Взор Дубовой Ручищи вдруг стал суровым, едва ли не презрительно-насмешливым, впившись в глаза сына Дэйгрэ.
– А кто сказал тебе, Тийре, что лишь изобилие предрекают их ши?нью? Разве это не знак от богов – всё, что ты видишь? Оглянись, юноша – твой дом в огне, он пылает. И больше ещё запылает, а может и рухнет сожжённый дотла – если не будет того, кто отринет весь страх и возьмётся тушить, не взирая на страх и усталость. Не изобилие предрекают вождям, кому выпала тяжкая доля – вести свой народ от погибели. Так веди ты, туши это пламя – а я поддержу тебя. Или думаешь, Модрон с тем справится лучше чем ты?
Тийре молчал, словно пытаясь осмыслить услышанное.
Ан-Шор приблизился к последнему сыну Дэйгрэ и положил иссеченную боевыми шрамами тяжёлую ладонь на плечо парня.
– Не время сейчас – но хочу рассказать одно древнее очень сказание… Вряд ли Койнхенн вам с Гвендолен в детстве его перед сном рассказала.
– Какое, почтенный?
– Про змея… какого мы чтим и боимся едино… В чаще леса, где корни уходят сквозь камень горы к сердцевине земли, в глубине есть не знавшая света с создания мира пещера, а в ней исполинский чудовищный змей. Неизвестно, каков он – быть может труслив и тщедушен, а может огромен и дик, и стоглав, и бессмертен? Ты стоишь у пещеры, не решаясь войти – ведь ты не бессмертен и вовсе не столь уж силён. Ты зовёшься отважным, вождём – и нет там иного пути, ведь любого вождя на пути поджидает тот змей. Его имя известно тебе, он как слабость, обида, как страх. Может быть с ним ты встречался и прежде не раз – а быть может в той бездне во мгле вовсе и не тот змей? Может быть от тебя он и вовсе неотличим?
Ты не знаешь, что выбрать – и дан ли тот выбор тебе? Но быть может оставшись на месте ты только усилишь лишь хват его страшных колец, а решившись дать бой разожжёшь тот огонь, что изгонит из сердца всю чернь…
Ан-Шор замолчал, оглянувшись вокруг по набитому людом покою Резного Чертога, следя за главой воинства тверди.
– Жаль, что Домнал и вырезал прежде в сражениях Гилрэйдэ всех и союзников их, но предавших его семью Модронов вдруг пощадил, лишь проредив. Те ухолма поддубами у петель своих на ветвях перед дядей отца твоего пресмыкались – и Пламенеющим клялись, что верными слугами будут для Бейлхэ, и откупились за измену огромными дарами. А сейчас эта свинья из их племени вновь тянет лапу на Высокое Кресло, и лишь твоя смерть ему нужна. Не пощадит он тебя, пусть прежде и называл в глаза безродным нагулёнышем – твоя кровь Бейлхэ, признанная отцом и законная для многих фе?йнагов ему в том мешает. Или ты, зрящий сквозь смерть, мой ученик, прямо так сдашься без боя и руки опустишь? Ну?!
– Ну уж нет, гаэ?йлин… – прошептал сквозь зубы последний сын Дэйгрэ, не сводя внезапно ставшего острым и яростным взора с обличья тучного Онноха.
– Вот теперь не мальчишку я слышу, а потомка Умершего Стоя. Сражайся, не отступай – а я и твои товарищи будем подле. Или поляжем мы все – так уж лучше сегодня со славой в бою, чем завтра от его жирных лап на крючьях и в ямах, или от отравы в утробе. Глазами клянусь, Тийре, он решает уже, как бы тебя из ардкатраха подальше убрать вон – а там и убить поскорее…
– А пусть сперва попытается, выползок… – глухо промолвил сын Дэйгрэ, – конский уд ему будет под зад, а не Высокое Кресло!
– А много ли людей пойдут за тобой прямо сейчас, почтенный, презрев его вышний чин над всеми нами? – спустя несколько мгновений молчания спросил Тийре.
– Все, кто за мной и шли. И много кто здесь есть из фейнагов, кому Модрон как кол в их заду уже долгие годы… У тебя есть кто среди товарищей, на кого ты готов положиться?
– Есть, почтенный! – Тийре окинул чертог быстрым взглядом, находя тех о ком говорил.
– Славно. Силы за Оннохом немалые, так что не дать ему власть в его руки нужно прямо сейчас – иначе он и так уже одну ногу на Высокое Кресло задрал, этот хряк. И нынешний чин ему слишком высок, чтобы эту жирную выродь из Модронов пустить в теперь арвенниды. Смотри-ка, или прямо сюда он идёт? – Ан-Шор насторожился, тем не менее спокойно встречая шагавшего Онноха.
– Славный Ан-Шор – ты самый опытный из наших ратоводцев помимо старого Борны, – обратился к Дубовой Ручище глава воинства тверди, – так пока тот ещё не явился к горе, быть может ты возьмёшь под свою руку войска и перехватишь отступивших дейвонов за перевалом, чтобы те не ушли за подмогой?
Ан-Шор сразу понял, куда клонит лукавый в своей похвальбе ему Оннох.
– Куда нам сейчас гнаться за врагом среди ночи, гаэ?йлин? Смотри что происходит в ардкатрахе! Здесь первее всего требуется привести всё в порядок и пресечь безвластие.
– Да уж верно! Проклятые мохнорылые! – глава воинства тверди брякнул посохом об пол, негодуя, – весь город повергли в огонь и руины!
Он вскользь зацепил взглядом Тийре.
– Да ещё весь род Бейлхэ истреблён до единого! Стране нужен новый арвеннид…
Оннох торопливо озирал Резной Чертог и собиравшихся под его сводами.
– Надо спешно собрать на совет фе?йнагов всех родов, избрать нового арвеннида или военного вождя на час его отсутствия – и немедля!
– Погоди, гаэ?йлин – а о Тийре ты позабыл? – вдруг прямо в лоб спросил старый Ан-Шор, кивнув головой в бок младшего сына владетеля Дэйгрэ.
Глава воинства словно и не расслышал вопроса.
– А кто такой Тийре? – с безразличием ответил вопросом Оннох, нажав на слово «такой».
– Разве он не сын нашего арвеннида Дэйгрэ, почтенный? – Ан-Шор посмотрел прямо в глаза Флаитхъюлли.
– Да какой из него сын владетеля? Или кто зрил его имя в свитках потомства Бе?йлхэ? Мы сейчас остались без вершнего над всеми домами – а Къёхвар этого только и ждёт, проклятый псоглавец – разделить нас на части! Нашим уделамнужен новый, настоящий арвеннид, воитель славного рода – чтобы объединить все семейства и отразить мохнорылых!
– Погоди-ка, гаэ?йлин… так а я по-твоему кто же – безродный подкидыш и свинопас стал теперь уже, значит?! – не удержавшись и позабыв про учтивость вдруг с яростью вспыхнулдоселе молчавший Тийре.
– Да какой из тебя сын Дэйгрэ, мальчишка? – презрительно отпустил каплю яда Оннох, – ты даже в руках себя не можешь держать!
– Нет… – он мигом забыл о нём, отвлекаясь в другую сторону к собиравшимся в покое знатным фе?йнагам из числа главных семейств ардкатраха, – …нужно спешно собрать всех первых людей в Аг-Слейбхе – и пока нет законного арвеннида, выбрать из их числа хорошего воина, чтобы тот возначалил наше воинство для защиты! А потом уже собрание всех домов решит, кого избрать вершним владетелем, пока ёрл не привёз нам сюда того пьяницу Фийну на копьях их воинства.
– Нужно за Родри немедля послать! – тут вмешался глава дома Слеан из южных земель у Речного Истока.
– Где тот Родри? Владетель нам нужен сейчас! – несогласно сказал глава воинства тверди, – и у старшего из наследников Дэйгрэ есть сыновья, достойные занять место деда на Высоком Кресле.
– Так ведь… – заикнулся тут было глава дома Слеан – но Оннох взмахнув правой дланью заставил того замолчать, гневно зыркнув в глаза. Фейнаг Модронов обратился к домоправителю дворца арвеннида, толковавшему что-то с помощником вершнего стражей Гваулом из их дома.
– Достойный Брода?нн, вели привести сюда юного Ко?найрэ, сына старшей из служанок А?йб от скончавшегося Уи?ллуха. Мальчик достаточно взрослый, чтобы стать новым владетелем.
– Сейчас, почтенный! – Броданн учтиво кивнул головой, повернувшись к дверям из Резного Чертога.
В этот миг услышавшая это одна из женщин, омывавшая тряпицей раны лежавших тут изувеченных, вздрогнула, выронив на пол из рук плошку с водой, и с испугом в глазах выбежала в середину чертога к говорившим.
– Нет! – воскликнула она со страхом, бросаясь к стоявшим там фейнагам.
– Почтенный, не тронь моего мальчика, молю тебя! Чем он провинился, что его должны посадить на Высокое Кресло в такой страшный час? – она с мольбой обращалась ко всем собравшимся возле Онноха фе?йнагам домов Эйрэ.
– Опомнись, женщина – твоему сыну выпала великая честь стать новым владетелем! – укоризненно произнёс Флаитхъюлли, пытаясь её образумить. Но встревоженная старшая служанка, не в силах успокоиться от такого сокрушительного известия, металась по Снойтэ-ард-неадд из угла в угол, заглядывая в глаза окружавших её фе?йнагов и знатных мужей ардкатраха. Встретившись взглядом с Тийре она вдруг бросилась к парню.
– Достойный, пощади моего мальчика! Он же племянник тебе – так зачем ему в десять лет эти беды для взрослых? Разве по чести, что он переступит дорогу к Высокому Креслу тебе – собственному дяде? Ты признанный сын Медвежьей Рубахи, чему были свидетелем все вы, достойные! Разве ты, почтенный, не помнишь этого? – обратилась она к внимательно слушавшему её фе?йнагу могущественного дома Габ Конлойху Безусому – хранителю печатей арвеннида и второму человеку в ардкатрахе.
Подле того, опершись на точёный дубовый посох стоял молча внимавший всему старейший из служителей святилища и первый прорицатель велений богов, седой как лунь почтеннейший Ллу?гнамар, чьё священное одеяние из белого теперь стало пепельно-серым и прожжённым углями, залитым кровью павших и раненых. Не проронив ни единого слова вершний дэирви?ддэ пристально наблюдал за всем здесь увиденным, и лицо его оставалось бесстрастным как изваяние Пламенеющего.
– Утихни, женщина! – сурово перебил её Оннох, гулко стукнув посохом по полу Резного Чертога, – по закону наследуют сыновья старшего сына!
– А разве мой мальчик законный?! – громко выкрикнула Айб, ткнув в сторону Модрона вытянутым перстом, – или арвеннид Дэйгрэ когда-то признал своими законными внуками его или всех его братьев, кого зачал от других женщин Уи?ллух? Было ли дело ему, кого в девичьих мнёт его сын, от кого он заделал детей – или не ты ли его поощрял с юности, что все девки дворца в его воле, на кого он положит свой глаз? Я была ему по? сердцу, грела его ложе пока не наскучила – но никогда не назвали меня его законной женой. Или ты в силах призвать Уи?ллуха из того мира, чтобы он это исправил и нам окрутили руки? Зачем мне теперь эта честь, что ты жаждешь забрать моего сына?
Старый Конлойх Хеб-Кро?ймилл из Габ повернулся к Флаитхъюлли, и лицо его исказила неприметная усмешка.
– А ведь женщина верно говорит, почтенный Оннох. Мальчик юн – не в его силах такая тяжёлая ноша, что выпала нынче грядущему арвенниду всех домов Эйрэ. К тому же… – он умолк на мгновение, обернувшись к Дубовой Ручище – встретившись взглядами с ним, – в высоких законах достойная Айб явно сведуща – пусть она и простая служанка – что рождённый ею Ко?найрэ не может быть первее законного сына Медвежьей Рубахи.
– И я тоже свидетель тому, что Тийре был признан родителем как законный сын арвеннида – пусть и не стала его мать супругой владетелюДэйгрэ, – добавил Ан-Шор, ступив на шаг ближе к Конлойху, точно выказывая тому поддержку и одобрение.
– Неужели ты, достойный Ан-Шор, в этом сопляке видишь арвеннида всех домов арвейрнов? – криво улыбнулся Оннох, поигрывая пальцами на звеньях толстой нашейной цепи с молотом Пламенеющего.
– Почтенный Оннох! А с каких это пор ты уже стал вершним в ардкатрахе, чтобы самолично выбирать нам владетеля? – внезапно с суровостью возразил Ан-Шор, – да – Тийре рождён матерью не высокого рода – но он признанный отцовскою волей сын Дэйгрэ, прямая кровь вождей арвейрнов от самого Врагобойца.И за ним право возглавить и кийн, и уделы. Как говорится – не всякое благородное рождение было записано в свитках, зато всякая гнусность и без свитков хорошо людьми помнится…
Поражённый столь дерзкими словами глава воинства тверди от удивления едва раскрыл рот, как Ан-Шор с презрительной усмешкой добавил – как мечом рубанул:
– Или ты, жирный выскочка, в час безвластия сам решил стать владетелем Эйрэ, пока прах Медвежьей Рубахи ещё и в святилище не погребли?
Все собравшиеся в чертоге ахнули, услышав, как первый лу?айд-лохрэ дерзко назвал самого главу воинства тверди.
Оннох побагровел с лица.
– Иты его прочишь нам в арвенниды, старый дурак? Его мать-потаскуха не приходилась законной женою Медвежьей Рубахе – и одни духи подземные знают, чьего ещё семени был этот мальчишка, от какого слуги или стражника? Хорош у нас будет правитель, вы только представьте! – обратился он к людям, – не обученный десятник в конском навозе, неотёсанный и не ведающий как быть арвеннидом, горячий и безрассудный, не чтущий старших…
Оннох на миг смолк – будто утомившись перечислением всех недостатковмладшего сына Дэйгрэ – и обернулся взором по покою словно в поисках кого-то.
– И вдобавок – доселеводящий дружбу с дейвонскими отродьями! – добавил он громко, дабы его слова услыхали все собравшиеся в Резном Чертоге.
Глава воинства не назвал в этот миг ничьего имени, и даже не указал на стоявшего неподалёку от Тийре Аррэйнэ из Килэйд – но его косой взор был красноречивее слов.
– О каких тут дейвонах ты говоришь, почтенный? – недоумевая,вопросил его фе?йнаг Габ и хранитель печатей при арвенниде, и нахмурившись воззрил на того, на кого указывал косой взгляд главы дома Модрон.
Сын Ллура и Коммоха как оцепенелый замер на месте, услышав, как прилюдно назвал его Оннох – но смолчал, судорожно сжав кулаками рукояти мечей в ножнах на поясе.
– Ах ты хряк! Да наш Лев будет вдесятеро больший а?рвейрн чем ты! – вдруг вместо молчавшего Аррэйнэ негодующе крикнул в ответ один из людей его десятка Уи?ллух Лесной из семейства Голэйдэ, потрясая вскинутым над головой окровавленным клайомхом.
– Верно! Верно говоришь! – загомонил весь его прежний седьмой даламлаох и примкнувшие к ним воители, собравшиеся здесь следом за их новым вершним.
– Эй, люди – слыхали вы все – нашего храброго Льва прилюдно поносят! Да что же это творится такое?! – загорланил долговязый Бедах, громко застучав древком копья об пол.
– Чего он там тявкает, этот выползок?!
– Пусть сам заткнётся, жирный дурак!
– Утихни, выползок – не то твой язык что гадов поузим в длину надвое! – раздалось из их толпы чья-то совсем уже дерзкая угроза.
– А ну уймитесь! Вышли все прочь из чертога, горлопаны! – перекрикивая их грохнул об пол посохом озлобленный позорящими присловьями Оннох, – тут вам не стойло, а дворец арвеннидов! Не время теперь дерзить и ломать попусту копья между собой! Сначала нужно укрепить городище, подтягивать в кадарнле свежие силы и тушить пожары… – он назидательно поднял вверх палец.
– И не забыть принести богам обильный дар, чтобы те снова сберегли нас от ярости мохнорылых! Как старый Кохта в час перед падением тверди отцов не пожалел самых лучших отдать им – так и нам на то в жертву ничего не жалеть нужно, чтобы милость их получить! Верно я говорю, почтеннейший? – обратился он к вершнему дэирви?ддэ. Однако тот так и остался безмолвным, лишь пристально наблюдая за всем происходящим в чертоге и опёршись обеими ладонями на посох.
– Старый дурак ты! – взъярился доселе молчавший в споре фе?йнагов Тийре, вскинув ввысь окровавленный кулак, – да лучших из нас ты уже и принёс огнём в жертву богам, как не внял вестям Льва о дейвонах – и вот и отец мой, и братья, и едва ли не все Бейлхэ живьём словно в жертвенной клети в одночасье сгорели! Уж не меня ли со Львом ты следом спровадить к богам теперь хочешь?!
– Да что ты несёшь?! Ты на кого своё жвало раскрыл тут, сопляк?! – возмутился помощник вершнего стражей Гваул, выскакивая наперёд, – да кто ты такой тут, безродный умёт?! А ну прочь выметайся отсюда, щенок!
– Что ты тут мелешь, мальчишка?! – вслед за угодливым родичем вспыхнул фе?йнаг Модронов, негодуя, – как ты смеешь меня обвинять?
– Смею – что дурак ты похуже изменника! И не кличь моего товарища отродьем… – понизив голос медленно произнёс Тийре, не сводя с Онноха взора, – не Аррэйнэ ли сам предупреждал тебя ещё вчерашним полуднем, что дейвоны уже рядом с горой? Или не твоя есть вина в этом бедствии, что ты не внял новостям о враге?
– Верно! Верно! – раздалось множеством голосов его людей.
– Так и есть! Говорил же он Модрону!
– А ты что сделал? Выслал туда войско, укрепил дозоры? Если бы ты нас послушал, быть может и арвеннид ещё был бы жив! – вслед за ними громко добавил озлившийся Тийре – чувствуя, что их люди поддерживают его, и прежде уверенный в своих силах Оннох заколебался, видя всё это.
– А ну стихли! Что за блажь ты толкуешь?! – возмущённо огрызнулся на эти слова глава воинства тверди, – да что там твердил этот мальчишка? Что враг не меньше чем в дне пути от горы! А дейвоны тем часом уже подходили тайком к самым стенам! Если бы я его послушал и отправил туда наши силы за Черновранью – чем бы мы защитили ардкатрах? Разве что копьями Пламенеющего с небес?! И ты ещё мне говоришь, что этот дейвонский выкормыш наш человек?
– Что ты на самом деле делал в плену, дейвон? – он вдруг обратился к самому Аррэйнэ, прилюдно указывая на него рукой, – пусть скажет в лицо нам! Уж не сговорился ли ты со своими, чтобы они беспрепятственно дали тебе сбежать и поднести для нас эти ложные вести?
Аррэйнэ так и молчал, стиснув зубы. Удар был низкий – ведь даже среди боевых товарищей в кадарнле не все знали про дейвонскую кровь в его жилах – и со слов главы воинства тверди любой теперь мог бы измыслить подобное и поверить лживым насквозь словам Модрона.
– Вот видите – и сказать мохнорылому нечего! – торжествующе заметил Оннох, вновь показывая на него пальцем, – думаешь, если нет у тебя бороды, так мы обязаны слепо поверить, будто ты один из детей Пламенеющего? Что, нечего молвить? Или ты и хотел, чтобы мы тебе поверили на слово и отвели воинство от горы – а твои смогли бы взять её без усилий?! Такой был ваш замысел?
Пока в чертоге застыла прерываемая лишь дыханием людей и переминанием ног тишина, и Оннох со своими людьми взирал прямо в лицо Аррэйнэ, требуя немедленного ответа на обвинение, стоявший подле Ан-Шо?ра Тийре кратко шепнул толкавшемуся подле него Бедаху:
– Всех наших к чертогу сюда, живо…
– Я с малых лет вырос в Эйрэ меж арвейрнов – и никто ещё меня чужаком или предателем не называл… – наконец медленно произнёс Аррэйнэ, глядя в упор на налившееся кровью надменное и озлобленное лицо Онноха.
– Мы все лили кровь в эту ночь, положили насмерть столько славных мужей… а где всё время был ты, жирный дурак?! – в голосе парня вдруг послышалась вскипевшая словно вар злоба, – когда дейвоны вступали в Аг-Слейбхе – почему не возглавил сам войско, весь свой кийн не поднял с оружием как и должен?! Прятал зад за забором в чертоге? А теперь по чужой победе явился сюда – и в ратоводцы рядишься как будто ты сам…
– А ну заткнись, щенок безродный!!! – заревел Оннох, багровея с лица, – да как ты смеешь попрекать главу всего воинства тверди, ты – чужое отродье?! Я ставлен на это место самим арвеннидом, и теперь тут вершу все дела!
Он бросил гневный взор на собиравшуюся толпу.
– Кто вам дал право тут ве?ршить, мальчишки – кто вы такие?! Что вы во власти все смыслите, чтобы решать что тут дурно и добро? Ратная чернь, ваше место в конюшне! Возомнили себя победителями, будто вам тут никто не указ уже? Законный порядок вздумали рушить?!
– Это всё ты, старый глупец! – он резко указал вытянутым точно нож пальцем на Ан-Шора, – подстрекаешь их! Решил, что твой любимчик – этот нагулёныш старого Дэйгрэ – так вот и сможет стать арвеннидом? Хорош же он будет зваться – Тийре Безродный! – взор его упёрся в лицо побелевшего от ярости сына Медвежьей Рубахи, – вы ещё посадите владетелем бабу над нами – вот будет смех, хуже этого выщенка!
Тут внезапно сквозь боль взвилась на ноги старая Ронвенн, опираясь здоровой рукою на внучек и шагнув к главе воинства тверди – и хлёстко ударила звонкой пощёчиной что было сил по лицу того.
– Помолчи-ка, отродье свиньи! Как смеешь меня попрекать, раз родилась на свет я без уда? Пока ты сопляком у служанок мял сиськи, я не только супругу рожала детей – но и в час как сражался он в войске у Домнала, стерегла все уделы его от врага и разбоя, сама ратных вела за собой и расширила трижды угодья для Гована! Не тебе говорить тут про жён, недоносок из чрева! А ну стихни, выблю?док!
Рявкнув, седая вдова Та?ннлид-а?-лама резко вскинула руку, указав на застывшего Тийре.
– И не тебе одному избирать нам вождя над домами, Модрон! Верно Конлойх изрёк – есть у Бейлхэ достойный наследник отца, сын владетеля Дэйгрэ! И ему должно быть во главе!
– Хватит пыль сотрясать языком, старая дура из Кромдех! Уиллуха дети идут по закону – так я сказал! – разъярился как жар Фла?итхъю?лли, обращаясь ко всем тут собравшимся, – кого жаждете взнять во главе – потаскухи щенка, кто проклятие мрущего дома владетелей перед Тремя лишь трёхкрат приумножит и род пресечёт?!
– А с тобой, выползок, мы ещё разберёмся, как ты привёл к нам сюда мохнорылых! – палец главы воинства тверди резко метнулся в сторону Аррэйнэ, –в цепи под землю его, в самую глубокую яму!
