Я попыталась выкинуть из головы непрошенные воспоминания о той ночи, когда бутылка шампанского на голодный желудок (а не ела я тогда целый день) сделала свое дело. Да, я отметила официальный развод в постели с не самым, прямо скажем, лучшим представителем мужского рода. Но сделала это так незабываемо и феерично, что после этого события полностью пересмотрела свое отношение ко многим аспектам взрослой, свободной и самостоятельной жизни.
Роман наш, к счастью, получился скоротечным. Мы провстречались несколько месяцев, и депутат Коржинский вскоре показал свое истинное лицо: из юморного, слегка властного, но очень щедрого и заботливого «папочки» Эдик превратился в наглого и требовательного собственника. Я побаивалась расставаться по своей инициативе с таким важным и мстительным человеком, но меня спас глупый и абсолютно дурацкий поступок, совершенный на пьяную голову. Во время одной из последних жарких встреч я зачем-то положила в карман его пиджака пикантную кружевную деталь своего гардероба, которую впоследствии обнаружила его молодая жена. Конфликт с ней не входил в планы Эдика, и я, воспользовавшись удобным моментом, «согласилась» на расставание. Коржинский не только сам меня бросил, но еще и крайне щедро извинился за этот разрыв.
Отмахнувшись от ярких воспоминаний и оставив машину на подземной парковке торгового центра, я вошла в лифт. Лицо депутата Коржинского напомнило мне о случавшихся у нас время от времени содержательных беседах на тему ведения бизнеса, анализа стратегий конкурентов и различных бухгалтерских хитростей, облегчающих работу предпринимателя. В отличие от моего бывшего супруга, щедро раскидывающегося бесполезными советами, Эдик действительно знал, о чем говорит, и польза от этих разговоров была ощутимой. Поэтому, добравшись до офиса, я набросилась на дела, словно голодная кошка на кусок мягкой и свежей форели. Работа увлекла меня: звонки, имейлы, проверка и выставление счетов, заказ цветов и бронирование ресторанов.
В бюро сегодня я снова была одна: стажерка Марина, которая пришла к нам для прохождения преддипломной практики и осталась на время учебы на небольшой подработке, сегодня отпросилась из-за важного свидания, а Женя так и не смогла вырваться из лап гриппующего Славы. Ее больной супруг требовал постоянной, почти круглосуточной заботы и желал непременно свежего куриного супчика на обед и нежных паровых котлет из индейки на ужин.
Я позвонила Парфеновой во время короткой обеденной паузы, но ничего нового не узнала. Ее голос был бесцветным и уставшим, как будто грипп был у нее, а не у Вячеслава. Выслушав страдания подруги по телефону, я выдохнула с облегчением. Как же хорошо быть свободной!
Всю вторую половину дня я работала над сценарием к юбилею Сироткина, затем созвонилась со всеми, кто будет участвовать в детском празднике близнецов Капустиных, посмотрела на часы и удивилась тому, как быстро пролетело время.
Закрыв двери, я направилась по красиво подсвеченному длинному коридору в сторону лифта. С расположением офиса нам с Женькой поистине повезло. Мы довольно долго искали это место, и оно, несмотря на высокую стоимость аренды, полностью нас устраивало. Архитекторы «Фэмили Плаза» крайне удачно совместили торгово-развлекательную и офисную части в едином коммерческом пространстве. Возможность наблюдать сверху за бурлящей жизнью торгового центра сквозь панорамные окна и наслаждаться красивыми декорациями, которые меняли в зависимости от сезона и предстоящих праздников, радовала меня каждый день.
Один из соседних с нами офисов принадлежал глянцевому журналу Chiс Times, и у меня частенько складывалось впечатление, будто они работают круглосуточно. Вот и сейчас: я уже планировала, как буду проводить свой вечер, а у них, вероятно, был очередной дедлайн перед сдачей номера в печать. Дверь была приоткрыта, и оттуда доносился многоголосый гул.
Вика, главный редактор издания (по совместительству возглавляющая еще и отдел моды), с которой мы дружили и часто ходили обедать в «Чайную», выглянула в холл. Увидев меня, она быстро поздоровалась и попросила зайти на минутку.
– Маша, помоги выбрать снимок на разворот. Мы тут всей командой уже голову сломали. Сроки поджимают. Мнения разделились ровно пополам. Первый раз такое.
Я не особо хотела помогать сейчас Бариновой: в голове соблазнительно крутились мысли о вкусном ужине и пенной ванне. Да и усталость от скучного, хоть и продуктивного дня давала о себе знать. Приятельница заметила мои сомнения:
– Заодно увидишь того самого Лешу! Что скажешь?
Я заинтригованно кивнула. С недавних пор Алексей Бородин был у нас с Викой главной темой для разговоров. Он пришел в глянцевое издание месяц назад и незамедлительно влюбил в себя всю женскую часть Chiс Times. Красивый, высокий, скромный тридцатилетний брюнет с огромными зелеными глазами и длинными ресницами. Он был крайне обаятельным журналистом, поэтому все местные знаменитости женского пола охотно давали ему интервью и кокетливо делились секретами. Леша обладал магической способностью расположить к себе любую. Это если верить рассказам Вики. Сама я с ним еще ни разу не пересекалась.
Баринова сохла по нему с самого первого рабочего дня и терзала себя и своих подруг бесконечными переживаниями по этому поводу. Из Викиных историй, к слову, было совсем неясно, как реагирует на откровенные намеки зеленоглазый объект ее вожделений.
– Пошли, покажешь вашего принца, – ухмыльнулась я и зачем-то стащила с головы резинку, освободив из тугого пучка свои темные длинные слегка волнистые пряди. Вика недобро покосилась на мою новую прическу, но ничего не сказала.
В редакции было душно: слишком много народа столпилось в одном кабинете. Слышался гул голосов, споры и чей-то слегка истеричный смех. На огромном столе лежали две фотографии, но я едва посмотрела на них. Мой взгляд приковал парень, стоящий чуть в стороне. Вика была права. Таких красавчиков я давно не видела: идеальные пропорции лица, четко очерченные брови, притягательный взгляд. Казалось, что его лицо и фигура были высечены очень талантливым скульптором. Даже в самой его позе было что-то от древнегреческого бога.
Журналист повернулся в нашу сторону и долгим взглядом посмотрел прямо в глаза. Голова закружилась. Я вдруг поняла, что забыла, как дышать. Щеки налились румянцем, и я почувствовала себя дико неловко. Вика несильно хлопнула меня по плечу. От нее не укрылось мое замешательство.
За все свои двадцать восемь лет я ни разу так сильно не хотела провалиться сквозь пол от смущения. И это при том, что в моей жизни было полно нелепых, странных и неловких ситуаций, из которых при желании можно было бы составить целый сборник рассказов и назвать его «Сгорая от стыда».
– Ну, что ты скажешь? – полюбопытствовала Вика. – Какую фотографию выбрать?
В ее глазах уже плескалось сожаление о том, что она меня позвала. Еще бы. У Леши появилась новая почитательница. Конкурентка. Я наклонила голову и позволила темным локонам спрятать пылающие щеки.
– Господи, как же здесь жарко, – невпопад ответила я.
– Это точно, – ничуть не уловив моей иронии, подхватила Вика. – Надо завтра вызвать мастера по кондиционерам. Работать в такой духоте вообще невозможно!
Я попыталась сконцентрироваться, чтобы внимательно рассмотреть снимки, лежавшие на широком столе, но учащенный пульс отчетливо стучал где-то в ушах и отвлекал от поставленной задачи. Вот уж не думала, что случайная встреча с таким раскрасавцем может выбить меня из седла.
Сосредоточиться мне также помешала одна моя совершенно дурацкая и порой невыносимая особенность: попадая в какую-то неловкую ситуацию, я могла вслух или про себя (что к счастью, случалось чаще) начать читать стихи из недр памяти. Не знаю, сколько поэтических томов волшебным образом оказалось в моей голове, но вот сейчас из меня шепотом полилось:
Мне радостно и больно,
Вдали идет гроза.
Я полюбил невольно
Зеленые глаза. 2
Процитировав известные строки, я наконец-то начала рассматривать фотографии. Снимки не сильно отличались друг от друга. Оба представленных варианта были достаточно хороши и полностью соответствовали стандартам глянцевого издания. Каждый месяц журнальный разворот посвящался известной, а иногда просто богатой персоне нашего города. Герой или героиня были сняты либо в рабочей обстановке, либо в красивом общественном пространстве, либо в своем загородном доме. Насколько я знала из обрывистых фраз Вики, это была очень денежная для журнала история. Оказаться просто так на этом развороте было почти невозможно. К счастью для Chiс Times, самовлюбленных персонажей, жаждущих известности и обожания, готовых щедро платить за свое фото в журнале, в нашем городе хватит еще не на один год работы издания.
Народ вокруг стола слегка расступился, и я смогла рассмотреть картинки в деталях. На каждой фотографии было по пять человек: на первом снимке они стояли на фоне идеального сада, а на втором семейство расположилось на огромном диване в вычурной гостиной. Я сразу же узнала в центре фотографии странную дамочку с голубым маникюром. Красавчик Леша тут же вылетел из головы: природное любопытство взяло верх.
– Вика, а это кто? – я тыкнула пальцем в свою странную недавнюю посетительницу.
– Ты не знаешь? – удивилась моя подруга. – Это же Хмельницкая. Обычная женщина, которая внезапно и совершенно незапланированно унаследовала миллионы американских рублей от своего старенького папаши. Затем удачно вложила их в медицинский стартап по производству бионических протезов и обеспечила себя и всю свою семью на несколько поколений вперед.
– Бывают же такие совпадения, – удивилась я. – Буквально на днях она приходила ко мне в офис, и между нами случилось абсолютное взаимонепонимание. Если кратко, я отказалась устраивать для нее странную вечеринку. Может, конечно, и зря…
– Ты все правильно сделала, – Вика наклонилась ко мне поближе и очень тихо продолжила. – Денег у нее действительно куры не клюют, но она сумасшедшая. У Хмельницкой что-то вроде раздвоения личности: она может сегодня тебе подарить нечто дорогое, а через несколько дней обвинить тебя в краже этой вещи. В общем, мы сейчас почему так мучаемся с выбором снимка? Она сначала утвердила первый вариант, а на следующий день до хрипоты со мной спорила, что ей по душе пришлась вторая фотография, и это я все перепутала, а не она.
Поглощенная этой историей, я и не заметила, что Бородин подошел к нам вплотную. Пришлось срочно прятать вновь вспыхнувшие щеки за волнистыми прядями. В фильмах очень хорошо умеют изображать ситуации, подобные этой. Замедленная съемка, выразительные переглядывания, детально снятая мимика…
«Не обращать на него внимания. Не обращать!» – панически закричал внутренний голос.
Но как было это сделать? Алексей Бородин находился в непосредственной близости от меня, и одновременно с этим он был живым воплощением самых сокровенных девичьих фантазий. О таких парнях, как он, даже просто помечтать не каждая осмелится. А что делать, если столь прекрасное создание находится буквально на расстоянии вытянутой руки? Этого я не знала.
– Привет! Пришла нам на помощь? Или устраиваешься на работу? – дружелюбно поинтересовался Леша совершенно чарующим голосом.
Я не сразу поняла, что он обращается ко мне. Похоже, этот Алексей тот еще сердцеед. Его приятный, будто бархатный голос, магическая улыбка, заинтересованный взгляд зеленых глаз сражали сразу и наповал. А парфюм, которым он благоухал, напоминал приманку для беззащитных девушек, радостно бегущих в его ловко расставленные сети. Ох, кажется, я начала понимать Вику…
– Нет-нет. Мария Меркулова. Event-агентство Let’s Party, – представилась я и, согласно светскому этикету, первая протянула руку, стараясь не показывать свое явное смущение. – Это соседний с вами офис. Может, видел нашу вывеску? Свадьбы, детские шоу-программы, круглые столы, бизнес завтраки и все в таком духе.
– Ух ты! Должно быть, это интересно. Расскажешь? – искренне оживился Алексей.
– Конечно, но это не так интересно, как выбирать из двух почти одинаковых фотографий, – смущенно улыбнулась я.
Я попыталась разрулить неловкую для себя ситуацию и пошутить, но природное обаяние сегодня меня подвело. Вышло как-то неудачно. Я переключила внимание с разговора на групповые портреты.
– Вот этот, – я уверенно указала пальцем на снимок с внезапно разбогатевшим семейством, собранным вокруг безразмерного бархатного монстра в центре пышной гостиной.
Вика озадаченно посмотрела еще раз на фотографии и на полном серьезе согласилась с моим мнением. Алексей что-то ей ответил, и работа в редакции закипела полным ходом. Процесс подготовки макета страницы сдвинулся с мертвой точки. Бородин раздавал подробные указания. В этот момент женская часть офиса замирала и с придыханием ловила каждое его слово.
Я незаметно выбралась из этого гудящего роя в тихий холл и смогла наконец-то вдохнуть глоток свежего воздуха. Удивительно, что, работая буквально на одном этаже, мы до сих пор с ним ни разу не пересекались. Не то чтобы я знала в лицо всю без исключений редакцию и уж тем более всех, кто работает в соседних офисах, но наиболее ярких и приметных людей я все же могла бы назвать по именам. А Леша был, безусловно, очень приметным молодым человеком.
После неожиданного знакомства с Бородиным и своего крайне неловкого поведения, я чувствовала себя слегка обескураженно. Продвигаясь к машине на парковке, я размышляла.
«Ну и что это сейчас было, Маша?» – неподдельно возмутился внутренний голос.
От случайной встречи в редакции у меня внутри будто загорелась лампочка: было в этом парне что-то завораживающее и притягательное, что заставляло о нем думать и думать… Я не могла сейчас сказать, что меня в нем так привлекло: та самая неподконтрольная разуму химия, которая делает из меня совершенно легкомысленную персону и из-за которой я вечно оказываюсь в каких-то идиотских и запутанных ситуациях, или же я банально потеряла голову от столь редкой физической красоты.
«Да нет же, глупость какая-то. Симпатичных кавалеров в моей личной жизни было предостаточно, – напомнила я себе. – Конечно, может и не таких сногсшибательных, но тоже красавцев».
По правде говоря, я вообще не знаю, что надо было бы сделать мужчине, чтобы я покраснела от смущения. В вопросах отношений с противоположным полом я была и смела, и раскованна. Но журналист ведь и не делал ничего. Просто посмотрел.
Я снова собрала волосы в высокий хвост и выехала с подземной парковки в сторону круглосуточного супермаркета. Местные повара готовили прекрасные салаты, а вечером на них была еще и скидка. В желудке громко заурчало. Я уже представила, как через двадцать минут я в обнимку с бокалом минералки и тарелкой вкусного «Цезаря» буду смотреть новый выпуск на канале любимого видеоблогера, как зазвонил телефон.
Вздохнув, я нажала на кнопку «Ответить», хотя разговаривать совсем не было сил.
– Привет. Как прошел рабочий день? – безжизненным голосом спросила грустная Женя.
– На сегодня выдыхаем, все основные проекты доведены до ума. Уже еду домой. Только в магазин еще заскочу, а то дома меня ждет лишь пустой холодильник, – перестраиваясь в соседний ряд и зевая от усталости, озвучивала я свои простые планы на этот вечер. – Ты там вообще жива? Голос у тебя такой, будто ты не по дому сегодня хозяйничала, а грузчиком в порту подрабатывала.
– Неважно что-то себя чувствую. Слабость дикая и спать все время хочу. Может, от Славки заразилась, хотя температуры нет. Завтра приду, не переживай.
– Выздоравливай. Обнимаю. Я уже к магазину подъехала, так что отключаюсь.
Я зашла в супермаркет. Охранник клевал носом. Молодая девушка-кассир со скучающим видом листала ленту с короткими видеороликами. Клиентов в этот поздний час в магазине почти не было. Продвигаясь к отделу с салатами и готовой едой, я размышляла о своем новом знакомом и Вике, которая раньше меня положила на него глаз. Идей о том, как быть дальше в этой ситуации, у меня пока не было. Выкладывая упакованные салаты и бутылку минералки на ленту, я решила все сложные решения оставить на утро.
Глава 3
Я проспала. Выключила будильник и даже не удосужилась переставить его на более позднее время. И если первую половину ночи я ворочалась в постели и никак не могла заснуть, думая о Бариновой, ее душевных страданиях по прекрасному принцу из редакции и своих сильных впечатлениях от знакомства с ним. То всю вторую половину времени, отведенного на отдых, мне снились столь сладкие и волшебные сны с Бородиным, что я вообще не хотела просыпаться.
Когда я все-таки продрала заспанные глаза, часы показывали десять утра. Я опустила голову на подушку и сделала глубокий вдох. Утро началось черт знает как. Насколько прекрасными были сновидения, настолько неприятным показалось позднее пробуждение. Я должна была быть в офисе еще час назад. Безусловно, прелесть собственного бизнеса и есть в том, чтобы иногда опаздывать и не писать за это объяснительную разъяренному начальнику. Но сегодня эта мысль меня не сильно успокоила. Сделав несколько неудачных попыток дозвониться Марине, я набрала номер Жени. Она была зла.
– Семенова до сих пор не появилась в офисе, – услышала я нотки раздражения в ее голосе. – Видимо, свидание у нее вчера удалось. Она такая безответственная! А ты где пропадаешь? Я тебе уже час пытаюсь дозвониться!
Перед сном я часто выключала звук на телефоне, и подруга это отлично знала.
– Проспала, – честно призналась я. – Буду где-то через…
Ах да! Этой ночью я вспомнила, как Баринова жаловалась на корпоративные правила издательского дома, куда входит Chic Times, запрещающие романы между работниками. Юридической силы эти запреты не имели, но проблем в случае нарушения могли создать очень много. Учитывая положение, в котором оказалась Вика, я решила попробовать познакомиться с журналистом поближе: ведь на меня эти запреты не распространялись.
И вообще, вдруг сегодняшние жаркие сны были вещими? Хотелось бы проверить это на практике. Поэтому, чтобы привлечь внимание Алексея, мне необходимо потратить на свой внешний вид чуть больше времени, чем обычно.
– Часа полтора, – закончила я предложение и сладко зевнула.
– Ты шутишь? – гневно уточнила Женька. – У меня не получается зайти в эту дурацкую программу с электронными досками! Она выдает какую-то странную ошибку. Сироткина в офис уже три раза позвонила! Ты с ней согласовала торт, а сегодня она передумала! Катастрофа, а не женщина! И Капустины требуют смету, а я даже не знаю, что именно ты им наобещала!
Я вздохнула и выбралась из постели. Свежие простыни пахли лавандой, подушки призывно звали назад в свои уютные объятия.
– Тебя вчера вообще весь день не было, Жень. А я опоздаю всего на несколько часов. Разрули, пожалуйста, как-нибудь. Сымпровизируй, в конце концов.
– У меня муж вчера болел, ты можешь это понять? – в ее голосе слышалось неподдельное отчаяние. – Я не проспала, как некоторые! И вообще, если хочешь знать, то я почти не сомкнула глаз ни вчера ночью, ни сегодня!
– Нет, я не хочу знать, – жестко ответила я. – Тебя не было несколько дней, и я все тянула на себе. А сегодня я приду в офис позже. Так уж получилось. Извини.
Швырнув трубкой в подушку, я отправилась в душ. Во мне взыграли гнев и упрямство, и я твердо решила никуда не спешить. Я долго и тщательно сушила волосы, а потом также неторопливо выпрямляла длинные пряди. Затем воспользовалась всеми многоступенчатыми уходовыми средствами, не пропустив при этом ни одну, даже самую бесполезную баночку.
Надев счастливый комплект кружевного белья, я покрутилась перед зеркалом и осталась весьма довольна своим отражением. Разговор с Женей оставил неприятное эмоциональное послевкусие, но сейчас мои мысли были заняты размышлениями совсем не об этом. Вчера в редакции я оказалась в совершенно непривычной для меня ситуации. И, продолжая свои сборы на работу, я анализировала этот досадный эпизод.
«Интересно, как давно я не ходила на свидания? Может, навыки флирта и кокетства безнадежно пропадают, если ими не пользоваться больше месяца? Кажется, примерно столько времени прошло с последней романтической встречи», – призадумалась я, листая сообщения, чтобы освежить в памяти даты.
После весьма неудачного брака и последующего за ним вполне удачного расставания с депутатом во мне произошли кардинальные изменения. Эдик показал мне соблазнительный мир чувственных удовольствий, с которым до него, как оказалось, я была знакома лишь поверхностно. За два месяца наших отношений я узнала о себе и своем теле столько нового, буквально получила высшее образование в этой области. Приобретенные навыки настоятельно требовали постоянного практического применения. Поэтому после разрыва с Коржинским я пустилась во все тяжкие.
Последним в веренице моих кавалеров был адвокат, найденный в известном приложении для знакомств. Наше первое свидание прошло вполне успешно: мы поужинали в приличном месте, после немного прогулялись и отправились ко мне. Гость уехал сам в три часа ночи, и поскольку все прошло неплохо, когда он предложил снова увидеться, я решила согласиться еще на одну встречу. Но уже во второй раз юрист произвел странное впечатление. И тут бы мне вспомнить про собственное правило не встречаться с кем-то больше, чем на одну ночь… Про третье рандеву даже думать не хочется: оно оказалось настолько неудачным, что надолго отбило у меня желание заглядывать во все существующие дейтинг-сервисы. Потом навалилось много работы – и вуаля! Я покраснела от одного лишь мужского взгляда. Это совсем никуда не годится!
Детально изучив содержимое гардеробной, я остановила выбор на счастливых кожаных леггинсах оттенка темного шоколада, которые купила год назад. Я уже много раз убеждалась в их эффективности: они странным образом удлиняли ноги, а моя пятая точка казалась в них идеальной. Хоть прямо сейчас на обложку журнала. Кремовая полупрозрачная блуза из воздушного тюля в бархатный горох идеально подчеркнула грудь, а длинное кашемировое пальто добавило образу необходимой элегантности. Бежевые ботильоны на шпильках, уже год не выходившие в свет, наконец-то получили возможность прогуляться. На мейкап я потратила еще полчаса: безупречный нюдовый макияж подчеркнул золотисто-карие глаза и ямочки на щеках. Последним штрихом к образу стал выбор парфюма.
Я долго перебирала флаконы, пока не нашла подходящий под настроение аромат. Изысканное сочетание спелой малины, миндальной пудры и нежнейшей благородной замши. Красиво, женственно, элегантно. Несколько пшиков на волосы и шею. Еще один, контрольный, в зону декольте. Чтоб наверняка.
Я осталась довольна проделанной работой. Конечно, я хороша и без всей этой мишуры, но навряд ли сердцееда Алексея можно удивить очарованием естественной красоты. А удивить его еще как хотелось!
Хоть утро и не задалось, день обещал быть удачным: дорога до работы была почти свободной, светофоры жизнерадостно подмигивали зеленым светом, да и собственное отражение в зеркале радовало. Единственное, что немного омрачало столь бодрое настроение – утренний разговор с Женькой. Последние несколько недель моя подруга вела себя несколько странно. Я чувствовала, что между нами нарисовалась невидимая пропасть и появилось недопонимание. Вести совместный «праздничный» бизнес в таком настроении было тяжело.
Заезжая на подземную парковку торгового центра, я подмигнула экс-любовнику, фото которого еще вчера чуть не вышибло меня из седла. Сегодня я посмотрела на билборд с юмором и позитивом. Даже промурлыкала себе под нос любимого Маяковского:
Страсти крут обрыв –
будьте добры,
отойдите.
Отойдите,
будьте добры. 3
Я рассуждала так: если мне повезло очаровать такого влиятельного персонажа, как Эдик, то уж с журналистом из местного глянца я наверняка справлюсь. Я взглянула на экран телефона и почти присвистнула. Давненько я так не опаздывала! Что ж, сначала работа, а потом уже все остальное.
В офисе была только Женя. На мое приветствие она демонстративно промолчала, сделав обиженное лицо и уткнувшись носом в огромный бумажный планер. Я тоже не стала распинаться и, закинув пальто на вешалку, села за ноутбук. Гнетущая тишина раздражала неимоверно, как будто у нас в агентстве организовывали не праздники, а похороны. Очень не хватало кого-то третьего, кто мог бы слегка разрядить обстановку и пошутить. Но Семенова так и не появилась.
– Так и будешь молчать? – не выдержала я.
– Ты можешь показать мне смету Капустиных? Они звонили уже два раза сегодня, – вопросом на вопрос отозвалась Женя.
Я вздохнула, понимая, что нормального разговора сейчас не получится, и отправила на печать подготовленные документы. Пока принтер выдавал одну за другой странички с договором и расчетом стоимости услуг, я поинтересовалась:
– А что с тортом для Сироткина? Почему его жена передумала? Что в итоге решили?
– Выяснилось, что ее муж резко разлюбил медовики, хотя раньше ел только их. В общем, остановились на муссовом варианте «Три шоколада». Я позвонила Толе в кондитерскую, и он переписал заказ. Ругался, конечно. Ну, это как обычно. Не припомню его в хорошем расположении духа. Завтра все должно быть готово. Надо только с доставкой решить. Сами привезем или курьером отправим?
Я открыла ежедневник. До юбилея маленьких близнецов Капустиных оставалась неделя. Это был второй по важности и стоимости праздник на ближайшие дни. Ни одной промашки быть не должно. Ох, столько всего еще надо проверить и согласовать: кейтеринг, аниматоры, аквагрим, детская квест-комната, песочное и бумажное шоу, подарки гостям в одинаковых сумочках. Остальные ближайшие проекты были меньше по масштабу и не требовали тотального контроля.
– Завтра я смогу съездить за тортом и отвезти его в «Петергоф» на банкет. Сэкономим на курьере.
Я откинулась на спинку стула, размяла руки и с ужасом увидела, что сколупнула свой идеальный нюдовый маникюр на указательном пальце правой руки. Все утро приводила себя в порядок, чтобы в итоге упустить из вида такую деталь! Мужчины вроде Леши, жизнь которых перенасыщена женским вниманием, наверняка подобные вещи замечают. Я вспомнила, что в «Фэмили Плаза» есть небольшой маникюрный кабинет, который хоть и не всегда работал, но, возможно, сегодня мог меня спасти.
– Схожу куплю себе салатик на обед, – легкомысленно соврала я. – Тебе что-нибудь нужно?
– Нужно, – недовольно ответила коллега. – Я отправила сейчас Капустину фотографию сметы, и он очень ждет нашего звонка. Ему не понравилась цена песочного шоу, а также привела в ужас стоимость подарков для гостей. Может, ты попозже поешь?
– А сама почему ему не позвонишь? Не будем же мы вдвоем по громкой связи с ним общаться, – иронично заметила я, поднимаясь с насиженного места и поправляя свои кожаные леггинсы.
