальных снастей. Гам речей, храп коней, топот ног и копыт, грохот многих колёс по камням ходагейрда пугал ещё зривших последние сны горожан, когда тысячи воителей ёрла и верных владетелю орнов Срединных Земель и Прибрежий уже начинали свой ход сквозь раскрытые настежь тяжёлые створы Хли?дхельст на восток – к краям Эйрэ.
Мать Костей зрила ме?ртвящим взором сквозь мглу, привечая усмешкою отблесков стали всех тех, кто сейчас выходил из ворот, устремляясь к рассвету – тех, кто нёс её тень за собой, пожинать там железом противников дома владетельных Скъервиров.
Къёхвар лично отдал все приказы собравшимся вершним, завершив свой последний Совет в стенах Винги, и затем отпустил ратоводцев по тысячам, повелев выходить. Став во дворе у ворот из Хатхалле он вёл на прощание речь о делах, доверяемых старшему родичу.
– Что же, почтенный – вверяю тебе ходагейрд и Высокий Чертог. Жаль, что ты не желаешь десницею Виганда взять, положившись лишь только на помощь Прямого.
– Как моя бабка твердила: «Лучше чёрствым хлеб съесть, чем заплесшим весь выкинуть…» – Сигвар прищуренно глянул на ёрла с какой-то усмешкой.
– Проясни твою мудрость, почтенный… – нахмурился Стейне, – не силён я как ты в поговорках Арднура.
– Я, владетель, стал сед головой ещё прежде, чем ты деву впервые на ложе познал… – Клонсэ учтиво кивнул на прощание ёрлу, – и умею людей выбирать. Виганд брат Раннвейг, и умён в свою меру – и конюшим он есть недурным… Но прости – Храфнварр хоть сам упрям и с тобой не в ладах, но с него будет толк мне стократ, чем от Громкого, кто грешков перед домом твоим начесал уже больше чем пёс какой блох, свой язык о руку? тебе вечно втирая…
– Выбор твой… – Къёхвар кисло кивнул, одобряя решение Когтя – и стремительно бросил свой взор на Высокий Чертог, где средь верхних покоев в распахнутых створах окна замелькала манящая сердце владетеля женская стать в алом поверх одежд – и махнула рукой, посылая последний привет сыну Нъяля, кто её покидал на седмины, а может и месяцы долгой выправы к уделам врага.
– Как твой сын – рад возврату в Хатхалле?
– Да, владетель – достойный дан чин, кой он будет блюсти не посра?мив, надеюсь.
Ёрл взглянул на занявшего место Бъярпотэ наследника Когтя, кто уже возначалил всю стражу в Высоком Чертоге, и теперь во главе их стоял во дворе, провожая владетеля – хмуро глядя куда-то на стены Хатхалле.
– Что-то он тут невесел, смотрю… В первый день был живее твой Горм, как сюда заявился с дороги. Заболел может с нашей воды, нахлебавшись три года с колодцев Помежий?
Сигвар глянул на сына, чьё лицо до сих пор было взрезано тяжкой печатью огромной досады – словно Горм всё никак не был в силах чего-то понять.
– Не могу того знать я, достойный – его сердцу и я не хозяин, увы… Может вправду вода в тех колодцах послаще – как знать?
Там, где стены Хатхалле смотрели к закату, зря оконцами веж на слиянье Широкой и Топкой, еле видною тенью ёрл Къёхвар узрел вдруг иную стоявшую женскую стать – чья коса под лучами взошедшего солнца сверкнула искрой рыжины? как огонь.
– Турса! – ёрл окрикнул того, подзывая к себе. Родич, прервав разговор с одноруким помощником Винридом, кто был с ним же в загоне Бъярпо?тэ в дороге к востоку, подошёл к их владетелю, хмуро кивнув и оправив охват верховницы.
– Да, почтенный! Что скажешь?
– Выйдешь первым. Загон твой пусть путь охраняет и шлёт наперёд всех гонцов, чтобы владетели нам расчищали дороги и готовили сменных коней и припасы в пути. Чтобы было всё живо, без всяких протяжек – или тех кто не понял протянут в верёвках до Хли?дъярн тотчас.
– Ясно, владетельный – сделаем живо.
– Ты уж точно исполнишь – при виде твоём у иных и умёт из поно?ж побежит…
Стейне прищурился, глядя на хмурого родича – заприметив во рту его свежую дырку в зубах.
– Как Ножово добро? Ты же вроде хотел приглядеть?
– Приглядел… – Турса как-то скривился в улыбке, отчего щербина? его рта из-под правой щеки показалась вовсю, – есть иное вино, что на запах отлично – а хлебнёшь, и плевать вот потянет тотчас.
– Оно видно… – владетель вдруг хитро прищурился, глядя родичу в рот.
– Что за дверь повстречал ты вдруг ночью тут жвалами, Лапа? Или мелкий сопляк её врезал тебе невзначай?
– Да огонь поленился разжечь я, дурак, и попёрся во тьме по чертогу – будет мне вот наука теперь… – хмуро хмыкнул владетелю Турса, кривя?сь. Но владетель Хатхалле и так вразуме?л, что их родич и в детстве приврать не умел – и доселе тому Пень совсем не умелец. Видно дверь та была необычно крепка, что его – исполина средь Скъервиров – тут повстречала внезапно.
ГОД ПЕРВЫЙ. ПРЯДЬ ПЕРВАЯ …ВЕТЕР ИЗ БЕЗДНЫ Нить 13
Ночь укрыла поросшие чащами склоны хребтов среди взгорий своим покрывалом из тьмы, на чьём пологе яркими искрами вышиты были горящие звёзды. Смоляно?й чернотою померк багряневший закатом Воротный хребет, сливаясь во мгле с непроглядною бездной небес. Замолкали сражённые сном в своих гнёздах и дуплах дневные пернатые птахи, передав право голоса пробуждавшимся ныне во тьме ночным птицам. Шелестели в густых травах склонов свечки и пугающе ухали в чащах недрёмные совы, да в распадках вдали раздавалась тоскливая волчья песнь-вой.
Городище затихло, угашая последние искры свечей в засыпавших чертогах подобно темнеющим углям костра, погружаясь во мрак.
Из мрака лесов, окружавших Аг-Слейбхе, тысячи глаз настороженно и враждебно следили со склонов хребта за долиной. Пальцы рук сжали черены копий, секир и клинков, держали поводья жевавших овёс из навязанных к храпам мешков скакунов, затягивали ремешки и перевязи надеваемой брони. Тихий скрип щедро смазанных колёсным салом осей, потрескивание натягиваемых канатов и гнущихся брусьев говорили о многочисленных хендску?льдрэ, устанавливаемых по ровным местам восходного и южного склонов Глвидд-ог-слейбботха, с которых открывался прямой вид на стены и вежи недалёкой отсюда твердыни ардкатраха. Тысячи конных и пеших воителей собрались в намеченном загодя для укрытия широком распадке на склоне хребта, откуда будучи незамеченными из городища спешно готовились к предстоящему сражению. Десятки лазутчиков с луками и крестовиками перекрыли идущие к ардкатраху большаки и дороги, пресекая пути как для бегства за помощью в соседние укрепи, так и обратно.
Гибель стояла в ту ночь под стенами Аг-Слейбхе. Соединившись с тайно подошедшими западнее Бра?нндуб-мо?р-барр а?рвейрнскими союзниками из помежных и северных кийнов, высланный впереди подступавшего воинства ёрла передовой загон Уннира появился тут на рассвете – и переждав день в безлюдных урочищах, отдохнув от тяжёлого перехода по бездорожью уже готовился к наступу на засыпающий вражеский город.
Рок навис над ардкатрахом Эйрэ.
Вершивший метальщиками подошёл к своему родичу – тому, кто возглавлял Ночных Птиц – тех, кто уже сотню лет вселял страх в сердца всяческих недругов. Тех, кто появлялся с небес.
– Твои люди готовы?
– Да, Сверра.
– А что вырек ваш ветролов?
Вершний Ноттфу?глен бросил взор на вершину распадка, где на макушке высокого ясеня неприметно воссел человек, прислушиваясь к веянию ветра и изредка кидая в воздух лёгкие совиные пёрышки.
– Что скажешь нам, Сигвар? – негромко окликнул его Ллотур Доннарсон.
Тот молча кивнул головой.
– Боги благоприятствуют с ветром, тиу?рр. Тих, но силён, чтобы донести прямиком к городищу за стены – а лучших вознять и до са?мой их укрепи вгору… Самый час!
– Слышишь, Сверра? Хвала богам – можешь выправлять нас сейчас же. Время оседлать ветер.
– Тогда, Ллотур, пусть ведёт вас небесной тропой Всеотец.
Заскрипели тяги хендску?льдрэ, и их длинные плечи стали опускаться к земле. Обслуга ставила на каждом тормозящие клинья и загружала отвесы наполовину, чтобы удар при броске не был слишком уж резким и сильным, а плавным.
Лёгкие крылья из ясеневых стержней и холста легли на метальные плечи снастей. Ноттфуглен по двое усаживались внутрь опоры, взяв с собой по мечу и лук со стрельной сумкой. Там, на другом конце стремительного и скоротечного полёта сквозь тьму снаряжённые жалами древки их крыл станут копьями, подсмоленный холст – плащом или горючим подпальным комком, а деревянная опора-лежак – щитом-наручем – превратившись в оружие спешившихся Ночных Птиц, коим отрезана всякая дорога назад, лишь иначе как небом же – в сияющие Чертоги Клинков.
– Метай! – отдал Сверра приказ.
Скрипнули распрямлявшиеся плечи хендску?льдрэ, и первые из Ноттфуглен исчезли во тьме, где потоки ветров подхватили их крылья и понесли в направлении городища. Следом уже готовились лететь небом подобно парящему ворону прочие, молча застыв у неустанно трудившихся воротов, ожидая своего часа – очутиться в самом сердце вражеской тверди или разбиться в падении, если таковым им падёт дурной жребий. Всех их, несколько сотен обученных редкостному мастерству отважных мужей собрал старый Эрха в эту потайную выправу к ардкатраху Эйрэ.
– Спит змеиное гнездо… – промолвил Уннир Фльоттур, пристально осматривая редкие огни городища. В этот миг в чаще леса насмешливо и волнующее заухал филин, и на душе брата ёрла стало неспокойно от какого-то дурного предчувствия. Но он быстро отогнал его прочь от себя, вновь став спокойным и сосредоточившись на предстоящем сражении.
– Всех Ночных Птиц переправил ты в городище? – спросил Уннир у одного из помощников – низкорослого, но широкоплечего и плотного Сверры Лаггэ из Дейнова дома.
– Да, тиу?рр, – негромко ответил тот, всматриваясь в черноту ночи, – воззри – они уже подают свои вести оттуда.
Во тьме над уснувшим Аг-Слейбхе можно было увидеть еле заметное мерцание огоньков – это менее чем за четверть восьмины высадившиеся в нужных местах Ночные Птицы подавали горящими ветками тайные знаки, взмахивая ими в определённом порядке, известном лишь немногим посвящённым в то знание.
– Вот, первое и второе их Крылья уже у Закатных ворот, ждут нашего удара.
– Хвала Всеотцу! Что ещё?
– Третье и четвёртое Крылья у главной дороги… – Сверра на миг умолк, вычитывая мелькавшие искрами знаки послания, – взяли без лишнего шума старую столпницу у Малого торжища, откуда будут помогать нашим подступающим от ворот. Кажется, они даже нашли себе коней…
– Откуда? – не понимающий знаков Уннир удивился, как такое возможно. Много чего он узрел за выправу, где наущением своей хитрой жены и волей владетельного брата вместо старого Эрхи был призван верши?ть наступом на Аг-Слейбхе – того, чего сам не мог вразуметь. Так, перед подступами к Воротному перевалу к его воинству подоспели ещё два загона их земляков. С ними словно из ниоткуда появились десятки дальнобойных воротов и немалые запасы огнищ к ним, и ещё половину представили верные ёрлу союзники с севера, чей обоз появился тут нынче – и это в тот час, когда его люди с трудом проволокли по вешнему бездорожью расквашенных и размытых в весну большаков лишь несколько орудий, пока шедшие разлитыми в половодья речищами корабли с осадными снастями преодолевали нежданно затянувшийся путь к помежным стерквеггам. Ловко и выверенно вели его воинство по неторным лесным путям сопровождаемые союзными им а?рвейрнскими проводниками ратоводцы из Дейнова рода, умело собирая тысячу за тысячей подходивших следом за передовым загоном воителей, метальные снасти и десятки возов с огнищами, оружием и припасами.
Верно, даже не возглавляя самолично эту потайную выправу в самое сердце земель Эйрэ, старый Эрха не утратил с годами своего великого ратного опыта времён Сторстрид – и теперь руками родни столь же умело управлял его войском и издали.
Сверра потрепал пятернёй долгую, заплетенную для удобства в косу бороду, усмехнувшись.
– Тиу?рр – наши люди давно уже там в городище. Самые первые из них не одной сотней числом под видом а?рвейрнских путников и купцов в обозе ещё с седмину назад проникли туда с оружием в возах и бочках, и загодя подготавливали наш приход – а там их уже дожидались те многие, кто и в час войны верен нашему ёрлу. Кто выведал наилучшие и безлюдные ночью места в городище, куда беспрепятственно проникли с небес люди Ллотура – и кто вместо стражи их встретил там? Кто снабдил их конями и прочим оружием, коего много не взять на тех крылах? Кто скоро займёт и раскроет для нас все ворота в ардкатрах и расчистит пути к самой укрепи? Кто подожжёт вражьи схо?роны и оружейни – дав нам знак тем, где и что расположено?
– Отчего же я, вершний, не знаю всего, что велел предпринять им ваш скригга? – недовольно вскинул бровь разгорячившийся Уннир.
